Моя Калифорния

Глава 23. Между молотом и наковальней

Много лет прошло… Мне было четыре, а может уже исполнилось пять, когда случился тот разговор с отцом. Моим родным отцом, тогда ещё живым, совсем молодым и очень красивым. Таким я его запомнила.

Тщательно пряча под раскрытой ладошкой разбитую коленку и надув плотно сжатые губы, я упрямо не поднимала глаз на отца, из последних сил сдерживая слёзы. Его большая, шершавая ладонь ласково гладила мою макушку, пока с губ слетали слова в тот момент казавшиеся ужасно обидными: «Я знаю, дорогая, это не в твоей власти — боги создали тебя такой. В твоей юной душе ярко горит пламя, это благословение и большая сила, но… Но, к сожалению, этот огонь сжигает не только плохое, но и полезное — благоразумие, осмотрительность, дальновидность. Я очень люблю тебя, дочка, но мне тяжело осознавать, каким трудным и тернистым будет твой жизненный путь, если ты не научишься справляться с этим опасным пламенем…».

Насупившись, я ещё плотнее сжала губы недовольно выслушивая очередную выволочку «ни за что». Вот делов-то — ну свалилась я с вишни в очередной попытке немного полетать. Дупата, выглядевшая так похоже на крылья и накрепко привязанная к запястьям, оказалась ненадёжным средством. Шмыгнув носом и кивнув на «Ты слушаешь меня?», я погрузилась в дальнейшие размышления на предмет подходящих летательных приспособлений. Благоразумие… конечно впредь я буду умнее! А что, если забраться повыше и взять два папиных праздничных шарфа, по одному на каждую руку? Можно ещё одолжить пару тонких дощечек из сарая дедушки Ану…

«Кристалл!» — окрик оторвал меня от построения грандиозных планов, заставив взглянуть на отца. Он сокрушённо покачал головой «Ну в кого ты такая, Кристи?! Ни секунды покоя! Благословенный Шива дал тебе доброе сердце и вложил в эту маленькую голову острый, пытливый ум, но забыл о важном — подарить чувство самосохранения! Одержимая очередной идеей ты несёшься ядром из пушки, забыв обо всём на свете и не думая о последствиях!». «Вовсе нет! — горячо возразила маленькая Крис, — Я всё продумала!». Размахивая руками, принялась сбивчиво объяснять детали сорвавшегося полёта. «О, боги! Этот ребёнок не доживёт до совершеннолетия!» — схватился за голову отец!

И оказался не прав! Спустя двадцать лет, Кристи Шарма (некоторое время назад — Оберой) по прежнему в полном здравии, однако, судя по всему, так и не сумевшая стать достаточно благоразумной, собиралась в очередной раз доказать отсутствие чувства самосохранения. Прямо здесь и сейчас шагнув к столу, за которым обменивались любезностями двое хорошо одетых мужчин.

Голова пылала в горячем зареве ярости, вспыхнувшем от одного взгляда на скульптурно очерченные под белой рубашкой мужские плечи. «…Ты набралась здесь опыта! Трахаешься опупенно! Не засиживайся…» — взорвались воспоминаниями виски. И он посмел, посмел сказать мне после это после всего! После того, как он взял… Нет, не так! После того как я отдала ему себя, там, на пляже… О, этот мужчина вполне ясно дал понять, кто я для него теперь! Дешёвка, не заслуживающая ни капли уважения! Так какого чёрта он опять здесь?! Не наигрался? Сколько ещё?!

Прикусив губу, вонзила ногти в ладони, пытаясь сдержать бурлящее желание расквасить нос незваному гостю. Боль в прокушенной губе сместила вектор раздражения, позволив взять себя в руки. Почти небрежно опустившись на стул и полностью игнорируя нарушившего наш с Фернандо тет-а-тет мужчину, я неторопливо потянула со стола бокал и сделала жадный глоток,

— Даже вечером жарко…

Проснувшийся внезапным неукротимым голодом желудок заставил иначе взглянуть на упорядоченный хаос из морепродуктов,

— Умм, осминожки! Вкуснятина! — подхватив за конец щупальца маленького морского гада, отправила его прямиком в рот. Вкус оказался специфическим, но это не помешало мне одобрительно кивнуть, с полным ртом пояснив. — Жутко голодная…

На пару секунд впав в оцепенение, Фернандо округлил глаза, безмолвно пялясь на меня. Через весьма непродолжительное время он разразился многозначительным: «Кхм! Кхм!». Выразительным взглядом в сторону нежеланного гостя, Ферджи всё же смог привлечь моё внимание к Марку.

Дожёвывая каракатицу и старательно сдерживая «невыразимую радость» от появления «драгоценного» супруга, я медленно обернулась к нему и вместо любимого выражения Сэма из трёх букв уронила безразлично- вежливое,

— Вот так сюрприз! Я перегрелась на солнце или сам мистер Оберой решил скрасить наше скромное свидание?

— Оууу, так это свидание?! — приподнял бровь Марк, не выказав ни малейшего намёка на угрызения совести.

— Нет, конечно, просто встретились с Фернандо чтобы оценить качество улова моллюсков в этом сезоне, — широким жестом обвела я уродство на столе. — Присоединяйся, раз уж пришёл. Может шампанского? Или ещё чего?

— Действительно, Оберой! — Фернандо незаметным жестом подозвал официанта. — Что налить? Шампанское, виски, вино…? Я угощаю! Фернандо Гарсиа не забывает услуг! — Официант, поставил на стол третий фужер и аккуратно наполнил его чем-то тёмно-рубиновым.

Мой официальный кавалер торжественно приподнял свой бокал,

— Я уже говорил… и не раз повторю — в неоплатном долгу перед тобой, приятель! Если бы не твоя помощь моей девочке там, на острове… Да что уж … меня до сих пор трясёт от воспоминаний о тех кошмарных часах! Господи, я ведь уже думал, что навсегда потерял её! — он сделал жадный глоток из бокала и вдруг игриво подмигнул Марку. — А ведь благодаря тебе я скоро стану самым счастливым человеком на свете!

Фернандо всегда умел найти подходящие слова. Марка Обероя заметно передёрнуло и его кривая ухмылка потеряла долю уверенности. Такой чудесный шанс вернуть Марку «любезность» упустить было невозможно и, нежно коснувшись руки Фернандо, я промурлыкала,

— Ты стопроцентно прав, милый! Мистер Оберой оказал нам с тобой просто неоценимую услугу! Слушай, а давай пригласим Марка на нашу свадьбу?! А…? Здорово я придумала? Он даже мог бы повести меня к алтарю, вместо отца, эмм… как соотечественник. Как думаешь?

Слегка растерявшись, Фернандо потёр внезапно образовавшуюся морщинку, осквернившую безупречно гладкий лоб.

— Эммм… Ну, если ты так хочешь, ми амор… Действительно… Так — то идея отличная…

Его мечущийся по сторонам взгляд выдал некоторое замешательство, но помогать ему я не собиралась.

— Конечно отличная! — ободряюще сжала его пальцы. — Вот увидишь, мистер Оберой прекрасно впишется в наш праздник! Кстати, он мог бы сыграть на индийских барабанах… Марк, вы ведь играете на барабанах?

По лицу моего бывшего пробежала лёгкая рябь страдания, но он в момент взял себя в руки,

— Вряд ли…

Я подарила ему самую дружескую улыбку,

— Но вы ведь не откажитесь осчастливить наше скромное свадебное торжество своим присутствием? Правда?!

Взгляд темно-карих глаз выразил внятное желание убить меня прямо здесь же, но (отдаю ему должное) мистер Оберой просипел сквозь плотно сжатые зубы,

— С удовольствием!

— Кристи! — Что-то странное в происходящем Фернандо всё же почувствовал, беспокойно переводя взгляд с Зазнайки на меня. — Милая, не стоит заставлять Марка, если он не хочет…

— Но он хочет! И для нас всех это будет такой честью!

— Ми амор, но мы пока не определились даже с примерной датой… — Ферджи слегка коснулся ладонью моей спины.

— Определимся! — уверенно кивнула я, не сводя глаз с Марка. — Мы пришлём тебе приглашение.

— Буду ждать с нетерпением! — ухмыльнулся мерзавец, поддев жирную каракатицу с блюда.

Над столом повисла затянувшаяся, густая тишина.

— Так какими судьбами вас занесло сюда, уважаемый? — не выдержав его тяжёлого взгляда, продолжила я светскую беседу, прекрасно зная ответ.

Даже не пытаясь убедительно соврать, Марк неопределённо пожал плечами,

— Проезжал мимо… Слышал, здесь лучшие криветки на побережье…

— Тебе не соврали! И мидии тоже! — В подтверждение своих слов Фернандо выдавил половинку лимона в открытые раковины на блюде и с видимым наслаждением отправил в рот желеобразное содержимое одной из них. — Свежайшие! — Сложив большой и указательный палец в «О кей», потянулся за второй порцией.

Неприятная мысль, что выглядит он сейчас, несмотря на идеальный пробор, чрезвычайно нелепо, удивила меня и была тут же изгнана. Фернандо очарователен! Только полная дура может думать иначе!

Вразумляя себя подобным образом, я бездумно рассматривала темную поверхность океана, которую небрежно разбавляли отблески проплывающих где-то вдали судов. Вот та длинная гусеница огоньков — наверно танкер или баржа… А эта, ослепительная словно одинокая звезда — маленькая яхта или парусник…

Если не смотреть на Марка, то можно обмануть себя, что его и совсем здесь нет. Если не вслушиваться в его дыхание, не пытаться уловить аромат его парфюма… Он сменил марку? Его сладковато- пронзительный мягкий привкус в воздухе, смешиваясь с тяжёлым влажным бризом дурманил голову, мешая злиться. Зачем, ну зачем от припёрся сюда?!

Пока я сердито кусала губы, украдкой поглядывая на беспечно потягивающего вино мужчину напротив, пальцы рассеянно блуждали, оправляя несуществующие складки на юбке, внезапно коснувшись чего-то острого. Ах да, кольцо! На автомате пихнув его в карман во время разговора с агентом, тут же забыла об этом. Просто вылетело из головы… Как выяснилось в дальнейшем — к лучшему!

— Простите, мне необходимо отойти ненадолго, — неожиданно нахмурился Фернандо, прочитав входящее сообщение на мобильном. — Развлекайтесь, я быстро.

Его извиняющаяся улыбка была не в силах скрыть явное беспокойство. Торопливо махнув официанту на наши опустевшие бокалы, Ферджи стремительно зашагал в сторону вызывающе слепящих огней ресторана. Мелькнувший тенью официант, наполняя бокалы, позволил продлить молчание за столом на несколько лишних секунд. Оно не прервалось, даже когда мы вновь остались наедине. Словно два бойца на фехтовальном ристалище каждый из нас ждал, когда противник первым сделает выпад …и проиграет!

Стоит ли признаться, что я не выдержала первой?

— Сколько ещё это продлится? — вопрос сорвался сам, пока я внимательно рассматривала загадочно искрящуюся жидкость в бокале.

— Что именно? — продолжил Марк игру, высокомерно вздернув подбородок.

— Ты знаешь, о чём я! Всё это… Преследование, эти твои странные игры.

— Это спрашиваешь ты, Кристи?! — он резко придвинулся ближе, обдав тёплым дыханием лицо. — Всё это заварила ты сама! Ты начала игру, сделала первый ход, смешала все карты, а теперь спрашиваешь «Доколе?!». Забавно… Хочешь знать, когда я закончу с тобой?

— Хочу!

— Прости, но у меня нет конкретной даты. Возможно, когда я потеряю интерес и сочту игру исчерпавшей себя…

— Вот как?! Потеряешь интерес? Ко мне?

— Не обольщайся! — его оскал не имел ничего общего с улыбкой. — Никаких чувств больше нет! Я просто развлекаюсь.

— Вот как?! А не ты ли заверял, что теперь я не достойна и секунды твоего внимания?! Ах да, и тебе мерзко даже подумать о том, чтобы прикоснуться ко мне! Только чистая ненависть, верно?! Тогда что произошло там, на пляже?!

Жёсткая складка залегла в уголках его рта,

— Думал, ты достаточно взрослая, чтобы знать, как это называется. Секс, Кристи! Между нами был только секс, ничего больше! Ты ошиблась, если нафантазировала себе что-то ещё.

— Я и не думала…

— Крис, ты должна понять, всё что я говорил тебе — правда! Ты сама уничтожила всё, что было у нас. Всё, что ты оставила мне — ненависть, презрение, боль… Не осталось даже крошечного места для любви. А впрочем, это не мешает мне хотеть тебя, чисто физически. Я по-прежнему не прочь покувыркаться с тобой. Увы, оказалось, я не столь уж брезглив. Это правда. Ты всё ещё очень даже ничего. Может, даже красивей чем раньше… Гнилая натура в прекрасной оболочке. Это всё, что осталось в тебе, Кристи. Видишь, я абсолютно честен, в отличие от тебя. А ты?! Была ли хоть когда-то честной, Крис?

Он знал меня слишком хорошо, метко нанося удары. На несколько секунд не в силах вдохнуть, зажмурилась, перебарывая острую боль в груди, и вновь подняла глаза на противника,

— Ты не знаешь, ничего не знаешь обо мне! Я фантазерка?! Посмотри в зеркало! Ворвался в мою жизнь с этими нелепыми воплями о ненависти и безразличии, оскорбляя, унижая… Там, где ты — всегда боль, Марк! Никогда не думал об этом?! Того, что ты устроил недостаточно? Решил сделать невыносимой всю мою оставшуюся жизнь?! Что ж, добро пожаловать, располагайся с удобством…

— Неужели, так я порчу тебе жизнь?! Мне помниться одна Кристи, которая вот буквально на днях, стонала подо мной от наслаждения, требуя ещё и ещё…

Вот зря он так! Скривившись, возмущённо мотнула головой,

— Это была не я! — Его брови удивлённо взлетели вверх. — Не я, а адская смесь алкоголя и воспоминаний. Я не осознавала, что делаю…

— Даже так?! Мне не показалось, что я трахаю бесчувственное тело…

От грубой правды его слов хотелось зажать уши и провалиться сквозь землю.

— Ты не понимаешь… Я не хотела («хотела, хотела» гадко хихикнул голосок в голове)! Это было словно фантомная боль. На месте конечности ничего уже нет, а ты её ещё чувствуешь… Больше такого не повториться! Никогда! Всё закончилось! Я выхожу за Фернандо.

Отливая в свинце уверенности каждое слово, почти поверила в правдивость своего обещания. Но он — нет.

— Праавда?! — Хладнокровная издевка чрезвычайно отчетливо читалась в худощавом лице Марка. — Всё, что ты сделала со мной, с нами, всё это ради роли достопочтенной миссис Гарсия? Брось, Крис, я не верю тебе ни на йоту! Ты лгунья! И этот простак ещё очень пожалеет, что доверился тебе. Ты уже наставляешь ему рога! И сидишь тут, с видом полнейшей невинности…

Выплюнув последние слова, он демонстративно вытер рот крахмальной салфеткой и поднялся.

— Уже уходишь?

Фернандо, о котором мы дружно забыли, внезапно нарисовался возле стола. Его лицо ещё хранило печать былой озабоченности, взгляд выдавал напряженное раздумье о чём-то своём. Застигнутые врасплох его появлением мы с Марком стремительно переглянулись. Что он успел услышать? Судя по всему, так и не оторвавшись от витавших где-то мыслей, Фернандо повторил вопрос,

— Уходишь, Оберой?

— Да. Пожалуй, с меня достаточно!

Бросив на меня испепеляющий взгляд, Арнав бросил на стол салфетку. Его пальцы задержались над белоснежной скатертью на долю секунды, а в следующий миг уже мимолётно коснулись нарядной коробочки на краю стола. Всё произошло так быстро, что вполне сошло бы за случайность. Наверняка, со стороны это и выглядело досадной случайностью — коробочка с моим обручальным кольцом сделала кувырок в воздухе и с громким всплеском приземлилась где-то в невидимой темноте залива. Упс! Фернадо потрясённо проводил взглядом исчезнувшую в пучине коробочку. «Ах!» — громко выдохнула я, лишь через несколько ударов сердца вспомнив, что злополучное кольцо покоится в глубинах моего кармана.

— Сожалею, — произнёс Марк, ничем не выдав раскаяния. — Готов компенсировать ущерб…

— Не стоит утруждаться! — перебила я, демонстративно доставая из кармана обручальное кольцо Фернандо. — Компенсировать нечего. Всё в порядке!

Чувствуя сердитое удовлетворение, наблюдала за его окаменевшим лицом, пока я натягивала тесное кольцо на свой безымянный палец. Кожу саднило от боли, но я не позволила ни на секунду безмятежной улыбке сползти с губ. Ещё раз полюбовавшись на начавший опухать палец, подняла глаза на Марка,

— Так ты уходишь? Счастливого пути! — пожелала мистеру Оберою, для наглядности помахав на прощание рукой, на которой ослепительно сверкала бриллиантовая россыпь.

— Увидимся, — кинул он мне, резко развернувшись и зашагав прочь.

Проводив Марка взглядом, Фернандо наконец обрел дар речи,

— И что это было?!

— Кто его знает? — равнодушно пожала я плечами. — Странный человек.

— Это точно! С прибабахом, — хмыкнул Ферджи, одним глотком прикончив содержимое бокала. — Хорошо, что ты убрала кольцо.

— Да, повезло, — тяжело вздохнула я. — Мне бы домой…

…