Родословная. Том 7

Глава 12

Простой, прямой, резкий удар ногой — и Катринa отлетает метра на три назад, приземляясь тяжело, с хрипом хватая воздух. Плечи вздрагивают, грудь ходит ходуном. Она, действительно, не ожидала такого хода. И всё же…

Она улыбается. Широко. Счастливо. Почти безумно. Как истинная маньячка сражений.

В конечном итоге наш бой закончился так, как он и должен был закончиться — подчёркнуто жёстко и бескомпромиссно. Я отбросил Катрину в сторону, и она, перекатившись по матам, с трудом остановилась у самой кромки площадки. Её тело ещё не совсем подчинилось, но взгляд горел — злой, упрямый, живой.

В тот же миг я оказался рядом.

Без лишних церемоний прижал её ногой к полу, не позволяя подняться. Со стороны это, может, и смотрелось грубо, даже некрасиво, но бой есть бой. И я учу своих людей тому, что на поле битвы нет места эстетике. Только ты и твой противник. И побеждать нужно быстро. Хладнокровно. Любой ценой.

Тем более, когда речь идёт о Разломах, где монстры не будут ждать, не выйдут по одному, не предложат дуэль. Они пойдут толпой. Сожрут. И никто не вспомнит, насколько «честным» был твой стиль боя.

Это была демонстрация. Визуальный маркер того, что Катрина проиграла — не потому, что она была слаба, нет. Просто на этот раз я оказался на шаг впереди. Она это понимала. Я видел по глазам: раздражение, упрямство, но ни капли обиды.

Пару секунд она ворочалась, пытаясь сбросить мою ногу, но когда поняла, что момент проигран, просто сдалась. И тогда я шагнул назад, позволив ей встать.

В этот момент на нас обрушился восторг.

Младшие члены рода — все эти мальчишки и девчонки, затаившие дыхание во время схватки, смотрели с восхищением. На меня. На Катрину. На саму идею поединка как такового.

Вот так и формируются идеалы.

Я, не удержавшись, улыбнулся, развёл руками и картинно поклонился детишкам. Вслед за этим протянул руку Катрине и помог ей подняться.

— Мог бы продержаться и подольше, — недовольно проворчала она, отряхивая штанины и в то же время не скрывая довольной усмешки.

— Ну, знаешь ли, моей выносливости хватит на двоих таких, как ты, — ответил я ей в той же манере, что мелькала у неё в глазах.

Катринa только хмыкнула.

Она всегда любила игру с подтекстом. Любила двусмысленность. Любила оставлять пространство для фантазии — своей и чужой. А я, в свою очередь, не мог отказать себе в удовольствии поддразнить её. Смотреть, как на секунду в её взгляде мелькает румянец. Как она чуть отворачивается, скрывая реакцию.

Да, возможно, из этого ещё выйдет масса хлопот. Но, честно говоря, это было слишком весело, чтобы остановиться.

Мы уже успели удалиться от основной группы тренирующихся. Бойцы, к этому моменту успокоившись после нашего боя, вернулись к отработке приёмов, вполголоса обсуждая приёмы, которые видели в нашей схватке. Всё же они в значительной степени полагались на то, что демонстрировали мы с Катриной, и стремились повторить или хотя бы понять — как достигнуть схожего результата.

Сам я не придерживался какой-то одной техники. Предпочитал действовать по ситуации, впитывая подходы разных мастеров. Когда ты одно время путешествуешь столько, сколько я, поневоле собираешь по крупицам стили, подходы, приёмы. Строишь своё боевое искусство как мозаичный клинок — и каждый осколок уместен по-своему.

— Встретил твоих «родственников» на аукционе, — задумчиво начал я, глядя вперёд. — Местную стаю оборотней. Оказывается, они частично участвуют во всей этой аукционной истории и снабжают Ланцова товаром.

— Ну, в этом плане… — Катрина фыркнула. — Местная стая повязана со слишком многими. Так что я совсем не удивлена, что ты их там увидел. Другое дело, что они так явно показались на людях.

— Согласен. С одной стороны — странно. С другой… — я пожал плечами. — Вряд ли в этом была глобальная задумка. Доставили товар и ушли. Просто бизнес. И, в целом, меня они не узнали. Так что проблем быть не должно. Тебя-то они больше не трогают? — уточнил я после небольшой паузы.

Катрина довольно усмехнулась в ответ и провела рукой по своей груди, дразнясь и вызывающе смотря на меня.

— Да нет, после того, как ты им показал, почему меня не стоит трогать, никто ко мне не лез. Опасаются теперь последствий. Кто бы мог подумать, Демиан, — она весело рассмеялась, — чтобы решить все мои проблемы, нужно было просто найти достойного покровителя, который всё возьмёт на себя.

— Ну ты только не усердствуй слишком, — хмыкнул я. — Покровитель покровителем, но если ты начнёшь действовать необдуманно, я не смогу прикрыть тебя от всех последствий. И потом это может вылиться в куда более серьёзные проблемы.

— Да знаю я, знаю, — отмахнулась девушка. — Просто… странно это всё. Сколько лет я ломала голову над тем, как в стае уладить положение, как добиться уважения, как выжить. А оказалось, всё решается вот так. Немного даже обидно, если честно.

— Ладно тебе прибедняться, — усмехнулся я. — Никто же тебя не просил нарываться на рожон. Сама во всё это влезла.

Катрина закатила глаза, но ничего не ответила. Зато улыбка на лице осталась. Та самая — с хищной примесью довольства.

— Тоже верно, — неожиданно спокойно согласилась Катринa.

Я, признаться, ждал совсем другой реакции. Острого комментария. Упрёка. Но, видимо, даже она умела удивлять.

— Но это же не значит, что я должна изменять себе, — продолжила она. — Тем более что под местную стаю я всё равно подстраиваться не собиралась. Это был всего лишь визит вежливости, а они решили разыграть свою собственную комбинацию… со мной в главной роли. И — без моего разрешения. Вот и получили, что получили.

Я кивнул. Да, всё случилось именно так. Катринa никогда не была «удобной». Она не пыталась прикидываться кем-то другим, не маскировалась под ожидания общества и своего окружения. Слишком прямая, слишком… честная. В том числе и с самой собой.

Пожалуй, одна из немногих, кто не боялся высказывать в лицо то, что думал. Всё прямо, без завуалированных фраз. Исходя исключительно из того, что чувствовала сама. Без оглядки на мнение окружающих, без страха осуждения. Делала то, чего хотела. Говорила, как считала нужным. Жила — по своим правилам.

И, стоит признать, такая манера поведения импонировала. Может, именно поэтому Катринa и смогла оказаться на грани между нашими видами. Не вампир. Не волчица в привычном понимании. А нечто… своё. Уникальное. Не признающее ни рамок, ни ярлыков.

И именно поэтому здесь она была своей и никто не сомневался, что место Катрины в роду Динас и никак иначе.

После этого мы немного размялись и в целом позанимались на тренажёрах, чтобы затем повторить наш спарринг — уже не с целью победить противника, а для тренировки. Катрина, похоже, хотела изучить приёмы, с которыми была не знакома, более детально. В следующий раз она наверняка хотела бы использовать их против меня. Всё ради того, чтобы однажды превзойти меня.

Я ничего ей на это не говорил — в принципе, был не против того, чтобы Катрина, как одна из представителей моего рода, развивалась. А то, что у неё в итоге не получится обойти меня, оставалось за кадром. Зачем лишать надежды девушку, которая так стремится стать лучше?

Тем более, Катрина и сама прекрасно понимала, что её желание, скорее всего, никогда не исполнится. Но её упрямство было сильнее любых доводов разума. Поэтому мы продолжили наш тренировочный спарринг, и теперь уже не собирали столько зрителей, как в прошлый раз — потому что в этот раз не было ничего зрелищного. Некоторые моменты мы повторяли по десятку раз, пока у Катрины не получалось ответить на мою атаку хотя бы более-менее правильно.

Благодаря Катрине я и сам неплохо размялся и отправился дальше заниматься делами, которые положено выполнять главе рода. Чем хорошо быть главой молодого рода — всегда можно сказать, что у тебя есть дела, связанные с деятельностью семьи, и под этим предлогом тихо скрыться.

Всё же брать на себя целый род я никогда не планировал — это, можно сказать, произошло само собой. Просто вокруг меня начали собираться люди. А бросить их на произвол судьбы я тоже не мог.

Вот и выходило, что я не был из числа местных аристократов, которые с детства стремились к ещё большей власти. Меня вполне устроил бы просто хороший дом, отличные повара и всё такое. А вот заниматься всей этой мелочёвкой — хоть убейте, не хочу.

Поэтому так хорошо, что у меня есть верные слуги, которые берут на себя большую часть различных поручений. Это не засоряет моё личное время и позволяет заниматься тем, чем я, действительно, хочу, вместо того, чтобы разнести всё к чертям просто из-за очередных обсуждений закупок продовольствия и канцелярии. Всё же такие мелочи являются обычной рутиной главы рода и требуют лишь наличия средств. Благо, и здесь всё было сделано в лучшем виде — от меня требовалось совсем немного участия, что устраивало все стороны.

Разумеется, после того как я потренировался, принял душ и в целом привёл себя в порядок, я направился в столовую. Ведь имея личных поваров, не пользоваться их услугами попросту глупо.

Тем более, здесь же обнаружился и Салем, который в последнее время вёл довольно ленивый образ жизни — впрочем, это не отличалось от того, чем обычно занимаются коты. Единственное отличие: он был говорящим. И теперь куда большее количество людей знали об этом, что позволяло Салему находить себе собеседников и не приставать ко мне.

Потому что как бы сам Салем ни позиционировал себя как обычного кота, он всё же был магическим существом — разумным и, как следствие, жаждущим общения. А уж если с ним разговаривала девушка, да ещё и с крупной грудью, как он любит, кот бывал в неописуемом восторге от подобных бесед. Особенно, когда, несмотря на его разум, его продолжали тискать и прижимать к себе — от этого он несказанно млел.

Вот и сейчас Салему, несмотря на то, что он кот, прямо на стол поставили несколько мисок с его любимой едой. Он с довольной мордой поедал закуски от моих поваров, и в целом было видно, что он вовсю наслаждается жизнью.

— Знаешь, Демиан, — обернувшись, произнёс он, когда я уселся рядом с ним, — тебе уже давно надо было завести что-то подобное. Почему ты раньше не находил себе какой-нибудь такой домик и не нанимал прислугу?

— А ты забыл, что я постоянно путешествовал по поручениям отца? — весело усмехнулся я. — Когда бы я ещё успевал заниматься обустройством своего места?

— С одной стороны, верно, — согласился со мной Салем, — а с другой стороны, это же поместье ты как-то приобрёл.

— Ну, как приобрёл… — рассмеялся я. — Скорее, отнял у одного местного графа, который решил помешать мне выполнить задачу, поставленную Никлаусом. А потом поместье мне слишком понравилось. Да и в этом регионе я тогда задержался по поручениям отца, так что в любом случае нужна была точка, с которой можно было бы вести действия. Вот так это поместье стало моим. Всё остальное — уже частности.

Если бы не ряд поручений отца, я бы тут надолго не задержался и, в итоге, не имел бы этой запасной базы, которая теперь стала моим основным гнездом. Вот ведь как судьба складывается.

Кот помахал хвостом из стороны в сторону.

— Получается, ты это поместье забрал чисто из своей прихоти?

— Получается, что так, — кивнул я, не собираясь отрицать подобные мелочи. — Потом создал Алтарь Крови, да и в целом оставил это место на своих птенцов, чтобы они и дальше поддерживали его. Всё-таки слишком много усилий я вложил в это здание, чтобы просто бросить его. Да и Алтарь Крови — не та вещь, которую можно оставить без присмотра. Поэтому да, можно сказать, что мне повезло. И, как оказывается, если бы не эта предусмотрительность, то я вполне мог бы очнуться в этом мире обычным простолюдином. А это уже совсем другие условия старта. Хотя исправить такое недоразумение я бы мог довольно быстро.

— Ага, облапошил бы какую-нибудь дамочку и она ввела бы тебя в свой род, — весело оскалился кот.

— Ну, знаешь ли, способов много, вплоть до покупки статуса. Тут некоторые этим балуются. Пусть это и не особо одобряется: всё-таки купленное дворянство и наследственное — разные вещи. Среди аристократов подобное воспринимается весьма неоднозначно и даже, скорее, плохо.

Впрочем, от этого было бы только веселее. Они наверняка больше нарывались бы на меня, а в итоге всё это оборачивалось бы мне на пользу. Тем более что от хорошей драки я никогда не отказываюсь. А местные аристократы пока не могут похвастаться каким-то выдающимся боевым потенциалом.

— Просто они никогда не сталкивались с первородными, — раздался знакомый голос позади.

Ко мне подошла Бьянка и положила руки мне на плечи. Одновременно с этим ведьма вдруг начала делать мне массаж, от которого я расслабленно улыбнулся. Всё же, как ведьма, Бьянка обладала кучей разных умений, и то, что она умеет делать такой чудесный массаж, я не знал — и решил воспользоваться этим на полную, пока была такая возможность.

— Ни за что не поверю, что никто из моих братьев или сестёр не сталкивался с аристократами и их надменным поведением. Их бы это точно взбесило.

— Ну, наверняка сталкивались, — кивнул Салем. — Только вот из всех первородных, созданных Никлаусом, ты единственный, кто в первую очередь хватается за меч. Остальные предпочитают действовать более тонко. Тем более, сам Никлаус долго наставлял вас, что не стоит слишком светиться и демонстрировать свои возможности окружающим. Так что не сказать бы, чтобы современные аристократы что-то знали о подобных тебе.

— Да уж, действительно, мало они об этом знают, — невесело покачал я головой, вспоминая о том, как Крис крутился в среде аристократов, которые с радостью его принимали.

И ведь наверняка мой брат не слишком парился и заморачивался насчет того, чтобы менять свою внешность. Пусть он и не был специалистом во внушении мыслей, но так или иначе, все мы обладаем этой способностью. А уж слегка подправить воспоминания с помощью внушения — не такая уж большая сложность. Особенно, если ты отрабатывал этот приём веками, из года в год.

В некоторых случаях узкая специализация может быть весьма полезной и удобной — особенно для решения задач такого рода.

— Ну, с этим разберёмся позже. Ты снова решила задержаться у нас? — спросил я Бьянку, которая отошла от меня и направилась к холодильнику.

Там она стала выбирать себе блюдо по вкусу. Конечно, можно было попросить поваров приготовить что-то свежее, но, как и я, она предпочитала просто взять то, что есть, и насладиться перекусом, не отвлекая людей от их работы. Тем более, заказанное блюдо пришлось бы ждать, а здесь можно сразу выбрать что-то готовое, перекусить и идти дальше по делам.

— Дела ковена, — неопределённо ответила Бьянка, возвращаясь к нам с парочкой бутербродов и налив себе в бокал вишнёвый сок, будто это было вино.

У моей подруги хватало всяких странностей, так что я уже давно перестал обращать на подобное внимание. Тем более, сам я тоже не был слишком привередлив к посуде — мог спокойно есть не той вилкой, которая полагается. Хотя с этикетом высшего света я был прекрасно знаком и, при необходимости, мог без труда отыграть роль возвышенного аристократа. Но в своём личном доме я не собирался заморачиваться с такими вещами и предпочитал есть так, как удобно мне.

— Что, загружают тебя работой? — весело улыбнулся я, попивая чай.

При этом я наблюдал за Бьянкой, которая, несмотря на то, что была ведьмой, ела с грацией истинной аристократки. Смотреть на это было настоящим удовольствием. Этому, безусловно, тоже можно было научиться и моя подруга, похоже, потратила много времени, чтобы это вошло в привычку.

— Разумеется, после того как ты, по сути, уничтожил местный ковен, обрубилось много различных связей. Теперь мой ковен перехватывает их на себя. Да и некоторым зарвавшимся персонам нужно настучать по рукам за то, что они берут то, что им не принадлежит. Так что работы хватает.

— Может, нужна какая-то помощь? — участливо спросил я. — Могу Салема тебе отдать, пусть разомнётся, а то совсем жирком заплывёт.

— Эй! Это не жир, это я просто расту! — резко возмутился кот, но тут же вернулся к поеданию своих блюд. Перед ним на столе всё ещё оставалось множество закусок, до которых он не добрался.

— Спасибо за предложение, Демиан, — тепло улыбнулась мне Бьянка. — Но пока что справляюсь сама. Если возникнут проблемы — разумеется, обращусь. Тем более, я найду, чем отплатить тебе за помощь.

— Вот и хорошо. Не забывай — мы друзья, и я совсем не против помочь тебе.

— Спасибо, Демиан. Я это, действительно, ценю, — с улыбкой сказала Бьянка. — Но пока что нет ничего такого серьёзного, с чем я не справилась бы сама. Но твоё предложение я запомню, не переживай.

— Ну, вот и хорошо, — довольно улыбнулся я.