Продана Миллиардеру

Глава 32

Я просыпаюсь раньше Глеба, аккуратно освобождаюсь от жарких объятий и выскальзываю из постели, стараясь двигаться бесшумно. Набрасываю халат, отправляюсь в ванную комнату. Выполняю привычный утренний ритуал. Но конечно, здесь все ощущается иначе. Даже самые привычные вещи выглядят необычно. Смешанные чувства охватывают меня. До сих пор трудно во всем разобраться, поэтому я пытаюсь меньше анализировать происходящее.

Я открываю стеклянную дверцу и захожу в душевую кабину, встаю под горячие струи воды. Запрокидываю голову назад, подставляю лицо под тугой напор.

Сознание проясняется. Память о прошлой ночи заставляет вспыхнуть. Кровь приливает к щекам в момент.

Все кажется до жути порочным. Неправильным и одновременно… правильным. Звучит безумно. И черт, так и есть. Но я понимаю, изменить ничего нельзя.

Картина четко стоит перед глазами.

Глеб сдвигает блюда в сторону, отодвигает подальше вместе с белоснежной скатертью. Кубики льда бряцают, ударяясь о бутылку вина. Звенят бокалы.

Мужчина усаживает меня на стол, встает между моими раздвинутыми ногами, дергает пояс халата, распахивает полы. Он обнажает мое тело. Оголяет душу. Я перед ним открыта целиком и полностью. Доверяюсь, ныряю в омут.

Глеб целует меня. Страстно. Глубоко. Так, что дыхание перехватывает. Его пальцы скользят по телу, выводят неведомые узоры, заставляя дрожать.

Пламя свечей сливается с огнем, полыхающем в камине. Толчки пульса напрочь перекрывают льющуюся из динамиков музыку. Воздуха мало.

– Бэмби, ты одурительно вкусная, – хрипло заявляет Волков, отрываясь от моих губ. – Охуительная. Моя девочка. Лика.

Жутко, но сейчас его пошлости не заставляют меня скривиться. Слишком сильны другие чувства. И даже эта дурацкая кличка “Бэмби” перестает раздражать.

Что он сделал со мной? Как?

Грязные словечки перемежаются с нежными признаниями. Невесомые поцелуи чередуются с дразнящими укусами. Горячие пальцы смело скользят по моему телу.

Глеб не берет меня. И при этом берет так, что я захлебываюсь стонами. Он как будто вообще не знает про усталость. Неутомимый. Изобретательный. У его бурной фантазии нет границ. Прирожденный грешник. Хищник.

Капли вина струятся по моей коже, и он слизывает их. Алчно проходится языком, оставляет полыхающие следы.

Я пьянею. От этих одурманивающих поцелуев, от испепеляющего жара сильного мускулистого тела, которое прижимается ко мне, вдавливая в отполированную поверхность стола.

Мои ладони упираются в широкие плечи, накрывают бугрящиеся мышцы, изучают железный рельеф. Мне нравится трогать его. Трудно прекратить. Затягивает. Краем сознания улавливаю, что сама ласкаю, изучаю.

Глеб доводит меня до криков, до судорог, до спазмов в низу живота. Опять. Он толкает в бездну, утягивает прямо в пучину раскаленных волн. Электрические импульсы проносятся по моему телу. Ток струится вдоль позвоночника, жесткие разряды принуждают прогибаться. Мои ногти вонзаются в мускулистую спину, оставляют отметины на коже. Я разбиваюсь на тысячи осколков.

Волков умеет довести до безумия.

Даже сейчас, стоя под струями воды, я не могу до конца прийти в себя и как будто переживаю все заново. До боли четко и ясно. Меня потряхивает.

А еще я буквально пропитываюсь им. Внутри, снаружи. Его шампунь, его гель для душа. Но дело не только в этих ароматах. Запах входит глубже.

Я закрываю воду и выхожу из кабины, тщательно вытираюсь, набрасываю халат. Склоняюсь над раковиной, умываюсь, а после выпрямляюсь, смотрю вперед и вздрагиваю, столкнувшись с отражением в зеркале.

– Шустрая, – ухмыляется Глеб.

И эта его ухмылка такая… волчья.

Мужчина стоит прямо позади меня. Когда только успел так ловко подобраться? Точно хищник.

– Бэмби, – заявляет хрипло и подступает вплотную, заключает в капкан сильных рук. – Вот куда ты рванула?

– Я всегда принимаю душ утром.

– И не скучно одной?

Память заботливо подбрасывает яркие кадры того, чем мы занимались в душевой кабине совсем недавно.

Ох, черт. Мы провели вместе только одну ночь, но успели отметить множество мест. Ванная. Спальня. Гостиная. И это еще без настоящей близости. Что же будет дальше?

Я заливаюсь краской от одно лишь осознания.

– Глеб, – нервно закусываю губу.

– Что? – спрашивает и проходится короткими поцелуями от моего виска до горла, ниже, до впадины между ключицами.

– Я пока, – запинаюсь, ощущаю себя совершенно по-идиотски. – Я пока не могу.

– А я не тороплю, – заключает невозмутимо. – Ты чего опять в напряге?

– Непривычно.

Он отстраняется и вопросительно выгибает бровь.

– Ну все это, – выдыхаю. – Даже не знаю, как назвать.

– Дай угадаю, – тянет насмешливо. – Отношения? Да, определенно смахивает на отношения. Блядски сложно определить. Но чую, вот оно. Мы залипли.

Глеб подхватывает меня и относит на кровать.

– Куда бы ты хотела поехать? – вдруг спрашивает он.

– Погода солнечная, можно в парке погулять. Но вообще, мне домой нужно. Я сейчас курсы повышения квалификации прохожу, сегодня вечером необходимо отправить финальный тест.

– А как насчет Мексики?

– В смысле?

– Хотела бы туда полететь?

– Конечно, – улыбаюсь. – Когда-нибудь было бы классно туда отправиться. Я даже знаю какие экскурсии возьму.

– Супер, – кивает. – Не зря там все заказал.

– Подожди, – хмурюсь. – Ты хочешь лететь сейчас?

– А ты?

– Это очень неожиданно.

– Сдашь свой тест – и погнали.

– Я не уверена, – сглатываю. – У меня же работа. Айдаров может вызвать в офис в любой момент.

– Забей, я с ним сам порешаю.

– На выходных я договорилась встретиться с родителями.

– Тогда их тоже возьмем, – заключает невозмутимо. – Или Мексика им не в кайф?

– Все слишком быстро.

– А чего тянуть?

– Глеб, – говорю и выразительно смотрю на него.

– Сбавить обороты? – прищуривается.

– Я с тобой как на американских горках.

Он смеется и заваливает меня на спину, жадно вглядывается в мое лицо, точно ловит каждую эмоцию.

– Дьявол, а я же тебя еще не катал.

Жар обдает тело. Достаточно единственной фразы, чтобы внутри закоротило. Волков всегда действовал на меня странно. Будоражил. А теперь эмоции лишь обостряются. Толчки крови дико бьют по вискам, дыхание сбивается. Сознание подернуто дымкой. Реальность в тумане.

– Я думаю, Мексика подождет, – сама не представляю, как удается ответить так, чтобы голос прозвучал ровно. – Начнем с прогулки в парке.

– А как на Бали смотришь? – спрашивает и внимательно наблюдает за моей реакцией на предложение, прежде чем я успеваю дать ответ, уже понимает суть и прибавляет: – Проехали. Я так и знал, Мексика для тебя будет круче. Просто валяться на пляже ты не захочешь. А что по Европе?

– Резкий поворот, – смеюсь.

– Это ближе. Перелет короткий. Жаль, ты не хочешь знакомить меня со своей семьей, но я всегда готов рассмотреть альтернативные варианты.

– Почему именно Европа?

– Там круто на Новый год. Ярмарки. Всякая атмосферная херня. Бьюсь об заклад, тебе понравится Франция или Швейцария. Хотя можно не выбирать. Возьмем все, еще и Германию добавим.

– Еще рано, – пожимаю плечами. – До Нового года несколько месяцев.

– Их Рождество ближе, – невозмутимо заключает Глеб. – Я пробую сбавить напор и дать больше свободы.

– Серьезно?

– Но если ты не ответишь, то придется выбирать самому.

– И поскольку выбирать трудно, мы поедем и в Мексику, и на Бали, еще и по Европе прокатимся, – замечаю с улыбкой.

– Черт, ты меня на раз чуешь, – широко ухмыляется.

Звонок мобильного врывается в нашу идиллию.

– Блядство, – рявкает Волков и мой выразительный взгляд едва ли его тормозит: – А как еще это назвать? Пиздец. Ебануться просто. Стоит нам уединиться, каждый так и норовит влезть.

Он прибавляет еще пару фраз пожестче, и у меня расширяются глаза.

– Прости, перебрал, – заключает хмуро. – Буду фильтровать.

Я соскальзываю с постели, хватаю телефон и с удивлением смотрю на экран мобильного. Принимаю вызов.

– Здравствуйте, Дамир Ринатович, – говорю и до сих пор не верю, что Айдаров мне лично звонит.

– Доброе утро, Лика, – слышится голос шефа. – Возникло несколько вопросов, и я бы хотел, чтобы Вы приехали в офис. Чем раньше, тем лучше.

Глеб явно намерен подать голос, поэтому я поспешно прикладываю палец к губам, призывая его помолчать.

– Конечно, Дамир Ринатович, – бросаю взгляд на часы. – Буду через час. Но может, и раньше получится.

Волков явно готов убить Айдарова. Его глаза темнеют и полыхают, искрят от грозовых молний, а челюсти плотно сжимаются, желваки одержимо играют. Мужчина молчит лишь потому, что я об этом прошу.

– Жду вас, – говорит босс и отключается.

Я возвращаю мобильный в сумку.

– И зачем тебе туда ехать? – спрашивает Глеб.

– Это моя работа.

– Ладно, – кивает, а после мрачно интересуется: – Зачем тебе эта работа?

– Твой вопрос ставит меня в тупик, – нервно дергаю плечом. – Работа – важная часть моей жизни.

– Пустая трата времени.

– В смысле?

– Я заработал достаточно, чтобы моя женщина не грузилась всякой хренью. Ты должна отдыхать, наслаждаться. Кайфовать, короче. А тут какой-то упырь вдруг звонит, приказывает явиться по свистку. На черта такое нужно?

– Мне казалось, вы друзья.

– Теперь нет.

– Глеб, я хочу работать, – заявляю спокойно. – Мне это нравится, и это важно для меня. Не могу представить, чтобы я уволилась и жила исключительно на твои деньги.

– Надо заняться твоим воспитанием, – оскаливается.

– Твоим, – иронично выгибаю бровь.

Я стараюсь собираться как можно быстрее, а Волков берет за цель отвлечь меня любой ценой. И у него это получается. Чудом умудряюсь вырваться из горячих объятий.

Мне приходится воспользоваться одеждой, которую он купил. Других вариантов попросту нет, ведь мой наряд превратился в лохмотьях, а домой заезжать уже некогда. Я в шоке от тех брендов, которые выбрал Волков. Пакеты известного торгового центра сразу намекали на серьезные траты, но я и вообразить не могла их масштаб, пока не увидела ярлыки. Здесь моя зарплата. За несколько лет.

– Кошмар, – бормочу, но все же наряжаюсь в дорогущие вещи. – Ты с ума сошел. Нельзя столько тратить.

– Быстрее, Лика, – играет ключами от авто. – Мы опаздываем.

Мы добираемся до офиса быстро, но Глеб впивается в мои губы так, что я абсолютно теряю счет минутам.

– Все, – разрываю контакт с огромным трудом. – Надо бежать.

– Звони, как только освободишься, – говорит Волков. – Я заеду. На вечер ничего не планируй. Я забил. Ни с кем делиться не стану.

– Договорились, – киваю и выхожу из авто.

Только захожу в офис, как телефон опять звонит.

– Привет, Лика, – раздается в динамике голос Насти. – Я в твоем районе. Может, встретимся? Поболтаем?

– Я на работе, – мчу к лифту, заскакиваю в кабину, заполненную людьми, ровно за секунду до того как закрываются створки. – Прости, мне не очень удобно разговаривать.

– Тогда давай пересечемся за обедом.

– Это срочно? Я пока не знаю график. Не уверена, что буду свободна.

Хоть пара минут найдется? – спрашивает подруга. – Я готова в твой офис подъехать. И да, дело срочное. Это касается Волкова. Ты должна знать.

+++

– Проходите, Лика, – Айдаров приглашает меня в кабинет, указывает на кресло напротив своего стола. – Хотите чего-нибудь выпить?

– Нет, благодарю.

– Тогда сразу перейдем к делу, – заключает босс. – Когда вы готовы вернуться на проект?

– Сегодня, – улыбаюсь. – Сейчас. Я очень скучала по работе.

– Отлично, – кивает. – Не вижу причин тянуть дальше. Можете приступать. Но прежде я задам вам несколько вопросов.

– Конечно.

– Как давно вы знаете Марию? – его темный взгляд упирается в меня, тяжелый и буравящий, кажется мужчина способен разгадать ложь на раз.

Черт, такого вопроса я точно не ожидала. Думала, речь пойдет про слив данных Черному, про договор с Лесневским, да хоть даже про покушение на стройке.

– Мы учились в одном университете, – говорю я. – Но общаться начали в Осло, когда вместе отправились на тренинг.

– Вы доверяете ей?

– Конечно.

– Она ваша близкая подруга?

– Да, пожалуй, так вышло, что за короткий период, мы хорошо друг друга узнали, – хмурюсь. – Простите, но я полагала, речь пойдет о проектах.

– Мария уволилась, – замечает Айдаров, игнорируя мое замечание.

– Знаю, – вырывается на автомате.

– Вот как? – мужчина выгибает бровь. – Выходит, она успела сообщить вам о своих планах?

– Не совсем, – поджимаю губы. – Маша звонила мне, когда была на пути в аэропорт, вся на взводе. Заранее она ничего не говорила. Кажется, вообще, решилась на отъезд в последний момент, да и на увольнение тоже.

– Ясно, – криво усмехается и, хоть продолжает смотреть на меня, кажется, будто мысли его далеко отсюда. – А она ничего не сказала про то, как продала информацию Черному?

– Что? – запинаюсь. – Какую информацию?

– Ту самую, – мрачнеет Айдаров. – Ловко все обставила, перевела подозрения на вас.

– Нет, – качаю головой. – Никогда не поверю, что Маша на такое способна.

– У каждого есть своя цена.

– Это не тот случай, – заявляю твердо. – Тут явно ошибка. Нужно провести расследование, изучить детали. И потом, мы же начали общаться уже после слива данных. Здесь никакой логики.

– Все доказательства против Марии.

– Нет, нет, я никогда не поверю…

– Я в курсе, что она рассказала вам про стройку, – обрывает Айдаров. – Вас тогда только чудо спасло.

– Маша просто… – нервно закусываю губу, гадая как лучше сформулировать то, что девушка не могла промолчать, решила предупредить меня об угрозе, пусть и нарушила правила, просмотрев секретные документы.

– Она помогла все устроить, – холодно заявляет Айдаров.

– В смысле?

– Та ситуация с неполадками на стройке – дело рук Черного. Но ему нужен был человек в нашей компании. Кто-то, кого не стали бы подозревать.

– Подождите, вы хотите сказать, что Маша помогла подстроить покушение на меня? – нервно веду плечами. – Но это же полный бред. Простите, конечно, я считаю такого не могло быть. И дело не в деньгах. В принципе. Маша не стала бы заниматься подобными мерзостями. Продавать данные, участвовать в подготовке убийства. И зачем ей предупреждать меня об опасности?

– Она умная девушка, – ровно произносит Айдаров. – Умеет заметать следы. Но поверьте, улик хватает. Фото, видео, записи разговоров. Черный хотел дискредитировать нашу компанию. Ему плевать, как именно.

Точно. Смерть на стройке не пойдет на пользу репутации. А у Черного давняя вражда с Волковым, так он мог сразу поквитаться и с ним, и с моим боссом.

– Я не знаю насчет Черного, – выдаю сдавленно. – А Маша не могла так со мной поступить. Не могла. Понимаете?

– Лика, мне жаль, – говорит Айдаров. – Я думаю, вам стоит приступить к работе уже со следующей недели, а пока изучите материалы. Отправлю все на почту.

Разговор окончен, и я на негнущихся ногах покидаю кабинет. Иду вперед чисто машинально, почти не разбираю дорогу.

Нет, не верю. Мы с Машей похожи, я отлично ее чувствовала, полностью ей доверяла. Черт, неужели я совсем не разбираюсь в людях?

Прокручиваю наши встречи в памяти раз за разом, пытаюсь понять, могла ли настолько сильно обмануться. Слова Айдарова кажутся абсолютным абсурдом. Но босс не стал бы делать выводы на пустом месте. У него точно есть весомые доказательства. Это же серьезные обвинения.

Я встречаюсь с Настей в кафе рядом с офисом. Присаживаюсь за стол и понимаю, что хотела бы отменить обед, но поздно менять планы.

Подруга ощущает мое настроение.

– Проблемы на работе? – спрашивает Настя. – У тебя такой взвинченный вид. Что случилось?

– Не важно, – отмахиваюсь.

– Черт, я теперь не знаю, стоит ли затевать разговор, – задумчиво протягивает девушка. – Но и промолчать не могу. Мне кажется, ты плохо представляешь, с каким ужасным человеком связалась.

Рядом возникает официант, и нам приходится сделать заказ. Выбираю блюдо наугад, знаю, вряд ли сумею хотя бы что-то попробовать. Делаю ставку на кофе.

– Если честно, я плохо понимаю, как ты вообще оказалась рядом с Волковым. Вы же люди из разных миров, – говорит Настя. – Где ты и где он. Здесь точно никакого будущего не будет. Этот тип не просто миллиардер. Давно погряз в криминале. Знаешь, как его называют?

– Резник, – роняю глухо.

– Стоп, – хмурится подруга. – Выходит, ты в курсе? Неужели и про тюремный срок тебе известно? Про разборки с Черным? Они на зоне схлестнулись, не поделили что-то, вот вражда и тянется.

Я киваю. Конечно, последний факт слышу впервые, но уточнять этот момент нет смысла. Я отлично осознаю, кто такой Глеб Александрович Волков. Я не строю никаких иллюзий насчет его личности. Бандит. Уголовник. Страшно вообразить, в каких делах он замешан.

– Лика, но ты, – Настя осекается, меняется в лице. – Я не могла решить, с какой стороны зайти, как бы аккуратнее все выложить. Черт, сильнее я бы удивилась, если бы узнала, будто Тая с ним мутит. Она же на дух таких не переносит. Но и ты… тебя никогда не тянуло к плохим парням.

– Я чувствую себя преступницей, – нервно улыбаюсь.

Официант доставляет заказ, расставляет блюда и удаляется, а я сжимаю чашку, в которой дымится кофе, и пробую собраться.

– Лика, ты не думай, что я осуждаю, – продолжает Настя. – Я сама с очень разными типами успела повстречаться. И я не полиция нравов, не ханжа. Я понимаю, как сильно может зацепить Волков. Харизма так и прет, от него бешеная энергетика, прямо реально сшибает. Помню, я сама мечтала с ним познакомиться. Молодая была совсем. Полная дура. Еще завидовала той подружке, которой повезло с ним отношения замутить.

Делаю крупный глоток кофе.

– Знаешь, ты забудь про мои слова, – вдруг заявляет Настя. – Поступай, как считаешь нужным. Просто будь осторожной. Я не хочу, чтобы этот мерзавец разбил твое сердце. Поверь, он может.

– Глеб встречался с твоей подругой?

– Да, с девчонкой из моего модельного агентства.

– Я ее знаю?

– Вроде нет, – протягивает Настя. – Хм, точно нет. Так совпало, что она в Гонконг укатила, отхватила крутой контракт, в итоге там и осталась.

Я делаю еще несколько глотков горячего кофе, а подруга явно хочет прибавить пару фраз, но кусает губы от волнения.

– Насть, – усмехаюсь. – Говори уже.

– Волков просто чудовище, – выпаливает она. – С той девочкой у него вышла абсолютно мерзкая история. Гадкая. Ну реально.

– Что случилось?

– Конечно, она тоже протупила, – вздыхает. – Глупышка решила развести его на брак по залету. Забеременела. Уже видела себя невестой. Приготовила ему романтический ужин, показала результат теста. А он… черт, вот сволочь.

– Что он сделал?

– Заржал. Дал ей денег на аборт. Бросил купюры прямо в тарелку и свалил. Дурочка побежала за ним, а он ее совсем уничтожил. Сказал, что не станет воспитывать чужого ублюдка.

– Стой, – сглатываю. – Он решил, ребенок не его?

– Его! – уверенно выдает Настя. – Там без вариантов. Она ему девственницей досталась, только с ним и спала. Представляешь? А он так… да просто не стал связывать себя браком. Отмазался. Девчонка потом аборт сделала, но без последствий не обошлось. Срок поздний. Считай, в последний момент успела. Короче, она теперь никогда не сможет иметь детей. Сейчас замуж вышла, и ничего не выходит.

Я допиваю кофе, отставляю чашку.

– Слушай, мне пора, – поспешно расплачиваюсь за свой заказ. – Давай позже встретимся. В другой раз. День безумный.

– Лика, ты обиделась? – подруга хватает меня за руку.

– Нет, на что обижаться?

– Черт, я просто не хочу, чтобы он и тебя так поломал. Волков будто танк прет. Он женщин ни во что не ставит. Ему плевать. Я же знаю тебя, Лика. Тебе надо серьезно. Развлечение не прокатит. А он шальной, без башни. С ним круто, но именно – забавляться. Он не из тех, кто женится.

– Я поняла, – киваю и отстраняюсь. – Прости, Настя. Мне и правда пора.