Богатыри Круглого Стола Сказ 2 Рагнарёк

Скрижаль 16 Слово об Оттаре Тронхеймском

Оттар — ярл Тронхейма, более известный, как Чёрный Конунг, рассуждал о дальнейших своих действиях…

Более трехсот кораблей и двадцать тысяч щитов — кто может устоять против такой силищи? Столько же было у конунга Фемистокла, что командовал всем флотом древних эллинов. То было время великих свершений и великих героев. Великих ли? Оттар, бесспорно, отдавал должное таланту воителя — конунга Фемистокла, который на море громил флот великого царства Персидского. Однако же, Фемистокл был глуп — имея такую силу, он мог бы покорить всю Элладу и стать её единым конунгом. Вместо этого Фемистокл предпочёл бегать на побегушках у эллинских тингов. И как итог — тинговские болтуны вынудили Фемистокла бежать к персам. Талант полководца достался глупцу, и не принёс никакой выгоды его обладателю. Вот конунг Филипп был умён — он покорил всю Элладу, благодаря чему его сын Великий Александр смог завоевать весь мир. Созданная Филиппом непобедимая рать сокрушила все могучие хирды эллинов, а под командованием его сына громила не только полчища персов, степняков и индусов, но страшных рептилонов. Вот это были настоящие конунги, чья слава не померкла в веках. Оно конечно же, не померкла слава и конунга Леонида. Но… Бесспорно, подвиг трёхсот спартанских варягов, чей скьялборг стоял против бесчисленных полчищ персов, бессмертен и достоин восхищения. Однако же, сам конунг Леонид был глупец. Какой дурак полностью доверяет шаманам? Если эти проходимцы смеют перечить воле конунга, то их надо под нож. Леонид, при поддержке верных ему хирдманнов, мог принести в жертву богам неугодных ему шаманов. И тогда при Фермопилах в стену щитов встала бы вся железная рать непобедимых спартанцев, и быть бы персам тогда битыми.

Однако же, Оттар не повторит ошибок глупых конунгов великой древности. Всё его северное царство будет покорно только лишь одной его железной воле. Оттар не зря сравнивал свою лодейную рать с флотом Фемистокла. Эллинский конунг громил флоты великого царства Персидского. Однако же, ни в Варяжском, ни в Фризском морях и близко не было силы, равной великой Персии. К тому же, у Оттара был Устиман-Змей, который может принести победу в любой морской (и не только морской) битве. Да и кто мог нести угрозу планам Оттара?

Свеи и готы? Они разрозненны. Да и даже объединись они в единую силу, им уже не выстоять супротив сил Оттара.

Славяне, что собирают силы на Рюгене, будут раздавленны одним ударом.

Балты и финны, даже если бы и были едины, то и тогда не устояли бы, а уж в нынешних условиях их полнейшей разрозненности, и говорить не о чем.

Гардарика? Вся её корабельная сила в Русском море, а Хольмгард в одиночку не представляет угрозы. Таким образом, во всём Варяжском море нет сил, способных потягаться с Йормунгандом, и вскоре все народы, что живут по берегам этого моря, будут покорны воле Чёрного Конунга.

Что же касается моря Фризского, то там вообще нет никого, кто мог бы собрать приличную лодейную рать. Фризы? Бесспорно, сей народ смог бы собрать флот, опасный для слабых на море племён, но никак не для Йормунганда. Вот только некому там общую рать лодейную собирать, ибо фризы тоже разрозненны. Да и к тому же, после кровавого похода Атли Мясника на их побережье фризы не осмелятся носа высунуть из своих крысиных нор.

Жители Оловянных островов, хоть и живут посреди морских вод, однако же сами на море слабы. И лодьи их возят товары, а не суровых щитоносцев. Будучи на турнире в Камелоте, Оттар видел там много славных и сильных рыцарей, вот только не устоять им всем, когда Йормунганд выплеснет на берег свои ощетинившиеся копьями окольчуженные волны.

Франки? Эти тоже слабы на море. А вот на суше рать их могучая не знает поражений. Вот только вся сила франков сейчас бьётся в земле Иберийской. Змеерылый колдун Еминеж уверял, что в скором времени франки падут, ибо помимо полчищ воинов полумесяца там вскоре вступит в бой рать непобедимых рептилонов, которые покорят все иные царства и народы. Оттар сильно сомневался в словах колдуна Еминежа, ибо знал силу франков. Да и взять другие народы: бургундов, алеманов, лангобардов — все они ещё умели стоять в стене щитов, да и конница их была сильна́. А готы, чья конница могла сокрушить любого противника?

Нет. Рано радуется Еминеж. Все эти недолюди из низких земель — они сильны лишь вдесятером на одного. Да и то, смотря какой этот один… А уж столкнувшись с железной стойкостью потомков северян, что встанут в скьялборг, а также с свирепой злобой конных дружин, все эти грязные народы юга сломаются и побегут, ибо слабо гнилое их нутро, порождённое нечистой кровью. Так что вся эта грязная нечисть, собранная в песках Африки и Арабии, ляжет под мечами народов чистой северной крови. Что же касается рептилонов…

Еминеж говорил, что семь тысяч тварей змеиных прибудут в наш мир, да ещё порядка десяти тысяч их зверья. Вместе с грязными людьми, что идут за полумесяцем, против франков их может быть и хватит. А может и не хватит. Вот только, вряд-ли франки будут одни. Скорее всего, они опять позовут бургундов и готов. Ну допустим, что рептилоны и грязнокровные сарацины одержат верх. Что вряд-ли, но допустим. Зная железную стойкость франков, готов и бургундов, от самих победителей мало что останется. А то, что останется — добьют алеманы с фризами, либо лангобарды. Ну, а если не добьют, то это ещё лучше, ибо тогда остатки того нечистого воинства добьёт он — Оттар Тронхеймский, а ныне — триединый бог Йормунганд.

Еминеж, к тому времени, уже сыграет свою роль и станет лишним. Лапландский колдун Талл-нойд, боящийся и ненавидящий Еминежа, уже приготовил колдовской серебряный нож, дабы вонзить его (когда придёт время) в чёрное сердце змеерылого. Глупец! Чёрная кровь Еминежа достанется мечу Тирфингу.

Но всё это после покорения народов Варяжского моря. Лжефафнир, кстати, после этого тоже станет не нужен, и его можно будет отправить в южные моря. Хотя, почему — Лжефафнир? Ведь всё происходит именно так, как предсказала Вёльва! А он — Оттар — своими руками воплощает это предсказание в жизнь. Он — Оттар — своими руками сотворил Рагнарёк. И что с того, что истинное имя Фафнира — Устиман-Змей? У человека то порой несколько имён, а уж у богов и божественных зверей и подавно. Так что Фафнир вполне себе настоящий, и сей великий дракон себя ещё покажет. Вот только, окончательную судьбу Фафнира Оттар ещё не определил…

Можно будет так и оставить того змея в покое — пусть себе нагоняет ужаса на слабые народы низких земель. Ну а также — служит живым напоминанием великого Рагнарёка и деяний Оттара. А можно будет и бросить вызов Фафниру, да и зарезать его, ибо Талл-нойд уверяет, что меч Тирфинг для этого дракона смертелен. И тогда имя Оттара будет ещё более славно, и затмит собой имена всех героев и богов, ибо до сих пор был только один драконоборец — великий Сигурд.

Но это всё потом. Сперва надо будет окончательно покорить все народы Варяжского моря и Оловянные острова. Именно там — на Оловянных островах, Оттар намеревался основать столицу своей северной империи.

Затем настает черёд франков, бургундов, готов, лангобардов, алеманов, фризов. Все они, как и народы фиордов, носители чистой северной крови. А только люди чистой северной крови могут считаться людьми. Правда, многие из них теперь поклоняются Распятому, однако, это не беда. Все храмы Распятого будут снесены (по крайней мере у народов северной крови), а его жрецы в бабьих платьях пойдут под нож. Будут воздвигнуты капища новых богов. Прежде всего ему — триединому богу Оттару-Дракону-Йормунганду. Также, почётное (но не главное) место получит «отец» Локи. Стоит уделить внимание и «брату» Фенриру. А вот Фафнир под вопросом. Под очень большим вопросом. Хотя в сагах Фафнир, конечно же, будет прославлен, как один из величайших драконов. Кстати, в качестве младших богов можно будет утвердить варгов — Сколлья и Хати.

Правда, не очень понятно, как быть с Гармом и Суртом…

Можно повелеть Талл-нойду, дабы уговорил Туонетар-гейду вызвать ещё какую-нибудь тварь, дабы в дальнейшем объявить последнюю Гармом. А великан Сурт… Может быть объявить им вождя рептилонов. Или вообще заявить, что Гарм и Сурт сражаются с Фрейром и Тюром в чертогах богов.

А вообще, несовпадения с пророчеством Вёльвы очень хорошо объяснял Эгиль Волчья Шкура. Этот хитрозадый пройдоха бесспорно был самым умным из его последователей. Эгиль сделал ставку на Оттара, тем самым связав свою судьбу с судьбой Чёрного Конунга. Таким образом, нынешний конунг Вестфольда прекрасно понимал, что если падёт Оттар, то падёт и он. Именно поэтому Эгиль сразу же начинал объяснять расхождения с пророчеством Вёльвы, как только они появлялись. Таким образом, сомнения не успевали пустить корни в сердцах суровых варягов. При этом, сами расхождения Эгиль объяснял до гениального просто — в пророчествах, как и в сагах, допускались красивые поэтические преувеличения. Выросшим на сагах варягам это было близко, это было понятно. К тому же, были вещи, которые невозможно отрицать: Фимбульвинтер не вызывала сомнений. Нагльфар — он конечно же не был в прямом смысле кораблём мёртвых, однако хирд «Фенрира» считал себя павшими в боях, к тому же все видели, как эта ладья катилась по льду, как и предсказала Вёльва. Великие битвы, каких не было от сотворения миров. Ну и конечно же, Фафнир и варги. Всё это было реальностью. Таким образом, Оттар очень ценил такую находку, как хитрец Эгиль. И не просто ценил, он уже намекнул Волчьей Шкуре, что после завоевания Варяжского моря бывший ярл из Хордаланда может стать конунгом не только Вестфольда, но и всех земель нурманов.

Однако же, трёхсот кораблей и 20 тысяч щитов было слишком много для Варяжского моря. К тому же, пока франки и иные потомки северян режутся с рептилонами и их прихвостнями — складывается очень удобный для броска на заход солнца момент. Будучи прирождённым полководцем, Оттар нутром чувствовал такие вещи. К тому же, и Талл-нойд, и Еминеж, да и остальные колдуны и шаманы в один голос твердили, что на Оловянных островах ждёт богатая жатва и добыча. Вот только на заходе солнца не было сильных ратей корабельных, а Оттару надо было в первую очередь утвердить себя как самого непобедимого морского конунга, а уж потом можно будет и на берег высаживаться.

Исходя из всего вышеперечисленного, решил Оттар разделить Йормунганд на две части. Сам он во главе нурманов, а также данов Эрика Кровавого, собрался идти давить непокорный Рюген, затем свеев и все остальные народы Варяжского моря. Одной только лодейной рати нурманов и данов для этого вполне достаточно. Однако же, вместе с ним будет дракон Фафнир, что гарантировано обеспечит ему победу против любых сил любого противника.

А все остальные пойдут захватывать Оловянные острова. Против объединённых сил англов, саксов и ютов не устоит ни какой там Артур, или ещё какой мелкий тамошний каролишка — все они падут под мечами северян. Возникал только один вопрос — кого поставить во главе этого войска?

Сакс Элла — презираем Кедриком и Идой, и слушаться его они не станут. А скорее всего, всё закончится тем, что Кедрик зарежет Эллу и войско развалится.

Кедрик? Нет, нет, нет! Кто угодно, только не Кедрик! Глядя на этого коварного вождя саксов, Оттар словно смотрелся в зеркало. Ещё в детстве, слушая саги седых скальдов, что пели об Александре Великом, Оттар решил для себя, что он затмит славу этого эллинского конунга. И всю жизнь тронхеймский ярл шёл именно к этой цели. Вот и в Кедрике он тоже увидел такую же жажду великих завоеваний и великой власти. Этот умный, расчётливый сакс также, как и Оттар, хотел именно для себя абсолютного владычества, и не терпел ни чьей власти над собой. Оттар понимал, что Кедрик покорился ему только из-за сложившихся обстоятельств, и воспользуется любой возможностью для обретения независимости. И чтобы Оттар сам отдал в руки этого человека власть над большей частью своего флота — да ни в жизнь! Со стороны Кедрика надо быть полным дураком, чтобы не воспользоваться таким шансом. А дураком Кедрик не был. Мало того, он был умнее, чем хитрый Эгиль Волчья Шкура. Эгиль был глупее, именно поэтому он был предан, и он был свой, ибо связал судьбу свою с Оттаром. Кедрик же свою судьбу с Оттаром не связывал, а лишь подчинился обстоятельствам. Причём, подчинился до удобного момента. Таким образом, Оттар понимал, что Кедрик рано или поздно, но обязательно попытается обрести независимость. И если бы, к примеру, кто-либо другой решил отколоться от Йормунганда, то это бесспорно было бы предательство. А подобный шаг со стороны Кедрика Оттар не стал бы рассматривать, как предательство, поскольку изначально было понятно, что ни о какой преданности со стороны этого коварного сакса и речи быть не может.

Однако же, Кедрик был нужен, ибо за ним была треть всех кораблей Йормунганда. Вот только, это совсем не значит, что надо давать под его руку ещё одну треть. Именно поэтому старшим походным конунгом ему не быть. И опять же, будучи умным, Кедрик поймёт, почему Оттар не сделает его главным. И поймёт правильно. Всё-таки в подобных вещах с умными людьми гораздо проще иметь дело, чем с амбициозными идиотами.

Ида? Глупый богатырь-романтик. При этом — толковый полководец и всеобщий любимец. Казалось бы — идеальная кандидатура на должность старшего над другими конунгами. Однако же — нет. Всё дело в том, что конунг Англанда не желает ничего, кроме славы. Причём, славы максимально великой. И нет никаких сомнений, что получи он власть над всем войском, то именно великую славу он себе и добудет. Даже величайшую. Ибо любые войска он опрокинет, да и сам огромным своим мечом воинов порубит без счёта. И желаемого он достигнет — в саги войдёт, как величайший из воителей. И слава его великая может бросить тень на славу самого Оттара, а сие абсолютно неприемлемо. По сему — не быть Иде во главе войска.

Остался лишь Атли Мясник. И именно он идеально подходит на роль старшего походного конунга. Во-первых — никто не осмелится бросить ему вызов и усомниться в его власти.

Во-вторых — Атли безумен, а это значит, что он не сможет управлять всем войском, и это всех устроит. Каждый конунг будет воевать так, как ему удобнее, при этом совершенно не посягая на верховную власть.

Оттара нисколько не пугало отсутствие единого управления у войска. Наоборот, пусть конунги высаживаются в разных местах, ибо у жителей Оловянных островов не хватит сил биться сразу с четырьмя ратями. Главное, чтобы конунги друг с другом не перегрызлись, а бриттов и всех прочих они одолеют. И при этом, никому из конунгов не достанется великая слава единоличного завоевателя Оловянных островов. Таким образом, каждый из них получит лишь свою малую славу.

В-третьих, Атли — не полководец. И это знают все. Конечно же, в битве хирд на хирд берсерки сметут любого противника. Однако же, управлять всем войском Атли не способен, а это значит, что свою славу завоевателя Оловянных островов ему придётся делить с другими конунгами. Тем самым, уменьшая славу собственную. Ну, а за рать самих ютов Оттар был спокоен, ибо были у Атли два толковых конунга - Хенгист и Хорса.

Ну, и в-четвёртых — Атли это не Ида, и слава его будет гораздо меньше, чем могла бы быть у конунга англов. И этой славой с Атли можно и поделиться. Поскольку Атли — воплощение Фенрира, то есть — «брат».

А вот в божественности Атли уже никто не сомневался. Ибо все видели, как он во время лютых морозов Фимбульвинтера пересёк море, и как ладья его летела по льду. Ну и конечно же, в сагах уже поют о том, как Атли с одним кораблём бросился на флот ютов и фризов и одолел их. Естественно, подобное мог сотворить только божественный герой. Поэтому, слава Атли — дело семейное, и эта слава выгодна Оттару. И именно поэтому, никаких Ид и близко быть не может. Так что, как ни крути, а старшим конунгом будет Атли Мясник. Можно даже назвать его — Великий Походный Конунг Йормунганда. Кого-то другого так величать — да никогда! А вот Атли — можно: «брат» всё-таки.