Непокорная для ректора

42

Следующие недели проходили так гладко, что я в какой-то момент начала подозревать, что кто-то почистил мою карму. На лекциях стало легче воспринимать информацию, а если я не понимала чего-то, всегда находился кто-то из сокурсников, кто терпеливо и доступно объяснял мне неясные моменты. Чаще всего это касалось самого мироустройства. Ведь то, что было элементарно всем, кто родился в этом мире, для меня иногда оказывалось просто непостижимым. Например, я никак не могла привыкнуть к тому, что в этом мире многие вещи измерялись магическим потенциалом. Камни-накопители, портальные артефакты. И когда на лекциях говорили о них, приходилось разделять силу мага и силу самого артефакта, из-за чего голова порой шла кругом.

Но постепенно я влилась в учебу, так что даже самые строгие мэтры перестали в конце каждой лекции спрашивать:

— Лия Хелена, надеюсь, в этот раз вам все понятно?

После таких вопросов я обычно чувствовала себя идиоткой, но понимала, что лучше сразу признаться, если что-то не поняла, чтобы потом не отстать от всего курса.

Во время практики я старалась абстрагироваться от того, что меня по-прежнему влекло к ректору, а он продолжал оставлять меня после занятий на праздные разговоры. И хоть это должно было помочь мне свыкнуться с его компанией, после каждого из таких разговоров я все чаще думала о том, что все идет не по плану. С ним было так легко и интересно, что я больше не нервничала перед каждой практикой. Наоборот, я с нетерпением ждала, когда она закончится и мы сможем обсудить очередную прочитанную мной книгу. Иногда такие беседы заканчивались жаркими спорами, но ректор всегда держал себя в руках. И как бы мне ни хотелось, чтобы он вновь потерял голову и прикоснулся ко мне, этого не случалось. Но теперь я была уверена: магическая связь — не единственная причина, по которой меня тянет к нему. И когда ректор найдет способ избавиться от нее, мои чувства к нему останутся. К моему несчастью, невзаимные чувства.

Это было единственным, что омрачало мне жизнь. Даже Кати, кажется, устав дуться, постепенно начала со мной разговаривать. На дружбу это пока было мало похоже, но, по крайней мере, она больше не игнорировала меня за завтраком или обедом, а потом и вовсе дождалась, когда я выйду из аудитории после лекции.

— Лия, слушай, ты не будешь против, если я как-нибудь загляну на это ваше собрание?

— Нет, конечно! — Я улыбнулась. — У нас то и дело появляются новенькие, так что добро пожаловать. Кстати, ближайшее будет уже в эту пятницу.

— А чем вы там занимаетесь?

Я помедлила с ответом. Я так и не выработала единого направления. И сейчас у нас было два основных занятия: на выходных, когда адептов собиралось больше, чем было свободных мест, мы играли в различные игры. Начиная от уже любимой всеми правды или действия, заканчивая игрой в слова или ассоциации. Народ раскрепощался, и вечер обычно заканчивался разговорами. Причем адепты разбивались группками по интересам. Так что мой изначальный план сделать так, чтобы члены клуба обзавелись полезными знакомствами, начал воплощаться в жизнь.

А во время учебных дней, когда адепты еще не успели расслабиться, я постепенно внедряла книжный клуб. Конечно, в библиотеке не хватало экземпляров одних и тех же книг, но мы нашли выход. Один из адептов в подробностях рассказывал сюжет своей любимой истории, а остальные подключались к обсуждению героев и событий. На такие вечера приходило раза в три меньше обычного количества, но так было даже лучше — споры вокруг книг порой возникали нешуточные. Особенно если среди присутствующих находился ярый поклонник обсуждаемой истории, но при этом имел совсем иную точку зрения. Пару раз мне приходилось просить Аарона разнять спорщиков, иначе дело дошло бы до драки.

— Приходи, сама увидишь. — Наконец, ответила я Кати. — В двух словах и не объяснишь, но могу сказать одно: будет весело.

Вот только я и сама не предполагала, насколько весело окажется в этот раз. Уже в разгар игры «есть контакт», где меня, как ведущую, безбожно водили за нос, нагло пользуясь тем, что я не местная, Итан Хоук запустил руку под кресло, на котором сидел и продемонстрировал всем пузатую бутылку из темного стекла.

— Может, разбавим наш вечер?

— Ты откуда ее достал? — Я отвлеклась от игры, делая вид, что не замечаю, как на дальнем ряду Картер с Анной чересчур увлеклись поцелуями. — Я же видела, как ты заходил!

— Заклинание отвода глаз! — Гордо заявил Итан. — Полезное, надо сказать, не то, чему нас учат на практике.

— И по какому поводу? — Я уперла руки в талию и выразительно посмотрела на него. Раньше никто даже не заговаривал о том, чтобы пронести на собрание алкоголь. Да и в целом во всей академии я ни разу не слышала, чтобы кто-то баловался спиртным.

— Отличный повод, Лия. Мой день рождения сегодня в полночь. Но раз завтра собрания не будет, мы можем отметить заранее. — Итан довольно ухмыльнулся, с глухим звуком выдернул пробку из бутылки и сделал глоток прямо из горла. — Выпьешь за мое здоровье?

Пока я с сомнением смотрела на протянутую бутылку, Аарон сделал шаг вперед и взял ее.

— С еще одним годом, Итан! — Он отсалютовал и приложился к горлышку. Потом поболтал бутылку в руке и принюхался. Одобрительно покачал головой. — Отличное вино! Где достал?

— Места знать надо. Пойдем в Найтвилл в следующий раз — покажу.

— Договорились.

Бутылка пошла по рукам. А так как нас в гостиной было гораздо больше, чем помещалось в бутылке, вина всем не хватило. Как только раздался первый возмущенный возглас, Итан наклонился и достал новую бутылку.

— Так, сколько их там у тебя еще? — Я со смехом приняла из его рук новую порцию вина и сделала глоток. Вино оказалось восхитительным. Насыщенный ягодный вкус обволакивал и дразнил легкой пряностью, согревал желудок и пьянил сознание. Мне хватило одного глотка, чтобы почувствовать себя невесомой. Стало легко и весело. Окружающие внезапно показались самыми прекрасными и отзывчивыми людьми на свете.

За второй бутылкой появилась третья, которой хватило на всех оставшихся. Кто-то потребовал добавки, но Итан развел руками и подмигнул мне.

— Хорошенького помаленьку. К тому же мы ведь не хотим подставить нашу прекрасную сэйну Хелену.

Я расплылась в улыбке от его комплимента и отметила, что Итан весьма симпатичный парень. И не такой заносчивый, как отзывался о нем Аарон.

А потом все закрутилось так быстро, что я перестала успевать за происходящим. Голоса стали громче, свет — ярче, а мне хотелось смеяться и наслаждаться каждой секундой. Пока вокруг не настала оглушительная тишина.

Последнее сообщение от Эвана не принесло хороших новостей. Он утверждал, что отправил запрос в архив Драгонфорда и на всякий случай — в архивы Адората и Айфиса, но пока не нашлось ничего, что могло бы помочь с моим вопросом. На всякий он поинтересовался, не передумал ли я, но я проигнорировал его вопрос, напомнив, что времени у меня не так много.

И пусть я пообещал Лие, что ей ничего не угрожает, сдерживаться было все также тяжело. Особенно когда она, сверкая глазами в момент очередного спора, вскакивала со стула и наклонялась ко мне через весь стол. В такие моменты хотелось потянуть ее на себя, заставляя упасть мне на грудь, и…

Я зарычал и запустил пальцы в волосы. Нужно было успокоиться. По ночам помогали полеты — несколько минут в небе, и голова прояснялась, хотя Лия и не думала покидать мои мысли. Но днем покидать академию было слишком рискованно. Я и без того едва не подставился. Если бы Фостер обнаружил мое отсутствие, Мейнард уже появился бы в академии, а вслед за ним и последствия нарушенного договора: окончательное отстранение от командования боевиками и полный запрет на участие в военных действиях. И если с годом отлучения я еще мог смириться, то похоронить карьеру было немыслимо.

В последние дни мой заместитель вел себя чересчур уж спокойно. Не врывался в кабинет без предупреждения, не пытался спровоцировать, даже ни разу не спросил из мнимой вежливости, как дела у моих боевиков на границе. И это его поведение только настораживало…

Я свернул письмо и приложил к нему артефакт передачи. Работал он по принципу портального камня, только передавал исключительно легкие письма, написанные на специальной тонкой бумаге, и затрачивал в разы меньше магической силы.

Подобные игрушки были редки, но мне повезло заполучить парочку таких ровно перед моим отстранением. Один я передал Эвану, второй оставил себе.

Письмо испарилось. Я откинулся в кресле и побарабанил пальцами по краешку стола. Последний учебный день подходил к концу, впереди были выходные. Очередные дни, когда я особенно сильно чувствовал себя как в клетке. Никаких дел в выходные не было, и все, что мне оставалось — развлекать себя чтением книг и попытками избавиться от зависимости от одной особо симпатичной адептки.

В дверь раздался нетерпеливый стук. Я поднялся, гадая, кого принесло на ночь глядя. За окном давно уже стемнело, еще немного — и раздастся гулкий сигнал колокола, возвещающий о начале ужина.

На пороге оказалась бледная от негодования сэйна Нилан. Темно-серые глаза сверкали от возмущения.

— Мэтр Делвин, вы должны что-то с этим сделать!

Ее грудь, затянутая в строгое синее платье, вздымалась в такт громкому дыханию. Эта забавная женщина каждый раз до глубины души оскорблялась малейшим проступком кого-нибудь из адептов. Но сейчас случай, по-видимому, был экстраординарный.

— Что случилось на этот раз?

— Они! Там! — Она вытянула указательный палец и ткнула себе под ноги. — Вы слышите?

С третьего этажа и правда доносились странные звуки. То ли крики, то ли пение.

Я усмехнулся, видя, как хмурятся брови сэйны.

— Они поют!

Кажется, сегодня адепты слишком увлеклись на собрании и от тихих игр перешли к более громким. Я последовал за сэйной вниз и остановился в паре шагов от двери. В гостиной точно пели, причем достаточно стройно, на несколько голосов. Я посмотрел на сэйну.

— Поют. Вам не кажется, что у них талант?

Ее брови едва не упорхнули с лица.

— Но это же непорядок!

— Сэйна Нилан, занятия давно закончились, а правилами академии не запрещается хоровое пение.

— Но, мэтр Делвин, у нас серьезная академия! — При этих словах я едва сдержался, чтобы не фыркнуть. Да уж, академия неудачников. Прямо-таки может потягаться со столичной. — А вы, как ректор, просто обязаны контролировать соблюдение порядка!

— Пока я не вижу нарушения этого самого порядка. — Возразил я, пытаясь в многоголосье за дверью услышать Лию.

— Ну знаете ли! — Сэйна выдохнула, вскинула голову и развернулась. Громко стуча каблуками, направилась к лестнице, а я остался в нескольких шагах перед дверями гостиной, которые внезапно распахнулись, выпуская поток адептов.

Какая-то адептка округлила глаза, увидев меня, другая схватила ее за руку и потащила в сторону, за ними последовали остальные, а потом практически мне под ноги выпала Лия, которую двое адептов придерживали под руки.

— Я разберусь! — Пьяно хихикнув, заявила моя истинная головная боль. Поправила непослушные локоны, освободилась от хватки друзей и сделала шаг ко мне. Пришлось подхватить ее за локоть, чтобы она устояла на ногах.

— Мэтр Делвин… — Лия распахнула глаза и заговорила с пошлым придыханием. Пришлось рявкнуть на адептов, чтобы поскорее очистили и гостиную, и весь третий этаж. Через несколько долгих секунд мы остались наедине.

— Лия Хелена, потрудитесь объясниться. — С трудом сдерживая рык, произнес я.

А эта негодница закусила нижнюю губу, захлопала ресницами и коснулась пальчиком моей груди, проводя вниз. Она была пьяна в стельку. При этом алкоголем от нее практически не пахло. Я сжал зубы, заводясь от этого легкого прикосновения. Внутри смешалось негодование и возбуждение. А Лия, кажется, решила усугубить ситуацию. Облизала розовым язычком губы и выдохнула:

— Уэйн, ты соскучился по мне?

На ногах Лия практически не держалась. Пришлось подхватить на руки, а она словно только этого и ждала. Обхватила меня за шею, запуская в венах кипящее пламя, и уткнулась в грудь, что-то негромко воркуя. Я старался не слушать. К тому же в ушах шумело, заглушая ее тихий голос, но, к несчастью, я успел разобрать «Уэйн», «милый» и «хочу».

Теряя последние капли самообладания, я взлетел на четвертый этаж, распахнул дверь в кабинет, потом в спальню, и практически бросил Лию на кровать. Девушка засмеялась и потянулась, выгибаясь так соблазнительно, что у меня помутилось сознание. Дракон рвался вперед. Я в два шага пересек комнату, рывком выдвинул комод и стал судорожно перебирать запасы зелий.

Когда повернулся к Лие, она была уже без рубашки.

— Мне жарко… — Капризно протянула она и взялась за пояс юбки.

Я едва не раздавил пузырек с зельем. Стараясь не смотреть на белоснежную грудь с розовыми вершинками, я зубами откупорил бутылочку и силой влил Лие в рот крепкое средство, нейтрализующее яды и различные примеси в крови. Проглотив все до дна, она попыталась снова прикоснуться ко мне, но я довольно грубо уронил ее на подушки, набросил сверху покрывало и вылетел из спальни, плотно закрывая за собой дверь, и постарался не думать, что в моей постели сейчас лежит полуобнаженная красотка, желающая меня во всех самых откровенных смыслах.