Не целуй меня

Глава 3

— Сссс….ка, — ржут парни, столпившись на газоне в кольцо. Девчонки устроили такие же посиделки на трибунах. — Какой же кринж.

Чем они все занимаются?

Правильно. Кто-то заснял еще один момент моего позора и смонтировал в клип под музыку. Да, там по порядку, сначала утренний момент, потом на поле. Я сегодня звезда. В прямом смысле. Они мне на лоб стикер звезды прифотошопили. И на повторе голосом бурундуков: «Ты мог бы помочь — Не мог бы. Ты мог бы помочь — Не мог бы».

Интересно, Ворону доставляет удовольствие так унижать меня? Он стоит Клюевой, которая глядит на него, как на Царя и Бога. И чего они до сих пор не вместе? Загадка века.

Но у меня нет времени на разгадывание загадок и обмусоливание моего звездного часа. Скоро закончится игра, потом все разбредутся домой, а я до сих пор не поговорила со Славой. Я пообещала себе, что в этот раз несдрейфю.

Пока народ занят, прокрутила в голове примерный план.

После моего повторного унижения, ко мне подошла Светка со свитой, чтобы запечатлеть мое багровое лицо. В процессе «вежливого» разговора, я умудрилась ляпнуть, что у меня есть парень и он классно целуется.

Последнее не понятно для чего выдала. Но представляла в этот момент поцелуй с Князевым.

Они засмеялись, и сказали, что никогда не поверят в такую чушь. Потому что нет такого идиота, кто согласился бы со мной встречаться и прикасаться ко мне.

«Ты можешь убеждать меня сколько влезет, убогая, но я в жизни не поверю. Только если сама, собственными глазами увижу поцелуй. Впрочем, кто согласится трогать такое убожество, а тем более — целовать?»

У меня до сих пор стыдливый румянец не сходит с щек от ее слов. Зачем так унижать? Считает, что никто из парней не захотел бы меня целовать…

И ведь правда. Меня еще никто никогда не целовал. Я еще никогда не с кем не встречалась. И в меня не влюблялись. А одноклассники вон уже давно отношения крутят. Большинству уже исполнилось восемнадцать.

Ладно. Мне сейчас не до жалости к себе. Нужно составить план.

Итак, для того, чтоб Светка и остальные поверили, что у меня есть парень, он должен поцеловать меня на виду у всех. Чтобы они все этот момент лицезрели собственными глазами.

Еще раз нахожу взглядом Славку. Он обещал выполнить любую мою просьбу, но как бы правильно сформировать свое желание?

Может, подойти и заявить в шутливой форме? Мы ведь всегда друг друга подкалываем. С одной стороны, ничего страшного не произойдет, а с другой стороны — я могу умереть от стыда. Ведь Слава и правда мне очень симпатичен.

Ладно, если честно я влюблена в него и уже давно. Поэтому это так трудно.

У меня ощущение, что это будет то самое признание, о котором я грезила последние месяцы. Однако, я и мысленно не могу допустить, чтобы вот так напрямую признаться парню в чувствах. К тому же в такой щекотливой ситуации. Я сегодня опять перед толпой унижена. Это все выше моей гордости.

Но раз вариантов нет, а снова и снова умирать от стыда мне не хочется, пишу ему откровенную записку:

'Поцелуй меня на игре сезона в эту среду. На футбольном поле, чтобы все видели.

Мне нужна твоя защита. Будь моим парнем.

Это мое желание.

Шацкая Марина.

p. s. Это будет мой первый поцелуй.

p. s. S. Я очень переживаю. Давай обойдемся без лишних слов. Ты мне уже давно очень нравишься, и если у нас взаимно, я все пойму по твоим самым красивым в мире глазам…'

Перечитываю несколько раз. Вот оно мое признание. Не слишком ли пафосно? Перебор романтики?

Я сошла с ума⁈

Боже… Конечно, я сошла с ума!

Была не была!

Перевожу дыхание и поднимаю глаза на Славу. Он сумку оставил на трибуне первого ряда чуть ниже от меня, я ее сразу узнала, черная спортивная с двойной красной полосой по краю. А сам разговаривает с вратарем.

Слава популярный парень. И еще — очень хороший. Добрый, внимательный и с чувством юмора. Я уверена, он выполнит мою просьбу.

Он обещал сделать, что угодно. Он все поймет. И он поможет. Ведь я знаю, что тоже нравлюсь ему. Чувствую это. И никакая Клюева нам потом не сможет помешать, как бы не старалась.

Складываю листок пополам и беру файл с заданием по химии, которое я выполнила в эти выходные. Нам раздают каждому индивидуальный вариант, я делаю — он потом переписывает своим подчерком, чтобы не подкопались.

Шагаю к нему.

— Слав, — лепечу неуверенно, под громкий спор парней. Не сразу, но он оборачивается, быстро мажет по мне глазами и снова устремляет внимание на разговор.

— Ты мне пасуй справа, я тебе уже сто раз говорил, Князь! Ты че, тупой⁈ Игра в эту среду! Сколько можно, блин! Ворон уже злится на меня! На меня! Хотя, виноват, блин, ты! В следующий раз сам ему объясняй! Хочешь иметь дело с Вороновым, а? Или зассышь, как обычно?

— Да понял я! — орет в ответ, и щеки его краснеют. — Понял!

— Слав, я положу выполненное задание по химии в твою сумку?

— А, да, — кивает он, даже не глядя на меня и добавляет совсем тихо. — Положи, конечно, Марин.

Довольно улыбаясь, иду в сторону трибуны. Открываю его сумку, от которой исходит приятный сладковатый аромат, которого я раньше от Славки никогда не чувствовала. Вдыхаю несколько раз с особым наслаждением, даже глаза на секунду прикрываю.

Вся одежда аккуратно сложена ровной прямой стопкой. Полотенчико уголок к уголку. Даже не думала, что он такой педантичный. Сбоку бутылка с водичкой. Сверху лежит запасная футболка, и я кладу лист с заданием и записку под нее.

Задумчиво смотрю, покусывая кончик языка, и быстро, пока не передумала, достаю из рюкзака и кладу туда же браслет с амулетом. Я купила два этим летом. Для парочек. Случайно увидела в магазинчике со счастливыми талисманами, и мне очень понравилось.

Консультант говорила о его особых свойствах, что влюбленные, когда носят эти браслеты, чувствуют друг друга, даже на расстоянии. Появляется особая незримая связь. Она рассказала мне невероятную историю. Может быть, из разряда сказок, но звучало до жути романтично.

Сам браслет в виде красной нити. Кулон в виде пары лебедей, состоит из двух половинок, образующих сердце. Один лебедь у меня. Второй — теперь у него. Это будет мой подарок.

Страшно вот так признаваться парню, вдруг не примет? Или еще хуже — засмеет. Но сколько еще тянуть?

— Была не была. Все получится, — пока иду обратно, скрещиваю пальчики левой руки, на счастье. Пульс усиленно бьется.

Жду окончания тренировки в подвешенном состоянии. Большинство уже разошлись, а мне важно досидеть до конца, чтобы узнать у Славы, согласен ли он.

Он не скажет вслух, я по глазам все пойму. Глаза у него невероятные, синие, почти водянистые. Добрые. И когда он смеется, морщинки лучистые у век собираются. Приятный он очень. И хороший. Очень хороший.

После окончания игры, когда парни разбредаются с поля, шагая в душ, я спускаюсь с трибуны с целью поймать Славу. Вокруг стоит легкий сумрак, и очень душно, будто собирается пойти дождь, хотя небо еще недавно было чистое и ясное.

Сейчас Слава пойдет ополоснуться, а я хочу предложить ему отправиться домой вместе, ведь нам по пути.

— Слав, — улыбаюсь, потому что он уже спешит навстречу. И сумка весит у него на плече. И когда он успел ее забрать? А я даже не заметила, пока представляла его красивые водянистые глаза и невероятную улыбку.

— Марин, — шепчет он еле слышно, бегло оглядываясь. — Ты же сказала, что положила сделанное задание в сумку. Но я не нашел.

— Положила под футболку. И там еще кое-что… Слав…

— Какую еще футболку? — в голосе слышится удивление. Он тянет за молнию, и раскрывает свою сумку. Сверху скручена неаккуратная кучка, похоже, шорты и носки. И пакетик какой-то смятый.

Я недоверчиво морщусь.

— А… это… ох… черт… ох… — начинаю задыхаться.

Рядом проходит друг Славки и хлопает его по плечу, мол, пойдем. Я замечаю у него такую же сумку, с красной двойной полосой.

Перевожу глаза на других парней — у них точно такие же сумки. Похоже, они у всех парней из футбольной команды! И почему я раньше не замечала? Все внимание на Славе сконцентрировала…

Оборачиваюсь на трибуну. Глазами ищу ту самую сумку, в которую я положила вещи. Хотя, кто его знает, в какую именно угодила моя записка? Кто получит мое письмо? И браслет для парочек.

Ой, что теперь будет? Раздуют этот позор на всю гимназию. Как я умоляю меня поцеловать… А по собственному желанию кто меня поцелует? Никто.

Уже представляю, сколько полетит издевательств. Я ведь у нас популярная стала. Основная цель для унижений. Всего этого мне еще не хватало, для полного счастья.

Я стану изгоем даже среди изгоев. Они меня добьют.

Черт. Черт. Черт.

— Черт, черт, черт, — останавливаюсь на крыльце гимназии, прикусывая губу. — Черт, черт, черт.

Сколько раз я повторила слово черт? Но сейчас актуально, как никогда.

— Так, значит, — Слава выходит на крыльцо один, и снова бегло оглядывается и облизывает свою нижнюю губу, отчего я на пару минут засматриваюсь, ведь он такой красивый, — Ни у кого из парней команды в сумке не оказалось задания. Скорее всего ты умудрилась подсунуть его Ворону. Надеюсь, там нигде не было моей фамилии указано? Я бы не хотел, чтобы он подумал, что я трогал его вещи! Он еще тот псих, убить может за такую вольность.

Сипло смеется, прикрывая свой рот костяшками пальцев, пока я бледнею, становясь похожей на мертвеца.

Нет, фамилии Славы нигде не было указано, а вот моя…

— Ну, пойду, Марин. Поздно уже. Там парни ждут. Меня подвезут до дома. Ты же сделаешь мне задание еще раз, да? Успеешь до завтра? Не подведи, ладно? Не хочу портить репутацию, химичка меня так хвалит, сама знаешь.

— Я… да… наверное… ладно… конечно… Слав…

Итак, моя записка с признанием и браслет у Ворона в сумке.

Ужас.

И что теперь делать?