Не целуй меня

Глава 25

— Чувствуй себя как дома, — произносит, не отрывая от меня плотоядного взгляда.

Кладет коробки с тортиками на песок. Я нервозно сжимаю в руках свою праздничную с последним несчастным пирожным, обильно посыпанным фруктами и орешками. Уже сама голодная.

— Агхм, — бурчу невнятное.

— Малышка нервничает? — улыбается насмешливо, подергивая бровью. — Или смутилась?

Краснею. Чтобы выйти на пляж нам снова пришлось проделать путь по узким лестницам склепа. Ну, вы помните эту дорогу, да? Извилистые туннели Хогвартса. Без помощи моего несравненного маньяка я бы не справилась. Так что он несколько раз поднимал меня на руки. Это было слишком откровенно. До сих пор не могу понять, зачем я надела эту дурацкую юбку? Уму непостижимо.

— Да что уж там, — пожимаю плечами. Прядь волос за ушко стеснительно убираю. Слышу его вибрирующий смех.

— А кто это тут у нас? — к нам приближается Медуза. В руках у него стаканчики с выпивкой. Я оглядываюсь, и вижу, что многие со стаканчиками и закусками.

На берегу разожжен огромный костер. Заводная музыка затмевает шум теплого ветра. Я мерзлявая, и моя красивая курточка не спасает, так что мне не терпится подойти к костру.

— Привет, — растягиваю губы в улыбке. — Классно сделали.

Развалины украсили фонариками. Выглядит очень атмосферно.

— Спасибо! Пойдем танцевать? — предлагает, но потом останавливает взгляд на Вороне и мрачнеет. — Или не пойдем. Кому нужны эти танцы? Скука смертная.

Разводит руками.

Я смеюсь.

Подает мне стакан. Внутри красная жидкость.

— Что там?

Пожимает плечами.

— Попробуй.

Ага. Как же. Я не настолько дура. Наклоняюсь. Ставлю стаканчик на песок. До лучших времен.

Когда выпрямляюсь, вижу, что к нам подходит еще один парень. Нет, не парень. Верзила. Хуже. Верзилище. Не сводит с меня пристального пугающего взгляда. Он очень похож на Ворона. Просто копия. Только помимо пирсинга уха, у него еще и тату на шее и руках. Шевелюра также похлеще.

— Матвей, — протягивает мне руку. Будто только меня и ждал. Артуру приветствия не достается.

Я удивлена. Впервые вижу этого парня.

Но это наш именинник. Несложно догадаться.

Похоже, мощнейшая энергетика — это семейное. Земля содрогается.

— Марина, — тяну руку тоже. Огромные пальцы сжимаются на моей ладошке. Поворачивает ее и губами касается в легком поцелуе. Обжигает кожу.

В глаза смотрит. Вызывающе.

У него ресницы чернющие. Ресницы дьявола.

— Ох… — пищу, кажется от страха.

Эти парни галантно-ужасающие.

Позади меня раздается шипение. Это мой маньяк злится.

Наверное, потому что он без внимания.

— Ой, и ты здесь, братец, — нарочито удивленно приподнимает бровь. Она у него тоже тяжелая. — Не ожидал тебя увидеть, Артурчик.

— Руки от моей девушки убрал.

— Что? Твоя девушка? О, неожиданно! — и снова на меня смотрит с безумной широченной улыбкой. Похож на акулу, клянусь. В голосе ноль процентов удивления. — Так ты не свободна?

— А я…

— Но у меня все же есть шанс, да? — к себе притягивает.

— Э…

— Подарок для меня? Ты ж моя радость. — коробку из другой моей руки выдергивает. Раскрывает.

Краснею. Там одна одинокая пироженка. Вокруг все стенки запачканы кремом. Видно, что кто-то был очень голоден.

Как неловко.

— Не доехали. Да?

— Ну, я…

— Понимаю. Рядом был проглодит, — переводит взгляд черных глаз на Артура. — Не волнуйся, я не переношу сладкое.

Кладет подарочек на песочек.

— Какая незадача, — проглодит не теряется. Наклоняется, берет в руки несколько коробок тортиков и протягивает Матвею. У того улыбка с губ сходит. — А мы тебе так много накупили. Старались. Не будешь? Ну ладно, я сам съем, что поделать.

Вот… Он же знал!

Матвей мрачнеет, сует большие пальцы в карманы джинс.

— Ничего, у меня есть чем занять себя. Я тут, кажется, влюбился.

Красноречиво подмигивает мне.

Артур рычит враждебно. Коробки с тортиками тоже падают на песок.

— Не зли меня, придурок.

— А, — на него взгляд переводит. Хмурится. — Так я еще не начинал. Вечеринка в самом разгаре.

Черт. Черт. Черт.

Что за фигня?

Земля опять содрогается. Уже сильнее.

Лучшее время пришло.

Наклоняюсь и хватаю свой стаканчик. Выпиваю залпом.

Странный вкус. Становится очень тепло. Ощущаю приятный жар на щечках.

Народ не замечает назревающей драки. Танцуют.

А зря.

Тут намечается цунами. Спасайтесь все.

— Пойдем со мной, — меня за руку Медуза утягивает. Дергает коленками. — Обожаю сальсу.

Я только хотела съесть свое любимое пирожное…

Что с его дрыгающимися ногами? Он меня явно отвлекает.

Подкидывает мое тело в воздухе. Скручивает. Я вообще-то так не умею.

Дух вышибает.

Атас. Какая нафиг сальса?

Моя юбчонка подпрыгивает выше меня.

Вы помните про белье?

Как в воздухе ее придерживать?

Белею в лице. Покрываюсь горошком. Нет, не черным. Красным.

На нас парни смотрят. Оценивают мои танцевальные способности.

Зачем здесь столько фонариков? Могло бы все пройти в темноте. Кромешной.

Подстава лютая.

— Ай! — успеваю вскрикнуть. Я уже на песочке стою. Медуза склоняется над моим лицом. Прогибает меня ладошкой в пояснице. Наклоняет. Свое предплечье профессионально в сторону выгибает.

Я по логике вещей должна держаться за его плечи. Чтобы не упасть.

Но держусь за края юбки.

— Ой, — падаю. Песочек заползает в волосы.

— Не робей, Малышка, — внезапно меня подхватывает Матвей. Дикая акула. Перекидывает через плечо. — Все самое интересное впереди.

Шагает мимо моего Маньяка. Как в замедленной съемке наблюдаю.

Его держат какие-то парни. Громилы в темных одеждах. Нереально вырваться.

Прожигает взбешенный взгляд меня, свисающей с плеча верзилы.

Беспощадные молнии из золотистых глаз сверкают, когда его братец со звонким шлепком игриво ударяет мне мощной ладошкой по полупопию. Ай. Громче музыки этот звук. На нас оглядываются.

Все очень плохо. У меня тоже молнии из глаз. От боли. И от шока.

Что, черт возьми, происходит? Все опять пошло не по плану.

У меня когда-нибудь бывает по плану?

Я больше ничего не буду планировать. Никогда.

Импровизация — мой конек.

Идем к воротам развалин. По извилистым туннелям Хогвартса.

Ну, Матвей идет. Я лечу. Вниз головой. Попой кверху. Юбкой к низу. У меня перед глазами мушки черные. И разрушенные полы движутся. Мои волосы, вывалившиеся из заколки, их вытирают. Уборка здесь не помешает. Кругом пыль черная. Из блондинки, стану брюнеткой.

Всегда мечтала сменить имидж. Такой день волнительный. Кажется, я дышать перестала.

— Ты мог бы меня отпустить?

— Не мог бы.

Черт. Черт. Черт.

Они точно братья.

Семья маньяков.

— А ты меня с вечеринки выгоняешь?

Может, я ему не понравилась? Плохая партия для старшего братика?

— Лучше. Я тебя с вечеринки похищаю.

Ой-ей. Он такой честный.

Да. Так намного лучше.

Выходим за ворота. На свежий воздух. Лесочек вокруг черный.

Прощаюсь с жизнью. Снова.

Ручки мои онемели. Болтаются в воздухе. Вместе с пыльными волосами.

От Артура пахнет приятнее. Слаще. И к чему эти мысли?

Подходим к машине. Крутой машине.

— Тебе же только сегодня исполнилось восемнадцать? — уточняю. — Ты уверен в себе?

— Не боись. Довезу с ветерком. Зачетные трусики, кстати. Буду называть тебя бусинкой.

— Это горошек, — пищу на последнем издыхании. Перед глазами тонированные окна пассажирского проносятся. Но мне не туда.

Открывается багажник.

И я уже в нем.

Удобненько развалилась.

Хлоп. Крышка закрылась.

Хотела кромешную темноту? На те, пожалуйста.

Помчали…