Няня по приказу

Глава 33. Публичное признание

Лика

После той ночи на кухне, после его признания и моего прощения, после всех бурь и штормов наступило затишье. Настоящее, глубокое, когда уже не нужно ничего доказывать и можно просто быть.

Мы были. Втроём. Каждый день.

Демид приходил с работы раньше. Мы готовили ужин вместе (теперь уже без катастроф, хотя Мишины "динозавры" из теста всё ещё появлялись на пицце регулярно). По выходным выбирались за город, в парки, в зоопарк — туда, где можно быть просто семьёй.

Но была одна сфера, куда я до сих пор не входила. Его работа.

Я знала, что там, за стенами пентхауса, он — другой. Жёсткий, неприступный, Демид Волков — гроза IT-индустрии, человек, с которым боятся спорить инвесторы. И эта его часть была для меня закрыта. Я не напрашивалась, не просила, не лезла. Это было его пространство.

Пока однажды вечером он не сказал:

— В пятницу корпоратив. Годовщина компании. Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

Я замерла с чашкой чая в руках.

— Что?

— Корпоратив, — повторил он спокойно. — Ты пойдёшь со мной.

— Демид, — я поставила чашку, пытаясь собраться с мыслями. — Там будут все твои сотрудники. Те самые, которые обсуждали нас в чатах. Которые уволены за сплетни. Которые...

— Именно поэтому, — перебил он. — Я хочу, чтобы они увидели. Увидели тебя. Увидели нас. Чтобы раз и навсегда закрыть эту тему.

— Ты уверен? — я смотрела на него, ища сомнения. Не находила.

— Уверен, — кивнул он. — Если ты готова.

Я подумала о сплетнях, о перешёптываниях, о взглядах. И вдруг поняла, что мне плевать. Потому что я знаю правду. И он знает. И Миша знает. А остальное — неважно.

— Я готова, — сказала я.

Пятница наступила быстро. Я перемерила полгардероба, прежде чем выбрать тёмно-синее платье в пол — элегантное, но не вызывающее. Волосы уложила, макияж — естественный. Хотелось выглядеть достойно, но не как "выскочка".

Демид ждал в гостиной. Когда я вышла, он замер. В его глазах было то самое выражение, от которого у меня подкашивались колени.

— Ты... — выдохнул он. — Боже, Лика.

— Плохо? — испугалась я.

— Идеально, — он подошёл, взял мои руки. — Ты идеальна.

Он был в идеальном тёмном костюме, при галстуке, начищенных туфлях — снова тот самый Демид Волков, каким я увидела его впервые. Но теперь я знала, что под этой бронёй — тепло. Моё тепло.

— Вы такие красивые, — раздался голос с дивана. Миша сидел там с Надеждой Ивановной, которая согласилась посидеть с ним. — Как принц и принцесса.

— Спасибо, командир, — улыбнулся Демид. — Веди себя хорошо.

— Я всегда хорошо! — возмутился Миша.

Мы рассмеялись и вышли.

Ресторан, где проходил корпоратив, был роскошным. Огромный зал, хрустальные люстры, толпы нарядных людей. Когда мы вошли, я почувствовала, как взгляды поворачиваются к нам. Как стихают разговоры. Как воздух становится плотным от любопытства.

Демид взял меня за руку. Крепко, уверенно.

— Дыши, — шепнул он. — Я рядом.

Мы прошли через зал. Я чувствовала эти взгляды — изучающие, оценивающие, удивлённые. Узнавали. Ту самую "няньку". Ту самую, из-за которой уволили менеджера. Ту самую, которая живёт в пентхаусе.

К нам подошёл мужчина — я узнала его, это был Светланин муж, какой-то топ-менеджер.

— Демид Денисович, рад видеть. А это... — он смотрел на меня с вежливым интересом.

— Моя женщина, — сказал Демид. Просто. Спокойно. Без тени сомнения. — Лика.

У меня перехватило дыхание. "Моя женщина". Он сказал это так естественно, будто так было всегда.

Мужчина кивнул, что-то ответил, но я уже не слышала. Я смотрела на Демида, а он смотрел на меня, и в его глазах была гордость.

Вечер продолжался. Нас окружили люди — кто-то искренне хотел познакомиться, кто-то просто удовлетворить любопытство. Демид не отпускал мою руку. Он представлял меня каждому: "Моя Лика". Без объяснений, без оправданий. Просто факт.

Я видела, как меняются лица. Как исчезают скептические усмешки. Как появляется уважение. Потому что он, Демид Волков, неприступный и холодный, смотрел на меня с такой нежностью, которую невозможно было подделать.

В какой-то момент к нам подошла Светлана. Та самая, что звонила ему во время скандала. Она выглядела слегка напряжённой, но держалась профессионально.

— Демид Денисович, — кивнула она, потом посмотрела на меня. — Лика, рада наконец познакомиться лично. Наслышана.

— Взаимно, — ответила я спокойно.

Она задержала взгляд на наших сплетённых руках, потом подняла глаза на Демида.

— Вы счастливы, — сказала она не как вопрос, а как констатация. — Да, — ответил он. — Очень.

Она кивнула, улыбнулась — впервые искренне, кажется — и отошла.

— Ты справилась, — шепнул Демид. — Ты вообще не волновалась?

— Волновалась, — призналась я. — Но когда ты сказал "моя женщина", всё остальное стало неважным.

Он улыбнулся, притянул меня к себе и поцеловал. Прямо там, посреди зала, под взглядами сотен людей. Это был не вызов. Это было просто — он хотел, и он сделал.

Когда мы оторвались друг от друга, в зале повисла тишина. А потом кто-то зааплодировал. Один. Потом второй. Потом ещё. И через минуту аплодировали уже многие.

Я не знала, смеяться или плакать.

— Что это? — прошептала я. — Принятие, — ответил Демид. — Ты теперь часть этого мира. Моя часть.

До конца вечера мы не расставались. Танцевали, говорили с людьми, смеялись. Я видела, как меняется отношение — от настороженного к тёплому. Ко мне подходили женщины, поздравляли, говорили комплименты. Мужчины жали руку Демиду и смотрели на меня с одобрением.

— Ты покорила их всех, — сказал Демид, когда мы наконец вышли на улицу подышать.

— Это ты покорил, — возразила я. — Тем, как представил.

Он остановился, взял моё лицо в ладони.

— Я горжусь тобой, — сказал он серьёзно. — Горжусь тем, что ты есть. Горжусь, что ты выбрала нас. — Я каждый день выбираю, — ответила я. — И буду выбирать.

Мы стояли под ночным небом, вдыхая прохладный воздух, и я думала о том, как далеко мы ушли. От контракта, от вражды, от недоверия — до этого вечера, до публичного признания, до "моя женщина".

В машине по дороге домой Демид держал мою руку и молчал. Но это молчание было наполненным, тёплым.

— Знаешь, что самое смешное? — спросил он вдруг.

— Что? — Я боялся этого вечера больше, чем ты. Боялся, что не справлюсь. Что сорвусь, накричу на кого-нибудь, кто косо посмотрит. — И? — И ничего. Ты была рядом. И всё было легко.

Я улыбнулась.

— Это потому что мы команда.

Он поднёс мою руку к губам, поцеловал.

— Команда. Семья. Навсегда.

Дома нас встретил сонный Миша, который, услышав, что мы пришли, выбежал в коридор.

— Ну как? — спросил он, протирая глаза. — Вы победили всех?

Мы рассмеялись.

— Победили, командир, — сказал Демид, подхватывая его на руки. — Мы победили.

Я смотрела на них — своих мужчин, своих людей — и чувствовала, как сердце переполняется счастьем. Публичное признание состоялось. Мир узнал, что мы — вместе. И этот мир принял нас. Не потому что мы идеальные. А потому что мы настоящие.