Пламя и пепел

Глава 18

Демон-командир — красавец с бычьей головой и шестью руками — возвышался над развалинами, массивная туша отбрасывала тень на обе группы, подавляя самим фактом своего присутствия. Пятнадцать низших демонов окружали нас полукольцом, красные глаза на отвратительных мордах горели яростью и голодом, но они не атаковали — ждали приказа.

— Носители Печати, — заговорил красавец вполне человеческим, приятным даже голосом. — Владыка наблюдает. Видит угрозу. Послал помощь.

А вот Чжэню сказанное не понравилось почему-то. Я ощущал, видел прямо, как колеблющееся доверие, которое мне почти удалось выстроить, рассыпается в прах прямо на глазах.

— Интересные разговоры, — процедил Лу Чжэнь, поднимая копьё. — Демоны приходят на помощь. Называют вас «носителями». И ты ещё утверждаешь, что не на их стороне?

— Это не то, что…

— Заткнись! — голос Чжэня был ледяным. — Я видел достаточно. Ты носишь их метку, они следуют за тобой, защищают тебя. Это всё, что мне нужно знать.

— Чжэнь, послушай…

— Я сказал — заткнись! — Энергия вспыхнула вокруг него, формируя боевую технику. — Ты предатель. Может, не по своей воле, может, тебя сломали — не знаю и уже не важно. Важно то, что ты служишь демонам. А мы — убиваем тех, кто служит демонам.

Шестеро культиваторов активировали свои техники. Энергетические щиты, боевые ауры, усиление. Они были готовы драться — до последнего.

Демон-командир усмехнулся — жуткая в своей неуместности человеческая гримаса на бычьей морде.

— Мясо хочет драться? Хорошо. Демоны любят мясо, которое сопротивляется. Вкуснее.

— Стойте! — Я выбросил руку вперёд, формируя огненную стену между группами. — Все стойте!

Огонь вспыхнул золотисто-багровым — Осквернённое Пламя, смесь солнечного огня и демонической энергии. Жар был таким, что камни под ногами начали плавиться.

— Никто, — прорычал я, — никто не будет драться. Демоны — отступите. Чжэнь — выслушай меня. Ещё одну минуту.

Демон-командир наклонил голову, явно связываясь с Владыкой через какой-то ментальный канал. Пауза длилась несколько секунд.

— Владыка говорит: носитель проявляет слабость, — проревел он наконец. — Владыка недоволен. Мясо — враги. Убить или привести.

Не «интересно». Не «разрешает». Недоволен.

Печать на моей груди вспыхнула болью — короткой, предупреждающей. Напоминание о том, кто здесь хозяин.

— Чжоу, — голос Мэй был напряжённым. — Он не шутит.

Я знал. Ну, как минимум, догадывался.

Чжэнь смотрел на меня, и в его глазах я читал всё — разочарование, гнев, презрение. И где-то глубоко, под всем этим — боль. Боль человека, который хотел верить и был обманут.

— Вот и всё, — произнёс он тихо. — Вот и правда. Ты — их марионетка. Даже сейчас, когда пытаешься помочь нам, они дёргают за ниточки.

— Это не…

— Не так просто? — Он горько усмехнулся. — Знаешь что, Чжоу? Я устал от твоих «не так просто». Устал от оправданий. Либо ты с нами — либо против нас. Третьего не дано.

— Чжэнь…

— Выбирай. Сейчас. — Он поднял меч. — Атакуй демонов вместе с нами — и я поверю, что ты ещё человек. Или…

Он не договорил. Не нужно было.

Выбор. Снова этот проклятый выбор.

Атаковать демонов — значит предать Владыку. Он активирует печать, и мы умрём. Медленно, мучительно, без шанса на спасение.

Остаться в стороне — невозможно. Демоны уже получили приказ. Они атакуют, с нами или без нас.

Я закрыл глаза на секунду. Только на секунду.

Голоса в Горниле шептали — противоречивые, хаотичные.

«Выживи, — требовал чей-то голос. — Любой ценой.»

«Но не такой, — возражал старейшина Янь. — Есть границы…»

«Границы — оправдание для мёртвых, — огрызалась безымянная душа. — Живые делают то, что должны.»

Я открыл глаза.

— Чжэнь, — мой голос был чужим, пустым. — Уходи. Сейчас. Пока можешь.

— Что?

— Я не могу… — слова застревали в горле. — Не могу атаковать демонов. Печать убьёт меня. Но и драться с тобой… — Я сглотнул. — Уходи. Беги. Я попробую задержать их.

Надежда вспыхнула в его глазах — на долю секунды.

И погасла.

— Носитель не понимает, — проревел демон-командир. Он шагнул вперёд, все шесть рук подняты, оружие наготове. — Владыка видит. Владыка слышит. Мы — объясним.

Печать вспыхнула снова — сильнее, болезненнее. Я согнулся пополам, хватаясь за грудь.

— Чжоу! — крик Мэй.

— Владыка говорит: носитель выбрал. Неправильно. — Голос демона стал ледяным. — Владыка даёт последний шанс. Атаковать мясо. Сейчас. Или умереть.

Боль нарастала. Не просто боль — ощущение, что что-то внутри рвётся, горит, разрушается. Печать не угрожала — она действовала.

— Чжоу, — голос Мэй был срывающимся. Она тоже согнулась, держась за грудь — её печать тоже активировалась. — Мы должны…

— Знаю, — прохрипел я.

Знал. Ненавидел. Но знал.

Я выпрямился, превозмогая боль. Посмотрел на Чжэня — в последний раз как на союзника.

И атаковал.

Копьё Пламени Пустоты материализовалось в руке и полетело в копейщика в первом ряду.

Он успел поставить блок — едва-едва, но успел. Копьё врезалось в древко его оружия, расплавило половину, отбросило его на несколько метров. Но не убило.

— ПРЕДАТЕЛЬ! — рёв Чжэня.

Демоны бросились в атаку.

Пятнадцать тварей третьего-четвёртого ранга — волна когтей, клыков, демонической энергии. Они врезались в строй группы Чжэня как молот в стекло.

Первым пал один из незнакомых мне бойцов — демон с змеиной головой вцепился ему в горло, рванул. Кровь брызнула фонтаном, тело рухнуло.

Янь Мин — выжила девочка всё-таки — закричала, активируя какую-то защитную технику. Голубоватый щит окутал её, отбросил двух атакующих демонов. Но третий прорвался, когти полоснули по её левой руке — той самой, уже раненой. Она завопила от боли, но устояла.

Копейщик дрался как одержимый. Его сломанное копьё превратилось в короткое древко, которым он орудовал как дубиной. Демон третьего ранга получил удар в череп, рухнул. Второй — в горло. Третий успел полоснуть его по рёбрам, прежде чем удар древка добил его.

А Чжэнь…

Чжэнь шёл ко мне.

Сквозь демонов, сквозь хаос боя, сквозь смерть — он шёл ко мне. Его меч светился белым — техника очищения, смертельная для демонов. Твари отшатывались от него, не решаясь атаковать.

— Ты, — его голос был спокойным, мёртвым. — Ты выбрал.

— У меня не было…

— Был. — Он поднял меч. — Всегда есть выбор. Ты выбрал жить. Ценой наших жизней.

Мэй появилась рядом со мной, её меч обнажён. Она была бледна, измотана, но готова драться.

— Чжэнь, — попыталась она. — Мы не хотели…

— Заткнись, тварь.

Он атаковал.

Гнев Земли против Осквернённого Пламени. Меч Чжэня против моих когтей. Третья ступень против… чего-то между третьей и четвёртой, искажённого, неправильного.

Я блокировал первый удар, отступил от второго, контратаковал третьим. Стрела Мерцающего Пламени полетела ему в грудь — он отбил, но потерял темп.

— Ты мог умереть героем, — прорычал он, атакуя снова. — Мог выбрать правильную сторону. Но нет. Ты — трус. Трус, который продал душу ради лишнего дня жизни.

— Может быть, — я уклонился от его выпада, полоснул когтями по руке. Кровь брызнула. — Но я живой трус. А мёртвые герои никому не нужны.

— Мне нужны! — Он ударил сильнее, яростнее. — Городу нужны! Людям, которые ещё верят, что можно победить — нужны!

Мэй атаковала его сбоку. Зеркальное Воплощение создало две копии, которые ударили одновременно. Чжэнь развернулся, отбил обе, но пропустил мой удар — Длань Первородного Пламени коснулась его плеча.

Он закричал. Осквернённый огонь впился в плоть, начал распространяться.

Я отдёрнул руку. Не добил. Не смог.

[Печать фиксирует колебания]

Владыка наблюдает. Владыка оценивает.

О. Система проснулась. Где ж ты раньше была?

Плевать.

Чжэнь упал на колено, держась за обожжённое плечо. Огонь погас — я не вложил достаточно силы, чтобы убить.

— Добивай, — прохрипел он. — Ну же. Ты же выбрал сторону. Добивай.

Я стоял над ним, Осквернённое Пламя пульсировало в руке. Один удар — и всё закончится. Один удар — и Владыка будет доволен.

Один удар.

— Нет.

Слово вырвалось само.

— Что? — Чжэнь поднял голову.

— Я сказал — нет. — Я отступил на шаг. — Ты уходишь. Сейчас. Забирай своих и уходи.

— Чжоу… — голос Мэй был предупреждающим.

— Знаю. — Я не отводил взгляда от Чжэня. — Знаю, что Владыка видит. Знаю, что будет наказание. Плевать.

Демон-командир зарычал, шагнув вперёд.

— Носитель снова не подчиняется! Владыка…

— Владыка хотел пленных, — перебил я. — Вот пленные. — Я указал на троих охотников, которых мы всё ещё тащили. — Чжао Минь и двое других. Живые. Как было приказано.

— Но мясо…

— Мясо уходит. — Мой голос стал жёстче. — Если Владыка хочет их — пусть пошлёт кого-то другого. Я свою часть сделал.

Пауза. Демон явно связывался с Владыкой, передавая информацию.

Чжэнь смотрел на меня снизу вверх. В его глазах было что-то новое — не доверие, нет, но… замешательство?

Демон-командир издал странный звук — что-то среднее между рычанием и смехом.

— Владыка говорит: интересно. Носитель проявляет… непредсказуемость. Владыка разрешает мясу уйти. На этот раз.

Чжэнь медленно поднялся. Его люди — те, кто выжил — собирались вокруг него. Четверо из шести. Двое остались лежать на земле, разорванные демонами.

— Это не конец, — сказал он, отступая. — Мы ещё встретимся.

— Знаю.

— И в следующий раз я не буду колебаться.

— Знаю.

Он развернулся, давая сигнал своим. Через минуту они исчезли в развалинах — израненные, потрёпанные, но живые.

Мэй подошла ко мне, тяжело дыша.

— Ты понимаешь, что сделал?

— Да.

— Владыка будет в ярости.

— Знаю.

— И ты всё равно…

— Да. — Я повернулся к ней. — Я не мог, Мэй. Не мог убить его. Кого-то другого — может быть. Но не Чжэня. Не того, с кем мы вместе дрались в катакомбах.

Она смотрела на меня долго.

— Ты идиот.

— Знаю.

— И я тоже. Потому что понимаю тебя.

Демон-командир подошёл, его шесть рук сложены на груди.

— Владыка ждёт. С пленными. И с носителями. — Пауза. — Владыка… любопытен.

Любопытен. Не разгневан, не разочарован — любопытен.

Почему-то это пугало даже больше.

Путь обратно занял остаток дня. Мы несли троих пленников — Чжао Миня и двух раненых охотников — через развалины, обходя патрули и избегая открытых пространств.

Демоны шли рядом, но не помогали. Наблюдали. Оценивали. Докладывали Владыке каждый наш шаг.

К закату мы добрались до дворца.

Руины императорской резиденции встретили нас холодом и тьмой. Трещина в реальности над главным залом пульсировала фиолетовым светом, подпитывая демонов, поддерживая их существование в нашем мире.

Стражи расступились. Мы вошли.

Тронный зал — а теперь мы шли именно туда — был таким же, каким я его помнил: огромный, пустой, давящий. Трон мёртвого императора возвышался в центре, и на нём сидел Владыка Пустоты.

Он не двигался. Не говорил. Просто смотрел.

Мы опустили пленников на пол. Чжао Минь застонал — он начинал приходить в себя, но всё ещё был слишком слаб, чтобы сопротивляться.

— Вернулись, — произнёс Владыка наконец. Его голос был… странным. Не гневным, не холодным — задумчивым. — С добычей. Так ведь?

— Троих, как было приказано, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Живые.

— Вижу. — Он встал, спускаясь по ступеням. Каждый шаг отдавался эхом. — Инквизитор Чжао Минь. Двое рядовых охотников. Достойный улов.

Он остановился перед нами, возвышаясь как гора.

— Но не полный. — Голос стал жёстче. — Группа партизан. Четверо выживших. Включая их лидера. Они сбежали.

— Да.

— Под твоим наблюдением.

— Да.

Владыка наклонил голову. Капюшон скрывал лицо, но я чувствовал его взгляд — древний, холодный, проникающий.

— Почему?

Простой вопрос. Смертельно опасный вопрос.

Я мог солгать. Придумать оправдание — они были слишком быстрыми, демоны мешали, я был ранен. Любая ложь была бы лучше правды.

Но Владыка видел через Печать. Знал мои мысли, чувства, намерения. Ложь была бессмысленна.

— Потому что не смог, — ответил я честно. — Они были… союзниками. Раньше. Мы вместе сражались против… демонов. Убить их…

— Было бы правильным решением.

— Да. Но я не получал прямого приказа.

Тишина.

Потом Владыка поднял руку.

Боль.

Не та боль, что была раньше — мягкая, предупреждающая. Эта была… абсолютной. Печать вспыхнула как сверхновая, выжигая меридианы, разрывая нервы, сжигая саму суть моего существа.

Я закричал. Упал на колени, потом на четвереньки. Мир расплывался, превращаясь в калейдоскоп боли и ужаса.

Рядом кричала Мэй — её печать тоже активировалась.

Длилось это вечность. Или секунды. Время не имело значения в аду.

Потом — прекратилось.

Так же внезапно, как началось. Боль исчезла, оставив только эхо — пульсирующее, ноющее, но терпимое.

Я лежал на холодном камне, хватая ртом воздух. Тело дрожало, перед глазами плыли круги.

— Это, — голос Владыки доносился откуда-то сверху, — за неподчинение. За слабость. За то, что ты позволил врагам уйти. За то, что считаешь себя самым умным.

Я попытался ответить. Не смог — горло сжималось спазмом.

— Запомни это ощущение, — продолжил Владыка. — Запомни и пойми: моё терпение не безгранично. В следующий раз…

Он не договорил. Не нужно было.

Я кое-как поднялся на колени. Мэй рядом делала то же самое — её лицо было серым, губы закушены до крови.

— Понял, — прохрипел я.

— Хорошо.

Владыка вернулся к трону, сел. Его движения были плавными, неторопливыми — как у хищника, который знает, что добыча никуда не денется.

— Теперь, — его голос стал другим, почти мягким, — поговорим о награде.

Награда?

Я поднял голову, не понимая.

— Ты ослышался? — Владыка усмехнулся. — Я сказал — награда. За выполненную часть задания. За троих пленных, доставленных живыми.

— Но… ты только что…

— Наказал тебя по итогам задания. Да. — Он наклонился вперёд. — Но наказание и награда не исключают друг друга.

Я молчал. Не знал, что сказать.

— Твоя самоуверенность, наглость… интересна. — Владыка откинулся на троне. — Марионетки бесполезны. Они делают только то, что приказано, никогда не больше. Ты — другой. Ты способен на… инициативу.

— Инициативу, которая чуть не стоила мне жизни.

— Да. Но ты рискнул. Принял решение. Заплатил цену. — Пауза. — Это качества тебя убьют, безусловно, хуже чем убьют… но не сейчас.

Он поднял руку, и из теней материализовался демон-слуга, несущий два предмета на подносе.

— Твоя награда. И награда твоей спутницы.

Демон подошёл, подплыл ближе, протягивая поднос. На нём лежали два кристалла — тёмно-фиолетовые, пульсирующие внутренним светом.

— Кристаллы Эссенции Пустоты, — пояснил Владыка. — Концентрированная энергия из самого сердца Пустоты. Поглощение усилит вашу культивацию, укрепит связь с Печатью, со временем откроет новые техники.

Я смотрел на кристаллы. Красивые, манящие, опасные.

— И какова цена?

Владыка рассмеялся — тот же жуткий, скрежещущий звук.

— Хороший вопрос. Ответ ты и сам знаешь. Цена — дальнейшая трансформация. Ваши тела станут ещё менее человеческими. Ваши души — ещё более связанными с Пустотой. Вы продвинетесь дальше по пути, который выбрали… сами выбрали, что бы вы не думали.

— Который ты заставил нас выбрать.

— Который вы приняли, чтобы выжить. Разница есть. — Он указал на кристаллы. — Вы можете отказаться. Я не буду принуждать. Но тогда останетесь слабыми. А слабые… — пауза, — … долго не живут.

Мэй протянула руку, взяла свой кристалл. Посмотрела на меня.

— Он прав. Нам нужна сила.

— Знаю.

Я взял второй кристалл. Холодный, тяжёлый, пульсирующий чужой энергией.

[Кристалл Пустотной Эссенции]

Эффект: Значительное усиление культивации. Открытие новых техник Пути Пустоты. Ускорение интеграции с Печатью Владыки.

Побочный эффект: Дальнейшая трансформация тела. Снижение человечности.

Я закрыл глаза.

Выбор, который не был выбором. Сила, которая превращала в монстра, ещё большего монстра, чем ранее.

Награда, которая была ещё одной цепью моих оков.

— Да, — сказал я вслух.

Кристалл вспыхнул.

Энергия хлынула в меня потоком — холодная, чужая, невыносимо мощная. Она врывалась в меридианы, заполняла Горнило, смешивалась с Осквернённым Пламенем.

Боль. Но другая, не наказания, а трансформации. Тело менялось, адаптировалось, становилось чем-то иным.

Когти удлинились, стали острее. Зрение обострилось, позволяя видеть энергетические потоки невооружённым глазом. Что-то новое появилось в груди — ещё одно ядро, резервуар силы, напрямую связанный с Пустотой.

Я открыл глаза.

Мир выглядел иначе. Ярче, чётче, но одновременно — холоднее. Цвета казались приглушёнными, эмоции — далёкими.

Рядом Мэй переживала то же самое. Её глаза, и раньше фиолетовые, теперь светились постоянно — не ярко, но заметно. Кожа приобрела лёгкий сероватый оттенок.

— Хорошо, — голос Владыки выражал удовлетворение. — Трансформация прошла успешно. Вы стали сильнее. Полезнее.

— И ближе к тому, чтобы перестать быть людьми.

— Это цена. — Он пожал плечами — странный, почти человеческий жест. — Ты знал её, когда принимал Печать. Знал, когда поглощал кристалл. Не притворяйся невинной жертвой.

Он был прав. Я знал. Всегда знал.

— Теперь, — Владыка указал на пленников, которых уже уносили демоны-слуги, — к делу. Допрос займёт несколько дней. Информация, которую я получу, определит наши следующие шаги.

— Какие именно?

— Орден планирует атаку. Скоро. — Его глаза вспыхнули в глубине капюшона. — Они хотят закрыть портал, уничтожить нашу армию. Для начала — пробиться к дворцу. Твои бывшие союзники — часть этого плана.

Чжэнь. Он говорил о большой операции. Через неделю, может раньше.

— И что ты хочешь от нас?

— Пока — отдыхать. Восстанавливаться. Осваивать новые способности. — Владыка встал. — Когда придёт время — я вас позову.

Он развернулся, направляясь к выходу.

— И да, — он остановился у двери. — Твои бывшие союзники. Те, кого ты отпустил.

— Да?

— В следующий раз — не колебайся. Или наказание будет… окончательным.