Продана Миллиардеру

Глава 10

Я изучаю файлы, которые отправил Волков, и вообще перестаю понимать, какую цель преследует мужчина. Мне открывается огромный список мест. Локации расположены по всей стране, причем мало что выставлено на продажу, некоторые здания активно используются.

В чем смысл? Он намерен осуществить рейдерский захват? Но отмеченные здания принадлежат разным людям, разным компаниям. Их используют для разных задач. Здесь не прослеживается никакой логики.

Стоп. Волков и логика – два взаимоисключающих понятия. Кажется, он взял список случайных мест и сбросил мне, лишь бы отвлечь.

Что это за встреча в полночь?

Я растираю гудящие от напряжения виски, отрываюсь от экрана и отправляю сообщение Дану. Понимаю, мой парень занят, не хочу отвлекать звонком.

И тут Волков умудряется влезть, спутывает карты. Хотя версия о том, будто он виновен во всем, смахивает на паранойю, других объяснений найти не могу. Уж слишком много совпадений.

Я поглядываю на часы. Время реально летит. Приближается момент истины. По дороге в конференц-зал я размышляю о том, какой сюрприз меня ждет.

Глеб Александрович способен на любую подставу.

Заставит собственных охранников подыграть? Принудит выступить в образах партнеров по бизнесу?

Я толкаю массивную дверь, понимаю, что совсем не удивлюсь, если за ней окажется скрыт огромный бассейн или настоящая сауна. Я накручиваю себя, внутри искрит от напряжения. А с другой стороны – вот она, свобода. Стоит Волкову опять перейти черту, я разорву контракт. Айдаров сам оставил мне возможность для подобного отступления, грех не воспользоваться.

Черт.

Я застываю на пороге. Осознаю, что к подобному повороту точно не готова. Изумленно моргаю, словно пытаюсь развеять видение.

Свет выключен, на экране показывают черно-белый фильм. Легкая музыка льется фоном. Повсюду расставлены крупные кожаные кресла. Здесь много зрителей. Создается впечатление...

– Да, это фестиваль французского кино, – шепот Волкова ударяет в затылок, сильные руки обвивают мою талию и увлекают в сторону, вынуждают занять пустующее место. – Ты не обратила внимание на рекламу внизу?

Я видела пару плакатов, отметила на автомате и почти сразу же забыла, но черт возьми, он сейчас серьезно?!

– Что здесь происходит? – бормочу я.

– Я же сказал.

– И где обещанная встреча?

– Ну, – тянет задумчиво. – Тут. В некотором смысле. Тот парень, с которым нужно пообщаться, в первом ряду. В самом центре.

Мужчина усаживается рядом, кивком показывает направление, заставляет натолкнуться взглядом на выбранную мишень.

– Парень? – прищуриваюсь. – Ты шутишь?

– Ему недавно исполнилось девяносто семь, но поверь, от меня и моих людей он бегает как юный паренек.

– Почему тогда оказался в твоем отеле?

– Тяга к французскому кино сильнее. Но вообще, господин Лесневский понятия не имеет о том, что отель принадлежит мне.

– Ты скрыл покупку?

– Я сделал ее в последний момент, – заявляет невозмутимо. – Информация еще не разошлась.

– Если этот Лесневский не желает иметь с тобой общих дел, то про какое общение может идти речь?

– А я похож на того, кто сдается?

Волков выразительно выгибает бровь.

Любопытно получается, преследуют не только меня, но и этого мужчину в летах. Кто-то реально не переносит отказы, причем не важно, от кого. Трудности подстегивают, распаляют запал.

Лесневский. Знакомая фамилия. Где и когда я могла ее услышать?

– Я пробовал разные схемы, – тихо продолжает Волков. – Ничего не работает. Старик рогом уперся. Давить бесполезно.

– И в чем проблема?

– Уговори его заключить сделку.

Предложение звучит настолько фантастически, что я издаю удивленный возглас, за что мигом получаю осуждающее шиканье со всех сторон.

– Тише, – выдает Волков мне на ухо. – Не мешай им смотреть кино.

Гад пользуется ситуацией и почти дотрагивается до меня губами, опаляет раскаленным дыханием. Я посылаю ему убийственный взгляд.

– Лесневский держал сеть отелей “Гранд”, – невозмутимо продолжает Волков, понизив голос. – В период кризиса он разорился, а с бандитами сотрудничать не желал. На принцип пошел, в итоге почти все потерял.

– Чего ты хочешь?

– Права на использование торговой марки.

Раньше “Гранд” гремел на всю страну, наш ответ американским “Милтон” и “Харриот”, лучшая сеть отелей, ничего круче тогда не существовало. Потом сменилась власть, наступил кризис. Хозяин не сумел договориться и стал банкротом.

Я понимаю, почему фамилия Лесневского показалась знакомой. Его до сих пор часто вспоминали и приводили в пример на лекциях. Символ блистательного успеха и сокрушительного провала.

Перед глазами возникает список локаций – наступает озарение. На каждом из тех мест прежде располагался отель сети “Гранд”. И в моем городе, и на паре участков, которые мы изучали сегодня, а в тех файлах, что пришли на почту сегодня, тоже значился сплошной перечень закрытых зданий.

Волков сразу знал, чего добивается. Просто темнил и присматривался. Он намерен восстановить старую сеть.

Но зачем ему столько бесполезной мороки? За прошедшие годы многое поменялось.

– Проще разработать новую концепцию, – говорю я. – Новый стиль. Новый бренд. Не факт, что устаревшая тема сейчас выстрелит.

– Мы вдохнем туда жизнь, – его глаза пылают.

– Это риск.

– Я верю в “Гранд”.

– Я предлагаю выбрать другое название, да и локации стоит пересмотреть с учетом перемен. Прошли годы. Города разрослись и теперь отели разумнее размещать в других районах. Нам нельзя цепляться за прошлое.

– Бэмби, тут не прошлое, – вкрадчиво поправляет Волков. – Мечта. Раньше я смотрел на “Гранд” снизу вверх. Уже тогда знал – придет день, и отель станет моим. Засияет ярче. Ослепит весь гребаный мир вокруг.

– У тебя есть отель получше, – пожимаю плечами. – Ты легко построишь новые и в удачных местах. Нет смысла сражаться за устаревшее название.

Я вдруг замолкаю под его взглядом.

Мечта.

А разве Волков не всегда был богат? Разве не родился в роскоши? Нет. Ответ кажется удивительно четким. Я вижу в потемневших глазах голод, такого не бывает у тех, кто сразу все получает.

Этот мужчина выгрызал свои миллиарды. Выбивал.

И теперь никто не заставит его отказаться от давнего плана.

– Ладно, – киваю. – Задумка интересная, но я не занимаюсь такими уговорами. Мое дело заключается в разработке строительного проекта. К продаже прав я никакого отношения не имею.

– Ты не хочешь, чтобы я оказался у тебя в долгу?

Заманчиво.

– Я думал, ты профи, – продолжает Волков. – Разруливаешь любой вопрос на раз.

Гад знает, как распалить азарт.

– Мне нужна неделя, – выпаливаю я, а после понимаю, стоило попросить больше времени на подготовку.

– У тебя есть час.

– Что? – от шока я едва могу дышать.

– Фильм закончится, и ты сможешь пообщаться с Лесневским.

– Как я успею изучить его интересы за такой короткий срок?

– А зачем изучать? – он как будто искренне удивляется. – Просто заставь его подписать контракт.

Волков невозмутимо бросает увесистую папку на мои колени, поднимается и уходит. Черт возьми, он уходит?!

– Ты куда? – бормочу я.

– Не хочу вам мешать.

– Издеваешься? – шиплю с возмущением.

– Лесневский меня не выносит, – вкрадчиво поясняет Волков. – Если останусь рядом, вряд ли добавлю тебе очков для победы.

Какой заботливый. Обалдеть.

– Но он все равно поймет, с кем заключает сделку, – замечаю нервно. – В документах твое имя.

– Удачи, Бэмби, – подмигивает и покидает зал.

Я сжимаю папку в руках. Полумрак не позволяет ничего прочесть. Отлично, я даже не знаю, что именно собираюсь предложить на подпись. Лихорадочно пытаюсь вспомнить, какую информацию слышала про Лесневского. Надеюсь добиться озарения, но в голове пусто.

Как я смогу его уболтать? Задача похлеще дурацких тестов на собеседовании в духе “продай мне эту ручку”. Продать еще можно, а как уговорить человека на то, чего он совсем не хочет?

– Константин Львович, – подлавливаю его на выходе. – Прошу вас уделить всего несколько минут.

– Кто вы? – хмуро спрашивает мужчина, окидывая меня холодным взглядом.

Он останавливается, опираясь на элегантную трость, поджимает и без того тонкие губы, впивается в мое лицо колючими глазами.

– Анжелика Калинина, – представляюсь, но больше ничего не успеваю произнести.

– Опять Волков, – раздраженно хмыкает он. – Теперь решил прислать свою… хм, даму.

Последнее слово Лесневский произносит таким тоном, что “подстилка” или “шлюха” звучало бы менее оскорбительно.

– Я занимаюсь проектом, – говорю твердо и без лишних эмоций обрисовываю план.

– Девочка, – обрывает Лесневский. – Какие еще проекты? Хватит нести эту ерунду. Ты молодец, что заучила столько умных слов по бумажке. Обычно красотки вроде тебя и двух слов не свяжут. Но передай Волкову, что я скорее сдохну, чем заключу с ним контракт. Если бы я вел дела с уголовниками, то никогда бы не разорился.

– А вы читали договор? – спрашиваю резко.

– Нет, – хмыкает. – И не намерен. Мой принцип…

– Судить каждую книгу по обложке?

– Скажешь, я ошибаюсь, – кривится. – Волков – человек нового времени, стоит посмотреть на него иначе, дать шанс.

– Он бандит. Наглый. Безбашенный. Ему наплевать на все кроме собственных интересов. С ним до жути трудно вести дела.

Лесневский изумленно приподнимает бровь.

– Но вот Волков дает вам шанс, – продолжаю я. – Вы в курсе, что сейчас там, где раньше возвышались ваши отели? Заправки, закусочные, притоны. И это еще хороший вариант. Большинство мест заброшено. Пустыри. Да, есть пара магазинов и ресторанов, но они совсем другого уровня. Вы сами уничтожили “Гранд”, а теперь отказываетесь от единственного шанса возродить сеть.

– Волков неплохо тебя подготовил, но этот номер не пройдет.

– Ну и отлично, – отшвыриваю папку в сторону. – Значит, он примет мой план, согласится на разработку новой концепции и забудет про это старье.

Разворачиваюсь и ухожу. Стараюсь не думать о том, как сорвалась. Понимаю, я могла бы провести разговор гораздо лучше, спокойно подать факты, привести разумные аргументы. А тут полное затмение разума. Я все провалила.

– Ты в огне, Бэмби.

Я сталкиваюсь с Волковым за поворотом.

– Насмехайся, сколько угодно, – бросаю гневно. – У меня почти не было времени на подготовку.

– Что ты ему сказала? – спрашивает без тени усмешки. – Как заставила взять папку?

– Он забрал документы?

– Поднял с пола, – говорит и показывает мне экран смартфона, где камера демонстрирует, что Лесневский продолжает путь по коридору, одной рукой опирается на трость, в другой сжимает папку.

– Черт, – выдыхаю я.

– Признавайся, в чем секрет?

– Я просто была собой, – ответ срывается рефлекторно.

– Тогда понятно, – ухмыляется Волков. – Бьюсь об заклад, старик за всю жизнь таких девчонок не встречал. Отказать нереально.

Я нервно веду плечами. Вообще, осуждаю собственное поведение. Глупо, слишком эмоционально, совершенно непрофессионально. Нужно сохранять спокойствие и холодный рассудок. Я не должна идти на поводу у чувств.

– Предлагаю отметить удачную сделку, – прибавляет мужчина.

– Лесневский еще ничего не подписал.

– Подпишет, – в синих глазах полыхают огненные искры. – Можем поспорить на желание.

– Хватит того, что в случае моей победы ты останешься у меня в долгу. Или решил проиграть дважды?

– Я готов проигрывать тебе гораздо чаще.

Его взгляд кажется таким порочным, что я начинаю сомневаться, будто мы до сих пор обсуждаем деловые вопросы.

– Знаешь, я устала и…

– А вот и бар.

Мы оказываемся перед неоновой вывеской. Я плохо понимаю, как так выходит, сама не замечаю, насколько далеко заходим по коридору и упираемся в дверь. Чарующие ритмы музыки будоражат сознание.

– Это плохая идея, – говорю я и поворачиваюсь, намереваясь двинуться в противоположную сторону.

– Один бокал, – заявляет Волков.

Горячие пальцы обхватывают локоть. Властно, твердо, отрезая все пути к отступлению.

– Я не пью.

– Даже безалкогольный мохито?

– Ненавижу мяту.

– Лимонад?

Это прозвучит безумно, однако в горле саднит от жажды и язык присыхает к нёбу. Я обожаю лимоны, могу их целиком есть.

Но только я не стану проводить ночь в компании человека, который подставил моего парня. Кто еще мог устроить хакерскую атаку? Явно нанял кого-то, а может и сам. Не важно. Я не поведусь на его трюки.

– Уже поздно, – отстраняюсь от него. – На завтра назначено много встреч.

– Я их отменю, – заключает ровно. – Чувствую себя последним ублюдком, потому что заставил тебя работать в такое время.

– Не надо ничего менять, иначе мы выпадаем из графика.

– Моя затея кажется дурацкой, да? – он вдруг приваливается к стене и складывает руки на груди, прищуривается. – Одержимость отелями сети “Гранд”. Ну реально бред. Проще и правда создать нечто новое.

– Почему? – улыбка возникает на губах сама по себе. – Это мечта. Я помню, как в детстве потеряла сборник сказок при переезде. Прошли годы, а я четко вижу фиолетовую обложку с золотистыми буквами, периодически пытаюсь найти то издание в Интернете.

– Редкая книга?

– Подарок бабушки, – закусываю губу, ощущая, как покалывает глаза. – Там должна была остаться ее подпись. Ладно, не важно. Просто у каждого своя мечта. Я бы с радостью купила это издание сказок Сандерсона, но никто не выставляет его на продажу.

– Уверен, эта книга еще к тебе вернется.

– Вряд ли, – усмехаюсь. – Столько лет прошло.

– Я верю в судьбу, Бэмби.

– Спокойной ночи, Глеб Александрович.

Я ругаю себя за то, что сорвалась на откровенность. Стараюсь поскорее добраться до номера, принять душ и лечь спать. Мне нужно отдохнуть.

Сегодня Волков показался… человеком. Живым. Настоящим. Но я не должна расслабляться и обманываться. Пусть он и не родился в богатой семье, пусть зарабатывал сам. Суть не меняется. Этот мужчина опасен. Мальчик, который любовался шикарным отелем, давно вырос. У него когти и клыки.

+++

Остальные дни в столице проходят гораздо спокойнее. Да, приходится организовать и провести множество встреч, осмотреть огромное число участков, выставленных на продажу, но никаких приставаний больше не происходит, и это меня радует, позволяет наконец выдохнуть.

Только рано праздновать победу.

Я понимаю, что подобный поворот может быть частью игры, которую затеял Волков. Он дает возможность отдохнуть, а после снова возьмется за старое. Может, решил, я заскучаю без его повышенного внимания? Конечно, ничего подобного не произойдет, такие приключения мне не нужны. Однако легко предсказать логику этого матерого соблазнителя. Мужчина пробует разные варианты, подбирает удачную тактику. Едва ли способен принять отказ.

Пожалуй, мы могли бы сработаться, стать отличной командой. В другой ситуации, в реальности, где Глеб Александрович готов отступить. Но черт, разве такая реальность могла быть?

Я узнаю его лучше, отмечаю деловую хватку. Мое первое впечатление рассеивается. Я осознаю, что этот человек через многое прошел на пути к миллиардам.

– Какие планы на последний вечер в столице? – спрашивает Волков. – Мой водитель отвезет, куда скажешь.

– Я должна закончить отчет.

– Так скучно?

Лишь пожимаю плечами в ответ.

– Я буду занят, – заявляет он с подчеркнутой небрежностью. – Не бойся, лично возить не стану. Никаких сюрпризов.

– Мне и правда надо подбить данные, – заключаю ровно.

Вообще, я в курсе, что у Волкова несколько важных встреч с его иностранными партнерами, он точно не станет их отменять, поэтому подвоха не жду.

– Сейчас распродажа, – синие глаза лукаво поблескивают. – Я думал, девчонки от такого тащатся.

Вот откуда он знает? Буквально мысли читает. Мне постоянно попадается реклама очередных бешеных скидок. Конец сезона сказывается. В столице обширный выбор, я бы мечтала пройтись по магазинам. Но когда? Нужно разобраться с материалом, который я собрала.

– Если останется время, загляну, – отвечаю спокойно.

– Охренеть, и на что я рассчитывал? – ухмыляется Волков. – Тебя ничем не пронять.

Мы расходимся. Он отправляется в бизнес-центр, расположенный неподалеку, а я поднимаюсь в номер. Пытаюсь сосредоточиться на документах, но выходит с трудом.

Не такая уж я и стойкая. Перед глазами мелькают витрины магазинов, мимо которых мы проезжаем каждый день. Столько искушений, а податься нельзя. Кажется, я видела там то самое красное кружевное платье от бренда “Тесс”, лимитированная коллекция. У нас в городе этой марки нет.

Хотя зачем покупать сотое платье? Шкаф и без того ломится от вещей. И красное у меня есть, и кружевное. Но не такое. Померять бы, прикинуть и отложить. Вдруг не подойдет? Будет плохо смотреться?

Я открываю папку с документами и напрасно стараюсь сосредоточиться на работе.

Вот зачем Волков напомнил про эти дурацкие распродажи?

Огромным усилием воли я все же принуждаю себя заняться делом, а закончив, бросаю взгляд на дисплей мобильного. Целых три часа до закрытия магазинов. Получилось справиться быстрее.

Я вызываю такси. Дальше – все как в тумане. Скидки плохо на меня действуют. Остановиться нереально. Спасает лишь то, что шопинг строго ограничен по времени.

Но я ведь покупаю только нужное и полезное. Туфли. Сумку. Несколько юбок и блузок. Кроссовки для тренировок. Пару купальников. И главное – то самое платье. Единственный оставшийся размер садится по фигуре идеально.

В отель я возвращаюсь с кучей пакетов. Уставшая, но довольная. Решаю посетить бассейн. Тянет немного размяться. Поэтому поболтав с Данилом, надеваю один из новых купальников, набрасываю халат и отправляюсь на спонтанную тренировку по плаванию.

В одиннадцать вечера здесь никого нет. Администратор на ресепшн сообщил, что я буду единственной посетительницей.

Развязываю пояс, кладу халат на шезлонг и подхожу к бирюзовой воде.

– Дьявол, – хриплый голос заставляет вздрогнуть и резко обернуться, синие глаза полосуют меня острым взглядом. – Я сдох и попал в рай.

“А я попала в свой самый страшный кошмар” – почти срывается с моих губ, но я вовремя успеваю закусить нижнюю губу.

Ничего особенного не произошло. Купальник закрытый, эффектный, совсем не провокационный. Яркие цвета, красивые этнические узоры. На пляже можно встретить людей в реально вызывающих нарядах, а тут все прикрыто. Только, черт побери, Волков смотрит на меня так, будто я абсолютно голая.

Главная проблема – его проклятые глаза. Наглые. Горящие. Они проходятся по моему телу, точно лезвия. Вызывают волну дикого напряжения.

Я бросаю взгляд на шезлонг, понимаю, что мой халат слишком далеко, да и поспешная попытка прикрыться лишь насмешит.

Почему я чувствую себя, будто попалась на месте преступления? Дело явно обстоит с точностью до наоборот.

– Ты следил за мной, – заявляю, хмуро сдвинув брови.

– С чего ты взяла? – криво усмехается.

– А как еще объяснить наше столкновение здесь? – раздраженно выдыхаю и складываю руки на груди. – Твой график встреч расписан до глубокой ночи.

– Китайцы перенесли все на следующую неделю, шейх отменил визит в последний момент, – замечает невозмутимо. – Спортзал закрыт, а я хочу размяться.

Меня бесят бесовские искры в синих глазах, а еще – такое откровенное вранье. Китайцы никогда не станут переносить важную встречу, это воспринимается как оскорбление. Шейх тоже бы не стал…

Я застываю, заметив, что Волков развязывает пояс халата. Я только сейчас замечаю, как мало на нем одежды. Отлично, только этого не хватало.

– Прекрати, – срывается на автомате.

– Что? – насмешливо выгибает бровь.

И правда. Я пробую запретить ему купание в его собственном бассейне? Бредовая затея. Пускай плавает. Просто без меня.

Он наступает, делает несколько шагов вперед, заставляя отшатнуться.

– Чего ты так боишься? – хриплый голос обвивается вокруг горла колючей петлей.

– Ничего, – отвечаю твердо. – Я как раз собиралась уходить. Приятного тебе заплыва.

Я направляюсь в сторону, а Волков преграждает путь. Поворачиваюсь, чтобы двинуться в другом направлении, но ситуация повторяется.

Мужчина действует легко, играючи, загоняет в ловушку. Куда я, туда и он.

– Ты даже не окунулась, – замечает вкрадчиво.

– Решил помочь?

– Вдвоем веселее, – синие глаза темнеют, полные губы складываются в порочной ухмылке. – Сильнее. Горячее. Мощнее. Острее.

Он подается вперед, желая заключить меня в капкан горячих рук, но тут я умудряюсь ускользнуть, пройтись по самому краю бассейна.

Волков теряет равновесие и отправляется в заплыв, которого не ждал. Бирюзовая вода смыкается над темноволосой макушкой, но мужчина стремительно выныривает на поверхность.

– Ты прав, – не могу удержаться от улыбки, глядя на его изумленную физиономию. – Вдвоем и правда весело.

Я жду, что Волков разозлиться, но он начинает хохотать. Запрокидывает голову назад, разражается смехом. Заразительным, искристым.

– Победа опять за тобой, Бэмби, – подмигивает.

А потом вдруг обхватывает мои ноги, увлекая в бассейн следом за собой. Я даже не понимаю, как это происходит. Чувствую пальцы на щиколотках, на коленях, на бедрах. Дергаюсь, пытаюсь вырваться, лягнуть этого гада. Но старания оказываются напрасны.

– Пусти, – шиплю и царапаю ногтями мускулистые плечи. – Прекрати меня трогать.

– Тут глубоко, – заявляет Волков и прижимается крепче, проходится ладонями по спине, обхватывает попу. – Ты хорошо плаваешь?

– Пусти, – повторяю гневно, упираюсь ладонями в стальные мышцы его рельефной груди.

Когда Волков успел избавиться от халата? Черт. Он что, совсем голый?

Я выскальзываю из крепких объятий чудом, выбираюсь из бассейна за считанные секунды и тут же хватаю халат, набрасываю на мокрое тело, закутываюсь плотнее, дрожащими пальцами завязываю пояс.

Меня колотит от волнения и перенапряжения, а еще от самодовольной ухмылки Волкова. Гад привалился к бортику, небрежно оперся о него мускулистыми руками и наблюдает за каждым моим движением.

Бесит. Звериный оскал. Искры в синих глазах. Его татуировки. Он сам.

– Ты выглядишь так, будто я тебя обжег, – хмыкает.

Нет, просто затянул в воду, облапал, прижался вплотную и дал четко прочувствовать то, чего я совсем не желала. От воспоминаний мигом передергивает. Не хочу знать, голый он был или ткань плавок тонкая.

Тут мы оказались гораздо ближе, чем тогда на парковке. Все, хватит. Отказываюсь об этом думать.

– Бэмби, куда ты мчишь?

Я отвечаю ему выразительным взглядом, разворачиваюсь настолько резко, что едва умудряюсь сохранить равновесие и быстро направляюсь на выход.

– Трудно управлять рефлексами, когда ты рядом, – доносится мне вслед хриплый голос. – Природная реакция.

Мои пальцы сжимают ручку двери.

О чем он сейчас? Ах, черт бы его побрал! Хотя разве подобное реально, если он сам и есть дьявол?

Я вылетаю из бассейна, перевожу дыхание, лишь оказавшись в номере. Бросаюсь в душ. Только горячая вода едва ли помогает смыть бешеное напряжение, полыхающее в каждой клетке тела.

Волков умудряется обернуть все так, будто он не виноват. Вообще, проявил заботу, а не приставал. Вдруг я плохо плаваю? А реакции у него “природные”. Рядовые рефлексы, ничего особенного.

Я еще долго сижу за лэптопом, пытаясь успокоиться и отвлечься, проверяю рабочую почту, просматриваю документы. В итоге сама не замечаю, как проваливаюсь в сон прямо на диване. После просыпаюсь от раздражающей трели будильника. Нахожусь в жутко неудобной позе. Мышцы сводит.

Я собираю вещи, привожу себя в порядок и спускаюсь вниз.

Разве стоит удивляться очередному столкновению с Волковым? Я хочу сказать, что ему пора подыскать другого человека для ведения проекта, потому как у нас рабочие отношения не складываются, но все слова замерзают на губах, когда я слышу:

– Лесневский согласен подписать договор.

Глаза невольно округляются. Серьезно?

– Он запросил несколько поправок, – продолжает Волков. – Готовит свою версию документов, но это уже явный прогресс. Идут переговоры между нашими юристами.

Интересный поворот.

– Встреча пройдет на следующей неделе.

– Хорошо, – киваю. – Теперь идеальный момент, чтобы назначить на проект другого человека. Он как раз успеет войти в курс дела.

Волков выгибает бровь.

– Я попрошу Айдарова меня заменить, – прибавляю ровно.

– Исключено.

– У нас много отличных специалистов.

– Ты уговорила Лесневского, – чеканит мрачно. – Он ждет тебя на встрече. Никто другой не прокатит.

– Я…

– Бассейн так сильно напряг?

– Нет смысла обсуждать, – отвечаю ровно.

– Точно, – усмехается. – Ты закончишь сделку с Лесневским, а там разберемся. Прости, важный звонок. Мой водитель тебя отвезет.

Волков принимает вызов и отходит в сторону.

Ладно, я и не надеялась, что будет легко разорвать контракт. Пожалуй, он прав насчет контракта с Лесневским, его бросать нельзя, а вот на будущее никакая сила на свете меня не удержит.

Мой телефон вибрирует.

– Привет, Дан, – улыбаюсь, отвечая на звонок. – Что случилось? Я думала, утром ты будешь в дороге.

– Самолет задержали. Слушай, я получил новый список от Айдарова. Там ты и еще один новый гость.

Ну конечно. Волков.

– Руслан Черный, – голос Дана резко меняется, становится ледяным: – Лика, ты не должна идти на эту вечеринку.