Моя Калифорния

Глава 2. Сладости

Солнце ещё только клонилось к закату, когда Эдди проорал в громкоговоритель: «На сегодня всё! Всем спасибо!» и народ шумно потянулся к выходу, радуясь раннему окончанию рабочего дня. Эдди перехватил меня на выходе, внушительно напомнив: «Шесть утра мисс Райз, и ни минутой позже!». Пискнув: «Я не опоздаю, честно, честно!», я прошмыгнула мимо него, с облегчением оказавшись на улице.

Пробегая мимо, Сью чмокнула меня в щёку «До завтра, детка!» и, наконец-то добравшись до парковки, я увидела крупную фигуру уже поджидающего меня Сэма. Расслабленно облокотившись о капот моей, блестящей голубым лаком, красавицы, он скучал, подбрасывая в воздух и небрежно ловя маленький жёлтый мячик. Обычно я подвозила его после съёмок в спортзал, каждый раз выслушивая рассуждения о пользе отличной физической формы и тренировок для актёрской карьеры, особенно для девушек. Особенно для тех девушек, которые любят сладкое и мучное. Фрр… намёки были непрозрачны, но я и спорт определённо пока шли не рука об руку.

Чувствуя, что наверняка попаду в ад, где меня заставят вечность шагать по беговой дорожке, в который раз соврала, высаживая его у дверей сияющего хромом и стеклом, знакомого фитнесс-центра,

— Я начну тренироваться, обязательно! Вот увидишь! Может завтра… Или … давай лучше послезавтра!

Он предсказуемо не поверил мне, фыркнув,

— Ага, ври дальше. Когда рыбы спляшут польку на берегу, не раньше… — и засунув в уши свои драгоценные наушники, поправил лямки рюкзака, пообещав на прощание, — домой вернусь не поздно, оставь чего-нибудь из съестного в холодильнике — не подъедай всё!

Широко улыбнувшись ему, просветила,

— Спортсменам и будущим звёздам кино еда очень вредна по определению! Но я подумаю над твоей просьбой… Пока!

Резко нажав на газ, сильно дёрнула влево ручку переключения скоростей. Громко взвизгнув шинами о нагревшийся за день асфальт, машинка сорвалась с места, поселив ветер в моих волосах и бурлящую радость в сердце. В тот момент я и не предполагала о сюрпризах, что готовит мне будущее…

В кондитерской возле дома всегда было многолюдно и шумно. Заметив меня, Пьетро отошёл от сосредоточенно выбирающей печенье пожилой леди и улыбнувшись, сунул в руки пакет, одуряюще пахнущий корицей и ванилью. Я благодарно чмокнула его в полную и мягкую щёку, в ответ получив комплимент о похожей на цветок персика самой прекрасной синьорите на свете.

Пьетро был итальянцем, а значит понимал толк в выпечке и комплиментах! Прихватив с заднего сиденья забытую Сэмом бутылку воды, без раздумий неспешно направилась по привычному маршрут, покачивая в такт шагам пакетом с заветными плюшками и подставляя лицо под нежную ласку утомленного за день солнца.

Каждый вечер, если оставалось хоть немного времени, я приходила на набережную, без цели гуляя по ней или по расположенной дальше полосе пляжа, раскинувшейся вдоль всего побережья и отделённого от улиц лишь неширокой лентой прогулочных аллей. Через несколько десятков шагов я опустилась на небольшую скамью, разместившуюся вдоль одной из многочисленных извилистых асфальтовых дорожек, прорезающих пляжную линию вдоль и поперёк. Мне нравилось смотреть на оживлённые и смеющиеся лица скользящих мимо людей — взрослых и детей на роликовых коньках или велосипедах, подростков ловко управляющих яркими скейтбордам, семейные пары с колясками и просто на прогуливавшиеся парочки, незатейливо держащиеся за руку.

Внятно ощутимое счастье, прорываясь в широких улыбках, звучащих на разные голоса громком смехе, горящих азартом и радостью глазах, накрывало меня приятным облаком, отзываясь яркими искорками радости где-то глубоко внутри. Я любила эти вечера на пляже — радужные брызги воды от бегущих в прибое ног, замки из песка — такие красивые и такие непрочные, бесконечный разговор волн с крошкой мелких камешков и ракушек…

Отламывая по маленькому кусочку самых вкусных на свете булочек балдела от ванильной сладости, рассыпающейся удовольствием на языке, запивая их чуть тёплой водой из бутылки. Разглядывая отдыхающих, невнимательно наблюдала за играющей неподалёку в мяч компанией, болея за тех ребят, которым, тихонько сползающее в океан солнце, светило прямо в лица. Мне несомненно нравился этот летний вечер, нравился мир вокруг и моя новая жизнь в этом мире. Неуклюже шевельнувшийся в голове голос, уточняющий «Новая жизнь без сожалений?» прозвучал без спросу, но я легко подтвердила — «Без сожалений». Что проку было жалеть о прошлом?

Кстати вспомнила слова героини из фильма, что мы смотрели пару вечеров назад вместе с Сью и Пэм. Героиню звали Скарлетт, и она говорила что-то вроде: «Жизнь продолжается и она не так уж плоха. Я решила быть счастливой и я буду счастливой. Мне кажется даже, что я уже счастлива. Просто я этого не замечала.» Актриса была очень красивой и конечно не похожа на меня, но её слова определённо были похожи на мои мысли.

Полтора года назад, после случившегося в позапрошлое Рождество, я почти не потратила время на раздумья, написав то письмо и попросив соседку Бетти, едущую навестить родных в Миссури, отправить его. Получателем значилась моя сестра, по прежнему живущая с мужем в Чикаго, но послание адресовалось не ей, пряча в большом конверте, ещё один, подписанный всего одним именем — Марк Оберой.

Спустя несколько дней после отправления письма, я оказалась в Палм-Спринс с компанией друзей, решивших опробовать канатные дороги на горе Сан Хосинто. В небольшой мексиканской забегаловке на окраине городка, где мы остановились поужинать, попросила местный телефон и набрав номер сестры, скороговоркой сообщила главное, что ей следовало знать: я всех их очень люблю, но больше не могу быть женой Марка и частью их семьи. Причины не важны, просто прошу передать Марку письмо и сказать, что он может считать себя свободным от меня и всех обязательств.

Сестра пыталась узнать, что случилось, растерянно прося приехать и поговорить, но я положила на рычаг тяжёлую трубку старомодного чёрного телефона. Моей решимости не хватило бы на большее, да и я не видела смысла в этом большем. Всё уже случилось и прошлого не изменить, оно как перевёрнутые листки книги — содержание ещё помнишь, но сама уже читаешь следующую страницу.

Ты-дыц! Громкий удар об асфальт и мальчишка в голубой футболке на роликах кометой слетел с намеченной траектории, на лету врезаясь в скамейку и оставляя весь рожок мягкого мороженного на моей футболке, вместо своей руки. Не, мороженное конечно было в списке моих фаворитов, но не размазанное по груди. Мальчишка шустро вновь оказался на ногах, отвергнув помощь моих протянутых на подмогу рук и потирая наверняка ушибленную коленку. На вопрос,

— Ты как, сильно болит?

Он легкомысленно отмахнулся «Всё о.к.!», и тут наконец заметил во что превратило его мороженное мою, ещё минуту назад белую, футболку.

— О, чёрт! Простите мэм! Я не хотел!

Шумно выдохнул, расстроено взлохматив пятернёй коротко стриженый белобрысый затылок, очевидно не зная, что дальше делать.

— Не страшно! — беспечно подмигнула ему, давая понять, что не сержусь. — Всегда любила мороженное. Кроме того, у меня есть вода и пара бумажных салфеток — справлюсь!

Заметив, замершую неподалёку стайку, внимательно наблюдающих за нами мальчишек на роликах, кивнула в сторону его команды поддержки,

— Гляди, тебя друзья заждались… Не стоит их задерживать… Беги!

Облегчение моментально сменило озабоченность на курносом лице и через секунду я увидела его удаляющуюся спину, услышав напоследок оптимистичное «Хорошего вам вечера, мисс!».

Несмотря на нешуточные усилия, воду и салфетки, футболка так и не приняла первоначальный вид, ощутимо намокнув, но не избавившись от розоватого пятна по центру. Третий за пять минут велосипедист, подсевший на скамейку и спросивший номер моего телефона, навёл на мысль, что мокрая футболка хороший способ для знакомства, надо будет рассказать Сью. Конечно, номер я не дала ни одному из парней, помня об обещанных Сэмом маньяках, кишащих вокруг. Вместо этого пообещала позвонить сама, заведомо соврав симпатичному парню в красном поло и торопливо смываясь с опасной скамейки, с прижатым к мокрой груди бумажным пакетом с остатками булочек.

Дом встретил меня настоянным за день, разогретым душным теплом. Открыла все окна, впуская наполненный вечерним шумом и запахами сквозняк, раздеваясь на ходу и мечтая о душе. Я успела принять его, целые пятнадцать минут пронежившись под тёплыми струями, когда звонок в дверь оборвал моё громкое пение «Джалеби баи» под аккомпанемент пристроенного на край ванны телефона. Наскоро натянув на мокрое тело любимую безразмерную футболку с синей лягушкой, конфискованную сто лет назад из запасов Сэма, я распахнула дверь. Памела и Сьюзи в два голоса радостно проорали «Сюрприз», дружно переваливаясь за порог.

— Угадай, кто получил роль в новом фильме Тарантино? — Хитро улыбнулась мне Памела со своих модельных метр семьдесят пять.

— Ты?! Не может быть?! Правда?! — обалдела я, радостно обнимая её,

— О боже, как здорово! Так рада за тебя!

За компанию обняла и смеющуюся Сью, расцеловывав обеих подружек и предложив отметить это событием чаем с припрятанным на верхней полке на кухне шоколадным печеньем. Девчонки лукаво переглянулись, выдохнув,

— Есть предложение получше! Мы идём отмечать в Viper Room на Сансет Стрип!!!

Чуть не свалившись с подставленной табуретки, я уцепилась в последний момент за холодильник и горячо возразила,

— Ох, нет! Боюсь сегодня никак, завтра на съёмки к шести утра! Эдди развеет мой прах над океаном, если не явлюсь вовремя. Тебя, Сьюзи, это, кстати, тоже касается! Давайте лучше завтра вечером, а?

Помогая слезть с табурета, подружки подхватили меня с обеих сторон и бодро зачирикали, умоляюще заглядывая в глаза. Прибегая к льстивым обещаниям и угрозам раздружиться навсегда, на два голоса меня убеждали передумать и согласиться на авантюру. Мою решимость сломали меньше чем в пять минут, но я всё же выторговала обещание закруглиться с тусой не позже одиннадцати.

Выбор наряда совершался коллективным голосованием, и я уже почти согласилась на синюю мини юбку с белой футболкой, когда знакомый голос вклинился в нашу болтовню,

— И куда это вы намылились на ночь глядя?

Любопытствующая физиономия Сэма возникла в дверях, беспардонно разглядывая мою полураздетую фигуру. Нет, вы подумайте!

— Сэм! Ты совсем обнаглел! — швырнула в него первую подвернувшуюся под руку тряпку. Увернувшись, он шмыгнул за дверь, но тут же снова сунул в щёлочку нос, очевидно решив достать меня,

— Так куда собрались?

Прикрыв меня собой от его взгляда, Пэм пояснила,

— Мы идём в Viper Room, праздновать мою новую роль. Между прочим, в новом проекте Тарантино!

— Чёрт возьми, да ты сорвала джек-пот! Поздравляю! — отвлёкся на мою подружку Сэм, — А отмечание не помешает кое-кому проснуться поутру на съёмки на пляже?

Камень был отправлен в мой огород, но откликнулась Сью,

— О, не переживай, мы в клуб ненадолго — будем сегодня примерными девочками. В двенадцать, как положено, карета превратится в тыкву, а наша Золушка в Спящую красавицу.

— Вот тебе-то детка, я поверю однозначно! — скептически хрюкнул Сэм, бочком вползая в мою комнату. Беззастенчиво расположившись на кровати, он оценивающе окинул взглядом мой вполне уже готовый вид и одобрительно хмыкнул.

Вставляя в уши крупные серьги в форме капелек, я предложила,

— Ну, хочешь, пойдем с нами! Будет веселее, да и от пьяных кавалеров нас отобьёшь. Зря, что ли, столько часов в спортзале торчишь!

Памела неопределённо передёрнула точёными плечами, неспешно заправляя каштановый локон, выбившийся из высокого конского хвоста на затылке.

— Я не против. Сэм, идёшь с нами!

И только Сьюзи недовольно сморщила маленький носик,

— Только, чур, не моим кавалером! От меня держись подальше, а то всех парней своей тушей распугаешь!

Тушей подтянутую и прокаченную фигуру Сэма до сих пор никто не называл. Изобразив обиду, парень состроил зверскую гримасу, оглушительно рыкнул «А я Халк всемогущий! Трепещи!» и смылся в свою комнату переодеваться.

Всего через полчаса наши барабанные перепонки, разрывал грохочущий рок какой-то малоизвестной группы и переливающийся разноцветными огоньками свет, периодически попадал в глаза, мешая рассмотреть, и так плохо различимых в приглушённом освещении клуба, собеседников.

Я потягивала холодный лимонад, любезно принесённый Сэмом, и пыталась разобрать хоть часть слов, выкрикиваемых друзьями. Это было пустым занятием и устав мучиться, я охотно подхватила предложение Сьюзи «Идём танцевать!», не представляя какой плохой затеей это окажется…