Обманщик Империи

Глава 13

Весь остаток дня прошёл, как в сомнамбуле.

Я точно что-то делал на работе, куда меня доставил слуга Игнатьева. Перекладывал какие-то бумажки с места на место. Слушал Вадима… вроде бы. Парнишка о чем-то трещал без остановки, периодически давая мне на подпись документы и пытаясь вывести на разговор. Да только вот никакого настроения разговаривать у меня не было от слова совсем.

Ещё вроде бы Романова приходила, но мне и на неё было абсолютно наплевать. Хотела поговорить, но я сослался на то, что очень занят. Вот прямо сильно-сильно занят, и слился с возможного разговора. В тот момент в моей голове просто не осталось места для неё. Вообще ни для чего и ни для кого. После всего произошедшего у меня была лишь одна-единственная мысль.

Нужно продолжать притворяться.

Я Алексей Измайлов.

Эта мысль горела в голове спасительным маяком, будто указывая путь потерявшемуся в бескрайнем океане моряку. Прямо сейчас надо просто продолжать притворяться. Выждать до конца рабочего дня, добраться до своей квартиры и составить план действий.

Мне очень нужно связаться с Жанной. Первое, что я сделал, вернувшись обратно в здание департамента — поставил телефон на зарядку. Мне было всё равно на косые взгляды «коллег» и тихие перешёптывания, причиной для коих послужила моя неожиданная поездка. Уверен, что слухи уже начали ходить, но меня они не волновали. Сейчас всё это не имело никакого значения по сравнению с нехваткой информации о происходящем.

Зарядив телефон, я не стал вываливать на напарницу сразу же всю историю моих похождений. Только лишь попросил найти всё на Игнатьева, его связи в Иркутске, с криминалом, Измайловыми и всем остальным, что только смог придумать. Про свадьбу с дочкой Игнатьева я тактично умолчал. Знаю, насколько она бывает эмоциональна. Если скажу Жанне сейчас, то ещё чего доброго запаникует. А в данный момент мне больше всего требовались её мозги и способность искать нужную информацию.

Только лишь в тот момент, когда я добрался до своей квартиры, смог наконец перевести дух. Быстро сходил в душ, а после позвонил ей.

— Ну, наконец-то, — воскликнула Жанна с облегчением. — Я уже собиралась сама тебе звонить. Где ты сейчас?

— Только вернулся на квартиру, — последовал мой хриплый ответ. — Что ты нашла?

В телефоне повисла тишина.

— Жанна? Ты тут?

— Слушай, может тебе отдохнуть? У тебя голос…

— Нормальный у меня голос! — резко перебил я её, подходя к холодильнику. — Мне не нужен отдых! Мне нужна информация!

— Но…

— Да без «но», Жанна! Что ты нашла по Игнатьеву⁈

— Ладно, ладно. Успокойся. Короче…

Налив себе холодного молока в стакан, я включил громкую связь на телефоне. Оставил его на столе, рядом с лежащей на нём маской, которая в этот раз перестала работать ровно через восемнадцать часов и четыре минуты, и принялся слушать.

Итак, вот что накопала для меня Жанна.

Граф Давид Валентинович Игнатьев. Пятьдесят шесть лет. Потомственный аристократ, чей род уже давно живёт в Иркутске. Женат второй раз, на дочери барона из Москвы. Первая супруга погибла пятнадцать лет назад. На первый взгляд там ничего криминального было. Да и на второй тоже. И на третий. Банальное невезение и несчастный случай. Долгое расследование, которое и подтвердило это. От первого брака у графа осталась дочь — Елизавета. Двадцать три года. Именно за неё и сосватали Измайлова. Сейчас же граф женат во второй раз и имел от этого брака двух детей — мальчики Лаврентий и Евгений. Одному было двенадцать, второму девять лет.

Всё это конечно было очень интересно, но куда больше меня беспокоила связь между Игнатьевыми и Измайловыми, в которую я влез, нацепив на себя личину Алексея.

К сожалению, это была не та область, в которой моя подручная цифровая ведьма смогла много нарыть. По тем обрывкам информации, что выискала Жанна, выходило следующее: Измайловы и Игнатьевы знакомы, но это я и так уже понял. Также они являлись деловыми партнёрами.

Вот это уже было куда интереснее.

— То есть они занимались логистикой, — сделал я короткий вывод.

— Да. Измайловы построили свою небольшую бизнес-империю во Владивостоке, переправляя грузы морем из Японии и мелких стран Океании через принадлежащие им порты. А Игнатьевы уже отвечали за перевозки по Империи. Это один из источников дохода этого графа. Но пару лет назад всё очень сильно поменялось.

— В каком смысле?

— Да в прямом. Насколько я поняла, их начали выдавливать из бизнеса. Во Владивосток пришли Лазаревы…

— Кто?

— Очень жирный графский род из столицы. Судя по всему они каким-то образом получили от баронского рода Немировых, которые работали вместе с Измайловыми, принадлежащую Немировым долю порта. И постепенно начали расширять её, занимая всё больший процент. При этом, что любопытно, я не смогла толком найти официальных подтверждений, что этим занимаются именно Лазаревы. Там куча фирм прокладок, через которые я с трудом пробилась…

— Ладно, опустим это, — сказал я. — Плевать мне на этих Лазаревых. Но за каким чёртом Измайловым посылать Алексея в Иркутск, да ещё и женить на…

— Стоп, что⁈ Женить⁈ — воскликнула Жанна. — В каком ещё смысле женить⁈

Зажмурился и мысленно выругался. Оно как-то само собой вырвалось. Я ведь не хотел прямо сейчас говорить. Больше вслух размышлял.

— Эй, ты там живой? Что ты имел в виду, когда сказал «женить»⁈

— Да то и имел, — проворчал я. — Дочь Игнатьева ходит в невестах у Алексея.

Сложно сказать, каких сил мне стоило не начать орать матом, когда я услышал хохот из телефона. Жанна натурально ржала в трубку. Не из-за меня. Скорее из-за абсурда всего происходящего.

— Жанна! Хватит ржать!

— Да я пытаюсь…

— Хреново получается! Я…

— Прости, не сдержалась. Поверить не могу. Свадьба! Тебя! Тебя собираются женить на графской дочке! Господи, какой сюр…

— Да хорош уже! — я натурально начинал злиться. — Мне вообще не смешно! Повезло ещё, что этой девицы нет в городе, иначе нас с ней уже бы свели и…

— Стой! — неожиданно перебила она меня. — Я поняла! Поняла!

— Что ты…

— Я знаю, о каких «особых обстоятельствах» говорил твой Платонов! Свадьба!

Её голос прямо-таки горел энтузиазмом. Вдох. Посчитал про себя десять секунд. Выдох.

— А она тут причём?

— Прости, это моя ошибка. Я ведь видела это ещё тогда, когда ты ехал в Иркутск. Пыталась разобраться, зачем Измайлова направили в Иркутск если он сам из Владивостока…

В общем, если сократить всё, что она мне рассказала, то картинка начинала сходиться. Будущие государственные служащие действительно не могли сами определять место своей службы. Нет, конечно же при достаточно успешной карьере они в конце концов обрастали связями, влиянием и знакомствами, чтобы потом получить должность именно там, где хотели. Но до этого прекрасного периода своей жизни им приходилось служить Империи там, где это требовалось государству.

Но! Как всегда имелось важное «но». Имели место небольшие, скажем так, послабления, ввиду определённых обстоятельств. Как раз одним из них и являлась будущая свадьба. Учитывая, что здесь собирались бракосочетаться дети аристократов, то в вопросе назначения обычно шли навстречу, дабы не разделять будущую семью.

— Это же логично!

— Да я и сам уже вижу, что логично. Они свели вместе Измайлова и… эту, как её…

— Елизавету.

— Да, её самую, чтобы Алексея направили в Иркутск.

— Именно! А поскольку брак пока заключён только в виде договорённости между Измайловым и Игнатьевым, о нём нет официальных документов. Потому я ничего не нашла, когда искала первый раз.

Это да. Но тут же появлялся другой вопрос. Очень простой, только вот ответ на него найти у меня не получалось. И звучал он следующим образом.

— Зачем.

— Что? — переспросила Жанна.

— Я говорю, зачем? Зачем им всё это, Жанн. Получается, что Игнатьев выдаёт свою дочь по договорному браку только ради того, чтобы Измайлова направили в Иркутск. Нахрена?

Я прокрутил в голове свой разговор с графом, но нормального ответа найти так и не смог. Сам граф тогда ничего конкретного не сказал, будучи уверенным в том, что перед ним сидит настоящий Измайлов, который и так всё знает. А сам я настолько не понимал происходящего, что ограничился максимально простыми и односложными ответами, лишь бы не подставиться в собственном неведении.

И всё-таки, что такого важного может тут быть, что Игнатьев, по сути, готов был пожертвовать будущим для своей дочурки, лишь бы посадить Измайлова в нужное кресло?

Немного обдумав эту мысль, я себя одёрнул. А с чего я вообще решил, что он чем-то жертвовал. Измайловы имели вес во Владивостоке. Обеспечены. Плюс, как сказала Жанна, у них существовали дружеские и хорошие связи с этим графским родом. То есть с точки зрения Игнатьева это вполне хорошая партия. Так мало того, ещё и поможет каким-то их личным планам.

Хотя, нет. Не так. Похоже, что именно эти планы и породили решение поженить этих двоих, а не наоборот.

И судя по всему планы эти имели, мягко говоря, мало общего с законом. А в таких делах всегда существовали определённые риски. Если и не переехать на постоянное место жительства в ящик под землю, то как минимум наблюдать следующие годы небо в клеточку.

Так в чём же всё-таки дело?

— Ты уверена, что точно ничего не нашла?

— Да. То есть, нет, не уверена, — отозвалась моя напарница. — Я тебе рассказала всё, что у меня есть.

— И что? Хочешь сказать, что ты на этом успокоишься? Жанна…

— Слушай, давай ты не будешь на меня давить! Окей? Я тут тоже, знаешь ли, не дурью маюсь! Или мне напомнить тебе, сколько мне светит за то, что я влезла в документы СДИ? Минимум десятка! Минимум!

Ну, тут Жанна определенно прибеднялась. Если когда-нибудь всплывёт хотя бы процентов десять всего, что она когда-либо сделала, то там не десять, а скорее сто десять лет светило.

— Ладно, прости. Я знаю, что ты стараешься. Но раз уж сама не нашла, то может есть люди? Из тех, кто занимается торговлей информацией? — предложил я. — У меня есть немного денег на счетах, которые я откладывал…

Говорить об этом было почти физически больно. Знал, сколько стоят услуги подобных товарищей. Если кратко, то очень и очень дорого. Торговля информацией это бизнес, который строился не только на профессионализме, но и на репутации. И чем выше и значительней она была, тем больше ценник. Но в текущих условиях я готов был попрощаться со значительной частью своих накоплений, дабы выбраться из этой ситуации. Залог за участок я практически потерял. Так зачем мне деньги, которые я копил на обустройство будущего дома, если его у меня всё равно не будет?

— Я поищу, конечно, но не ожидай многого.

— Почему? Ты же говорила, что в столице есть хороший торговец…

— Был, — с разочарованием вздохнула Жанна и в её голосе послышалось искреннее разочарование. — Но он больше этим не занимается.

В последних словах она и вовсе поникла.

— Что, мёртв? — предположил я.

— Не, просто вышел из бизнеса.

Этот её ответ мне показал смешным.

— Жанн, с такой работы просто так не уходят. Тут либо в могилу, либо…

— Не, там другая ситуация, — поспешила сказать она. — Жена. Ребёнок.

— Семья, значит?

— Ага. Да и с его связями он действительно покончил с этим делом. Я конечно попробую на него выйти, но не обещаю, что от этого будет какой-то толк.

— Ну хоть так, — посмотрел на уже пустой стакан, в который было налито молоко. Вот любил я его. В приюте ненавидел, там всегда давали какую-то порошковую дрянь, а Луи всегда покупал свежее. С тех пор и пристрастился. — А я пойду отсыпаться. Если что-то найдёшь, то сообщи мне сразу.

— Обязательно.

— Стой! Совсем забыл. Подыщи мне ещё одну квартиру…

— Это ещё зачем? Ты же говорил, что этот титулованный дядька тебе жильё с барского плеча даст.

— Да, но запасная конура никогда не помешает. И продолжай отслеживать мобильник Димы.

— Сделаю…

— Подожди!

— Что ещё?

— Узнай, есть в Иркутске кто-то, специализирующийся по альфарским артефактам.

— Это ещё зачем?

— Просто узнай, хорошо? Если мне предстоит притворяться Измайловым и дальше, то я хочу выяснить про эту чёртову маску всё, что смогу. Явно лишним не будет.

— Хорошо.

И замолчала.

— Жанна?

— Чего? Я жду, а то вдруг тебе в голову ещё какая гениальная мысль придёт.

— Очень бы хотелось, — тяжело вздохнул я. — Но на этом вроде всё.

— Точно?

— Точно.

— Тогда я ушла, — сказала она и повесила трубку.

Закончив разговор, я ещё некоторое время просто сидел за столом, размышляя над происходящим и пялился на лежащий на столе артефакт. Попутно старался осмыслить всё случившееся за последние дни. И мысли эти вернули меня к простому осознанию.

Я сглупил и запаниковал.

Мой план бросить всё и ехать на вокзал хоть и был в чём-то правильным, но в конце концов оказался ни чем иным, как вызванным страхом порывом. Иллюзий насчёт того, с кем связался, я не питал. Завет — это жестокие и беспринципные мясники. Всё, что ими руководит — подчинение своим лидерам. Подчинение беспрекословное. И похоже, единственное, что отделяло меня от того, чтобы попасть к ним под нож — это личность Измайлова.

Но ведь это не совсем логично, так? Сейчас обдумав этот момент, я постепенно приходил к выводу, что даже будучи аристократом, Алексей не обладал значительным весом, чтобы представлять из себя какую-то уж чересчур неприкасаемую фигуру. Тем более, что и сами китайцы не собирались тут задерживаться. Всё, что от них требовалось — найти маску и вернуть её. Всё. И если верить тем историям, которые я про них слышал, им проще было действовать, чем тратить время и просто наблюдать за Алексеем. И ни его положение баронского сыночки-корзиночки, ни работа в следственном департаменте, не стали бы достаточно страшным препятствием, чтобы отпугнуть этих людей.

Почему и зачем? Вот вопросы, которые меня беспокоили больше всего. Только вот нормальных ответов найти на них я никак не мог. Уставшие мозги банально отказывались работать.

Я забегался. Начал допускать ошибки, которые не допустил бы раньше. Поспешные и опрометчивые действия, которые вполне могли привести меня в могилу, я неожиданно для самого себя принимал за рабочие варианты. Моя промашка с телефоном только чего стоила. Если бы не ночные приключения в морге, нехватка сна и прочее, то я никогда бы не забыл зарядить его. Понятно, что всё случилось быстро и неожиданно, но будь телефон заряжен, я бы к приезду в поместье Игнатьевых уже имел бы на руках хоть какую-то инфу. А так тыкался там, как слепой котёнок.

Допускать этого больше нельзя. Нужно чёткое разграничение, иначе я увязну так, что и выбираться уже смысла не будет.

С этими мыслями я поставил стакан в мойку и направился спать. Лёг, уставившись в потолок… а сон так и не шёл. Вместо этого в голову лезли тупые и глупые мысли. В какой-то момент я вспомнил слова Жанны о торговце информацией, что каким-то чудом смог выйти из своего дела, да не просто живым, так ещё и семью завести смог.

А потом перепрыгнул на Измайлова. Что он был за человек? Какие у него были стремления в жизни? Какие планы? Чего он хотел до того момента, пока идиотская случайность не привела его на тот проклятый перекрёсток под пули китайцев? Он ведь точно знал о том, что его впереди ждёт свадьба. Будущая жена. Может он строил планы на семейную жизнь?

И что в итоге? А ничего. Пустота.

Сам я мысли о какой-то семье оставил давным-давно. Настолько, что даже точно не мог сказать, в какой именно момент принял решение, что с подобными планами нам не по пути.

Луи всегда говорил, что семья — это просто бремя, которое будет тянуть тебя назад. Гиря с цепью на ноге, от которой никак не выйдет освободиться. Старик никогда не хотел семьи. Я это осознал ещё в первые недели, когда по глупости верил в то, что у меня появился пусть и не родной, но всё-таки отец. Относился он ко мне хорошо, но стоило только заикнуться об это теме, как он моментально свирепел и начинал ругаться так, что краска со стен облезала от трёхэтажных матерных конструкций на смеси французского и русского языков.

Мало кто мог бы поверить, что Луи Лерант, незаконнорожденный сын французского маркиза и дорогой шлюхи станет в конечном итоге одним из самых известных воров в мире.

Но даже если и поверили бы, то уж точно никому бы и в голову не пришло, что он проиграется в карты, когда ставкой будет обучение преемника…

Повернул голову на подушке и посмотрел время на телефоне. Половина третьего утра, а сон так и не шёл. До момента когда мне нужно будет вставать и идти на работу под видом Алексея Измайлова оставалось всего пять с половиной часов.