Развод на закуску

Глава 26

Прошло несколько дней. Квартира, лишенная присутствия Сергея, казалась чистой, теперь она создавала ощущение тихой гавани, лишенной двуличности. Я наконец-то могла не оглядываться на чужое настроение, не подстраиваться под чужой график и не стремится к какому-то навязанному совершенству.

Я вернулась к работе в своё кейтеринговое агентство. Запах свежей выпечки, суета с заказами, обсуждение меню для предстоящих банкетов — всё это возвращало мне ощущение реальности. Здесь я была профессионалом, хозяйкой положения, а не «дурочкой женой», которой можно манипулировать. Работа стала моим громоотводом.

Сергей звонил пару раз. Наши разговоры были короткими и сухими, как-будто мы не супруги, а соседи, которые обсуждают, чья очередь мыть подъезд. Его не интересовало моё самочувствие, скучаю ли я или скучает он. Неужели так было всегда? Видимо да. Я смогла увидеть реальность, когда сломались розовые очки и осколки попали в глаза.

Единственный вопрос, который заставлял его набирать мой номер, был однообразен до тошноты:

— Ксю, ну что там? Выставила машину? Звонки есть? — голос мужа в трубке звучал нетерпеливо.

— Да, Сережа, занимаюсь этим. Пока нет, — отвечала я, глядя в окно офиса на свою «Вишенку». Машину пригнал знакомый Сергея на следующий же день, после его «гениального» решения о ее продаже. Быстро подсуетился, гавнюк. Хотя чего я ожидала⁈

Мне стоило огромных усилий удерживать этот кроткий, послушный тон. На самом деле я действительно занималась машиной. Проверяла, чтобы все документы были в идеальном порядке для адвоката, и собирала выписки и любые другие документы, чтобы Сергей не успел провернуть какую-нибудь аферу когда я сообщу ему о разводе.

Каждый такой звонок лишь подтверждал правильность моих действий. Он уже продал меня в своей голове. Он уже распределил мои деньги.

Я вешала трубку, делала глубокий вдох и возвращалась к своим делам. Внутри меня была странная тишина. Я просто ждала, когда недоделанный хищник сам шагнет в расставленный для него капкан.

За окном уже вечерело, когда от рабочих дел меня отвлек звонок Льва Игоревича. Его голос действовал на меня всегда отрезвляюще, как глоток ледяной воды.

— Ксения Юрьевна, добрый вечер. Как ваше самочувствие? — Титов всегда начинал с этого вопроса, я знала, что это просто вежливость, но его учтивость придавала веры в себя.

— Всё в порядке, Лев Игоревич. Я отправила вам выписки из банка, что вы просили, — я открыла на ноутбуке папку с банковскими выписками.

Последние два дня я шерстила цифровые архивы за все годы нашей совместной жизни. «Подарки от семьи» для свекрови, которые она оказывается спускала, на «мертвые» акции и азартные игры. «Подарки для клиентов», которые на самом деле сверкали на селфи Камиллы и огромное множество других растрат семейного бюджета, о которых я была не в курсе.

— Да, всё пришло. Я звоню вот по какому поводу. Рецепт, что вам выписали, это сильное успокоительное как мы знаем, в эту пятницу на приеме у Кривошеева вы перейдете к тяжелой артиллерии. — от его слов я судорожно задышала.

Мне ужасно не хотелось встречаться с этим ужасным человеком, но я не могла отступить. Его надо было поймать. И самым надежным способом было ловить на приманку. То есть на меня.

— Не волнуйтесь, Ксения Юрьевна, — голос Титова смягчился, — Вы будете не одна, мы снарядим вас как Джеймса Бонда. Как только он достанет препарат для вашего «лечения» его возьмут.

— Я понимаю, Лев Игоревич, я справлюсь, — не громко сказала я.

— Не сомневаюсь в вас! — подбодрил меня адвокат и отключился.

Я заварила себе чай. Телефон снова ожил. Сообщение от Роберта.

Горский написал мне еще в понедельник, что мой муженёк вернулся в Москву и приложил фото из аэропорта. На нем Сергей, сияющий и загорелый, заботливо приобнимал Камиллу, которая в своем аэропортовом «луке» ядовито-оранжевого цвета, выглядела как дорожный конус. Они направились прямиком в её съемную квартиру.

Забавно, что первая мысль, которая вызвала неподдельный интерес тогда:

«Как он собирается избавляться от курортного загара перед возвращением домой?»

В последующие дни Роберт методично присылал мне отчеты. Сергей не просто гулял — он шиковал. Рестораны, где один ужин стоил средней месячной зарплаты, элитные спа-салоны, билеты в партер Большого театра… Он тратил на неё деньги, которые воровал у компании. Он буквально купал свою шлюху в грязи, которую сам же и создавал.

Сегодняшнее сообщение от Роберта отличалось от предыдущих:

«Сегодня к одиннадцати они с Камиллой планируют визит в „Скай“. Это закрытый элитный ночной клуб, вход только по картам и членским спискам»

Я замерла, глядя на название клуба. «Скай» был местом, о котором в городе шептались с придыханием. Там вершились судьбы и спускались миллионы.

А следом было другое сообщение:

«Ксения, ты три дня смотрела на их фото и отчеты. Не хочешь увидеть вживую? Посмотреть, как выглядит твой „благоверный“ в реальности? Я могу внести тебя в список. Решайся».

Я понимала, что Роберт меня подталкивал, но он был прав. Хватит подглядывать. Я должна увидеть их лица, услышать их смех и почувствовать ту самую брезгливость, которая станет финальным аккордом моего прощания с прошлым.

«Я буду с Ташей» — написала в ответ и стала набирать подруге.

Мне не нужно было ничего объяснять. Таша поняла всё по одному моему смс:

«Сегодня он будет в „Скай“. Хочу увидеть это сама. Ты со мной?» .

Через два часа она уже стояла на моем пороге, нагруженная пакетами и чехлами, с таким выражением лица, будто собиралась не на вечеринку, а на штурм Бастилии.

— Никакого изумрудного шелка, Ксю! Оставим его для официальных некрологов твоего брака! — заявила она, вытряхивая содержимое чехлов прямо на мою кровать.

Таша действовала решительно. Она облачила меня в черное платье-пиджак. Дерзкое, вызывающе короткое, с четкой линией плеч, которое меняло меня до неузнаваемости.

Под плотной тканью пиджака не было ничего, кроме того самого шикарного кружевного белья, которое мы купили на «тортовые» деньги Сергея. Я чувствовала кожей каждое прикосновение кружева, и это давало странное ощущение власти. Тонкая грань между приличием и провокацией, которую «правильная жена» раньше не осмелилась бы переступить. Таша собрала мои волосы в гладкий высоки хвост. Образ венчали шпильки такой высоты, что мой рост и уверенность в себе взлетели до небес, а помада цвета спелой вишни поставила финальную точку в этом преображении.

— Посмотри на себя, — шептала Таша, любуясь результатом. — Ты сейчас воплощение их самого страшного кошмара. Уверенность, сила, красота и свобода.

На часах было почти полночь, когда мы подъехали к клубу. Время, когда жизнь в таких местах только начинает по-настоящему закипать. Басы, доносившиеся из-за массивных дверей, вибрировали где-то в солнечном сплетении.

— Готова? — Таша сжала мою ладонь. Она в своем красном мини выглядела как фурия, в её глазах горел тот же холодный азарт, что и у меня.

— Более чем, — нервно ответила я.

Охранник, сверившись со списком, почтительно открыл перед нами тяжелую дверь.

Внутри «Скай» встретил нас густым облаком дорогого парфюма и ослепляющим блеском. Где-то здесь, среди этого пафоса и ворованных миллионов, мой муж продолжал унижать меня и убивать наш брак.

Нас сразу же встретил хостес. Молодой человек с профессиональной улыбкой, в которой не было ни капли лишнего любопытства. Сверившись с планшетом, он лишь едва заметно кивнул и жестом пригласил нас следовать за ним.

Нас провели на второй этаж, подальше от общей суеты танцпола. Здесь располагалась VIP-зона. Ряд отдельных кабинок, представляющих собой изысканные балкончики с тяжелыми бархатными шторами. Когда мы вошли в нашу кабинку, я невольно оценила масштаб подготовки. На столе в ведерке со льдом уже запотела бутылка дорогого шампанского, а рядом возвышалась композиция из экзотических фруктов.

— Ого, Горский постарался, — присвистнула Таша, уже уверенно разливая игристую жидкость по бокалам.

Мы выпили. Холодные пузырьки приятно обожгли горло, немного притупляя острые углы моего напряжения. Таша, чей азарт требовал немедленного действия, не смогла долго усидеть на месте.

— Я пойду, разведаю обстановку, — подмигнула она мне. — А ты… ты просто осмотрись. Сверху всегда виднее.

Она подмигнула мне и выскользнула из кабинки. Я осталась одна. Вдохнув поглубже, я пригубила шампанское и подошла к массивным перилам балкончика. Отсюда весь первый этаж открывался как на ладони. Мерцание огней, хаотичное движение толпы, вспышки софитов. Клуб напоминал огромный, дорогой муравейник, где каждый пытался казаться значимее, чем он есть на самом деле.

Я медленно вела взглядом по столикам, по отдельным зонам отдыха внизу, по барной стойке. И вдруг замерла.

В самом центре, за одним из лучших столов у танцпола, я увидела их. Сергей. Мой муж, который должен был быть в Петрозаводске, сидел, развалившись в кресле, и что-то весело рассказывал мужчине напротив. А рядом, почти сливаясь с ним в единое целое, сидела она. Камилла. В своем обтягивающем неоновом желтом платье она выглядела как яркое, несуразное пятно.

«Что за страсть к ядовитым цветам?» — мелькнула у меня мысль.

Сергей то и дело развязно хватал ее то за бедра, то за грудь. Наклонялся к ее уху, а потом они оба заливались смехом, совершенно не скрывая своей близости. Музыка сменилась и зазвучал ремикс популярного трека. Его любовница подскочила и встала перед столиком. Она стала извиваться и резко прогибаться под музыку, не попадая в такт. Призывно приманивала моего мужа руками. Она так активно дергалась, что ее надувная грудь чуть не выпрыгнула из огромного декольте. Сергей лапал ее глазами, а потом, поправив в штанах видимо вставший член, подошел к ней и они пошли на танцпол.

Я брезгливо смотрела вниз, а мои пальцы с силой сжимали перила. В свете стробоскопов их танец выглядел как нелепая пародия на эротику или дешевая порнуха. Мой муж пританцовывая нагибал и делал поступательные движения бедрами имитируя секс. Потом он разворачивал ее и запускал руку в ей декольте, чуть ли не до самого пупка. Она изгибалась, закидывая руки ему за шею, а её неоновое платье в клубных огнях казалось еще более неуместным и дешевым. Она облизывала его шею и периодически хватала его за член.

Мне казалось, что у меня какие-то порнушные галлюцинации. Я и представить не могла, что кто-то в здравом уме может так двигаться. Их танец выглядел отвратительно. В нем не было ни притяжения, ни страсти, а только какие-то похабные конвульсии.

— Прости… — раздался тихий шепот у моего уха. — Не хотел, чтобы тебе было больно…

Дыхание Роберта щекотало кожу и по моей спине пробежали мурашки.