Огненный Лорд и я

Глава 6

По собственным ощущениям я побелела и покраснела одновременно.

— Как… как вы это себе представляете?

— Что? — он заставил меня отвернуться, и мокрыми руками, прямо из ванны, развязывал на платье шнуровку.

— Каким образом я буду вас мыть, а вы меня возбуждать?

Руки на секунду замерли — Огненный Лорд задумался. А потом продолжил возиться со шнурками.

— Есть пару идей. Принеси мыло, раздевайся и залезай ко мне, — отпустив меня в падающем с плеч платье, он снова погрузился в ванну.

С первой половиной задачи я справилась куда быстрее, чем со второй. Хоть уже и раздевалась в его присутствии. Наконец, медленно, кое-как прикрываясь мочалкой, подошла к ванне.

— Отвернитесь.

Он выгнул бровь.

— С какой стати? Я тебя купил не для того, чтобы отворачиваться.

Я вспыхнула и сжала от злости мочалку так сильно, что та закапала мне на ноги. Ойкнув, отняла ее от себя — мое тело не могло нагревать воду, как Огненное, а холод я не люблю.

— Дай-ка сюда, — не успела опомниться, как Эллиор схватил меня за запястье и одним резким движением выхватил из руки мочалку.

Я осталась без «камуфляжа».

Все еще злая, решила поступить так, как поступают дети, когда хотят спрятаться — решают, что если закрыть глаза, то их и самих не будет видно. Крепко зажмурившись и стараясь не думать о том, как у меня там все… раскрылось, я подняла ногу и шагнула через бортик ванны.

По ощущениям, будто в омут нырнула — только не ледяной, а горячий, как огненная лава…

— Ммм… — протянул Огненный Лорд, сгребая меня в охапку, притягивая к себе и укладывая вдоль своего тела. — Гладенькая…

Его руки действительно скользили по моей коже так, будто были смазаны жиром. Это мыло… догадалась я — он успел их намылить. И… о боже, еще секунда и они скользнут туда, куда их не звали… Впрочем, их никуда не звали.

Я сжала ноги.

— Хм… — Эллиор недовольно нахмурился и сделал еще одну попытку протиснуться. — Если ты хочешь, чтобы я тебя возбудил, придется дать мне доступ.

Кусая губы, я помотала головой.

— Не могу. У меня судорога… от страха.

— Чего ж ты так боишься-то, а? — плеснув водой, его рука поднялась выше и, уже привычная на груди, принялась ласкать и теребить сосок. — В твоем мире ведь свободные нравы… Какая разница, кто лишит тебя девственности — я или какой-нибудь людской мальчишка восемнадцати лет отроду?

Мои мысли немного путались от наплыва эмоций и ощущений— гнев боролся со стыдом и страхом, и все три медленно растворялись в страстном желании расслабиться, выдохнуть и откинуть голову назад. Однако от его слов стало так противно что я еще сильнее напряглась и стиснула зубы. Что значит, «какая разница»? У нас нравы-то, конечно, свободные, но любовь как-то еще не отменили…

— Ай! — я вскрикнула от неожиданности — будто наказывая за упрямство, этот гад ущипнул меня, прямо за сосок. — Вы что! Больно же…

— Одно из двух, Надя, — заявил он мне в ответ. — Или ты расслабляешься и даешь мне доступ к своим самым сокровенным местечкам или… — взяв за запястье, повел мою руку вниз, к спрятанному под водой, но вполне ощутимому и очень возбужденному члену, — сейчас будешь мыть меня… здесь…

Я уже почти отдернула эту руку, ругаясь про себя — что ж у меня за выбор-то всегда такой — плохо или еще хуже? Как вдруг поняла, что если уж выбирать, то вот такая, активная роль мне нравится куда больше, чем страдальчески-пассивная…

Не шлюха, говорите, харимэ? Шлюха и есть.

Стараясь не портить выражение лица горькой усмешкой, я скользнула вниз по его телу и уселась в ногах, наполовину высунувшись из воды.

— Если вы не против… я бы хотела начать мыть вас… сверху. Сядьте, пожалуйста.

— Ишь, какая хитрая… — хмыкнул Лорд Варгос. Однако не стал спорить — подтянулся на руках и тоже сел, подогнув одну ногу.

Я взяла из его рук мочалку, поискала и нашла на дне ванны мыло — если только можно назвать мылом этот грубый серо-желтый шматок, сделанный неизвестно из чего.

Мыться этим шматком я уже попробовала и знала, что роль свою он выполняет довольно сносно — через пару секунд мочалка уже вся была в желтоватой пене. Хотя возможно, дело было в том, что, пытаясь потянуть время, я слишком усердно эту самую мочалку намыливала, потому что в пене оказалась не только она, но и мой подбородок со щеками.

Отплевываясь, я принялась вытирать лицо чистой частью руки и только хуже сделала — уже вся этим дурацким мылом измазалась. А волосы хоть снова мой…

Отряхиваясь, подняла случайно глаза… и обомлела.

Огненный Лорд смотрел на меня так, словно я была пухленьким и беззаботным воробушком, а сам он — большим, диким и очень голодным котом. Причем взгляд его был прикован к моей груди, наверняка соблазнительно торчащей из ручейков пены, медленно стекающих в ванну…

— Эмм… — начал он и прервался, издав странный, горловой звук. — Прости, Надя, но, похоже, я тебя сейчас трахну…

— В ванне не гигиенично, — быстро вставила я, прикрываясь руками. — И вы… вы обещали. Разве благородным господам не полагается держать слово?

Чтобы извлечь его из опасного ступора, я привстала на коленях, потянулась к нему мочалкой и принялась бесцеремонно (и как можно менее эротично) натирать его плечи мочалкой.

Нельзя сказать, что это сильно помогло — Эллиор продолжал завороженно пялиться на мою грудь… Однако хищное напряжение, в котором явно просматривалось желание на меня запрыгнуть, из его глаз вроде как ушло.

— Что это за татуировка? — осмелев, я предприняла еще одну попытку отвлечь мысли моего «парня» от своего мыльного тела.

С левой стороны его груди действительно была набита очень красивая татуировка — зубастый и клыкастый черный дракон, размером примерно с два моих кулака.

— Амулет… Неважно… Потом расскажу… — хриплым голосом проговорил он, не отрывая от моей груди взгляда. Потом все же поднял глаза и посмотрел мне в лицо, диким, шальным, темным взглядом. — Помой мне голову, будь добра…

И, легко подняв меня за бедра, он выпрямил подо мною ноги, усаживая сверху — вроде бы для того, чтобы я могла дотянуться своими мыльными руками до его головы…

Лицо мое вдруг оказалось в двух сантиметрах от его, руки практически обнимали широкие плечи, а в живот мне упиралось…

О боже… Я ахнула и попыталась отодвинуться… Какое там! Железная рука плотно держала меня за талию, не давая и сантиметра свободы.

— Пусти, пусти… — в панике забилась я, осознав, что ему достаточно немного приподнять меня, и обратно я сяду только с его членом внутри… И от этой мысли комната вдруг поплыла, а внизу живота все скрутилось, превратившись в жаркий, тугой, пульсирующий узел… будто это самое «внутри» было очень даже не против такой перспективы…

— Эй! — окликнул он меня, уже ничего не соображающую, больше напуганную своей собственной реакцией, чем его действиями. — Мы договорились, помнишь? Ты меня моешь… — взяв меня за обе руки, поднял их и положил себе на голову, закапывая пальцами в густые, немного жесткие волосы, — а я тебя… возбуждаю.

И, не давая мне опомниться, он скользнул свободной рукой под воду между нашими телами — туда, где уже ничего было не закрыть, и не спрятать…

— О да… — выдохнул Эллиор, и язычок пламени лизнул мою шею.

Я поежилась, невольно тоже вздыхая от удовольствия. Кто бы мог подумать, что огонь — это так приятно…

За пламенем последовал настоящий язык — зализывая место, которое у обычного человека уже вспухло бы ожогом…

— Нравится?

Кусая губы, я кивнула.

Признаться, я думала, что больше Огненный Лорд церемониться со мной не станет — оттрахает сначала пальцами, а там уж и до основного «блюда» недалеко.

Однако он не торопился, продолжал медленно целовать меня и лишь оглаживал внутреннюю сторону бедер — не заходя дальше условной линии «бикини». От этих поглаживаний у меня уже вовсю кружилась голова и ныло везде, где он меня не поглаживал.

Животом он прижимал меня к себе, явно приучая к ощущению своего члена кожа к коже — приподнимая и опуская, заставляя тереться о каменно-твердый, и вместе удивительно гладкий и бархатистый орган. Делал он это не только для меня — по его затуманенному взгляду было видно, что наши «притирания» вполне могут довести его до оргазма.

Может, так оно и произойдет? Я с надеждой глянула вниз. Кончит и успокоится? Потому что, как я не хорохорилась насчет своей «активной» роли, принимать этого монстра в себя как-то не хотелось…

— Ай! — я дернулась и безуспешно попыталась подняться — один пальцев зашел дальше негласно установленной границы и медленно кружил по лобку, спускаясь все ниже и ниже…

— Шш… Тихо, тихо… — он сжал меня еще крепче. — Полей лучше на меня водой. Я весь в мыле…

— Пожалуйста… пожалуйста… — я зажмурилась в ожидании проникновения.

Какое там «полить водой»! Меня трясло так сильно, что я не удержала бы даже и мочалку, не говоря уже о кувшине, стоящим рядом с ванной на табурете.

Будто поняв это, Эллиор не стал настаивать. Но и не остановился — плотно прижимая к себе, заставил меня опуститься обратно, усаживая раскрытой промежностью на свою ладонь.

Я всхлипнула, хватаясь за его волосы.

— Приятно? — пальцы пошевелились — раздвинулись и вновь сошлись вместе, слегка сжимая… о боже, он сжимает мой клитор… аккуратно трогает и потирает его под водой… И там уже не только вода, вода не скользит так гладко, не создает такую восхитительную, самую лучшую в мире фрикцию…

Уткнувшись лицом к себе в руку, я засопела, изо всех сдерживая себя, чтобы не застонать…

Пальцы остановились.

— Тебе приятно? — повторил Огненный Лорд с напряженной настойчивостью в голосе. — Готова умолять меня? Потому что я готов закинуть твои ножки себе на плечи…

«Ножки» будто молнией прострелило от этих слов, и я дернулась, невольно прижимаясь к его телу… и одновременно мотая головой.

— Нет… не готова… я не готова…

— Ты вся мокрая… — его грудь тяжело вздымалась под моей, а пальцы продолжили свою ласку, проникая еще глубже еще смелее.

— Но ведь… не умоляю… — хныкнула я, чувствуя, что еще немного и буду.

Он нетерпеливо шлепнул меня, поднимая еще выше — так, что моя грудь оказалась на уровне его лица… и легко обвел языком напрягшийся сосок. Не касаясь его.

— О…

Сквозь шум в ушах я услышала нечто похожее на скулеж, и лишь спустя пару секунд поняла, что это я… Мои пальцы впились в его кожу, без сомнения царапая, и он сделал это — обвел языком ореолы сосков, извлекая из меня уже вереницу позорных, жалобных звуков. И еще и еще, уже не останавливаясь — ласкал меня, целуя грудь и под ней, щекотал, дразнил и касался где угодно, только не там… И продолжал, пока я не начала выгибаться над ним — ругаясь про себя и невольно пытаясь подставиться, попасть самым чувствительным местом ему в рот…

— Ну же…

Его дыхание щекотало, стимулировало не хуже языка и рук, но его не хватало… как не хватало и пальцев, которыми он двигал слишком медленно, слишком аккуратно…

— Попроси меня…

Пожалуйста — мысленно умоляла я, едва живая от возбуждения. Сделай это — коснись меня… лизни эту маленькую, сжавшуюся до предела горошину… что тебе стоит…

Но вслух я молчала, зная, как он воспримет мою просьбу…

— Упрямая!

Не выдержав, он набросился, втягивая грудь в рот… Почти рыча, яростно всасывал сосок, катая его кончиком своего длинного языка, вытащил из-под меня руку и вжал в себя, впиваясь цепкими пальцами в ягодицы…

— Маленькая… упрямая ты девчонка…

И я тоже не выдержала — уткнувшись ему в шею, застонала, дернулась пару раз, втираясь в эту замечательную, горячую твердость у меня между ног… и укусила его, содрогаясь в оргазме — мощном и неожиданном, как скорый поезд из-за поворота…

Кажется, я потеряла сознание, потому что, очнувшись, поняла, что лежу на кровати — мягкой, теплой и почему-то горячей.

И первое, что увидела, открыв полные слез глаза — и когда только я начала плакать? — был, конечно же, он — мой новый хозяин. Стоя на коленях меж моих широко разведенных ног, он явно намеревался сделать то, зачем, собственно, меня и купил.

О да. Я совершенно точно дала ему зеленый свет. Ничего не просила, не «умоляла» — но мой оргазм говорит сам за себя… Если уж на то пошло, все выглядело так, будто я обхитрила его, сумев получить разрядку без его помощи — куда раньше, чем он окончательно свел бы меня с ума.

Так что он в своем праве… И мне ведь было хорошо, не так ли?

Закрыв глаза, я попыталась расслабиться, замирая в позе готовности к главному «действу». В первый раз это наверняка больно, так что лучше подумать о чем-нибудь приятном… Вряд ли я кончу сегодня еще раз…

— Эй! — я почувствовала, как он касается меня, аккуратно надавливает там, где только что были его пальцы, и я прекрасно знала, чем он надавливает. — Смотри на меня, Надя… Хочу видеть твои глаза, когда…

Он не договорил, и я послушно посмотрела на него, ожидая увидеть бурю похоти в черно-золотых глазах…

Но вместо этого увидела… ужас. Беспредельный, смертельный ужас, будто он заглядывал в глаза самой смерти.

— Что…

Я тоже испугалась — по-настоящему. Так сильно, как еще ни разу за эти несколько дней…

— Что… с тобой… с вами?

Он не отвечал, сраженный тем, что увидел… Или почувствовал.

Тогда я потянула руку к лицу — проверить, потрогать себя. Быть может, в этом мире «такие как я» покрываются после оргазма какой-нибудь жуткой коростой? И замерла на полдороге, наблюдая, как ужас в потемневших глазах мужчины медленно сменяется ненавистью…

— Проклятый род… Ты из проклятого рода, тварь…

Я ахнула, закрывая рот рукой, не веря в то, что слышу… Отталкивая его, попыталась отползти вверх по подушке…

И тут увидела.

Слепящим, золотым огнем горела прямо надо мной татуировка — та самая, которую Эллиор назвал «амулетом». Искуссно выполненный, черный, клыкастый дракон.