Седьмой предок. Том 1

Глава 22

Провинция Кагран, город Келльс:

У каждой таверны в городе была своя вывеска. Традиционно на ней изображали стилизованную кружку или бочку, а иногда — изображение фирменного блюда. Это удобно: даже неграмотный человек, который не может прочитать надпись «таверна», сразу видит, что тут можно и поесть, и переночевать. На весь город было всего лишь одно заведение, чья вывеска не намекала на еду. На ней красовался рисунок розы. При этом она была достаточно популярная. Люди периодически заходили и выходили. Запах еды доносился с первого этажа. А на втором и третьем этажах были гостевые комнаты. Многие предпочитали снимать совместно, ради экономии. Такие комнаты можно было опознать по тому, что большую часть помещения занимало множество кроватей.

В этот момент к одной из таких комнат подошел мужчина лет тридцати. Короткая бородка немного маскировала старый, когда-то неаккуратно зашитый шрам на лице. А потрепанная дорожная кожаная одежда, и висевший на боку широкий тесак в потертых ножнах не оставляли сомнения в роде деятельности. Однозначно нечто, связанное с путешествием и боем. Единственно, что сильно бросалось в глаза — это неестественная бледность кожи. К тому же, он недовольно бурчал себе под нос, словно спорил с кем-то невидимым:

— Будь проклята эта копченная рыба! Целых три дня безвылазно просидеть на толчке, даже с помощью лекаря… это сильно! Клянусь, больше никогда в жизни не куплю такую дрянь, как бы меня не уговаривали! И почему всегда едим вместе — а прилетает только мне⁈ Что случилось с моей удачей? Ее сожрала собака, что ли?

Открыв дверь своим ключом, он ввалился внутрь.

— Не понял… а где все?

Перед ним оказалась большая комната, заставленная грубыми топчанами. А под каждым из них лежал вещевой мешок. Ничего особо ценного, разумеется, там не было — просто дорожные вещи. Но мужчина уверенно направился к одному из них, на боку которого висел небольшой камушек, просверленный посредине. Уверенно открыв мешок, он вытащил сверху небольшой лист бумаги, на котором были нацарапаны несколько слов. Прочитав их, он нахмурился:

— Ушли еще вчера? За этим молокососом?

В их отряде было правило — оставлять уведомления отставшим членам. Порой это оказывалось полезно, а пару раз даже спасало от больших проблем. Вроде как подстраховка, на крайний случай.

Мужчина машинально скомкал бумагу в руке:

— Что-то не так. Если бы они ушли вчера, то вчера бы и вернулись! Максимум — сегодня утром. Что-то не так…

Он уселся на ближайшую кровать. Но беспокойство от несоответствия ситуации с каждым мгновением становилось все сильнее и сильнее.

— Проклятье! Нет, что-то определенно не так, разрази меня гром!

Мужчина вскочил, и выбежал из таверны. Он хаотично пробежал некоторое расстояние, пока прохладный уличный воздух слегка не остудил его, и он начал мыслить более рационально. Куда мог пропасть целый отряд опытных наемников? Может ли быть такое, что они все-таки убили в укромном уголке цель, но потом попались на глаза страже? За убийства в черте города весьма строгие наказания. Если это так — то первым делом их стоит поискать в городской управе…

Определившись с целью, мужчина уже более целеустремленно зашагал в нужную сторону.

Городская управа Келльса представляла собой целый комплекс соединенных между собой зданий. В центре возвышалась семиэтажная, угловатая башня. Ее было видно издалека — все-таки самое высокое здание в городе. А внутри этого комплекса располагалось множество жизненно важных структур города — начиная от личного кабинета мэра, и заканчивая казематами, оружейной, и даже общежитием стражи. Казна Келльса располагалась там же. Городская управа — это колосс, сконцентрировавший в себе огромное количество влиятельных особ. Через это место беспрерывно проходил поток людей разных сословий.

В этот момент мужчина, уже приближаясь к комплексу зданий, услышал хлесткий удар кнутом, и, оглянувшись, машинально посторонился. Мимо него медленно проехала телега, которой управлял стражник. А за нею с такой же скоростью двигался конный отряд. Но глаза мужчины прикипели к содержимому телеги. На ней лежали тела мертвецов. Слишком знакомые тела!

— Интересно, кому так насолили эти люди?

— Не знаю. Но обнаружить такой подарочек в глухом переулке было неожиданно, да…

— Ха! Самое обидное, что вокруг вообще не было людей. Даже некого отволочь в казематы за это… Что за дела?

Не было ни криков, ни ругани. В глазах посторонних мужчина просто отошел в сторону, пропуская телегу. Особо внимательные могли бы заметить небольшое покраснение глаз, не более. Но в душе у наемника, проводившего взглядом трупы своего отряда, бушевал настоящий ураган! Ошибки быть не могло — это именно они лежали бездыханные.

Мужчина до скрипа сжал зубы, и деревянной походкой отправился назад. Молча собрал вещи, покинул таверну. И, пришпорив купленного по пути коня, устремился из города. Он не собирался что-то прояснять, или пытаться найти виноватого. Мужчина и так знал достаточно. Его братья выслеживали Руэри. И погибли. Этого было достаточно! Но он не собирался мстить самостоятельно. Мужчина решил найти заказчика, чтобы напрямую рассказать, где он совсем недавно видел цель. Пусть Келльс наводнят отряды охотников за головами! Тогда этому ублюдку будет некуда деваться! Это можно будет считать достойным отмщением за жизни его братьев!

Пройдя сквозь полуоткрытую дверь, Руэри застыл на пороге, оглядываясь. Его теория о том, что предыдущее помещение было буквально напичкано ловушками не просто так, подтвердилась. Потому что новый зал, куда он проник, уже явно относился ко внутренним частям жилища умершего культиватора. А точнее — рабочая мастерская, или лаборатория.

Высокий, сводчатый потолок. Огромное пространство вырублено прямо в плотной породе, и поддерживалось редкими опорами из грубо обработанных камней. Тут было практически так же светло как и наверху. Множество лучей света падали из самых разных мест, передавая солнце с поверхности через прозрачные кристаллы. Вдоль стен располагались столы. Причем, почти на каждом из них была какая-то механическая, марионеточная часть. Рука из дерева с шарнирами и тонкими шнурами. Каменная нога впечатляющих размеров. Набор темных, зубчатых шестеренок в полуразвалившемся коробке. Долинный хвост, соединенный с клинком. Хрустальная линза в латунной оправе, поразительно похожая на глаз, только в десятки раз больше. Крыло, напоминающее птичье, откованное из цельного куска железа. Обугленный колокольчик, вплавленный в странный кусок камня. Похоже, что это была коллекция давно покойного мастера марионеток. А всю центральную часть помещения занимала огромная куча всякого барахла. Сложно даже представить, сколько человеческого труда вложено в то, что сейчас небрежно валялось!

— Ух ты! — неожиданно раздался возглас Доренн. Она, как истинная женщина, пылая любопытством, заглянула внутрь из-за спины юноши. — Давай, пусти меня! Тут уже должно быть безопасно!

— Да, действительно, — согласился Руэри. Он осторожно оглядывался, уже больше инстинктивно, чем ожидая чего-то плохого. Но больше ловушек и правда не должно было быть. Не идиот же владелец, оставляя их в том месте, где он работает? Это все равно что оставить взведенный капкан посреди своего дома, и надеяться, что никогда не наступишь на него, ни при каких обстоятельствах…

— Любопытно, что это за штука? А это?

Пока Доренн любовалась на «экспонаты», Руэри принялся обходить помещение, оглядывая его. Внезапно его глаза загорелись. Метрах в сорока, у стола с очередным «экспонатом» он заметил скелет, повисший прямо на торчавшем вверх угольно-черном острие.

— Этот культиватор при жизни явно открыл меридиан костей, суставов и сухожилий, добившись при этом немалых успехов!

Покрытый вековым слоем пыли, скелет все еще оставался белоснежным, целым, и даже не развалился на отдельные кости, удерживаясь едва заметными связками. Скелет же обычного человека за то же самое время был бы в гораздо более плохом состоянии, однозначно!

Присмотревшись внимательнее, Руэри усмехнулся, покачав головой. За смерть этого культиватора явно отвечало то самое угольно-черное, похожее на обсидиан острие, до сих пор торчавшее между его грудных ребер.

— А это еще что такое?

Внезапно у него перехватило дыхание. Он увидел то, что даже не надеялся найти в ближайшее время. Узкое кольцо со вставками из мутного нефрита. Оно лежало под ногами скелета, в толстом слое пыли. Руэри с волнением поднял его, нежно протер и одел на собственный палец. На его лице появилось удивленное выражение.

— А! Точно! Надо же привязать его!

Он вытащил небольшой кинжал, ткнул себе в ладонь, а выступившую каплю крови размазал по поверхности кольца. И прикрыл глаза, сосредоточиваясь. В его воображении появилось некое пространство, где находилось несколько предметов. Это было настоящее пространственное кольцо! Предмет, который был поистине драгоценностью в мире Смертных! Ведь в нем можно было хранить что угодно, исключая живых существ. Но даже с такими ограничениями — это можно считать божественной вещью. Оружие, эликсиры, еда, одежда, снаряжение, любая добыча… Все это можно хранить там! Различались такие артефакты лишь внутренним объемом. Даже самые простые с легкостью вмещают объем нескольких крупных сундуков. То, что он нашел, было побольше, с внутренним объемом примерно со средних размеров комнату. Но самая важная характеристика любого пространственного кольца — это отсутствие веса. Можно поместить внутрь тонны горной породы, например, но снаружи это будет все то же легчайшее колечко. Отныне вещевому мешку за спиной суждено будет всегда оставаться полупустым. Теперь он нужен будет исключительно ради маскировки!

Вытащив прочную нить, Руэри продел ее сквозь кольцо, и накинул получившуюся конструкцию себе на шею, спрятав таким образом за пазуху. В этом мире пространственное кольцо — огромная ценность. И наверняка многие знают, как оно выглядит, слишком уж своеобразный вид у него. Так что носить его в открытую сейчас может быть опаснее, чем обвешаться с ног до головы золотом в криминальном районе города!

— Что тут у тебя? Хм… скелет? Наверное, это владелец всего этого, да? — Доренн наконец увидела, что он надолго остановился в одном месте, и решила тоже подойти. — Значит, этот ублюдок устроил тут все эти проблемы! Хорошо, что он уже давно умер!

Высказавшись, она продолжила бродить по общему залу, рассматривая все остальное. А Руэри промолчал о том, что только что нашел. Корыстно? Нечестно? Алчно? Да, но плевать! Порой даже самые близкие могут предать. Что уж говорить о таких знакомых? К тому же, как говорится, что знают двое — то знает и свинья. А в охоте за пространственным кольцом может подняться настоящая кровавая буря, которая легко утопит и Доренн, и ее племянника, и даже его самого! Так что самый надежный способ — промолчать. Нет знаний о кольце — нет проблем! Многие на его месте, чтобы избежать даже тени подозрений, наверняка убили бы и женщину, и мальчика. Но Руэри не собирался опускаться до такого. Да и незачем…

— Ты только посмотри, что я нашла!

Доренн замерла перед огромным стеллажом, на котором в отдельных отсеках хранились разнообразные предметы. Конечно, ожидать, что женщина сможет их распознать было был глупо — ее жизненный путь не способствовал таким знаниям. Но, к большому ее удивлению, каждая ячейка была подписана. И вот это уже меняло дело! Очевидно, это сделал умерший старейшина Храма Вечного Порядка, для собственного удобства. Скорее всего, все эти вещи неоднократно расходовались и пополнялись. А теперь такая четкая организация превратилась в удобство для расхитителей его лаборатории.

Руэри тоже подошел ближе. Действительно, тут было многое. Медленно шевелившийся кусок дерева с надписью на ячейке: «канутовая древесина». Черные, крохотные капельки, которые до сих пор выделяли резкий запах — смола дорра. Тончайшие серебристые нити, небрежно свернутые вокруг высохшей и растрескавшейся обыкновенной палки. Металлическая чаша, заполненная серо-желтыми осколками. Два мутных фиала, в ячейке с надписью «кровь камня». Продолговатые, хрустально-прозрачные пластины. Бесформенный кусок с надписью «амбральный воск»…

— Я про большую часть даже не слышала!

— Я тоже! — усмехнулся юноша. Иронию этому придавало то, что Доренн не слышала про них из-за их редкости, ценности и собственных ограниченных знаний. Руэри же, в свою очередь, не знал про многие вещи просто потому, что в мире Культиваторов они были крайне дешевые, даже не стоящие упоминания.

— Но, думаю, если эти предметы лежат тут, на стеллаже — то они чего-то стоят даже сейчас, верно?

— Еще бы! — с восторгом прокомментировала женщина. — Но… только сначала нужно найти способ выбраться отсюда…

— За это не переживай! — махнул рукой Руэри. — Будь я хозяином всего этого, то сделал бы лично для себя какой-нибудь удобный проход наружу, без ловушек. Туда и обратно. А тот, через который мы прошли, оставил бы для всяких незванных гостей. Думаешь легко восстанавливать те пару залов с ловушками до первозданного вида, в случае, если какая-то из них случайно сработает? Да и, если даже использовать их идеально, все равно со временем что-то изменится. Щель в фальшивой двери станет больше, дорожка в пыли протопчется и будет видна, образуются какие-то потертости, изменения цвета… Хотя бы вспомни, что марионетка с четырьмя руками выломала кусок стены, чтобы выйти. Так что же, каждый раз ломать стену, чтобы открыть этот путь? Я скорее поверю, что это запасная лазейка, оставленная на всякий случай хозяином…

— Звучит разумно, — кивнула женщина. — Тогда, ищем выход, да?

Разделившись, они принялись обходить по периметру все помещение. И действительно, в одном из углов Доренн нашла тоннель с каменной лестницей, которая вела наверх. Правда, чтобы действительно выбраться на поверхность, пришлось прокопать пару метров земли. После чего они смогли увидеть Ханлея, не отрывавшего взгляда от старого пня.

А всего через полчаса три фигуры, нагруженные внушительными баулами, направились к городу. Однако недалеко от Келльса они свернули в сторону. И по весьма протоптанной дорожке добрались до входа в подземную пещеру. А рядом, развалившись на ярком солнышке, сидел в удобном кресле старик. Улыбающееся лицо, слегка красный нос, руки в морщинах, и простая одежда — такая внешность вводила в заблуждение почти любого человека. Вот только Руэри слегка напрягся — судя по энергетическим эманациям, это был культиватор третьего ранга! И с нынешними возможностями, случись конфликту между ними, он бы не поставил на себя и ломанного гроша!

— Нам две маски. И… один жетон.

Старик, не вставая, протянул руку назад, наощупь вытащил два куска тряпки и небольшой каменный диск, с выгравированным четырехзначным номером.

— Маски — по медяку, жетон — золотой.

Расплатившись, троица тут же одела маски, причем Доренн вытащила свою собственную, заранее припасенную. Ничего сверхъестественного — просто кусок черной тряпки, прикрывавший лицо, и оставлявший дырки для глаз.

— Этот жетон — теперь твой личный, — инструктировала Доренн юношу. — Все операции будут привязываться к нему.

Руэри кивнул, оглядываясь. Они спускались по весьма широкому каменному коридору. Стены блестели от белесых наплывов, сверху свисали сталактиты, да и вообще в воздухе пахло влагой.

Коридор один раз вильнул, и вывел в огромную карстовую пещеру. Причем не просто пещеру — это был словно открытый павильон, заполненный множеством палаток. Множество людей ходили тут и там, торговались, спорили…

— Значит, вот как выглядит теневой рынок Келльса?