Не целуй меня

Глава 39

— Я могу украсить квартиру? — осторожно спрашиваю, подойдя на цыпочках и обхватив его со спины. — Ты ведь не против?

— Конечно, — соглашается Артур. — Делай что захочешь, Малышка.

Я радостно подпрыгиваю и визжу.

Когда Сабина позвонила мне сообщить, что они хотят поехать к отцу Паши, я была удивлена. Долгое время ему не удавалось договориться с Сабиной, но попытки помириться, чтобы вернуть и сохранить семью, все же к чему-то привели. По ее голосу, она взбудоражена, хотя, не вполне уверена в себе. Они естественно и Хамфри взяли. И меня пригласили поехать с ними, но я тут же отказалась, наплела что-то про долги по учебе, которые я планировала решить на каникулах, отчего Сабина скептически хмыкнула. Не подумайте, я бы не отказалась позагорать на солнышке, чтобы сбежать от наших ветреных холодов, но… Здесь Артур. И этим все сказано.

Я не могу его покинуть сейчас. Хочу быть с ним. А он только рад. Слышал наш разговор по телефону, и когда речь зашла за поездку, его глаза почернели, приобретая жесткость. Но как только я отказалась, он довольно кивнул. «Останешься со мной. Я буду тебя оберегать».

— От кого? — спросила я удивленно.

— От всех.

Мне в этот момент так хорошо стало от мысли, что он будет рядом, поэтому я упустила что-то важное, мелькнувшее в его словах. Это не только забота, нет, это чувство страха в его голосе. А чувство страха Артуру не свойственно, возможно поэтому, я пропустила сказанное мимо ушей.

— Будешь жить у меня, — ошарашил он в один из дней, когда я собиралась съездить домой.

— Но… моя одежда…

— Все что надо, я тебе куплю. Курьером закажу. Напиши список.

Счастье настолько застилало мои влюбленные глаза, что и здесь я ничего не заподозрила. Решила — просто не хочет меня отпускать ни на секунду. Так и я его тоже не хочу отпускать. Нам так хорошо вместе.

Будем целыми днями дома. Вдвоем.

На том и порешали.

— Это лучший новый год в моей жизни, — с улыбкой произнесла я.

— Мой тоже, — он подошел и чмокнул меня в висок.

Курьер привез нам игрушки и елку, которой у Артура не было. Игрушки оказались очень красивыми, брендовыми. У меня руки дрожали, когда распаковывала. Артур надо мной смеялся. Мы вместе украсили елку, повесили гирлянды на окнах.

— Мы пойдем на салют? — спросила я, разбирая сумки с продуктами. Написала себе список того, что приготовлю.

— Нет.

И на это лишь расстроенно пожала плечами. Может, он не любит салюты?

А я вот очень люблю.

Мариную мясо, нарезаю салаты, делаю бутерброды и канапешки с рыбой и креветками. Выкладываю все на тарелки.

— Эй, не трогай! — смеюсь, когда с блюда исчезают парочка канапе. — Это на вечер!

И конечно наш праздничный стол не обходится без сладкого. Пирожные, конфетки. Бокал шипучего напитка, когда часы бьют полночь — хотя я сомневаюсь очень, еще стыдно от своего поведения после апельсинового чая.

Мы много смеемся, постоянно целуемся, и нам никто не нужен для счастья. Проводим вместе каждую секунду.

Мы одеты в домашнюю одежду, я в свою любимую пижамку, а Артур надел футболку, которую я ему на вечеринке подарила. И он ее обожает. А для меня подсказка: «Закрой взгляд» Да, теперь мне приходится часто ловить себя на мысли, что мне нужно закрыть взгляд, потому что я просто пожираю Артура глазами.

— Открывай теперь свой подарок, — смеюсь я, застегивая серьги на ушках. — Он не такой дорогой, как серьги, но уверена — ты будешь рад.

Он снимает обертку — внутри браслет из красной нити, который я когда-то по случайному Счастливому стечению обстоятельств положила в его сумку.

— Это самый лучший подарок, — говорит Артур своим бархатистым голосом с хрипотцой. — Больше не будешь воровать?

— Не буду, — прыгаю я. — Он твой!

И мы снова целуемся. Бесконечно долго. Бесконечно нежно.

Наши поцелуи с привкусом волшебства на губах.

Дни летят быстро. Мы не входим из дома все каникулы, и в какой-то момент меня накрывает легкая тревожность.

— Все хорошо? — тихо спрашиваю у него.

— Все замечательно, — снова и снова твердит он. Только в глазах горит другой ответ. И от этого больно.

Он всегда рядом, как и обещал. Постепенно начинается учеба — он не отходит от меня ни на шаг. Моя родня так и не вернулась, отчего я сделала вывод — у них все хорошо. Были короткие сообщения от Сабины, поздравления с новым годом и вопросы, справляюсь ли я. Думаю, она заподозрила, что я с Артуром, потому что в короткий новогодний звонок все было слышно по ее голосу, и та самая нотка подозрения и радости за меня. За квартиру было оплачено на полгода вперед, но я сомневалась, что Сабина с Пашкой и Хамфри решат вернуться, скорее всего они отлично обжились на новом месте. Я была рада за них. Скоро экзамены, а потом я планировала поступление в медицинский университет, и если Сабина будет волноваться и решит вернуться ради меня, я расскажу ей, что дома не бываю, и все заботы обо мне взял на себя Артур.

Все также на уроках — он со мной. Одноклассники уже не обращают внимания на эту странность, хотя первое время гремели. В школе привыкли, что он охраняет меня, будто самую ценную хрустальную вазу. Ходит по пятам, словно маньяк. На самом деле сейчас всем не до этого, подготовка к егэ идет полным ходом.

— Он хотя бы получил от тебя люлей за свое ужасное поведение? — спросила однажды Динка, когда мне удалось уличить минутку.

— Конечно! — вспыхиваю я. — Я ему однажды ужин сильно пересолила! Он потом три литра воды выпил и опух! Бедняга…

— Агрххх. — недовольно ворчит Динка, качая головой. — Безнаказанным, значит, остался.

— Он сказал, что разлука со мной — худшее наказание.

— Любовных цитат что ли начитался? — скривилась та, но по голосу было слышно, что уже не так злится.

Итак, учеба проходила под его полным контролем. Выходные — не выходили из квартиры. Но я все больше понимала, что это заточение доходит до абсурда.

— Артур, я так больше не могу! — воскликнула я. — Хватит уже тыркать курьера, давай сами сходим в магазин!

Во мне бурлило раздражение, и Артур это замечал, но вопреки всему не выпускал меня из дома. В какой-то момент я начала себя чувствовать пленницей, задыхаясь в четырех стенах. Кроме школы и его квартиры он не разрешал никуда ходить.

Однажды рано утром, пока он спал, мне позвонила Динка, и сообщила, что Геля не сможет выйти на смену в пекарню, так что пришло мое время, как я и хотела. Я не стала будить Артура, оделась и ушла. На автобусе доехала до пекарни, и было ощущение, что я наконец-то вдохнула свежего воздуха.

Но после смены, которую я отработала на отлично, меня ждала ссора, от которой я долго не могла отойти. Он ждал меня за дверью пекарни, и по его внешнему виду было ясно, что он меня сторожил весь день. Оказывается, он побежал за мной сразу же, как только услышал, как захлопнулась дверь. Под его неровно наспех застегнутым пальто торчала домашняя футболка и штаны. Он был без шапки, его нос и уши сильно покраснели.

Он уже не был похож на себя: уверенного дерзкого парня, который цепляет одним своим «вампирским» взглядом. Сейчас он напоминал обычного юного мальчишку, чем-то крайне напуганного, я бы даже сказала запуганного. И в тот момент, когда я хотела на него накричать, мне также сильно хотелось его обнять и успокоить.

— Я буду работать там, потому что я уже так не могу! — закричала, залетая в лифт дома. — Ты не даешь мне личного пространства!

— Я тебя напрягаю? — с мрачной усмешкой произнёс он.

Нет, конечно нет. Я люблю Артура еще сильнее. Но жить так нельзя. Мы заперты в четырёх стенах, перестали куда-либо ходить, это неправильно. Я начала подозревать плохое. Внутреннее ощущение сильной тревожности засело в груди.

— Ты сама хотела быть всегда вместе.

— Всегда, но не в таком смысле, — прошептала я, глядя на его расстроенное выражение лица и агрессивно скачущие желваки на скулах. — Прости, но…

— Всегда есть «Но», — ухмыльнулся он. — Не бывает счастья без Но.

— Бывает… — прошептала я. А он просто молча отвернулся.

Мое сердце разрывалось от этого разговора.

По выходным я приходила в пекарню, сменяя Гельку. Артур, словно мой сторожевой, всегда стоял рядом с окнами. Высокий, красивый, мрачный, — девушки, поднимаясь на крыльцо пекарни с опаской и восторгом взирали на него. Долгое время перешептывались, стоя у прилавка, о том, какой он красавчик, советовались, стоит ли к нему подойти познакомиться. Никто не решался, но я всегда с замиранием сердца слушала их разговоры, краснела и протяжно вздыхала, когда речь заходила о том «а есть ли у этого красавчика девушка?»

В это утро, я опоздала, потому что мы снова поссорились. Геля открыла пекарню, я приехала позже.

Птицы на деревьях радостно щебетали, капель с крыши падала. Снег почти растаял.

— Ты в порядке? — спросила она, покосившись на стеклянную огромную раму с милыми рисунками булочек и тортиков. За ней возвышался мой Артур.

— Да, а что?

— Ну знаешь, на дворе утро, а ты выглядишь так, будто пахала не менее десяти часов без перерывов на обед.

— Ты очень проницательна, — улыбнулась я.

Наверное, мой уставший вид связан с тем, что я слишком близко к сердцу переживаю каждую стычку с Артуром. Но он по-прежнему не дает мне спокойно выходить из дома. На мои попытки выведать, что между нами не так, всегда отвечает — между нами все прекрасно. Ты себе накручиваешь. Я просто тебя безумно люблю.

— Ты уверена, что хочешь с ним быть? Он выглядит таким… злым.

— Уверена. — как отрезала я.

Да. Я уверена. Люблю его. Всем сердцем.

Мы поссорились, потому что он не хотел, чтобы я работала в свой день рождение. Он кричал, что хочет весь день провести дома, и если я не послушаюсь, то он привяжет меня к кровати немедленно. Я закричала, что найду ножницы и постригу его красивые лохматые брови, пока он будет спать. Он удивленно спросил, как можно взять ножницы, если ты связана, а я не нашлась, что ответить… Пришлось мириться.

Восемнадцать — большая дата. На дворе весна — вот-вот экзамены. А потом… поступление.

Я уже в предвкушении.

А куда поступит Артур? Он так и не ответил на мой вопрос… Постоянно отшучивается. Или просто мрачнеет.

Смена была короткой, после чего мы отправились к автомобилю. Я уже и не мечтала, что мы пойдем в какую-либо кофейню и насладимся обществом друг друга вне дома и школы. Но Артур меня удивил.

Он привез меня в милую уютную кофейню, где мне принесли именной тортик. Я не могла сдержать улыбку и злость на него в секунду улетучилась. Он смотрел на меня такими влюбленными глазами. Как можно было на него злиться? Он самый лучший парень в мире.

— Прости меня, — улыбнулся он.

— И ты прости, — наклонилась к нему, чмокнув в губы.

Но мне этого было мало. Всегда чертовски мало.

И чем ближе была ночь, тем сильнее я жалась к нему. Вдыхала аромат его пальто, прикасалась к его рукам с длинными и такими любимыми пальцами.

— Я сейчас вернусь, а ты подойди к окну, — сказал он уже дома.

— А?

— Э. — ухмыльнулся он.

Позже, за окном затрещали салюты. Сердце замерло, а потом забилось так сильно, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Завороженно прильнула к стеклу, и мир снаружи превратился в искрящуюся, волшебную сказку, сотканную из огня и света. С улыбкой смотрела на его милый подарок. Меня задело, что мы не посмотрели их в новый год, но он воплотил эту красоту сегодня.

Каждый взрыв, каждый рассыпающийся сноп звезд — признание, вырвавшееся в небо. Багровый, золотой, изумрудный — калейдоскоп чувств отражался в моих глазах. Тепло разливалось по всему телу, волна нежности накрыла с головой. Улыбка не сходила с лица, а на щеках алел румянец.

— Загадала желание? — Артур вошел в квартиру, наклонился, снимая свои объемные ботинки.

— Да, я загадала, чтобы ты меня целовал.

Артур снял пальто и посмотрел на меня удивленно, вздернув лохматую бровь.

— Зачем на такое тратить желание? Я итак тебя всегда готов целовать.

— Ты не понял, Артурчик, — с хитрой улыбкой я обняла его за шею. Примкнула к его губам. — Ты целуй меня везде.

— М?

— «Восемнадцать… мне… уже…» — пропела я и засмеялась.

— Ааа… — качнулся он ко мне ближе.

— Э. — передразнила его я.

— Тогда буду целовать, — серьёзным тоном прошептал он.

— Целуй неподобающе. И разратненько. Я требую. Делай все, что пожелаешь. Потому что я тоже этого очень хочу.

— Так и сделаю, — пообещал он, выключая свет.

И снова набросился на меня с поцелуями…

Рано утром я вышла из дома, не разбудив его. На этот раз убедилась, что он не проснулся и не кинулся следом. У меня выходной, но я хочу сходить за продуктами сама, а потом прийти домой и сделать своему любимому человеку самый вкусный на свете завтрак. Хм, что бы такое ему приготовить? Это должно быть что-то особенное. Я всегда стараюсь его радовать.

Шла по тротуару, а под ботиночками игриво отскакивали лужи. Птички чирикали. Снег в некоторых местах еще не до конца растаял. Мне бы хотелось прыгать по лужам, счастливо петь, как дети, бегущие впереди. Я ощущала себя очень счастливой. Я оглянулась, втянула свежий весенний воздух…

— Марина!

Внезапно тонированное окно лимузина, стоящего возле тротуара опустилось. Из него выглядывал пожилой мужчина с красивыми золотыми глазами. Я вспомнила, что видела его в доме Артура, когда Матвей привозил меня. Сердце издало тревожный удар.

— Здравствуйте… — вежливо поздоровалась я, остановившись, как вкопанная. У него такой властный взгляд, что хочется поклониться.

— Садись, — кивнул он.

— Спасибо, мне и тут хорошо.

Послышался тихий смех. От этого странного смеха волнение внутри лишь усилилось.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда. Для начала просто поговорим.