Няня по приказу

Глава 7. Метод проб и ошибок

Лика

Победа с кофе и пластиковым ножом оказалась пирровой. На следующий день Надежда Ивановна вернулась, и священный порядок был восстановлен с удвоенной силой. Поднос с фарфором вернулся на своё место, а Мишина «кружка-дядя» бесследно исчезла. Демид снова стал неприступной крепостью, уходящей на рассвете и возвращающейся затемно.

Но семя было посажено. Миша теперь периодически спрашивал: «А когда мы опять будем сами делать кофе дяде Деме?». А я поняла, что грубая сила — бесполезна. Нужна тактика. Изощрённая, терпеливая, как китайская пытка каплей воды. Я стала исследователем. Объект изучения — Демид Волков. Предмет — его слабые места.

Ошибка № 1: Попытка внедрить «весёлое обучение».

Я решила, что раз уж он хочет развития, то оценит образовательный подход. Мы с Мишей устроили презентацию на тему «Почему вода мокрая». С графиками (каляки-маляки), демонстрацией (разлили воду на поднос) и даже с интерактивом (потрогали). Демид застал нас в самом разгаре. Он посмотрел на мокрый поднос, на мои восторженные глаза, на Мишу, тыкающего пальцем в лужу, и произнёс всего одну фразу, обращённую ко мне: «Вытирайте. Или у него будет ринит от испарений». Ни слова о познавательной ценности. Промах.

Ошибка № 2: Привлечение к «мужским делам».

Миша обожает всё, что крутится, вертится и собирается. Я нашла в шкафу старый, сложный конструктор с моторами. «Отлично, — подумала я. — Демид IT-гений. Он поможет». Я «случайно» оставила коробку с ним на видном месте, когда он должен был вернуться. Он вернулся. Увидел разбросанные детали, схемы, нашего сосредоточенного Мишу. Вздохнул. Не помог. Сказал: «Уберите это. Мелкие детали — опасность аспирации». И ушёл в кабинет. Ещё одна дверь захлопнулась перед носом.

Ошибка № 3: Физический контакт.

Это была авантюра. После вечернего душа Миша, как обычно, носился по коридору в пижаме с капюшоном в виде дракона. Демид как раз вышел из кабинета. Миша, не разбирая дороги, на полном ходу врезался ему в ноги и обхватил за колени. Они замерли. Миша — в предвкушении привычной нотации. Демид — окаменевший от неожиданности объятий. Я застыла в дверном проёме, затаив дыхание. Демид медленно, будто боясь сломать, положил руку на капюшон дракона. Не погладил. Просто положил. — В комнату. Спать, — сказал он глухо. Это был не приказ. Это было спасение бегством от собственной растерянности. Но его рука пролежала на голове племянника целых три секунды. Прогресс? Микроскопический.

Отчаяние начало подкрадываться. Казалось, он защищён непробиваемым панцирем из графиков, правил и страха перед хаосом. Но однажды вечером я наткнулась на ключ. Совершенно случайно.

Миша плохо спал. Его мучил кошмар. Он пришёл не ко мне, а, к моему удивлению, постучался в кабинет Демида. Я прислушалась, стоя в темноте коридора.

— …и он был большой, и чёрный, и без лица, — всхлипывал Миша. Молчание. Потом тихий, непривычно мягкий голос Демида: — Это всего лишь сон. Он нереален. — Но я боюсь! Ещё пауза. Более долгая. — Я… тоже иногда вижу плохие сны, — вдруг сказал Демид так тихо, что я едва расслышала. — Видел. В твоём возрасте. — И что ты делал? — мгновенно прошептал Миша. — Я… включал свет. И смотрел на карту звёздного неба. Там, на потолке. И думал, что все эти звёзды — они очень далеко. И наши страхи по сравнению с ними — совсем маленькие.

Я замерла, прислонившись к стене. Он говорил о звёздах. Не о логике, не о дисциплине. О звёздах.

— У меня тоже есть карта! — оживился Миша. — Но она на стене!

— Значит, тебе повезло. Тебе не нужно было запрокидывать голову.

Раздался тихий звук — возможно, Демид поправлял одеяло.

— Иди спать, командир. Свет в коридоре будет гореть. — А ты? — Я ещё поработаю.

Миша вышел из кабинета, уже почти не хныча. Он прошёл мимо, не заметив меня в тени, и поплёлся в свою комнату.

Я стояла, и во рту был странный привкус — смесь удивления и какой-то щемящей нежности. Он боялся. Не за него. С ним. Он делился своим детским страхом. Это была не уязвимость, выставленная напоказ. Это была тайна, которую он доверил только темноте и шестилетнему мальчику.

На следующий день я изменила тактику. Я больше не пыталась ворваться в его крепость с флагом. Я решила осаждать её тем, что он, возможно, сам когда-то любил.

После ужина я не стала уводить Мишу. Вместо этого я достала ту самую энциклопедию астрономии.

— Миш, — сказала я громко, — смотри, тут про туманность Андромеды. Говорят, её можно иногда увидеть невооружённым глазом. Если знать, куда смотреть.

Я чувствовала, как Демид за своим ноутбуком на другом конце стола замедлил движение. Не поднял головы, но прислушался.

— Где? Где смотреть? — оживился Миша. — Не знаю. Надо бы найти карту… — я сделала паузу. — У меня на телефоне есть приложение, — раздался глухой голос из-за экрана. Демид не отрывал взгляда от монитора, но его пальцы уже скользили по клавишам в поисках отвлечения. — Оно показывает звёзды в реальном времени.

Миша, как ракета, сорвался с места и примчался к нему.

— Покажи!

Демид вздохнул, отложил работу. Через минуту они оба смотрели на экран его телефона, наклоняя его к окну.

— Вот. Это Большая Медведица. Вот — Полярная звезда. А вот где-то здесь должна быть… — его голос, обычно такой чёткий и отрывистый, стал тише, задумчивее.

Я отодвинулась в тень, наблюдая. Он показывал. Объяснял. Отвечал на бесконечные «почему». Он не включил свет в коридоре от кошмара. Он включил целую вселенную на экране своего телефона.

Это не было прорывом. Это был первый шаг. Не приказ. Не сопротивление. А общая точка интереса. Крошечный плацдарм на вражеской территории, отвоеванный не силой, а памятью о звёздах на потолке детской комнаты.

Метод проб и ошибок дал первые результаты. Ошибки научили меня, чего он боится. А случайная находка — звёзды — показала, где прячется дверь. Теперь нужно было найти ключ, чтобы открыть её по-настоящему.

Всех с наступающим Новым годом🎅🌲