Разбитая осколками

Глава 8. Рад, что ты вернулась

Я вылетела из аудитории, как только преподаватель объявил об окончании пары. Все мои мысли были только об одном. Домой.К Тее.

Я буквально чувствовала, как внутри всё тянется к ней. Будто меня разорвало на две части. Одна сидела здесь, в университете, улыбалась Джаконде, слушала лектора, а другая оставалась там, рядом с ней, и ждала моего возвращения.

Я шла так быстро, что почти бежала по коридору, отталкивая сумку локтем, цепляясь плечом за других студентов. На секунду мне стало всё равно, что подумают, если увидят, какая я нервная и спешащая. Я оставила её на целый день. На целых несколько часов. И это оказалось куда тяжелее, чем я думала. Даже эти лекции тянулись как вечность.

«Ещё немного, ещё чуть-чуть, и я увижу тебя,» — повторяла я про себя, как мантру, представляя её лицо. Я уже почти достигла выхода из корпуса, как вдруг кто-то резко схватил меня за руку.

Я остановилась, не сразу поняв, что происходит. Обернулась, и сердце пропустило удар.

Передо мной стоял Дэймон. Он смотрел прямо в мои глаза, и его взгляд был таким сильным, что я на секунду лишилась дара речи.

Его глаза горели смесью удивления, обиды и облегчения, будто он не верил, что я действительно стою перед ним.

— Поймал, — тихо сказал он, и уголки его губ дрогнули в горькой улыбке.

Я замерла. Моё сердце билось слишком громко.

— Дэймон… — я едва выдохнула его имя, не зная, что ещё сказать.

Он всё ещё держал меня за запястье, крепко, но не больно. От этого прикосновения у меня по коже прошёл неприятный озноб. Не потому, что это было противно, нет, просто это напоминало, что я снова сделала то, что всегда делаю. Сбежала. Оставив его в смятении.

— Даже привет не скажешь? — его голос звучал мягко, но в этой мягкости я слышала укор.

— М… привет, — неловко пролепетала я, пытаясь выдернуть руку. — Отпусти, пожалуйста.

— Почему ты от меня убегаешь? — спросил он. В голосе не было злости, только усталость.

— Я не убегаю, — ответила я, но мои слова прозвучали жалко, будто я сама себе не верила.

— Нет, убегаешь, — твёрдо сказал он. — И тогда убежала. Даже не сказала ничего.

Я опустила взгляд, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Вина впивалась в сердце ледяными иглами.

— Я сожалею, — выдохнула я, почти шёпотом.

Он сжал челюсть.

— Почему ты ушла? — спросил он, и голос его дрогнул. — Ты хоть понимаешь, как долго я искал тебя?

Его слова больно ударили по мне. Я действительно знала, что он пытался выйти на связь. Я видела его звонки, сообщения. И каждый раз сердце рвалось ответить, но я глушила его. Я выбрала тишину. Выбрала молчание.

— У меня были обстоятельства, — запнулась я. — Мне пришлось вернуться домой.

— Одно сообщение, Ария, — сказал он, и в его голосе зазвенела горечь. — Хоть одно. Чтобы я знал, что ты жива. Что с тобой всё в порядке. Или хотя бы… чтобы я не беспокоил тебя, если я был тебе неприятен.

Я резко подняла глаза.

— Нет же! Ты мне не неприятен, — я сказала это слишком поспешно, слишком отчаянно. — Просто… я не могла объяснить.

Он замолчал, вглядываясь в меня так пристально, будто хотел понять, где правда, а где ложь.

А я стояла и чувствовала, как внутри всё разрывается. Я знала: он хороший парень. Он не заслуживал того, как я с ним поступила. Он не заслуживал моего молчания. Он не заслуживал быть тем, кого я сделала «ненужным». Но я поступила именно так.

Год назад мне казалось, что так будет лучше. Что если я исчезну, он рано или поздно забудет. Найдёт кого-то достойного. Не будет терзать себя вопросами. Но вместо этого я оставила его в пустоте, в неведении. И сейчас, видя, как он стоит передо мной, я понимала. Это я виновата.

Он всё ещё держал моё запястье. И это чувство, будто он держит меня не только рукой, но и воспоминаниями, той невидимой нитью, которую я сама же тогда разорвала.

Я хотела сказать что-то правильное, но не находила слов. Хотела объяснить, но понимала: никакие оправдания не сотрут тот поступок которого я совершила. Внутри росла тяжесть. Настоящая. Нестерпимая. Я не могла смотреть ему в глаза.

Я чудовище.

— Ты всё ещё убегаешь, — сказал он тихо.

И в этот момент я поняла, что он прав. Даже сейчас я снова искала способ уйти. Снова пряталась. Снова делала вид, что не могу сказать правду. И это убивало меня сильнее всего.

Я почувствовала, что его пальцы всё ещё сжимают моё запястье, и сердце снова дёрнулось. Это удерживание было мягким, но оно жгло, потому что внутри меня уже билось одно желание. Поскорее уйти.

— Дэймон… — я подняла глаза и попыталась выдавить внятные слова, хотя язык будто прилип к нёбу. — Не мог бы ты… отпустить меня? Я… я спешу.

Моя просьба прозвучала слишком тихо, словно я боялась ранить его даже этим. И всё же я заметила, как его взгляд стал тяжелее, будто мои слова вонзились прямо в грудь.

Он медленно, очень медленно разжал пальцы, будто сам с собой боролся, не желая отпускать. И когда моя рука оказалась свободной, я автоматически прижала её к груди, словно защищала ту часть себя, которую он только что держал.

Между нами повисла тишина.

— Спасибо, — выдохнула я, даже не зная, за что именно благодарю. Может, за то, что он не стал спорить.

Я шагнула назад, не выдержав его взгляда. Развернулась и пошла по коридору так быстро, что каблуки моих ботинок отдавались эхом. Я почти бежала, ощущая, как всё внутри кричит: «Домой! Домой к Тее!»

Но за спиной раздался его голос.

— Я рад, что ты вернулась.

Эти слова задели меня так сильно, что дыхание перехватило. Я замерла на долю секунды, но не обернулась. Не смогла. Я прикусила внутреннюю сторону щеки так, что почувствовала вкус крови. Горечь разлилась по языку, и только она вернула мне способность двигаться.

Я ускорила шаг. Слишком ускорила. Я просто хотела скрыться от него, от его голоса, от его глаз. Хотела стереть из памяти тот взгляд, полный искренности и боли одновременно.

Я почти вылетела из дверей университета, где меня ослепил яркий холодный свет. Свежий воздух ударил в лицо, но он не принес облегчения. В груди по-прежнему жгло.

Мои пальцы дрожали, когда я достала телефон и вызвала такси. Каждая секунда ожидания тянулась мучительно долго, будто время специально замедлилось, чтобы дать мне возможность ещё раз прокрутить в голове его слова.

«Я рад, что ты вернулась.»

Простые. Тёплые. Искренние. Но они врезались в меня, как нож. Потому что я знала. Он не представлял, кем я стала. Он видел во мне ту Арию, что была раньше. А той девочки уже не существовало. Я вернулась другой. Сломанной. Секреты, которые я скрывала, были слишком тяжёлыми.

Я обняла себя руками, словно это могло остановить дрожь.

Такси подъехало через несколько минут, но мне казалось, будто я ждала вечность. Я поспешно села внутрь, уткнулась взглядом в окно и тихо попросила водителя:

— Побыстрее, пожалуйста.

Машина тронулась, и только тогда я позволила себе закрыть глаза.