Моя Калифорния

Глава 26. Психованный маньяк!

Ещё до того, как мистер Психованный Маньяк пересёк лужайку, распоряжения Маниша были выполнены, и ещё одна чистая тарелка заняла своё место на нашем столе. Уже вполне овладев собой, я рассматривала приближающегося Марка, сложив руки на груди и задаваясь вопросом «Какого чёрта?!». Впрочем, Шрея тут же разрешила этот вопрос, наклонившись ко мне и сообщив возбужденным полушёпотом,

— Несколько дней назад Марк арендовал соседний особняк, и теперь мы соседи. Дом у него поменьше нашего, зато есть фонтан! Очень удобно! Он бывает у нас почти каждый день под предлогом дел с Манишем, но я то знаю, ради кого он сюда таскается…

Заговорщицки подмигнув мне, она резко отстранилась, в мгновение сменив объект внимания,

— Марк, мы так рады! Вы как раз к обеду!

Нельзя не заметить, что некоторым мужчинам очень идут белые рубашки. Особенно если у них смуглое, рельефное тело, густые чёрные волосы, маленькими кудряшками спускающиеся на длинную шею, резкие загорелые скулы, красиво очерченные губы и…

Мои размышления о том насколько Марку Оберою идут белые рубашки прервал он сам, оказавшись в непосредственной близости и безупречно-вежливо поздоровавшись со всеми. Точно и не было нашей последней стычки (или последних стычек), Зазнайка небрежно кивнул мне, едва заметно улыбнулся Шрее и, последовав приглашению Маниша, опустился на стул между Шреей и мной. Ввиду не самых больших габаритов стола расстояние между нами показалось мне категорически маленьким.

С самым беззаботным видом я сползла на правый край стула, увеличивая это расстояние до максимально возможного. Пользы от этого маневра оказалось плачевно мало — мой левый бок всё равно чувствовал горячие волны тепла его тела. Решив, что это вообщем-то сущая безделица, я попыталась сосредоточиться на остальных собеседниках, которые тут же подложили мне свинью. Закончив с оживленными приветствиями, Шрея приобняла меня, изображая несусветную дружескую близость,

— Марк, вы же знакомы с Кристи? Мы с ней теперь почти сёстры! — На его удивленно приподнятую бровь она пояснила. — Мы познакомились только сегодня, но она уже стала мне почти родной!

— Вот как? — Лицо Марка выражало лишь вежливое любопытство. Чертенята прятались в самой глубине глаз. — Так быстро?

— Ага! Она супер-классная! Скажи Маниш?!

Подтверждая её слова, Маниш пробурчал что-то торопливо-восторженное, добавив кое-что цветастое от себя. Вы ждали, когда будет про свинью — так вот, прямо сейчас! Последняя фраза Маниша Чандра сочилась глубоким восхищением, разрушив моё тщательно выпестованное равновесие,

— Кстати, Марк, когда ты пришёл, Кристи как раз рассказывала нам о своих приключениях в Америке.

— Приключениях?! — взгляд Марка остановился на мне с живейшим интересом. — Очень любопытно. Я бы тоже послушал…

— Нууу, я… вообщем-то уже всё рассказала, — торопливо схватив последнюю самосу, принялась энергично запихивать её в рот, изображая неземное удовольствие. — Уммм! С ума сойти как вкусно!

— Нет, как же?! Совсем не всё! — возмутилась Шрея. — Ты остановилась на том, как приехала в Нью-Йорк и каком-то Сэме. А потом? Как ты оказалась в кино? Кристи, ну рассказывай!

Это прозвучало откровенным требованием. Три пары тёмных глаз выжидающе смотрели на меня, ожидая продолжения. Дожёвывая самосу, я напряженно думала, как выкрутиться с минимальными потерями, не вызвав очередного всплеска разборок с мистером, сидящим слева. Он тоже ждал моих объяснений. Ждал, готовый выслушать историю. Готовый выслушать…

Сделав неожиданный зигзаг мысли дернулись в новом направлении — а что если? Что если… рассказать ему правду? Почти наверняка он не поверит, но я теряю? Заглянув в непрозрачную темноту глаз Марка, я не разглядела там привычных гнева или раздражения, только сосредоточенное внимание и решила — почему бы и нет? Сделав большой глоток воды, набрала побольше воздуха в грудь и произнесла,

— Ладно. Я расскажу…

Меня не перебивали, а я не отводила взгляда от игры разноцветных всполохов света на хрустальных гранях графина, слово за словом продвигаясь в своей недолгой истории. Рассказала, как случайно познакомилась с Сэмом в театре, как день за днём рушилась надежда открыть магазин, а с ней и остатки денег. Рассказала, как авантюра с переездом в Лос-Анджелес показалась единственным выходом, поначалу не принеся результата и лишь неожиданные пробы на крохотную роль в сериале, в котором уже снимался Сэм, обернулось нежданной удачей, за которой пришёл успех на телевидении…

— Вот так всё и закрутилось, — подытожила я. — Уж не знаю почему, но мне предложил сотрудничество один из самых известных актёрских агентов в Голливуде — Марк Гольфстрингер. С ним появились предложения о которых я не могла и мечтать… — оборвала себя, решив, что и так сказала слишком много. В конце концов контракт на «Агента 007» ещё не подписан.

— Очень интересно! — Манишу история явно понравилась. — А как ты…

— Браво! — резкие аплодисменты показались мне оглушительными. — Браво мисс Райз! Вы великолепная актриса! — выражение лица Марка вовсе не соответствовало словам. Брезгливое равнодушие кривило губы произносящие комплименты. Тяжелый вздох вырвался из моей груди почти не слышно — он не поверил… Горечь наполнила до краёв, сжав сердце. Ну, а чего, собственно, я ждала? Это же мистер Оберой, бог на земле, который верит только в одну правду — свою собственную!

Неуловимым движением попросив наполнить бокал водой, и словно враз забыв обо мне, Марк с видимым удовольствием принялся за еду,

— Утка великолепна! Я подумываю переманить у тебя повара, Чандра.

— Не получится, — расхохотался Маниш, едва не опрокинув стул. — Я плачу ему больше, чем своему генеральному управляющему.

— Хм… Тогда придётся предложить ему в два раза больше. Ты же знаешь, я никогда не отступаю.

— Может быть, вы просто будете чаще обедать у нас, Марк? — кокетливо предложила Шрея, стрельнув глазами в сторону гостя. — Мы были бы очень рады!

Обмен любезностями и безобидная болтовня о погоде и новостях в мире, которую я изо всех сил старалась поддерживать, продолжались до конца обеда. Зазнайка, как обычно, отделывался редкими ёмкими репликами, которые собеседники воспринимали с благоговением откровений пророка. Что ж, психанутый демон нашёл себе подходящих адептов. Внезапно разозлившись на этого высокомерного непробиваемого осла, я резко поднялась из-за стола,

— Думаю, мне пора! Спасибо за обед, всё было очень вкусно!

— Но Кристалл, — Маниш подскочил с места, всё же уронив злосчастный стул. — Как же так?! Ещё ведь совсем не поздно!

— И мы собирались поплавать в бассейне! — поддержала брата Шрея. — Оставайся, Кристи!

— У меня разболелась голова. — Прозвучало как самая тупая отмазка на свете. — Наверное от солнца, — кивнула я на затянутое облаками небо.

— Я дам тебе таблетку! — не сдавалась Шрея, схватив меня за руку. — Идём, у меня в комнате есть таблетки от всего на свете. Когда я лежала в клинике, меня пичкали волшебной химией шесть раз в день. Чего там только не было… А теперь доктор Шульц, да благословит его Шива, прописывает мне всего три препарата. Есть и от головной боли. Раньше у меня постоянно болела голова, — продолжила она уже по дороге к своей комнате. — Врачи называли это какой-то там мигренью и ничего не могли сделать. А теперь голова почти не болит, а если вдруг случается, хватает всего пары таблеток…

Она произнесла название лекарства, которое прозвучало полнейшей белибердой и тут же смылось из памяти. Очередной мой порыв отпроситься домой, был встречен категорическим возмущением и двумя маленькими таблетками в сопровождении стакана воды. Смирившись, я проглотила лекарство, почти реально почувствовав вымышленную боль в висках.

— А теперь — купаться! — пропела Шрея, вываливая на кровать гору купальников. — Выбирай, какой нравится!

Я с ужасом посмотрела на протянутые мне пёстрые лоскутки.

— Вот, этот совсем новый, держи! — Она снова зарылась в тряпьё. — И вот этот! Он вроде как симпатичнее.

Я тоже так решила, пытаясь разобрать размер на бирке ярко-голубого слитного купальника.

— Спасибо, этот подойдет, больше не надо.

Но мне в руки сунули ещё несколько штук, самых разнообразных фасонов.

— Вот, это всё новое! Иди, примерь! Если не понравится…

— Понравится! — пообещала я, чувствуя себя предельно неловко и поскорее смылась за дверь ведущую в ванную.

Уф, не приведи Боже вам встретиться с истинным радушием!

На переодевание пришлось потратить намного больше времени, чем я рассчитывала, потому что заявленный на голубом купальнике размер XS оказался сильно преувеличенным. Печально провиснув во всех возможных местах, купальник отправился обратно в кучу на кровати, а мне пришлось натянуть на себя условно приличное бикини в мелкий цветочек.

Заметив на моём лице задумчивое сомнение, Шрея проявила истинное сострадание, предложив накинуть сверху её пляжный халат, тут же извлечённый из шкафа. Тонкий хлопок имел вызывающую леопардовую расцветку, зато прикрывал всё, что хотелось закрыть. «Ну что, ты готова?» — уточнила хозяйка комнаты, поправляя на груди полупрозрачную пляжную тунику. «Секундочку! — откликнулась я, отвлекаясь на звонок мобильного, — Ты иди! Я догоню!». Она кивнула, захлопнув дверь ещё до того, как я сказала «Алло».

Звонил Сэмми уточнить мои планы на вечер. Вероятно, хотел устроить в моё отстствие мальчишник с пивом и видеоиграми, но я обломала ему малину, пообещав вернуться не поздно. «И даже не думай слопать мой карамельный пудинг с верхней полки в холодильнике!» — добавила жутким шепотом. «Очень надо жрать эту гадость!» — бросил трубку Сэмми, заметно разочарованный сорванным весельем.

Поздравив себя с тихим вечером в компании милого романтического фильма, я поправила халат, так, чтобы он прикрывал полуголые округлости груди и вздернув подбородок решительно выступила в поход — к бассейну!

Нет, вы не подумайте, я не нарываюсь на неприятности специально! Они, эти неприятности, сами находят меня. Выслеживают по запаху, а может привязаны ко мне невидимыми кармическими канатами, вот и болтаются следом без продыху. Пора бы уже привыкнуть и смириться, но каждый раз очередная засада застаёт меня врасплох…

Как и эта, перехватившая за запястье в конце длинного пустого коридора. С силой дернув на себя, мужчина (всё тот же демон) рывком крутанул меня на сто восемьдесят (или на сколько там?) градусов и плотно прижал к стене.

— Ауч, Оберой, ты совсем ополоумел?! — поморщилась я, крепко приложившись затылком. — А если сотрясение?!

— Больно?! — захват мгновенно ослабел.

— Нет, конечно! Я таю от нежности! — буркнула, потирая ноющее запястье. Наверняка будет синяк.

— Я не хотел… — едва заметно смешавшись, Марк тут же овладел собой. — Крис, нам надо поговорить, — отпустив мою руку, он придвинулся вплотную, перекрыв возможность побега.

— Опять?! — жаль, совсем нет времени помолиться…

— Послушай, я хочу, чтобы ты перестала лгать моим друзьям! Рассказывать им все эти слезливые байки, пытаясь очаровать и вызвать сочувствие. Ты ничего не добьёшься! Довольно! Хватит спекуляций, Кристи!

— Что?! — никак не могла разобрать суть его претензии. Ну, то есть слова по отдельности имели смысл, но в целом картина не складывалась. — О чём ты?!

— Не прикидывайся идиоткой! Все эти твои басни о бедной Золушке, без гроша в кармане приехавшей в Штаты за мечтой… Слушай, достаточно сказок. Ты можешь рассказывать этот слащавый бред своим продюсерам, пудрить мозги мужчинам, которых планируешь охмурить, но не здесь, не тем людям, которых я уважаю!

Я сосредоточенно смотрела на это близкое лицо… Дышит совсем рядом, всего несколько сантиметров и наши губы могли бы… Эти напористые и одуряюще нежные губы, которые несут сейчас полный бред. Я подняла руку (ту, которая болела) и осторожно коснулась его щеки. Колючая, а так и незаметно… Он опешил, разом заткнувшись.

— Что ты…?

— Марк, я должна… просто обязана, открыть тебе правду! — мои пальцы ласково прошлись по его виску и спустились ниже, нежно очерчивая скулу. — Это больно, но правда всегда такая. Так вот… — Он невольно придвинулся ближе, часто дыша мне в губы. Его грудь часто вздымалась, глаза потемнели. — Дело в том, что ты… — Я медленно облизнула губы и выдохнула. — Ты, Марк… Ты Чокнутый Параноик! — рыкнула я, обеими руками ударив его в грудь. — Отпусти меня!

Его растерянность на пару мгновений дала мне свободу маневра, я почти вырвалась, но сильная рука перехватила за талию уже на излёте,

— Не так быстро! Я хочу, чтобы ты пообещала! — его зрачки всё ещё были расширены, выдавая нехилое возбуждение, но голос звучал привычно твёрда.

— Что?! Врать всем лишь потому, что правда причиняет тебе боль?!

Ненадолго его лицо окаменело, превратившись в маску, а потом я увидела привычно разгорающуюся ярость. Заметно сдерживаясь, он прошипел,

— Да, мне больно, потому что я ЗНАЮ, Крис, что всё это ложь!

— От того, что ты что-то себе придумал, правда не становится вымыслом… — рассердилась я.

— Кристи, я знаю! — проорал он мне в лицо. — Знаю, что ты жила с вместе с этим шотландцем ещё в Нью-Йорке.

— Мы познакомились там, я же рассказывала. Он был просто другом! — огрызнулась я.

— Ты никогда не сдаёшься, правда?! Познакомились в Нью-Йорке? Какая прелесть! А тот факт, что Сэм Хардс буквально за пару месяцев до твоего побега, побывал в Индии, является чистым совпадением, правда?

— Что?! Я не…

— Ты не знала? Ну конечно, откуда тебе?! — Надвинувшись, его лицо полностью перекрыло обзор. — Кристи, я верю только одному — фактам! А факты говорят вот что: примерно три года назад некий актёришка из Нью-Йорка приехал в Индию поразвлечься, через пару месяцев после его отъезда некая, вполне уважаемая, миссис Оберой спешно собрала вещички и, оставив наивному супругу записку с невнятными объяснениями, села на самолет до Нью-Йорка, где поселилась в квартире того самого актёришки. Затем сладкая парочка перебралась в Лос-Анджелес, где шустрому шотландцу предложили работу, а затем он пристроил в тот же сериал и подружку. Всё бы хорошо, но голубки едва сводили концы с концами и тут появился он — свеженький лох, на завидную роль супруга бывшей миссис Оберой, нынешней мисс Райз…

В его изложении всё выглядело ужасно! И, самое страшное, что я не видела выхода донести ему правду. Бетонная уверенность в его лице перекрывала малейшую надежду достучаться.

— Ты не поверишь, даже я поклянусь? — мой убитый тон не смягчил его глаз.

— Ты уже клялась, Крис, помнишь?! На семи кругах, возле священного огня. Клялась быть со мной семь жизней…

На этих словах я сдалась, выдохнув напоследок безнадежное,

— Всё не так, как ты думаешь. Боже, мне так жаль… — закрыла глаза, не в силах видеть его лицо, полное яда недоверия.

Ждала, что он снова закричит или уйдет…

Ощущение его ладоней на щеках стало полной неожиданностью. Я вздрогнула и замерла, в смятении ожидая продолжения. Его ладони неторопливо двинулись дальше: одна спустилась на шею, другая зарылась в волосы. Что он…?! Разбуженные неожиданной лаской, воспоминания внезапно атаковали взбудораженный разборкой мозг, окончательно лишая способности соображать здраво.

Покрепче зажмурившись, я бессильно тонула в захлестнувшей нежности, в трепетности его уверенных пальцев, в его запахе, по которым я так истосковалась… «Только на минуточку», твердила себе, уплывая в неге горячего мужского дыхания в шею. «Только на минуточку позволю ему… себе…». Не успела вздохнуть, как мои губы опалило прикосновение его губ, ураганом сметая любое сопротивление. Да, впрочем, я и не сопротивлялась, жадно откликнувшись на поцелуй, поддавшись навстречу всем телом, открываясь навстречу водовороту желания, который подхватил и потащил за собой, сметая последние крохи соображения. Его руки, его губы… Мы слились в одно, были одним, таким долгожданным и правильным…

— Кхм, кхм!

Незнакомый голос, прозвучавший где-то совсем близко, вклинился в поглотившее меня безумие, заставив с трудом оторваться от губ Марка. Женщина, которую в этом доме назвали Мо, стояла в нескольких шагах от нас, наблюдая происходящее на её глазах вопиющее безобразие. Только увидев на её лице потрясённое возмущение, я сообразила, что правая рука Марка находится под моим халатом в районе груди, в то время как левая, самым беспардонным образом примостилась на ягодице…

О божечки, до чего я дошла! Волна стыда ударила в лицо, спустившись горячей волной по враз похолодевшему позвоночнику. Отшатнувшись от Марка, я несколько раз открыла рот, пытаясь выдавить слова извинения, но вышло только с третьего раза. «Простите» прозвучало почти беззвучно, пока я судорожно пыталась привести себя в приличный вид.

В ответ женщина лишь брезгливо скривилась. Вероятно, она впервые видела в этом доме такое. А может и впервые в жизни. Быстрый взгляд на виновника моего позора не добавил мне спокойствия, хотя выглядел он удивительно безмятежно. Эммм… Если не опускать взгляд ниже пояса. Мо тоже взглянула туда, заставив меня мгновенно покраснеть.

О Богиня, что ты творишь Кристи?! Какой ужас! Ещё раз пробормотав «Извините», я рванула назад, в спасительную безопасность комнаты Шреи. Но захлопнув за собой белую дверь, и для надёжности привалившись к ней, тяжело дыша, сообразила, что это мало спасает. Он там и всё это…

Господи, Крис, ты окончательно свихнулась! Как далеко ты зашла?! Почему?! Что же теперь делать?! Ответ на последний вопрос родился тут же — уехать отсюда! Уехать скорее, пока не пришлось снова встретиться с его глазами и прочитать в них всё безумие последних минут, мечтая провалиться под землю. А что, если там, в его глазах, будут лишь презрение и насмешка?! Нет, я не вынесу этого…

Не найдя свою сумочку в гостиной, быстро заглянула в спальню и подхватив сумку с кровати, крепко прижала к груди, прислушиваясь к происходящему снаружи. За дверью в коридор было тихо. Прошептав коротенькое «Спаси и убереги меня, Богиня!», я мягко надавила на дверную ручку и осторожно выглянула в коридор. Никого!

Сдерживая шаги, всё время пытающиеся ускориться в бег, за пару минут преодолела пустой коридор, и выскочила на широкие ступени крыльца, обернувшись лишь раз, напоследок. В доме, за моей спиной, по-прежнему царила томная тишина жаркого летнего дня, который лишь начал клониться к вечеру. «Объясню им и извинюсь потом, по телефону», решила уже в машине, повернув ключ зажигания. Очень невежливо, но я отчетливо чувствовала, что не выдержу в этом доме ни минуты дольше.

Телефонный звонок настиг на светофоре уже на подъезде к дому. Перестроившись в крайний ряд, я снизила скорость до минимальной. «Классный прикид, крошка» — прокричали из пронёсшегося мимо красного кабриолета. Плотнее запахнув злополучный халатик, который впопыхах забыла переодеть, прижала мобильный к уху, скорострельно оправдываясь: «Прости, Маниш, мне очень неловко, что пришлось так спешно уехать! Я верну Шрее одежду!». Он растёкся в уверениях, что это совершенная мелочь и меня всегда рады видеть в их доме, в любое время дня и ночи. «Мой дом — твой дом, Кристалл!», на этих словах в трубке послышалось какой-то невнятный шум, и Маниш добавил со смехом: «Шрея отбирает телефон. Хочет тебе что-то сказать…».

— Кристи, почему ты так быстро уехала?! Как же так?! Мы ведь подруги! Я очень расстроена, больше так не поступай! Слушай, но ты ведь помнишь, о нашем уговоре? Ты мне обещала!

В наконец-то образовавшийся просвет, в автоматной очереди её слов, я втиснула извинение,

— Извини, так получилось. Срочные дела. — Сообразив, что она спрашивает про обещанный сеанс магии, подтвердила. — Конечно, я помню о своём обещании! Всё устрою и позвоню тебе.

— Клянёшься?! — наседала девчонка.

— Я позвоню тебе! — вжала голову в плечи, услышав очередной одобрительный мужской выкрик из проезжавшей мимо машины. — До встречи!

…

Первым делом — в ванну, размечталась, открывая дверь в квартиру. Тишина и покой родных стен настроили на благодушный лад, позволив мыслям потечь в умиротворенном ритме. «Сначала ванна с пузырьками, потом чай с мятой и мёдом, а следом душевный фильм в компании пушистого пледа» — план складывался чудесный. Благодать! Какое счастье, что Сэм сегодня зависает с друзьями допоздна!

Как обычно, моим планам не суждено было сбыться…

Первой подвела ванна. Как я не пыталась уговорить кран, вода из него не поднималась выше температуры «очень холодно!». Все мои попытки дозвониться управляющему домом закончились плачевно — он принципиально не брал трубку, видимо, в виду выходного дня, отключив мобильный.

Смирившись с мыслью, что с ванной пролёт, я поставила греться чайник. В этот момент за стеной загрохотало. А вот и Таниша проснулась! Весьма кстати! «Заодно и чаю попьём» — решила я, быстренько выудив с верхней кухонной полки неприкосновенный запас шоколадного печенья.

На мой стук в дверь соседка открыла сразу. Её огненная шевелюра выглядела страусиным гнездом, из которого только что вылупились птенцы. Поправив сползшую с чёрного плеча безразмерную майку, Таниша потерла заспанные глаза и лениво махнула рукой: «Проходи! Чай будешь?». «С удовольствием! — откликнулась я, — Только без полезных травок, ладно? У меня к тебе деловое предложение. Гарантирую, тебе понравиться!»

— Правда?! Рассказывай! — ярко-голубые глаза зажглись любопытством.

— Эмм, как тебе роль ведьмы вуду?

…