Путь меча. Том 2

Глава 18

Путь к старым шахтам прошёл намного лучше, чем я ожидал. «Парящий Меч» теперь давался очень легко, так что я просто шёл, и каждый мой шаг переносил меня на двадцать-тридцать метров.

Воздух здесь был прохладным и приятно остужал кожу. Леса поредели, уступив место голым скальным выступам и осыпям. Наконец, в расщелине между двумя зубчатыми пиками я увидел то, что искал.

Шахту, а вернее, то, что от неё осталось. Чёрный провал в склоне горы, обрамлённый сгнившими деревянными креплениями. Рядом валялись трухлявые вагонетки, поломанные инструменты, и здесь же располагались несколько полуразвалившихся бараков.

Я остановился на площадке перед входом, сразу за которым была чёрная непроглядная тьма.

— Защитная формация, — тихо доложила Юнь Ли. — Светлая, построенная на принципах изоляции и подавления негативной энергии. Уровень сложности: средний. Источник внутри.

— Скорее всего, Хай Бо всё ещё отпевает души, — кивнул я, подходя ближе. У самого входа в шахту, на сером камне, я различил слабые мерцающие линии: иероглифы «Запечатывания» и «Отражения Зла», нарисованные, судя по всему, какими-то специальными чернилами.

Внезапно из темноты шахты донёсся приглушённый металлический лязг и шелест. Потом — сдавленный, быстро оборвавшийся крик.

— И, похоже, им это совсем не нравится, — усмехнулся я, раздумывая над тем, что делать. Заходить в эту темноту, где находились какие-то неупокоенные души, совершенно не хотелось. Но, судя по всему, у Хай Бо возникли серьёзные проблемы, и не факт, что без помощи он сможет выйти обратно.

— Ладно, пошли посмотрим, что там, — решил я, проверяя, легко ли выходят мечи из ножен и перешагивая край защитной формации.

Внутри было темно, но глаза почти сразу адаптировались. Шахта шла прямо, после чего разделялась на два больших тоннеля, уходящих в разные стороны. Воздух был сухим, пах каменной пылью и чем-то кислым.

— Источник формации примерно в ста метрах к северу, — проинформировала Юнь Ли. — Также обнаружены источники тёмной энергии. Предположительно, группа нежити низкого ранга. Уровень опасности: средний.

Не став медлить, я использовал «Клинок, Рассекающий Ветер» и быстро отправился в северный туннель, где за поворотом обнаружил толпу раскачивающихся скелетов с чёрными, как обугленное дерево, костями, скреплёнными странноватой зелёной энергией. В костяных руках они сжимали обломки старого и ржавого, но оттого не менее смертоносного оружия.

Их было не менее трёх десятков, и они окружали прижавшегося спиной к стене молодого практика. Он был бледен, его дорогая, вышитая серебряными узорами куртка висела лохмотьями. В одной руке парень держал длинный церемониальный колокольчик из жёлтого металла, а в другой веер из плотной бумаги, испещрённый иероглифами. Он пытался сдерживать тварей молитвами и звоном, но его Ци была на исходе.

В этот момент один из скелетов, самый крупный, в погнутом бронзовом шлеме, очнулся от транса и шагнул вперёд, занеся для удара тяжёлую секиру. Зелёный огонёк в его глазах вспыхнул, словно маленькое солнце. Практик отчаянно зазвонил в колокольчик. Воздух дрогнул, и скелет замедлился, будто увяз в смоле, но не остановился.

Думать тут было не о чем, пора было вступать в схватку. Мечи покинули ножны с привычным гулом пламени и треском электрических разрядов. «Клинок, Рассекающий Ветер» мгновенно перенёс меня к практику.

«Рассекающий Горизонт»! Багровый клинок рассёк темноту и прошёл через пояс атакующего скелета.

«Игла Дракона»! Белый меч пронзил голову нежити. Чёрные кости, скреплённые тёмной магией, тут же разлетелись, а череп скелета рассыпался костяной крошкой.

На миг воцарилась тишина. Остальные скелеты замерли, а затем, видимо, полностью освободившись от заклинаний, сдерживающих их, ринулись на меня.

Но я был к этому полностью готов. «Огненный Вздох» выписывал широкие дуги. Прожилки в его лезвии пылали, сжигая энергию, скрепляющую кости. Каждое касание оставляло на чёрных останках глубокие, дымящиеся борозды. «Белый Гром» наносил быстрые, точные удары. Он бил в суставы, в основание черепа, в центр грудной клетки, где пульсировала зелёная искра. «Клинок, Рассекающий ветер» позволял мгновенно уходить от ответных атак. Это был танец смерти и разрушения, которому я отдался без остатка.

Враги падали один за другим, но их было много, и они не чувствовали страха. Скелеты наступали со всех сторон, безостановочно пытаясь достать меня своим оружием.

Через десяток секунд один ржавый меч чиркнул по моему плечу. «Покров Тени» дрогнул, серебристые прожилки вспыхнули, и удар отскочил, не оставив и царапины. Вскоре после этого алебарда следующего просвистела в сантиметре от головы. Я уклонился, сделав шаг назад, и тут же контратаковал, пронзив нападавшего двумя клинками одновременно.

Но в следующий момент скелеты, похоже, сумевшие как-то безмолвно договориться, одновременно прыгнули на меня, не оставив мне ни малейшего пространства для уклонения. Они были сбоку, сверху, снизу.

И тогда я отпустил свои мечи. Разжал пальцы, и клинки, повинуясь моей воле, на миг зависли в воздухе, а затем закружили с такой скоростью, что мой взгляд не успевал за их движениями. Думаю, со стороны это выглядело как огромный сверкающий вихрь из стали, огня и молний.

Это был переломный момент. Последние четыре скелета, словно осознав бессмысленность боя, попытались отступить вглубь шахты. Но я не дал им и шанса. Мечи, закончив своё вращение, вернулись ко мне в руки. «Клинок, Рассекающий Ветер» перенёс меня к врагам. Два удара: горизонтальный «Огненным Вздохом» и вертикальный «Белым Громом» мгновенно оборвали их подобие жизни. На шахту опустилась тишина, прерываемая лишь тяжёлым дыханием раненого практика.

Я взмахнул мечами, стряхивая с них пыль, и медленно вложил их в ножны, после чего обернулся к практику.

Он стоял, прислонившись к стене, всё ещё сжимая в белых от напряжения пальцах колокольчик и веер.

— Младший благодарит почтеннейшего, — он попытался сказать что-то ещё, но голос сорвался.

— Не стоит, брат, — сухо ответил я, подходя ближе. — Хай Бо, полагаю?

Он кивнул, с трудом сглотнув. Потом, собравшись с духом, выпрямился и сделал низкий, почтительный поклон.

— Хай Бо, последний в роду экзорцистов Хай. Признаю долг перед почтеннейшим…— он запнулся, не зная, как обратиться.

— Е Хань, — ответил я, решив пока взять фамилию императора. Всё-таки он был моим предком, и я имел на неё право, так что по факту, это был даже не обман. — Но предлагаю поговорить в более подходящем месте. Ты сможешь идти?

— Да, да, конечно, — он поспешно кивнул, спрятав артефакты в складки одежды. Его руки всё ещё слегка дрожали. — Признаться, не ожидал, что в шахте будет нежить. Тем более в таком количестве. Так что если бы не вы, то всё могло закончиться совсем плохо.

— Да, нам повезло встретить друг друга, — прервал я его, жестом указав на выход. — Пошли.

Обратный путь в город занял без малого пол дня. Хай Бо был достаточно сильно ранен, а его Ци почти на нуле, и он мог передвигаться лишь обычным шагом. Я шёл рядом, не торопя его, используя время, чтобы обдумать то, что я сделал в шахтах, когда заставил мечи вращаться вокруг себя с огромной скоростью. Ведь я их даже не контролировал, просто отдал мысленный приказ.

Радостная Юнь Ли объяснила, что это была первая созданная мной техника. Конечно, слабая и затрачивающая слишком много энергии, но вполне рабочая. Это был важный шаг на пути каждого практика, и обычно подобное получалось только на этапе просвещения. Так что, можно сказать, я оказался весьма талантлив.

Ближе к городу, Хай Бо немного пришёл в себя и завёл осторожный разговор. Больше рассказывая о себе и городе, чем спрашивая обо мне. Было видно, что он сильно благодарен и старается быть как можно тактичней.

К полудню мы уже подошли к воротам его дома. Управляющий, увидев нас, ахнул и бросился навстречу, за ним выбежали три молодых служанки.

— Господин! Слава небесам! — старик осторожно коснулся Хай Бо, осматривая его с беспокойством. — Мы уже начали волноваться.

— Всё в порядке, Лао Цзюнь, — Хай Бо устало улыбнулся, но в его голосе прозвучала твёрдость. — Этот уважаемый господин спас меня. Отныне он всегда желанный гость в этом доме. Прикажи достать наш семейный чай и накрыть стол в моём кабинете. Я пока приведу себя в порядок, а ты позаботься об уважаемом Е Хане.

— Слушаюсь, господин, — старик поклонился Хай Бо и, отдав распоряжение девушкам, попросил следовать за ним. Он провёл через просторный, вымощенный светлым камнем внутренний двор, мимо небольшого сада с карликовыми соснами и беседкой, в главный дом.

Внутри дом Хай Бо выглядел богатым, солидным и весьма своеобразным. Здесь не было вычурной роскоши, золота или нефрита. Стены украшали свитки со сложными диаграммами и изображениями мифических существ-защитников. На полках стояли аккуратные ряды кувшинов из обожжённой глины с запечатанными свинцовыми крышками. Судя по письменам на их боках, в них содержались усмирённые или очищенные духи. В воздухе витал лёгкий запах сандала, полыни и толчёного алхимического серебра.

Мне отвели комнату на втором этаже, просторную и светлую, с видом на сад. Слуги принесли деревянную купель с горячей водой, настоянной на целебных травах, и расслабляющие благовония.

Час спустя освежившийся и прекрасно отдохнувший я, следуя за пришедшим вновь слугой, спустился в кабинет Хай Бо. Это оказался кабинет-библиотека. Стены до потолка были заставлены книжными шкафами с фолиантами в кожаных переплётах и свитками в бамбуковых контейнерах. В центре стоял низкий стол из тёмного дерева, за которым уже сидел Хай Бо. Он тоже выглядел лучше. Цвет вернулся к его лицу, влажные волосы были аккуратно убраны в хвост. На нём был скромный халат цвета слоновой кости.

На столе дымились несколько блюд: прозрачный суп с грибами и ростками бамбука, нежное тушёное мясо в глиняном горшочке, овощи на пару. В центре стола стоял небольшой чайник, от которого исходил просто невероятный аромат трав и ягод. Кроме того, я видел, как вокруг него переливается огромное количество светлой Ци.

— Прошу, — Хай Бо жестом пригласил меня за стол, после чего разлил чай по двум маленьким чашкам. — Этот напиток — самое ценное, что есть в нашей семье. Он укрепляет тело и даёт расположение светлых духов. После его употребления ваш следующий сон будет вещим.

— Благодарю, — кивнул я, усаживаясь и беря чашку с этим удивительным напитком. — Никогда не слышал о таком. Его пьют так же, как обычный чай?

— Да, только гораздо реже, — улыбнулся Хай Бо, усаживаясь напротив меня. — На изготовление одного чайника уходит десять лет. А вот перед сном рекомендую думать об интересующем вас вопросе. И светлые духи, наверняка покажут вам всё, что вы хотите узнать.

Мы выпили и начали есть в почтительном молчании, прерываемом лишь тихими комментариями о качестве еды или тонком вкусе соуса. Когда первая острота голода утолилась, а количество выпитых чашек чая перевалило за три, мы перешли к серьёзному разговору.

— Вы сказали управляющему, что ищете материалы, — начал Хай Бо. — Можно ли узнать, какие именно? Я с радостью помогу вам найти всё, что нужно.

Я поставил чашку в сторону.

— «Сердца призрака». Кристаллы, остающиеся после упокоения сильных духов.

Лицо Хай Бо омрачилось, он вздохнул.

— Редкие и труднодобываемые вещи, — он помолчал, задумчиво теребя рукав. — К тому же, практически не пользующиеся спросом. Так что запасов таких кристаллов, думаю, нет ни у кого.

— Ладно, а достать в ближайшее время вы такие сможете? — уточнил я. — У вас же наверняка есть какие-то заказы на духов. В конце концов, вы единственный в городе, кто работает с подобными вещами.

— Есть один заказ, где практически точно можно будет достать такие кристаллы, — он сморщился, после чего вздохнул и наполнил наши чаши. — Но если я его приму, то, скорее всего, он станет для меня последним. Понимаете, мой род — экзорцисты. Наша сила в знании, ритуалах, в чистоте духа и специальных артефактах. Мы видим невидимое, говорим с бесплотным, запечатываем потустороннее. Но наша Ци, наши тела… — он грустно улыбнулся, — они не для прямого боя. Я, например, уже достиг пика девятой звезды ученика. До просветления один шаг. Но вся моя сила заточена на борьбу с духами. Против физической угрозы я слаб, как дитя.

— Понимаю, — кивнул я. — А в этом предполагаемом заказе, какого рода физическая угроза?

Хай Бо отмахнулся.

— Можете не выбирать выражения, тут нет никакого секрета, — он подлил мне ещё чая. — Неделю назад ко мне обратился старейшина семьи Цай. Одна из самых богатых и влиятельных семей в Линьфэне. У них проблемы в родовом склепе. Проблемы серьёзные: и призраки предков, вышедшие из-под контроля, и, по слухам, пробудившаяся нежить. Я отказался. В одиночку — это самоубийство. — Он сделал паузу. — Если вы пойдёте со мной, то я готов взяться за него и отдать вам все «сердца призрака», что мы добудем. Ну и половина оплаты за заказ тоже, соответственно, будет ваша.

— Родовой склеп, — задумчиво произнёс я. — Как правило, это очень личное место. Одно дело — мастер, а другое дело — посторонний человек. Вы уверены, что меня туда допустят?

— Если я представлю вас как моего коллегу, то да. Вы прекрасно показали себя в истреблении нечисти, так что я с лёгкой душой выпишу вам документ о том, что семья Хай провела у вас экзамен на экзорциста. Как глава семьи, я вполне могу это сделать.

Это был шанс. Прямой путь к нужным материалам, да ещё и с щедрой оплатой. И новый, интересный вызов.

— Тогда, — я налил себе ещё чаю и поднял чашку в подобии тоста, — думаю, нам стоит нанести визит семье Цай. Узнать подробности.

Хай Бо ответил широкой, искренней улыбкой и поднял свою чашку.

— За сотрудничество, уважаемый Е Хань.

Мы проговорили с Хай Бо до позднего вечера. Он подробно рассказал о семье Цай, об их родовом склепе, расположенном в восточных предгорьях, и о тех скудных сведениях, которые удалось собрать, не принимая заказ.

— Завтра с первыми лучами солнца я заеду за вами, — сказал Хай Бо на прощание, провожая меня до ворот. — За ночь я подготовлю необходимые артефакты и составлю примерный план. Вы позволите, уважаемый Е Хань, приготовить комплект для экзорциста и для вас? Базовая экипировка: очищающие благовония, защитные талисманы, зелье для временного усиления духовного зрения.

— Не только позволю, — кивнул я. — Но и буду очень благодарен.

— Тогда до завтра, — он низко поклонился. — Пусть светлые духи хранят ваш сон.

Я ответил поклоном и шагнул в вечерние сумерки Линьфэна.

Город погружался в ночь неторопливо и плавно. Лавки закрывали ставни, уличные торговцы свернули лотки, а из распахнутых окон чайных доносился приглушённый смех и звон чашек. Где-то играла цитра, высокие ноты которой взмывали над крышами и таяли в темнеющем небе.

Я шёл медленно, не используя техник ускорения, и впервые за долгое время позволил себе просто расслабиться. Без погони, без страха, без необходимости постоянно оглядываться. Просто идти по незнакомому городу, вдыхать вечерний воздух, слушать чужую, но такую мирную жизнь.

— Зафиксировано снижение уровня стресса на сорок два процента, — прокомментировала Юнь Ли с ноткой одобрения. — Рекомендую закрепить это состояние перед сном. Согласно древним практикам медитации, именно в такие моменты сознание наиболее открыто для озарений.

— Ты о чае, — мысленно усмехнулся я, вспоминая слова Хай Бо. — Как думаешь, мне действительно приснится вещий сон?

— С вероятностью в семьдесят девять процентов — да. В моей базе данных есть упоминания о подобных напитках, датированные эпохой ранней Империи. Однако каждый случай уникален. Детали зависят от самого пьющего.

— Всё равно сложно поверить, — я свернул на свою улицу. — Внутреннюю энергию я принял, но вещие сны пока не укладываются у меня в голове.

В арендованном доме за время моего отсутствия ничего не произошло. Я запер ворота, проверил периметр, смахнул пыль в павильоне для медитации и отправился на второй этаж в дом. Там я зажёг свечи, умылся и приготовил себе постель. Поставив рядом с ней мечи, лёг спать.

Спустя несколько минут мир вокруг неожиданно закрутился, и я провалился в сон.

Сначала была пустота, в которой не существовало ни времени, ни пространства. А потом из неё начал проясняться образ зимнего двора.

Я узнал этот двор, скамью у стены, на которой мама любила сидеть с шитьём в тёплые вечера. Узнал каменную плиту перед входом и новый забор, построенный нами совсем недавно.

Но это был не мой двор. Вернее, он был моим, но тут уже была зима, до которой было ещё минимум два месяца.

Я сделал шаг вперёд, и тут же замер, потому что из дома донеслись голоса.

— Нет-нет, почтенная матушка Ли, вы должны принимать все эликсиры и каждый вечер! Иначе рост вашего даньтяня замедлится.

Голос был низким, хрипловатым, с добродушными, наставительными нотками. Я узнал его. Это был голос Тени Императора.

— Простите, наставник Ли, — ответил голос матери. — Всё никак не привыкну, что мы тратим на меня столько денег.

— Забудьте, что было, — усмехнулся Е Фань. — Экономия хороша в бедности, а вы теперь не бедны. Ваш сын ежемесячно высылает вам достаточно денег. Не обесценивайте его труд, отказываясь принимать дары.

Я стоял как вкопанный, боясь дышать и спугнуть это видение. Мама занимается культивацией?

Неожиданно мир дрогнул, и меня перенесло в дом, прямо сквозь стену.

Мать сидела на циновке, выпрямив спину с непривычной, но упрямой гордостью. Её лицо разгладилось, под глазами исчезли тёмные круги, щёки покрылись здоровым румянцем. Она похудела и выглядела намного моложе.

Рядом с ней стоял Е Фань. Он терпеливо поправлял положение маминых рук, и в каждом его движении чувствовались забота и мастерство настоящего учителя.

— Вот так, — сказал он, когда пальцы матери заняли нужную позицию. — А теперь вдохните и позвольте энергии пройти по меридиану до локтя. Не толкайте её, не командуйте.

Мама закрыла глаза. Я видел, как её Ци, только-только пробудившаяся, но уже чистая и тёплая, медленно потекла по руке. Без рывков, без надрыва. Просто текла, как ручей, нашедший своё русло.

— Хорошо, — тихо сказал Е Фань. — Очень хорошо. Всего за три месяца — это очень хороший результат.

— Наставник, — голос матери дрогнул, но она не открыла глаз. — Вчера заходила Сяо Бай, она очень волнуется за Ханя. Говорит, что-то, как он показал себя на экзамене в «Обители Алого Феникса», грозит ему большими проблемами.

— Ваш сын, — твёрдо сказал Е Фань, — делает то, что должен. И делает это лучше, чем любой другой на его месте. К тому же, — старик усмехнулся, — помочь вы ему сможете только при одном условии — если станете практиком.

— А Лань говорит также, — мама, наконец, открыла глаза, и в её взгляде я увидел тревогу. — И тренируется всё свободное время. Она не надорвётся?

— Не надорвётся, — Е Фань махнул рукой. — У девочки настоящий талант. Возможно, она станет даже сильнее брата.

— А Лань. — Как только я подумал о ней, меня тут же перенесло в «Ущелье Ветров», на площадку, где я сам любил тренироваться.

Тут, делая разминку с каким-то нереально большим молотом, кружилась моя сестра. И сейчас, глядя на неё, я с трудом узнавал ту испуганную девочку, которую выносил из бандитского логова.

Она подросла. Совсем чуть-чуть, но я, привыкший видеть её каждый день, не мог этого не заметить. Исчезла болезненная худоба, взгляд стал более сосредоточенным.

Но главное было не в этом. Сейчас я физически ощущал, что её Ци невероятно плотная для практика, начавшего тренировки несколько месяцев назад. Похоже, она действительно талантливее меня.

— Ну же, — шептала она, — ну растите, пожалуйста. Братик будет так рад, когда увидит. Он же столько для нас сделал. Самый лучший братик в мире. Самый сильный. Самый добрый. Я должна… я обязана…

Она не договорила. Всхлипнула и быстро вытерла глаза тыльной стороной ладони, размазав грязь по щеке.

— Я просто обязана стать достойной его, — шептала она, вновь и вновь повторяя движения и размахивая оружием стёртыми до крови руками. — Он больше никогда не будет волноваться. Я стану достойной.

Я стоял в двух шагах от неё, и моё сердце разрывалось от гордости и боли.

— Ты уже достойна, — проговорил я.

Но сон — всего лишь сон. Мои слова не могли пересечь границу реальностей. Мир вокруг начал таять. Я проснулся оттого, что сердце колотилось так, что грозило выскочить из груди, а щёки были мокрыми.

Свечи давно догорели. За окном стояли уже предрассветные сумерки. Ручей журчал всё так же ровно и безмятежно, словно ничего не произошло.

Я сел, вытерев глаза и осмотрев комнату, ещё раз убеждаясь, что все мои видения были просто сном.

— Юнь Ли, — позвал я. Голос прозвучал хрипло, словно я не пил несколько дней. — Ты видела?

Рядом со мной замерцал знакомый голубоватый свет. Юнь Ли опустилась на колени напротив, её синие волосы шевелились в несуществующем ветре. Впервые с момента нашего знакомства на её лице не было ни привычной деловитости, ни лёгкой насмешки. Только тихая, серьёзная задумчивость.

— Видела, — ответила она. — Чай семьи Хай создаёт мост между сознанием пьющего и миром духов. Думаю, ты и правда видел недалёкое будущее своей семьи.

— Значит, — я сглотнул, — это правда. У моей сестры талант. Интересно, она сможет меня обогнать?

— Боишься отстать? — Юнь Ли хитро подмигнула. — И не зря. Судя по тому, что я видела, в следующий раз она будет тебя выносить от бандитов. А ты будешь беспомощно висеть у неё на руках.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Так, поменяй мне график. Сон урезать до минимума, тренировки увеличить до максимума, чтобы не навредить развитию.

— Готово! — она на миг исчезла, после чего появилась в военной форме. — Подъём! Минута на умывание, после чего немедленно приступаем к тренировкам.