Развод на закуску

Глава 9

После встречи с Ташей я вернулась в квартиру, которая больше не ощущалась светлой и уютной, как раньше. Звук собственного дыхания в тишине пустых комнат казался слишком громким. Я прошла на кухню и заварила себе чай с мелиссой. Не успела присесть за стол и выпить чаю, как зазвонил мой телефон.

«Любимый».

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

«А я уж понадеялась, что ты утонул…» — подумала раздраженно.

На экране светилось фото Сергея — то самое, где он улыбался на фоне зала ресторана, в котором мы отмечали нашу свадьбу. Еще позавчера этот звонок заставил бы мое сердце биться чаще, но сегодня он вызвал лишь тошноту. Я выждала несколько гудков, прежде чем ответить, надев на себя маску «любящей жены».

— Да, дорогой? — голос звучал мягко, почти жалобно, как и подобает «серой мыши», тоскующей в одиночестве.

— Ксю, привет. Слушай, я быстро, тут со связью беда, — голос мужа был бодрым, на заднем фоне слышался шум, подозрительно похожий на музыку в дорогом пляжном клубе, а не на завывание ветра в Карелии. — Ты там как? С мамой созвонилась по поводу юбилея?

«Черт! Еще и ее сегодня услышать? Мне вполне хватит и одного представителя вашего змеиного семейства!» — устало простонала моя душа.

— Нет еще, сегодня вечером позвоню. Я очень по тебе скучаю, дорогой… — я прикусила губу, чтобы не сорваться и не сказать о том, как я хочу, чтобы его утащила акула. — Тяжело там, в лесах? Холодно, наверное?

— Ужасно, Ксюх. Вкалываю как проклятый, — в его голосе проскользнула плохо скрываемая насмешка. — Руки буквально отваливаются от исправления чертежей. Так что ты давай, не подведи меня перед мамой.

Он на что-то отвлекся, потом послышался женский смех. Я сжала телефон в руке так, что мне показалось, словно он вот-вот треснет.

— Слушай, дорогая, я совсем забыл, — продолжил муж. — Я обещал заказать маме праздничный торт на ее юбилей. В ресторане, где она будет отмечать, ей не понравились предложенные варианты. Но было столько работы, что я замотался и не успел. Закажешь?

— Сереж, до юбилея осталось три дня, как, скажи на милость, я успею? — возмутилась я. Мне все сложнее удавалось контролировать свои эмоции.

— Ксюш, ну ты же у меня профессионал, — в его голосе прозвучала та самая приторная уверенность, от которой несло лицемерием. — У тебя свои поставщики, связи. Кондитерские тебя обожают. Придумай что-нибудь, ты же у меня самая лучшая. Мама хочет что-то особенное, с вензелями, в её стиле.

Я едва успела захлопнуть рот, чтобы не прокомментировать, что «стиль» его мамы — это яд в хрустальном бокале.

— С вензелями? И только? — не смогла скрыть сарказма.

— Ксюх, ну ты чего заводишься? — в голосе Сергея прозвучало недовольство.

— Сереж, ты серьезно? — я сделала глубокий вдох, стараясь, чтобы голос не дрожал от ярости. — Еще раз напоминаю: три дня. А зная Галину Викторовну, она хочет не просто торт, а «произведение искусства с вензелями». Кондитеры за такие сроки берут тройной тариф, если вообще соглашаются. Ты хоть понимаешь, сколько это будет стоить?

— Цена не вопрос, — бросил он, и я почти увидела, как он небрежно машет рукой, попивая коктейль у бассейна. — Возьми из тех денег, что мы отложили. Ксю, это же мама! Она и так ворчит, что я уехал в эту глушь в Карелии именно сейчас. Сделай так, чтобы она осталась довольна и не выносила мне мозг по возвращении.

Я заскрипела зубами так, что они чуть не раскрошились.

— Конечно, Сереженька, — заставила себя вытолкнуть эти слова сквозь стиснутые зубы, надевая привычную маску «понимающей». — Я все сделаю. Раз ты так занят «чертежами», я возьму все на себя.

— Вот и умница, — его тон мгновенно сменился на довольный. — Я знал, что на тебя можно положиться. Ты же у меня такая… надежная. Ладно, надо идти. Не скучай там, «мышка».

На заднем фоне снова отчетливо послышался женский смех и всплеск воды.

— Что ты сказал? — опешила я.

— Говорю: не скучай, малышка! Всё, целую, тут работа горит, — бросил он и отключился, так и не дождавшись моего ответа.

«Вот же ж козел! Как же, работа у него горит! Промежность твоей шалавы там горит!» — подумала я с яростью и бросила телефон на стол.

Подойдя к окну, я посмотрела на свое отражение. В стекле замерла женщина с усталым, чужим взглядом. Сергей только что дал мне еще один повод не просто уйти, а выжечь за собой всё дотла.

Правильно, Сереженька, продолжай в том же духе. Ты только помогаешь мне. Сама бы я долго вытравляла тебя из своего сердца, а с такой помощью процесс пойдет быстрее!

Изменщик даже не попытался изобразить внимательного мужа. Настолько был уверен в моей преданности и глупости? Или просто я теперь смотрела на него без розовых очков? Сергей вел себя как хозяин, отдающий распоряжения прислуге, будучи уверенным, что его «мышь» никуда не денется. Торт? Хорошо, Галина Викторовна получит свой «особенный» десерт. Такой, который она запомнит на всю оставшуюся жизнь.

Из размышлений меня вырвал звук уведомления. Пришло письмо из офиса «СтройПроекта». Взяв свой ноутбук из сумки, я вернулась за стол к чаю. Письмо уже ждало в папке «Входящие». Тема: «Меню для фуршета СтройПроект».

Я открыла файл. Список блюд поражал воображение: фаланги краба, черная икра, множество сортов сыра, редкого вина и прочее. Было сразу понятно, что Горский не привык экономить. В целом меню было подъемным.

Вопросы мог вызвать перечень вин — некоторые из них были коллекционными. Такие вина трудно найти даже в Москве. А также разнообразие морепродуктов: думаю, можно расширить и добавить, например, гребешки. Они имеют приятный кремовый вкус, а если добавить в эту закуску кислое яблоко, получится просто необыкновенно.

Я бы еще надолго ушла в доработку представленного меню, но меня привлекла приписка к сообщению: «Роберт Тимурович просил лично подтвердить возможность исполнения заказа до конца рабочего дня».

Это было идеально!

Руки больше не дрожали. Теперь у меня был не только компромат, но и официальный повод для того самого звонка, который запустит механизм «Пресса».

Я не спеша допила чай. Моя бабушка всегда добавляла в чай мелиссу. Каждое лето меня отправляли к ней. Вечером бабушка ставила самовар на террасе, и мы чаевничали. Помню, она часто говорила: «Все, что ни делается, — все к лучшему».

«Надеюсь, бабуль, ты права», — улыбка скользнула по моему лицу.

Время подходило к шести. Я еще раз просмотрела файл с меню, пробежала глазами по списку деликатесов, перечню вин и набрала Горскому.

Мне показалось, что гудки будут идти целую вечность, но на четвертом трубку сняли.

— Ксения Юрьевна… — произнес он, и моё имя в его исполнении прозвучало не как формальность, а как-то густо и тягуче. — Рад вас слышать. Что скажете по меню?

— Доброго вечера, Роберт Тимурович. В целом всё выполнимо, — я перевела взгляд на экран ноутбука, стараясь сосредоточиться на деле. — Но есть один серьезный нюанс. Тот перечень вин, который указан в приложении… Роберт Тимурович, шесть позиций из списка — коллекционные. Их сейчас невозможно достать в Москве даже через закрытых дилеров. У меня есть знакомые поставщики, но сроки поставки могут выйти за рамки вашего мероприятия. Боюсь, нам придется искать альтернативу.

Я ожидала, что он сухо предложит прислать варианты на почту или перепоручит это секретарю, но Горский отреагировал иначе. В его голосе проскользнула странная, почти хищная удовлетворенность.

— Вот как? — он замолчал на секунду, и я услышала тихий щелчок зажигалки. — Ксения, это недопустимо. Вино — это репутация вечера. Если вы говорите, что их нет, значит, нам нужно сесть и лично пересмотреть карту. Я не привык доверять такие тонкости переписке.

— Я могу составить список замен и прислать завтра утром… — я растерялась от того, что он сам наводит на встречу, и попыталась сохранить дистанцию.

— Завтра утром я буду занят на объектах, — перебил он, и его голос стал ниже, обретая опасную глубину. — Сегодня в восемь вечера, ресторан «Кристалл». Там отличная винная карта, поговорим с их сомелье и на месте решим относительно замены дефицитного вина.

— Роберт Тимурович, я не уверена, что это уместно…

— Ксения Юрьевна, — в его голосе промелькнула сталь, и, если честно, я слегка струсила. — Мой водитель будет у вашего подъезда через полтора часа. И не спорьте со мной. Я хочу лично убедиться, что мой фуршет в надежных руках. И мне кажется, вам тоже есть что сказать мне вне рабочих рамок.

Я замерла, сжимая трубку. Он словно знал об истинной причине моего звонка.

— Хорошо, — выдохнула я. — В восемь.

— До встречи, Ксения.

Когда он положил трубку, я поняла, что «вино» было лишь поводом. Горский просто нашел зацепку, чтобы вытащить меня на встречу. Я закрыла ноутбук и посмотрела на планшет, лежащий на столе, где хранилась папка «Толян. Левак» со скринами компромата.

«Ну что ж, Роберт Тимурович, — подумала я, глядя в окно на сгущающиеся сумерки. — Видимо, гвоздем вечерней программы будет не дефицит вина, а дефицит честности вашего ведущего архитектора».