Непокорная для ректора

16

Сказать, что я нервничала — не сказать ничего. Я мечтала о том, чтобы сейчас произошло все что угодно — от нападения неведомых темных до огромного метеорита, который врежется в академию. Лишь бы это избавило меня от тяжелого взгляда красноволосого мужчины передо мной. И речи не могло быть о том, чтобы сейчас выдать хоть каплю магии.

— Ну же, Лия, я жду.

Обращение по имени царапнуло слух. Разве он не должен обращаться ко мне по фамилии? Я закрыла глаза, пытаясь оградиться от взгляда ректора и собственных ненужных мыслей. Вытянула вперед обе руки и потянулась к внутреннему источнику силы. По крайней мере, попыталась сделать то, что мэтр Киган описывал на теоретических занятиях. В груди толкнулась боль, но теперь я ей даже обрадовалась: значит, сейчас все получится. Через опущенные веки посмотрела на свои руки и напряглась, пытаясь представить в пространстве между ладоней вращающийся шар воздуха.

Сперва медленно, воздух стал уплотняться и набирать обороты в моих руках, я округлила ладони, помогая ему сформироваться в ровный шар, будто лепила большой снежок. Обводила его контуры, сглаживая их и контролируя вращение. Кажется, у меня и правда начало получаться.

— Всё, на что ты способна!

Он так громко сказал это «всё», что я вздрогнула. А вслед за мной дрогнул и шар воздуха. Ровная поверхность вспухла, ощетинилась иглами и взорвалась, впиваясь мне в ладони. От боли из глаз брызнули слезы, я вскрикнула, с ужасом глядя, как руки становятся красными от крови. Ректор громко выругался, одним прыжком перемахнул через стол и оказался возле меня. Рванул подол собственной рубашки, отрывая от нее длинный лоскут, и стал бинтовать мне руки, что-то шепча себе под нос. Сперва я думала, что это заклинание, но потом расслышала слова:

— Прости, малышка, сейчас все исправлю.

Краска тут же залила мне лицо. Он что, назвал меня малышкой? Я сглотнула и уставилась на ректора. А он, кажется, тоже не сразу понял, что сказал. Смотрел на меня с какой-то растерянностью и сожалением. Потом поджал губы, взгляд стал отстраненным.

— Потерпи, сейчас будет немного горячо.

Он зажал одну мою руку между своих ладоней и на этот раз четко произнес формулу заклинания. Из пальцев ректора растеклись голубоватые всполохи, окутывая мою руку, проникая под импровизированные бинты. Кожу обожгло, но тут же стало легче. Со второй рукой он проделал то же самое. Потом отпустил меня и тут же отвернулся.

— Стой здесь. — Бросил через плечо и скрылся за внутренней дверью кабинета. Я осталась на месте, разглядывая свои руки и кусая губы. Бинты сами собой сползли с рук и упали на пол, а на ладонях не осталось ни единого следа порезов, за исключением уже высохшей крови.

Пока я пыталась найти хоть малейший шрам, дверь снова открылась. Ректор вернулся в новой рубашке и снова выглядел безупречно. А я стояла перед ним с красными от крови руками и наверняка опухшими глазами. Растрепанная и потерянная.

— Итак, продолжим. — Я почувствовала, как округляются глаза. Он говорил таким тоном, будто не произошло этого кошмара со взорвавшимся шаром. — Сперва покажу, в чем ты ошиблась, а потом ты попробуешь снова.

Он смотрел на меня с такой невозмутимостью, что у меня под лопаткой зачесалось — настолько было некомфортно.

— Могу я сперва привести себя в порядок?

Он снова поджал губы. Кажется, этот жест скоро станет привычным для него в моем присутствии.

— Я быстро. Честно.

Мне совсем не улыбалось продолжать в подобном виде. Но, судя по сжатым в тонкую линию губам и суровому взгляду, придется.

— Иди за мной.

Он повернулся ко мне спиной и снова направился к двери, которая, как оказалось, вела в его личную комнату.

У меня аж руки задрожали, когда я поняла, что сейчас окажусь в святая святых. Вряд ли ректор пускает сюда всех подряд. Но либо он не хотел тратить время на то, чтобы я бегала туда-сюда по этажам, либо не был уверен, что я вернусь, после того как за мной закроется дверь.

— Ванная там. — Он указал на еще одну дверь в дальнем конце комнаты. Сбоку от широкой кровати, небрежно застеленной темно-серым покрывалом.

Я честно старалась не глазеть по сторонам, но это было невозможно. Комната ректора разительно отличалась от моей спальни. Во-первых, она была раза в три, а то и в пять раз больше, во-вторых, кроме полутораспальной кровати, в ней был громоздкий письменный стол, платяной шкаф и высокий узкий стеллаж со стеклянными дверцами. Ректор стоял в дверях, без эмоций глядя на меня. Я поспешила отвести глаза, юркнула в дверь, ведущую в ванную, и чуть не умерла от зависти. Здесь была самая настоящая ванная. Я чуть не прослезилась, глядя на большую квадратную купель с широкими бортиками, бронзовые трубы с круглыми ручками и конусообразным раструбом, в которых наверняка имелась горячая вода. Я уже и не помнила, каково это — просто иметь возможность понежиться в пенной воде в ванной. А ведь в своем мире я не особо любила это занятие. Знала бы, что судьба закинет меня в монастырь с лоханью и ведром едва теплой воды, принимала бы ванну каждый божий день!

Рядом с ванной располагался умывальник с большим зеркалом. Я заглянула в него и отшатнулась. Ну и видок! Видимо, я не заметила, как касалась руками лица, потому что у меня был смазанный красный след у правой скулы и пара отпечатков над щекой. А ректор даже бровью не повел, будто для него это было обычным делом — видеть адептов в таком состоянии. Я выкрутила краны до упора и стала с остервенением растирать ладони. Вода стала розовой, потом снова прозрачной. Я умылась, пригладила волосы и стала озираться в поисках полотенца. Оно нашлось чуть сбоку — серое и очень мягкое. Я приложила его к лицу и ощутила почти неуловимый аромат мужского парфюма. Тут же стало неловко, так что я наскоро стерла влагу и вернула полотенце на место.

— Спасибо. — Я опустила глаза, выходя из ванной. Все еще чувствовала неловкость за то, что нахожусь здесь. Ректор ответил коротким кивком. Мы вернулись в кабинет и заняли прежние позиции: он у своего стола, опираясь бедрами о кромку столешницы, я — в нескольких шагов от него.

— Вернемся к твоей магии. Первая ошибка… — Он недовольно посмотрел на меня, когда я подняла руку.

— Простите, но разве мне не нужно вернуться к мэтру Уитфорту? — У меня еще оставалась надежда вырваться из-под этого давящего взгляда.

— Нет.

— Но вы же не собираетесь…

Теперь уже он оборвал меня.

— Собираюсь. Теперь все, что касается практического применения твоей магии, будет происходить под моим контролем.