Развод на закуску

Глава 16

Я приехала в клинику за пятнадцать минут до начала приема. «Любящая» свекровь позаботилась о специалисте, но, конечно же, не об оплате, чем нисколько меня не удивила. Холод стерильного коридора «БиоМеда» просачивался сквозь одежду, заставляя кожу покрываться мурашками. Мне было холодно, пальцы рук буквально заледенели. Я чувствовала себя лабораторной мышью, которая добровольно прибежала, чтобы на ней поставили опыты. Я так волновалась, что даже не заметила, как меня пригласили в кабинет.

Сейчас, сидя в кожаном кресле напротив доктора Кривошеева, я кожей ощущала фальшь его мягкой, почти отеческой улыбки. Мои руки мертвой хваткой сцепились в замок, и я изо всех сил старалась не смотреть на свою сумку. Она стояла на скамье у входа, и в её наружном кармане торчал телефон, на котором велась видеозапись.

— Ну что же вы, Ксения Юрьевна, совсем на вас лица нет, — он перелистал мою карту, и я заметила, как блеснули линзы его очков. — Галина Викторовна очень за вас переживает. Она звонила мне, говорит, вы в последнее время излишне тревожны?

Я заставила себя кивнуть, играя роль послушной невестки.

— Ничего удивительного, Аркадий Борисович. Работы в последнее время прибавилось, муж часто в командировках. Переживаю, — я опустила глаза в пол, стараясь выглядеть правдоподобно.

Всё шло как на обычном приеме. Он задавал стандартные вопросы, потом меня отправили в процедурный кабинет на забор крови. Глядя, как темно-красная жидкость заполняет вакуумную пробирку, я повторяла про себя как мантру, что эта кровь — единственное, что они от меня получат. Когда я вернулась, Кривошеев захлопнул папку.

— Прекрасно, Ксения Юрьевна, прекрасно. Анализы будут готовы через пару дней. Я посмотрел ваши прошлые назначения, и некоторые из них вызвали у меня вопросы. Вам надо раздеться и пройти на кресло, — он встал и указал на ширму в углу кабинета. — Мне нужен полный осмотр. Стандартная процедура, как у гинеколога. Прошу вас, располагайтесь.

В этот момент на его лице проскользнула омерзительная ухмылка, а взгляд стал липким. Внутри меня всё закричало от ужасающего физического отвращения. Мысль о том, что этот старый врачишка будет касаться меня, вызвала тошноту, подступившую к самому горлу.

«Ага! Щас! Да я ему скорее руки отгрызу, чем позволю к себе прикоснуться!» — меня бросило в жар от гнева. Я быстро соображала, что ответить.

— Простите, Аркадий Семенович, — я опустила глаза, изображая неловкость, — но… у меня женские дни. Осмотр сейчас невозможен.

Я увидела, как в его глазах промелькнуло отчетливое разочарование. Он на секунду поджал губы, словно сорвалась важная часть его плана. Но он быстро взял себя в руки.

— Жаль, — сухо бросил он, возвращаясь за стол. — Время не ждет. В таком случае давайте обсудим курс, который я вам назначу. Это инъекционные препараты. Пять дней, уколы надо будет делать дважды в день. На процедуры вы будете приезжать ко мне, — он облизнулся, и меня снова замутило.

Дальше он начал закидывать меня профессиональными терминами, прекрасно зная, что я ни черта в них не пойму. Его голос был нудным и напоминал полет шмеля рядом с ухом. Он бубнил и бубнил, а я, потупив взор, изо всех сил старалась сохранить вид невинной овечки.

— Начнем подготовительную стадию перед курсом, — старик чуть повысил голос, чтобы привлечь моё внимание. Он быстро чиркнул что-то в рецептурном бланке. — Вот, это специальные витамины для укрепления нервной системы. Без них мы не сможем начать основной протокол. Они помогут вам расслабиться и подготовят организм к процедурам.

Он снова гаденько улыбнулся. Что-то в нем меня настораживало. Масляные взгляды, которые он на меня бросал, потные ладони. Он вызывал у меня сравнение с извращенцами, которые прячутся в лесопарках.

— Не переживайте, Ксения Юрьевна, у нас всё получится, — он откинулся на спинку своего кресла. — Если процесс будет идти медленно, я назначу вам капельницы.

«Клизму себе назначь, пятилитровую, козел!» — мысленно огрызнулась я.

Приняв рецепт, я чувствовала как подрагивают пальцы от желания выцарапать ему глаза. Я прекрасно понимала, что там точно не витамины, а какая-нибудь седативная дрянь с кучей побочек.

— На следующей неделе, в пятницу, я жду вас снова, — его голос стал жестким, не терпящим возражений. — Проведем полный осмотр и сразу начнем процедуры с уколами. У нас как раз завезли нужные препараты, но нужно торопиться. Они очень быстро заканчиваются. Очередь на эти процедуры расписана на месяцы вперед. Не забудьте принимать витамины. Трижды в день на протяжении недели, в рецепте всё прописано.

— Конечно, спасибо вам большое, — я благодарно улыбнулась и вышла.

Идя по коридору к выходу, я крепче сжала сумочку, в которой продолжала работать камера на телефоне. Я безумно собой гордилась. Было страшно, но я это сделала, и теперь у меня на руках было документальное подтверждение его назначений. Внизу меня ждал «черный монстр» Горского.

Я вылетела из дверей «БиоМеда», жадно хватая ртом свежий воздух. Следом за мной вышел человек Горского. Я даже не заметила его в клинике. Сердце колотилось в ребра так сильно, что, казалось, его слышали прохожие. Как только я оказалась на заднем сиденье «черного монстра», мужчина сел за руль и взглянул на меня в зеркало заднего вида. Его лицо оставалось беспристрастным, но в глазах читался вопрос.

— Всё в порядке, Ксения Юрьевна? — коротко спросил он, заводя мотор.

— Да… — я вытащила телефон из сумки и остановила запись. — Я всё записала. Каждое его слово…

Я набрала Роберту.

— Слушаю, Ксения, — голос Горского в трубке отозвался в моем теле странной успокаивающей волной.

— Всё готово, Роберт. У меня есть рецепт и видео.

— Умничка, — в его голосе промелькнуло нечто похожее на гордость. — Приезжай обратно ко мне в офис, я позвоню Титову.

— Хорошо, — я положила трубку и обратилась к водителю: — Едем обратно в офис.

Он не проронил ни слова, лишь коротко кивнул, подтверждая, что принял приказ. Пока машина плавно лавировала в плотном городском потоке, я развернула рецептурный бланк. Бумага была плотной и дорогой, а размашистый почерк Кривошеева больше напоминал сложный ребус, чем медицинское назначение. Название препарата было мне не просто незнакомо, оно казалось абсолютно нечитаемым. Я отвернулась к окну, глядя на пролетающий мимо город. Всё внутри пропиталось ядовитой смесью облегчения и омерзения после визита в клинику.

— Ксения Юрьевна, мы на месте, — негромкий голос водителя вырвал меня из вязких мыслей. Машина мягко замерла у входа в офисный центр. Я поправила волосы, сделала глубокий вдох и вышла из автомобиля.

Когда я вошла в кабинет, Роберт не сидел за столом. Он замер у панорамного окна, заложив руки в карманы брюк и глядя куда-то вдаль. Услышав звук открывшейся двери, он резко обернулся. В его глазах я уловила непривычную для него тревогу. Он быстро преодолел разделявшее нас расстояние и принялся внимательно сканировать моё лицо, задерживая взгляд на бледных щеках и плотно сжатых губах.

— Ты в порядке? — в его голосе отчетливо слышалось беспокойство.

— Да, всё хорошо, — я выдавила слабую улыбку. — Это было крайне неприятно, но я справилась.

Роберт аккуратно взял меня за локоть и подвел к журнальному столику у окна, помогая опуститься на мягкий кожаный диван.

— Титов скоро будет и ты нам расскажешь как все прошло, — сообщил он, присаживаясь напротив. — Давай пообедаем, пока мы его ждем. Заказ должны доставить с минуты на минуту.

Едва он успел договорить, как в дверь негромко постучали. Помощница Роберта внесла несколько крафтовых пакетов, от которых исходил соблазнительный аромат пряных трав. Мой желудок отозвался предательским спазмом. Я и забыла, что с самого утра во рту не было ни крошки. Роберт собственноручно принялся расставлять контейнеры на столике. Его движения были точными и уверенными, но я заметила, как он нет-нет да и бросал на меня короткий, изучающий взгляд, словно проверял, не собираюсь ли я прямо сейчас упасть в обморок.

— Поешь, Ксения. Тебе нужны силы, — он пододвинул ко мне порцию салата с креветками и пасту. — Пожалуйста.

Его голос прозвучал непривычно мягко, а переход на «ты» вышел настолько естественным и своевременным, что я даже не сразу осознала, как это произошло. Это не выглядело фамильярностью. Скорее Роберт просто убрал лишние формальности, когда они стали мешать. Я удивленно посмотрела на него и послушно взяла вилку, хотя напряжение в плечах никак не отпускало.

— Роберт… С этим врачом что-то не так, — тихо озвучила я мысль, которая не давала мне покоя и вызывала нервную дрожь.

— Не считая того, что он делает из людей овощи? — хмыкнул он и посмотрел на меня. — Что ты имеешь в виду? — мужчина нахмурился, увидев мою тревогу.

— Если бы ты видел его взгляд в тот момент, когда он сказал, что должен провести осмотр… И как он был разочарован, когда я отказалась, придумав уважительную причину, — я замялась.

Горский быстро сообразил:

— Гинекологический осмотр ты имеешь в виду?

Я кивнула.

— Когда он говорил об этом, его лицо покраснело, взгляд стал каким-то сальным, и он стал тяжело дышать… — я снова вспомнила этот момент, и меня передернуло. — Он назначил следующий прием, где и проведет осмотр, а до этого прописал мне пить какой-то препарат…

Роберт замер. Я видела, как побелели его костяшки, когда он сжал край стола. В кабинете воцарилась такая тяжелая, звенящая тишина, что мне стало страшно.

— Тяжело дышал, значит… — медленно, почти шепотом произнес он. В его глазах полыхнуло что-то настолько темное и пугающее, что я невольно сжалась всем телом.

Роберт резко встал, отошел к окну и на несколько секунд замер, глядя на город. Я видела, как напряжена его спина под идеально сидящим пиджаком. Через мгновение он обернулся. Его лицо было непроницаемым, но взгляд смягчился. Он подошел обратно и присел на край стола, совсем рядом со мной, так что я уловила нотки его парфюма.

— Ксения, посмотри на меня, — его голос стал низким. Я подняла голову. Роберт придвинулся ближе, вторгаясь в моё личное пространство, нарушая все мыслимые границы дистанции. Его колено почти касалось моего бедра.

— Слушай меня внимательно, — он заговорил тише, и я почувствовала тепло его дыхания на своём лице. — Этот человек к тебе не прикоснется. Никогда.

Его взгляд стал тягучим, почти магнетическим. Моя нервозность только усилилась, и я почувствовала себя некомфортно. Его внимание медленно переместилось на мои губы. В кабинете вдруг стало невыносимо жарко. Он медленно сокращал расстояние, и я видела, как его зрачки расширяются.

Внутри поднялась волна паники, перемешанная с горьким, отрезвляющим послевкусием недавнего предательства. Мысль о том, что он сейчас меня поцелует, ударила в сознание набатом. Я застыла, словно кролик перед удавом.

«Нет, нет, не надо!» — разум отчаянно забился в ловушке. Больше ни один мужчина не подойдет ко мне так близко, я никогда не позволю себе снова зависеть от чужих взглядов или прикосновений. Страх новой уязвимости полоснул по сердцу острее, чем сама измена Сергея. Я хотела отпрянуть, разрушить это душное марево, оттолкнуть его и выставить между нами непробиваемую стену, но паника сковала тело. Я уже чувствовала, как его губы вот-вот коснутся моих, как резкий, требовательный стук в дверь разрезал тишину, словно удар хлыста.