Развод на закуску

Глава 18

Я сидела напротив Льва Игоревича, изо всех сил стараясь изображать внимательного слушателя, но слова адвоката вязли в сознании, как пчелы в сиропе. Моё внимание, словно по закону подлости, всё время соскальзывало в сторону, туда, где чуть поодаль замер Горский. Роберт молчал, погруженный в свои мысли, но его присутствие в кабинете ощущалось кожей. Он был похож на массивный грозовой фронт, который вот-вот накроет город.

Честно говоря, вникать в юридические тонкости получалось из рук вон плохо. Стоило мне моргнуть, как перед глазами всплывал его магнетический взгляд, который застыл на моих губах.

Я не собиралась лгать самой себе. Я понимала, что он меня напугал. Даже пугал не столько сам Горский, сколько сама ситуация. Сейчас, когда вся моя «счастливая семейная идиллия» оказалась мерзким балаганом, я бы шарахнулась от любого, кто пытается сократить дистанцию.

« Блестяще, Ксюша! Этот человек тебе помог! А вместо того, чтобы поговорить с ним как взрослый человек, объяснить, что его поведение неуместно, ты шарахнулась от него как от прокаженного!» , — едко констатировал мой внутренний голос.

Я понимала, что Роберт поступил не обдуманно и не приемлемо, но проблема была и во мне тоже.

Привычный мир не просто треснул по швам, он рухнул в бездну, и я летела следом в свободном падении. Это был водоворот, в котором меня крутило слишком быстро, не давая времени даже на то, чтобы нащупать точку опоры.

Титов в очередной раз просмотрел видео из клиники, которое я записала. Глядя на его сосредоточенное лицо, я чувствовала благодарность Роберту за то, что он привлек тяжелую артиллерию в лице этого адвоката. Лев Игоревич не только подтвердил реальность развода, но и горячо поддержал моё желание написать заявление на Кривошеева. Он пообещал привлечь коллегу, специализирующегося на уголовном праве, чтобы этот «палач в халате» наконец-то сменил белый халат на тюремную робу.

Пока Горский пребывал в своих мрачных раздумьях, Титов педантично перечислял список документов, необходимых для суда и полиции. Мы как раз перешли к самому «вкусному» — обсуждению раздела совместно нажитого имущества, включая моё агентство.

Квартира не попадала под раздел, машина, как его, так и моя, были куплены в браке, но я сильно сомневаюсь, что Сергей захочет делить свою, а значит и на мою претендовать вряд-ли не станет, загородный дом мы брали в ипотеку, но платежи вносила я, также как и первоначальный взнос. Также у меня были чеки за ремонт квартиры его матери, который я оплатила как подарок «от нашей семьи» на день матери.

«Дорогая, ты же знаешь, что у нас задержали зарплату в этом месяце, но оставить маму без подарка в этот день — кощунство! Я каждый год начиная с садика делал ей подарки! Я все возмещу, ты же знаешь!» — вспомнила я слова Серёни. Тогда мне он казался таким несчастным и расстроенным, что не может купить своей маме подарок. А сейчас я понимала, что он выглядел просто жалко. Как побитый кобель, который просрал все деньги на гулянки и подзаборных сук.

Но самым острым вопросом являлось мое агентство. Делить, а уж тем более отдавать я его не собиралась, но зная каким Сергей может быть ничтожным, не удивлюсь, что он будет настаивать на разделе.

Нашу беседу прервал голос Горского.

— Давайте на сегодня закончим, Лев Игоревич, — отрезал он, — Думаю, Ксения устала. Давайте дадим ей отдохнуть. Продолжим завтра.

Я вскинула на него взгляд. Он снова был непроницаем, снова был тем самым тираном и самодуром, который решает за других, что и когда им надо делать.

Но, к своему стыду, я была ему за это благодарна. Мне нужна была передышка.

Горский не позволил мне добираться самой. Домой меня вез тот же водитель, что был со мной в клинике. Я так вымоталась, что задремала в машине. Меня разбудили, когда мы доехали до моего дома.

В квартире было тихо. На зеркале была прикреплена записка от Таши:

«Ксю! Меня дернули в офис, приеду вечером, с меня обещанный сюрприз! Люблю!»

Ташка! Вот моя опора. Я даже боялась представить, что придумала моя подруга. Она была тем человеком, которая свято верила, что клин вышибают клином, так сказать. И вопреки всеобщему расхожему мнению, это не имелось ввиду «найти нового мужика,чтобы забыть старого».

Истина ей открылась случайно. В институте после расставания с парнем, с которым она встречалась три года, она перепила, заливая свое горе. На следующий день у нее было просто адское похмелье, ей было на столько плохо, что она и думать забыла про свои сердечные терзания. Зеленый змей отпустил ее через двое суток и вместе с собой унес не только страшные последствия бодуна, но все переживания относительно не удачного романа.

Таша тогда сказала: «Вот она! Реинкарнация принципом вымещения!»

После этого она на любые сложности в своей жизни, подруга реагировала одинаково. И нет, не пила, а просто маниакально занимала себя делом, пропадая на работе или в спортзале, выматывая себя до последнего.

«Какие нафиг переживания⁈ Мне бы выспаться нормально!» — восклицала Таша.

Что ж, её метод имел право на жизнь, особенно сейчас, когда тишина пустой квартиры могла начать давить меня не хуже бетонной плиты.

Надо занялась делом! Титову нужны были документы, и чем быстрее я их соберу, тем скорее эта гнилая глава моей жизни будет официально закрыта.

Я достала из шкафа тяжелую папку, где хранила счета за новую мебель и гарантийные талоны на технику, прочие чеки на крупные покупки. Вытряхивая содержимое на кровать, я чувствовала себя как судебный пристав.

— Так, свидетельство о праве собственности на квартиру… — пробормотала я, выуживая документ, подтверждающий, что это жилье досталось мне от бабушки еще до того, как Сергей Олесин появился на моем горизонте. — Это моё. И никакие схемы с «химической лоботомией» и доверенностями этого не изменят.

Следом пошли уставные документы моего агентства, выписки со счетов и та самая заветная флешка с компроматом. Я словно собирала боеприпасы перед сражением.

Закончив с бумагами, я посмотрела на часы. Работа. Агентство было моим детищем, моим спасением, и я не могла позволить своим личным катастрофам разрушить то, что строила.

Я набрала номер Татьяны, моего незаменимого бухгалтера.

— Танюша, добрый день. Как у вас дела? Девочки справляются? — я старалась, чтобы голос звучал по-деловому бодро, хотя внутри всё еще мелко подрагивало.

— Ксения Юрьевна! Да, всё в лучшем виде, — отозвалась Татьяна. — Банкеты на выходные укомплектованы, Инна с Аней уже на выезде, Лиля страхует в офисе. Вы как? Голос какой-то… простуженный.

— Да, немного приболела, — соврала я, потирая виски. — Послушайте, Тань, я на связи, но в офисе буду только в понедельник. Если возникнут любые вопросы по закупкам или претензии у заказчиков — звоните в любое время. Но я уверена, девочки справятся.

— Не переживайте, отдыхайте и лечитесь! Мы тут со всем разберемся, — тепло ответила Татьяна.

— Спасибо вам большое! — я улыбнулась.

«Вот еще одна моя точка опоры» , — эта мысль согрела меня.

— Кстати, можешь мне пожалуйста скинуть контакты кондитера, у которого мы заказывали торт на девичник? Я оставила органайзер на работе.

«Всё ради любимой свекрови!», — я ухмыльнулась.

— Конечно, сейчас все пришлю! Выздоравливайте!

Положив трубку, я почувствовала небольшое успокоение. Профессионализм моей команды позволял мне взять эти несколько дней «траура» по неудавшемуся браку.

Я аккуратно сложила все документы в кожаную папку, готовую к передаче адвокату.

Взгляд упал на телефон. Пора было порадовать «командировочного» новостями о подготовке к семейному торжеству. Я набрала номер Сергея, уже предвкушая, как под предлогом срочного заказа торта для его матери выпотрошу наши общие сбережения. Оставлять этому козлу хоть какую-то заначку на развлечения с его «киской» я не собиралась. Однако на том конце провода лишь глухо отбивались гудки. Трубку он так и не взял.

«Видимо, в промежности у его Камиллы отличная шумоизоляция, раз он не слышит рингтон мобильного» , — во мне все чаще стала просыпаться ехидна.

Я присела на диван и закрыла глаза, стараясь отпустить сегодняшний день. Но перед глазами снова, как зацикленная кинопленка, возникла сцена в кабинете Роберта.

«Боже, какая же я дура!» — мысленно выругалась я.

Вместо того чтобы остаться и поговорить с Горским как взрослый человек, как равноправный партнер по нашей «маленькой войне», я просто сбежала. Вылетела от него, словно напуганная школьница, пойманная за гаражами.

Из самобичевания меня вывел резкий скрежет ключа в замочной скважине. Я вздрогнула, на мгновение забыв, что замки-то я сменила и у Сергея доступа в квартиру больше нет.

Дверь распахнулась, и в прихожую влетела Таша. Я вышла её встречать, и в следующую секунду мои глаза буквально полезли на лоб от увиденного.

— Таш, это еще что такое⁈ — только и смогла вымолвить я, глядя на это «пополнение» в интерьере моей квартиры.