Не целуй меня

Глава 7

Еле поспеваю за ним, чуть не падая. Совершенно не контролирует ширину своего шага.

Выходим на воздух через еще одну дверь, и я распахиваю глаза от удивления.

— Ва-ау, — произношу, глядя на покрывало мягкого песка, распростёртого по широкому берегу. — Что это?

— Песок.

— Я вижу! — раздраженно закатываю глаза. — Я имею в виду, что за место?

— Пляж.

Вздыхаю.

Но не фырчу. Опасно.

Нос берегу.

Волочу ноги следом. Он идет, а мне приходится бежать, глотая холодный ветерок.

Все словно во сне: я на каком-то пляжу, хотя у нас нормальных пляжей и нет в городе, все одни обрывы и каменистые вечно захламленные берега, летом доверху забитые отдыхающими.

За руку меня держит человек, которого боится вся гимназия, и который буквально утром унижал меня.

Сейчас около десяти вечера, а я еще не дома, не сижу над конспектами по химии, не утыкаюсь в телевизор, в надежде найти что-то стоящее, не прячусь в шкафу от маленького мистера Паука и крошки Хамфри.

Подходим к спокойному берегу. Залив переливается в свете полумесяца.

— Красиво.

— Да, — замечаю, что он разглядывает вовсе не залив, а меня.

Ужас какой. У меня от его плотоядного взгляда волосы на голове шевелятся.

— Почему ты так смотришь?

Внимания от меня не отрывает. На вопрос — не отвечает.

В ответ смотреть вот так впритык — страшно. Тем не менее, я поднимаю глаза, и гляжу в его.

Впервые позволяю себе внимательно рассмотреть идеальную кожу, темные тяжелые брови, черные длинные ресницы, пухлые губы, широкую линию челюсти и даже пирсинг в ухе.

Да, да, я детально рассматриваю этого парня вблизи. Невероятно, но факт. А он будто бы позволяет себя рассмотреть.

Чуть наклоняет голову, так, что серьга становится еще более заметной. И ждет.

— Все?

— Мм, — вспыхиваю ярким румянцем и отворачиваю лицо к воде.

И для чего я вообще на него пялилась? Вот дурочка.

А он еще красивее, чем казался сдали. Жаль, что маньяк.

— Замерзла?

Опустив взгляд на свои руки, замечаю пупырчатые мурашки. Но самое интересное — он все еще держит мою ладонь в своей. Словно мы парочка.

Некоторое время шокировано пялюсь на это невероятное недоразумение. Отрывисто выдыхаю. Поднимаю глаза и вижу, что он по-прежнему разглядывает меня.

— Нет, — вырвать руку не удается. — Я хочу домой!

— Нет. Ты никуда не пойдешь.

Попадос.

— Пощади. Уже поздно. Обо мне будут волноваться.

Только сейчас подумала, что Сабина будет переживать, что меня так долго нет. Я никогда так не задерживалась.

Сабина моя двоюродная тетя и опекунша. Когда родителей не стало, она забрала меня себе. Больше некому было, она пожалела меня, не смотря на то, что воспитывает сына одна. Мы с ней очень ладим, но мало общаемся. Она работает медсестрой в стационаре, и часто уходит в ночные смены, поэтому на общение просто нет времени. Хорошо, что сегодня у нее выходной.

Обычно в ее отсутствие я приглядываю за своим братом Пашкой, которого называю Мистером Пауком, потому что он постоянно носит костюм человека паука, практически не снимая, и маленьким псом Хамфри, который вечно поднимает меня в пять утра, чтобы я отвела его погулять. Это время он любит больше всего. Минута к минуте. Не позже.

Вообще-то Пашка обещал сам выгуливать, но кто же его одного в такую рань отпустит? Этому малышу всего шесть лет. Поэтому первое время мы ходили вместе. Но потом он начал постоянно просить поспать еще пять минут, которые затягивались на пару часов. Хамфри это очень расстраивало, он жалобно скулил.

В итоге — утренняя выгулка на мне. Я не против. Пять утра — еще никого толком нет на улице. Свежо, красиво. Я вообще ранняя пташка.

— Позвони предупреди, что придешь попозже.

— Не могу…

— Почему?

— У меня нет телефона.

Брови парня мгновенно взлетают вверх.

— Забыла или вообще нет?

— Я не нашу телефон, потому что… — прикусываю губу и опускаю подбородок, ощущая дрожь от неуверенности в себе. — Просто… пока не ношу… нельзя…

Мне тяжело объяснять ему.

Все дело в Клюевой и ее подружках. Они несколько раз забирали мой телефон и делали в нем всякие пакости. Одни фотки поудаляли, на других прифотошопили всякие пошляцкие штучки.

Несколько раз отправляли учителю физики мерзкие сообщения с моего аккаунта. И даже когда я с трудом вернула телефон обратно, отправили среди ночи еще несколько, и те фотки его жене. Оказалось — взломали мой аккаунт. До сих пор тяжело смотреть учителю в глаза.

А потом — вообще удалили профиль. Теперь меня нет в соцсетях.

Я восстанавливать не стала. Решила уже после окончания верну. А пока — невидимкой буду, насколько это вообще возможно в моем случае. Так лучше.

Мой учебный профиль даже в группе старшаков не приняли. Все в курсе событий выпускного балла, а я — только крупицы информации из уст Динки узнаю.

А телефон теперь оставляю дома. Всегда.

Ворон пальцами нагло поддевает мой подбородок и приподнимает опущенную голову.

— Теперь носи. Будь на связи. Поняла меня?

— Нет, — верчу головой, убрав его пальцы. — Не поняла. С чего ты решил, что можешь мне указывать?

Наконец-то удается вырвать руку из плена и засунуть ее в карман кофты, которая все еще влажная после дождя.

В порывах ветра я чувствую, что мерзну сильнее, и скукоживаюсь, но стараюсь не подавать виду. Я ощущаю его внимательней взгляд.

Я знаю, что его приказы обычно все выполняют. И с моей стороны глупо с ним спорить. Но возникать — в моей крови. Хотя обычно я всеми силами себя сдерживаю.

— Мне правда нужно домой. В пять утра я гуляю с Хамфри, — шмыгаю носом от холода. — Нашим псом, — уточняю на вопросительно-хмурый взгляд.

— Одна? — его брови взлетают до самых волос на макушке. — Так поздно?

— Так рано ты имел в виду? В это время на улице никого нет.

— Разве ты не из чертаево?

— Откуда ты знаешь? — на этот раз удивляюсь я. — То есть… да… но наш район не так плох, как о нем говорят! Ты серьёзно думаешь, что там бандиты в пять утра бегают? Улицы пустуют в это время. Большинство людей спят.

Наш квартал считается неблагополучным. Там живет не очень хороший контингент людей, точнее сказать — бывшие преступники и хулиганы, либо те, у кого просто нет возможности жить в более комфортных условиях. Пока что мы ютимся в съемной маленькой квартирке, которую смогли снять на небольшие деньги. А в других районах намного дороже.

Я вижу скептицизм во взгляде маньяка, но он молчит. Это его высокомерное молчание с ума сводит.

— Я пойду, — разворачиваюсь, чтобы уйти, но парень хватает меня за запястье. Вытаскивает мою руку из моего кармана и переплетает наши пальцы в замок.

— Пойдем.

Тянет мня за собой, вышагивая вперед.

— Эй, мне вообще-то холодно! — едва поспеваю за ним, волоча ноги. Несколько раз кашляю. — Это ты успел надеть сухую кофту! А я мокрая и у меня рука мерзнет, отпусти! О, нет… Кажется, я простудилась.

Молча засовывает наши сплетенные руки в карман своей толстовки.

Делает это так ловко, что я не успеваю ничего возразить.

У него, кстати, очень теплый карман.

Ах, и я в шоке с того, что он делает. И не понимаю этого парня. Сейчас так устала, что и понимать не хочу.

Заходим в помещение, и он отпускает меня на свободу, но лишь затем, чтобы взять из коробки в углу огромное одеяло, и закутать меня в него. С головой. Ощущение, что только нос торчит.

Чувствую себя максимально некомфортно. А он еще уголки одеяла возле лица поправляет и по носу мне щелкает двумя пальцами. При этом растягивает губы в странной шаловливой полуулыбке. Такое этому демону совершенно не свойственно, и я теряюсь.

— Эээ… знаешь, так неудобно, — ворчу я, краснея под ошарашенными взглядами парней. Один, который до сих пор распутывает провода, даже рот открыл и пялится, уже без стеснения. А Медуза присвистнул.

— Сэд, дай ключи.

— Какие ключи? — челюсть парня с проводами опускается к полу.

— От тачки.

Парни странно переглядывается и хмурятся.

Маньяк ловит ключи в воздухе и подталкивает меня к двери.

— Я, пожалуй, оставлю одеяло здесь…

— Нет.

— Но так неудобно идти по лестницам! — протестую я.

Тогда он берет меня прямо в одеяле на руки и уверенно шагает к двери.

Не только я в шоке.

Нам вслед присвистывает вся команда парней.