Непокорная для ректора

57

Вокруг была тьма, а потом я догадалась открыть глаза. Ничего не изменилось, разве что в некоторых местах темнота была чернее, если такое вообще возможно.

— Проснулась? Как ты себя чувствуешь?

Я попыталась подняться, услышав этот голос, но сильные руки опустились на мои плечи, удерживая меня на чем-то мягком.

— Будет лучше, если ты останешься в постели.

От его бархатного голоса у меня слезы сами собой брызнули из глаз. За что он так издевается надо мной?

Собрав всю свою гордость, я прошептала:

— Со мной все в порядке, мэтр Делвин. Вам незачем тратить свое время.

— Прогоняешь? — Он тихо усмехнулся из темноты, а у меня в груди взорвался целый фейерверк боли. Но она тут же сменилась сладким предвкушением, когда моих пальцев коснулась горячая ладонь. Я закрыла глаза, понимая, что стоит сейчас поддаться, потом будет только больнее. Но раз у меня выпал шанс поговорить, я хотя бы…

— Ваше зелье не действует, мэтр Делвин.

— Ты стала его пить?

— Вы же сами сказали, что так будет легче. Но легче не стало. Надеюсь, хотя бы вам оно помогло. — Сдерживая дрожь в голосе, добавила я.

— Девочка моя, больше не стоит его принимать.

— Не смейте меня так…

Он зажал мне рот ладонью, не давая договорить.

— Тише. Это единственная возможность побыть с тобой наедине, и я не собираюсь ее упускать.

Я замычала и попыталась оторвать руку ректора от своего рта.

— Просто говори чуть тише, хорошо? Полог тишины держится, но лучше не рисковать.

Медленно он убрал руку, проведя напоследок тыльной стороной ладони по моей щеке. Внутри все заныло.

— Лия, если бы я мог — я пришел бы раньше. Но пока я под наблюдением, никто не должен даже догадываться, насколько ты дорога мне.

— Наблюдение? — Сейчас меня больше волновала последняя часть его слов, но желание понять, почему он все это время избегал меня, слишком долго не давало покоя.

— Тот, кто направил меня на эту должность, сейчас пытается найти хоть какую-нибудь мою слабость, чтобы и дальше иметь возможность манипулировать мною. Но единственная моя слабость — это ты, Лия.

Я все еще не видела его — лишь очертания знакомой фигуры проявлялись в непроницаемой темноте.

— Но ты же, — я спохватилась и сбавила тон. — Ты ведь мог хоть как-то сообщить мне. Уэйн, я целый месяц просто сходила с ума.

Он взял мою руку в свою и прикоснулся губами к кончикам пальцев.

— Мне жаль, Лия. Но ты не знаешь, на что способен Мейнрад. Я уверен, что приставленный ко мне доносчик — не единственный способ следить за каждым моим шагом. Даже сейчас я рискую нашим будущим, но я просто не мог оставаться в стороне после того, что произошло.

— А что произошло?

Кажется, мне напрочь отбило память. Я не особо понимала, даже где нахожусь, не говоря уже о том, что произошло в промежуток между практическим занятием и глубокой ночью.

— Ты не смогла сдержать свою магию. И попала в больничное крыло с сильнейшим откатом.

Фрагменты медленно сложились воедино. Кати довела меня, но я изо всех сил старалась не навредить ей и слишком резко обрубила уже почти выпущенную магию. Значит, я в больничной палате. И ректор пришел под покровом ночи, чтобы узнать, в порядке ли я.

Но как бы мне ни хотелось прямо сейчас все забыть и броситься на шею Уэйна, я не могла забыть того, что мне пришлось пережить за этот месяц. Бесконечные дни неведения, страха и тоски. Невыносимые часы одиночества и слез. Но он словно услышал мои мысли.

— Лия, если бы я мог изменить прошлое, я был бы счастлив это сделать. — Его голос звучал глухо, но в нем больше не было той ужасающей холодности. Тепло, забота — все это вернулось. — Если бы я мог избавить тебя от этого ожидания, я повернул бы время вспять. Но я могу лишь просить тебя подождать еще немного. Как только я буду уверен, что тебе ничего не угрожает, я сделаю все, чтобы ты меня простила.

— Почему я должна тебе верить? — Я зажмурилась до радужных кругов перед глазами, лишь бы не растерять последние капли самообладания.

— Потому что я люблю тебя, Лия. Потому что все, что я буду делать, как только избавлюсь от власти Мейнрада — это доказывать тебе мою любовь. Каждый день. Каждую минуту.

— Ты ведь говорил, что все дело в истинности. — Мой голос дрогнул, когда щеки коснулись горячие губы.

— Я ошибался. Дело только в тебе. И во мне. — Он мягко поцеловал меня напоследок и поднялся. — Я люблю тебя. Не забывай об этом, что бы ни произошло. Доброй ночи, моя девочка.