Охота на некромантку. Жена с того света

Глава 9. Правда дороже золота

Едва переступив порог дома, Крес понял – что-то не так. В особняке никогда не было так тихо, а еще здесь никогда так не пахло. Он даже не сразу опознал запах и всерьез испугался, что стряслась беда.

Но в столовой его ждал сюрприз. Даже не так, в столовой его ждало потрясение – Эллария приготовила ужин. И какой! Жаркое, вкус которого он давно забыл.

А дети? Они сидели тихо! Настолько, что Крес заподозрил – невестка наложила на них заклятие. Родная мать и та не могла их усмирить. За годы воспитания она не сделала того, чего Эллария добилась всего за один день. Она вообще человек?

На краткий миг Крес позволил себе очароваться созданным Элларией семейным уютом. Именно так все должно быть в нормальной семье, где женщина – хранительница очага.

Но очарование наглым образом разрушил Эдгар, появившись как всегда не вовремя. Входная дверь бабахнула о косяк, следом в коридоре раздался топот, и в столовую ввалился, пошатываясь, Эдгар.

– О, ужин, – сфокусировал он взгляд на столе.

Крес только поморщился. Похоже, младший брат сегодня тоже заходил в паб. Но если сам Крес ограничился одним бокалом эля (и у него был серьезный повод!), то Эдгар не стал себя сдерживать.

Пройдя к столу, Эдгар плюхнулся на свое место, и теперь уже поморщилась Эллария.

– Ты вроде ходил к стряпчему, – сказала она, заметив, что муж пьян. – А потом, видимо, отмечал сделку?

– Я не отмечал, я пил с горя, – поправил ее Эдгар. – Сегодня все в городе только и делали, что спрашивали меня, где я тебя откопал.

– Это потому, что я настоящее сокровище? – Эллария обвела рукой стол, намекая, как здорово она потрудилась.

Но Эдгар, не впечатлившись, буркнул:

– Это потому, что ты – умертвие.

– Фи, как невежливо указывать девушке на ее недостатки, – обиделась она.

Кресс хоть и считал, что Эллария заслужила благодарность, слова брата заставили его опомниться. Никакая она не хранительница очага, а мошенница, мечтающая обокрасть их. Он идиот, если забыл об этом даже на миг.

– Как тебе удалось достать курицу? – спросил Крес, тоже садясь за стол.

– Покусала мясника, я же умертвие, – мрачно ответила невестка.

Крес сразу усомнился, что курица добыта честным путем. По совести ее следовало вернуть мяснику, но младшие такими голодными глазами смотрели на жаркое, что Крес решил наплевать на совесть. Пусть поедят вдоволь.

А Элларии не стоит обольщаться (если это вообще ее настоящее имя), не на тех напала. Он за свою семью любому глотку перегрызет.

Эдгару показалось, что он мало испортил жене настроение, и он решил ее добить:

– Скоро ты уже не будешь единственной женщиной в доме.

– О чем ты? – насторожилась Эллария.

– О невесте Крестора. Я слышал, что она навестит нас.

Эллария повернулась к нему, ожидая пояснений. Стряпчий, в самом деле, упомянул, что нашел несколько подходящих кандидатур на роль жены. Но Крес даже не спросил их имен, все его мысли были заняты тем самым вариантом развода для Эдгара. Сейчас им точно не нужна еще одна женщина в доме, с одной бы разобраться.

– Не в ближайшее время, – качнул головой Крес.

Но Эллария все равно почему-то расстроилась. Он понял это по тому, как опустились уголки ее губ. Испугалась конкуренции на наследство?

Ужин пошел своим чередом. Все молча уплетали жаркое, слышалось только чавканье детей. Крес отдал должное невестке – готовила она вкусно.

Наевшись, дети принялись наперебой рассказывать, как провели день. Так он узнал о прогулке в городе, о булках и добром мяснике, который подарил Элларии курицу.

В целом ужин прошел в приятной семейной обстановке, чего уже давно не случалось. Ворчал один лишь Эдгар, но на него быстро перестали обращать внимание.

А когда все наелись, Эллария первой встала из-за стола и скомандовала:

– Медина, уложи Эдмунда спать. Близнецы, Стефан, уберите грязную посуду со стола.

Крес аж затаил дыхание в ожидании, как именно дети поставят ее на место. Медина может и послушается, а вот близнецы точно пошлют ее куда подальше. Стефан же, скорее всего, просто сделает вид, что ничего не слышал. Он вечно погружен в себя.

Вот только шок ждал не Элларию, а его самого. Который по счету за этот вечер, уже и не сосчитать. Все потому, что дети молча встали из-за стола и покорно принялись выполнять указание невестки. Нет, она точно их околдовала! Это не его младшие братья и сестры, их подменили.

– С вами все в порядке? – не удержался Крес от вопроса. Хотя на самом деле хотелось спросить: она вас не обижала?

– Конечно, – ответил Стефан. – Эллария устала после того, как помогла Сигизмунду. Я рад ей помочь.

– Ага, – кивнули близнецы, – это вопрос чести.

– Мне несложно, – пожала плечами Медина.

Они быстро убрали посуду и даже замочили ее в тазу, чтобы позже было легче мыть. А потом дружно отправились по своим комнатам готовиться ко сну. Чудеса, да и только.

Эдгар тоже ушел, ворча что-то себе под нос. Крес с Элларией остались одни в столовой. Впрочем, и она не собиралась задерживаться. Кажется, ей не терпелось подняться к себе на чердак, но Крес не позволил уйти, перегородив дверь.

– Детям нельзя выходить в город, – сказал он. – Местный воздух опасен для них.

– Поэтому дом стоит на возвышенности? – догадалась она.

– Туман стелется в низинах. Это хоть немного помогает.

– Учту на будущее, – кивнула Эллария и попыталась его обогнуть.

Но Крес не позволил. Она шагнула вправо, и он шагнул. Она влево, и он туда же. В конце концов, Эллария остановилась и подняла на него взгляд.

– В чем дело? Хочешь сказать что-то еще? – уперла она руки в бока.

Она стояла меньше чем в шаге от него, но Крес не чувствовал тепла, какое обычно идет от живого тела. Еще одна странность.

Впрочем, это не мешало Элларии выглядеть привлекательно. Он невольно пробежался взглядом по ее фигуре, задержавшись на вырезе.

– Обычно собеседнику смотрят в глаза, – хмыкнула невестка и подсказала: – У меня они чуть выше.

Крес поднял взгляд выше, как она просила, но до глаз так и не добрался, споткнулся на губах, выкрашенных в черный. Отталкивающий мрачный цвет, но только не на губах невестки. На ней он смотрелся органично и даже притягательно.

Поддавшись искушению, Крес качнулся вперед, но так и не достиг цели. Все потому, что Эллария в точности повторила его движение, но назад.

– Как же твоя невеста? – спросила девушка. – Кажется, она уже на подъезде.

Попытка соблазнения провалилась, даже не начавшись. Не так-то это, оказывается, просто. Крес давно не ухаживал за девушками, уже и забыл, как это делается. Все не до того было.

Не дождавшись ответа, Эллария ушла, и Крес испытал странное сочетание облегчения и досады. Добиться развода для брата будет сложнее, чем он думал.

«Что на Креса нашло?» – поднимаясь на чердак, гадала я. Если бы не новость о его невесте, я бы решила, что он со мной заигрывал. Ну или, по крайней мере, пытался. Только зачем ему это?

Эдгар тоже хорош. Целый день, похоже, ходил по любовницам, но все его прогнали, вот он и напился с горя. Ох, и мужчины мне достались. Один лучше другого…

Пора выбросить обоих братьев из головы. У меня есть дела поважнее. Наконец, можно подняться к себе и опробовать порошок старьевщика. Осталась всего одна мелочь, которую нужно доделать, чтобы этой ночью наверняка быть в безопасности.

– Иди на чердак и жди меня там, – сказала я Азу, а сама направилась на второй этаж.

– А ты куда? – поинтересовался любопытный кот.

– Навещу кое-кого.

Сегодня мой путь лежал в комнату к близнецам. Да, они проиграли пари и обещали быть паиньками, но я не обольщалась. Это же дети. К тому же шкодливые.

Постучав, я вошла в спальню и застала близнецов за подготовкой ко сну. Один был в пижаме, второй – в ночной сорочке.

– Отдайте мне ключ от чердачной двери, – потребовала я, уперев руки в бока. – Я в курсе, что он все еще у вас.

Близнецы переглянулись. Им хватило ума не отрицать очевидное, но еще им хватило его, чтобы поставить мне условие. Вот ведь неугомонная парочка!

– Угадай, кто из нас кто, и мы отдадим ключ, – заявили они.

Эта задачка, посложнее, чем добыть курицу на ужин. Но я была бы не я, если бы не приняла вызов.

– Попробую, – сказала я. – Значит, Ленор – женское имя, а Линор – мужское. Верно?

Близнецы дружно кивнули. Так, с именами определились, осталось разобраться с полом. Самый первый вариант: в ночной сорочке девочка, а в пижаме – мальчик. Но именно из-за очевидности я его и отмела.

На память пришли слова Эдгара. Представляя мне близнецов, он упомянул, что они любят обводить всех вокруг пальца. Доходит до того, что они переодеваются друг в друга, и даже Крес не в состоянии их отличить. Ради этого они даже стригутся одинаково, а в силу возраста у них и голоса идентичны. Однажды голос Линора сломается, и он уже не сможет притворяться сестрой, но пока этот момент не настал.

Сейчас мне виделся подвох в образах близнецов. Если днем они всячески скрывают разницу между собой, то с чего решили подчеркнуть ее теперь?

– Ну как? – поторопил один из близнецов. – Ты уже определилась? А то нам пора ложиться спать.

– О да, я готова. Ты – Ленор, – я ткнула пальцем в близнеца в пижаме. – А ты – Линор, – теперь я указывала на того, кто был в ночной сорочке.

Лица близнецов вытянулись от удивления и досады. Они еще не научились владеть эмоциями. Дети. Очевидно, что я угадала.

– Как ты поняла? – спросила девочка, одетая, как мальчик.

– Секрет, – напустила я на себя важность. – Но я всегда сумею вас различить, так и знайте. От меня скрываться бесполезно. А теперь давайте ключ.

Я протянула руку, и мальчик в образе девочки вложил в нее ключ. Кто бы подумал, но болтовня Эдгара оказалась полезной. Надеюсь, других ключей нет. Хватит с меня ночных гостей.

Заполучив ключ, я поспешила на чердак. Там я заперла за собой дверь и подперла ее стулом. Итак, я собрала все, что нужно. Пора творить магию, или как это здесь называется.

Я четко следовала инструкции старьевщика. Зажгла свечи, поставила таз на трельяж, налила в него чистую воду, бросила туда свою особенную монету. Аз все это время крутился под ногами, приходилось его постоянно отгонять. Но вот настал черед порошка. Склонившись над тазом, я сыпанула его в воду и затаила дыхание.

Прежде я не имела дела с магией. Гадалок и ворожей из своего мира не считаю. Никогда не верила, что они способны на реальное волшебство. Вот и сейчас глядя на воду, я сомневалась, что из этого выйдет толк.

Порошок, упав в воду, быстро растворился и окрасил ее во все цвета радуги, как будто в таз пролили бензин. Но вот краски закрутились в разноцветную спираль, гипнотизируя меня.

Возможно, то, что случилось дальше лишь результат этого гипноза, и мне все почудилось. Но я, в самом деле, кое-что увидела. Да что там! Я как будто смотрела фильм. Странную короткометражку, но хотя бы цветную.

На время просмотра реальный мир перестал для меня существовать. Я полностью погрузилась в иллюзию, словно нырнув в таз с головой. Теперь я видела и слышала лишь то, что показывал волшебный порошок.

Круглая комната с четырьмя окнами – по одному на каждую сторону света. Но ничего полезного через них не видно. Только небо, облака и верхушки башен. Кажется, комната расположена в одной из них.

Из мебели два деревянных кресла с подушками и стол. По разные его стороны сидят двое: один в белом балахоне, второй – в черном. Оба мне не знакомы.

Но в центре стола лежит моя монета! Выходит, я попала по адресу.

«Белый балахон», я дала прозвища незнакомцам по одежде, то и дело вздыхал, «Черный» барабанил пальцами по столу. Их взгляды блуждали по стенам, изредка задерживаясь на окнах. Оба явно умирали от скуки.

Любопытно, что они были похожи между собой, как близнецы Уиллисы – коротко стриженные волосы, возраст около сорока лет, высокие и худые. Их отличал только оттенок волос и глаз – светлый и темный соответственно цветам нарядов. И так же, как у близнецов, я не могла определить пол «балахонов». С равным успехом каждый из них мог быть и женщиной, и мужчиной.

Неожиданно тишину разорвал не очередной тоскливый вздох, а голос Черного:

– Сыграем? – предложил он.

Ого, в этом кино и озвучка есть! Порошок не подвел, он и правда волшебный. Я мысленно пожелала старьевщику всех благ, а после затаила дыхание, опасаясь пропустить хоть звук.

– На что будем играть? – оживился Белый.

– Как обычно, на душу. На что же еще? – пожал плечами Черный.

Белый замялся. Мне почудилось, он опасается играть с Черным. Видимо, часто проигрывает.

– Хорошо, – в конце концов, согласился Белый. – Раз ты предложил игру, то тебе и делать первый ход. Выбирай Пешку.

Черный задумался.

Я не особо понимала, что происходит. Причем здесь какая-то игра, пешка? Это что съезд шахматистов? Но что-то доски не видно… Я бы сочла все это бредом, не будь на столе моей монеты. Только из-за нее я продолжила просмотр.

И уже следующие слова Черного заставили меня вздрогнуть от осознания – игра не так проста. Лучше бы это были шахматы.

– Пешка – девушка, угодившая в чужой мир, – произнес Черный и передал эстафету Белому: – Твой ход.

– Что ж, тогда я наделяю ее сильной магией, – заявил Белый.

– Недурно. Пытаешься дать Пешке преимущество для выживания? Ты ведь понимаешь, что я перебью твою ставку? – хмыкнул Черный и исказил слова Белого: – У Пешки сильная, но мертвая магия. Она уничтожает ее тело, забирая жизненную энергию.

– Некромантия, – вздохнул Белый. – Что ж, будь по-твоему.

Мне стало дурно оттого, насколько все услышанное совпадает с моей ситуацией. Это я угодила в чужой мир! Это у меня магия некромантии и серьезные проблемы с телом! Выходит, Пешка – тоже это я?

К этому моменту я уяснила суть игры. Она была простой: Черный стремится усложнить жизнь Пешки, Белый – облегчить ее. Ведь если Пешка проиграет и погибнет, то это будет победа Черного, а если выживет – Белого.

– Сдаешься? – спросил Черный.

– Вот еще! – встряхнулся Белый. – Теперь мой ход. Пешка может восстановить жизненные силы тела, позаимствовав их.

Я перестала дышать. Вот сейчас, еще немного – и я узнаю, как спасти тело, в котором я очутилась волею судьбы.

– А ты быстро учишься, – похвалил Черный с нарастающим азартом. – Принимаю твой ход и делаю свой: позаимствовать силы Пешка в состоянии только через…

– Апчхи! – раздался громогласный чих над самым моим ухом.

По воде в тазу прошла крупная рябь, развеяв картинку. Круглая комната, стол и двое мужчин за ним исчезли, словно их и не было. Возвращение в реальность вышло чересчур внезапным. Меня словно обухом по голове ударили. Потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Поначалу я еще пыталась вернуть картинку – трясла таз, склонялась ближе к воде, почти касаясь ее носом, но все без толку. Видение окончательно улетучилось, а порошка, чтобы его повторить, у меня нет.

Тогда я встрепенулась и осмотрелась. Итак, я на чердаке перед трельяжем, где стоит таз и рядом с ним сидит кот.

Аз! Именно он наглым образом прервал видение. Так и знала, что от черных котов одни неприятности. Чихнул ли Аз случайно? В жизни в это не поверю! Этот котяра умышленно скрывает от меня правду.

– Ах ты паразит! – взвилась я со стула. – Ты что натворил? Еще немного – и я бы узнала, как оживить тело.

– Да? – Аз вроде как виновато округлил глаза и протянул: – Ну прости. Мне просто стало любопытно, что ты там видишь, вот я и подошел. А тут столько всего, – он махнул лапой в сторону баночек с косметикой, – такие резкие запахи, вот кошачий нюх и отреагировал.

Оправдания звучали логично, но я им не верила. Аз. Сделал это. Нарочно. Я готова вырубить эти слова в камне. И никто меня в этом не переубедит.

– Сейчас я тебе устрою резкие запахи, – зловеще пообещала я и, вытащив монету из таза, подхватила его с трельяжа.

– Ты что задумала? – ощетинился кот.

– Водные процедуры. Я ведь тебя предупреждала.

– Не смей! – Аз судорожно забил крыльями и поднялся в воздух.

– Еще как посмею, – я наперевес с тазом кинулась за ним.

Долго по чердаку Аз летать не стал. Выпорхнул в распахнутое круглое окно. В последний момент я успела выплеснуть воду ему вслед, но не уверена, что хоть капля попала на черную шерсть.

– И не возвращайся! – крикнула я ему вслед.

Хватит с меня черных котов и дурных предзнаменований. И без них есть над чем подумать.

Бросив пустой таз на пол, я на негнущихся ногах проковыляла обратно к трельяжу и плюхнулась на стул. Пешка, серьезно? В голове не укладывается… Что это за мир такой, где играют на людей?