Шайтан Иван 9.

Глава 12

Иван фон Минхен и Кузьма добрались до местечка Маличи и нашли указанный домик. На стук дверь открыл пожилой мужчина в поношенной меховой безрукавке, его взгляд был настороженным и выжидающим.— Здравствуйте. Мне нужен пан Хлопник.— Это я. Чего надо? — отрывисто спросил хозяин, не спуская глаз с нежданных гостей.— Я от дядюшки Карла, — Иван протянул серебряный талер с характерной насечкой над профилем. Хлопник на мгновение задержал монету в пальцах, проверяя, затем коротко кивнул. — Проходите.

В доме пахло дымом и теплом печи. Сбросив промерзшую верхнюю одежду, путники с облегчением устроились за грубым деревянным столом. Хлопник, взяв письмо Кляйна, быстро пробежал глазами скупые строки.— Завтра пойдёт снег. Под ним и перейдём. Сегодня ночуете здесь, — объявил он и начал накрывать на стол, громко стуча глиняной посудой.

Переход границы прошёл без приключений. На лыжах они преодолели неспешные десять вёрст, лишь дважды останавливаясь передохнуть. К трём часам пополудни впереди показался маленький городок Крамгер. Здесь Ивана уже ждал прусский чиновник, который без лишних слов организовал их дальнейший путь в столицу — Кёнигсберг.

Ивана поселили в скромном домике на тихой улочке; его хозяйкой оказалась молчаливая пожилая женщина.— Герр фон Минхен, вы будете проживать здесь, — с механической, отработанной улыбкой произнёс сопровождающий чиновник. — Обо всём необходимом сообщайте фрау. Ваш вопрос рассматривается. Как только поступят известия, я вас немедленно оповещу.— Я могу прогуляться по городу? — поинтересовался Иван.— Разумеется. Лишь прошу не отлучаться надолго. Вы можете понадобиться в любой момент.

Этот момент наступил спустя день. Ивана доставили в солидный особняк в центре города. В строгом, почти аскетичном кабинете его принял чиновник в безупречном вицмундире.— Здравствуйте, герр фон Минхен, — произнес он с доброжелательной, отточенной улыбкой. — Позвольте представиться, Отто фон Ландорф. Ваш вопрос решён положительно. Остались лишь формальности — ваша подпись на нескольких документах. Вам причитается сумма в двадцать три тысячи талеров. Уверяю вас, сделка проведена с максимальной возможной выгодой. Все бюрократические препоны устранены.Он позвонил в колокольчик. Вошедший секретарь почтительно положил перед Иваном папку с бумагами и указал пером места для подписи.Сделка была оформлена на двух листах. На первом излагалась её суть, на втором — стандартное заверение, что подписант, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, согласие своё подтверждает.— Иными словами, что ни напиши на первом листе — второй всё подтверждает. — Хитро, но до примитивности прозрачно, — с горечью подумал Иван, чувствуя обиду оттого, что его считают простаком. — Сумма занижена минимум на семь тысяч. Кляйн оценивал поместье в тридцать, это был нижний порог. Наверняка украли, пользуясь моим положением. Всё точно, как предупреждал генерал. Обвели вокруг пальца.— Вас что-то смущает, герр фон Минхен? — мягко осведомился Ландорф, уловив мимолётную тень на его лице.— Нисколько, герр фон Ландорф, — тотчас ответил Иван, заставляя себя улыбнуться. — Благодарю вас за столь деятельное участие в моём деле. Надеюсь, теперь я могу рассчитывать на скорейшее возвращение?— Безусловно. Вы отправитесь завтра. Вести с собой такую сумму серебром и неудобно, и небезопасно. Поэтому мы перевели ваши деньги в филиал Лионского кредитного общества в Петербурге. Вы получите рубли по текущему курсу. В папке лежат чеки на предъявителя, уже на ваше имя.— Ещё раз благодарю вас, — Иван встал и, вежливо поклонившись, вышел из кабинета.

Отто фон Ландорф, получив поручение помочь новоявленному наследнику, взялся за дело с рвением, достойным лучшего применения. Поместье было продано за тридцать четыре тысячи. Десять из них он, в качестве скромного вознаграждения за труды и хлопоты, оставил себе. Сумма вышла очень приличная.Возникала даже мысль прикупить имение самому, но, здраво рассудив, он отбросил эту идею. Дело было связано с военной разведкой, слишком уж мутное и непонятное. Лучше не соваться.И всё же удачная операция подняла ему настроение. Он представил юное, оживлённое личико своей знакомой Марты и те ласки, что она, несомненно, подарит за пятьдесят талеров. Предвкушение встречи с ней приятно взбодрило его, и остаток дня чиновник провёл в самом нетерпеливом и благодушном ожидании.

Иван вернулся в Империю тем же путём. По дороге он обдумал дальнейшее своё поведение с Кляйном. Были заготовлены некоторые ситуационный варианты с Петром Алексеевичем, чтобы хорошенько встряхнуть Кляйна и дать понять ему, что вербовка Ивана дело не простое и весьма затратное. За своё длительное путешествие Иван притёрся к Кузьме и хотел просить Петра Алексеевича перевести Кузьму полностью под его командование. Молчаливый, спокойный он постоянно совершенствовал свои навыки и умения. Часто тренируясь с Иваном.

Прибыв в Петербург, Иван вернулся на свою прежнюю квартиру. Первым делом он открыл счет в Кредитно-сберегательном банке и перевел на него все средства из филиала Лионского кредитного банка. Лишь после этого, с чувством выполненного долга, он отправился в Третье отделение на прием к полковнику Гессену.

— Здравия желаю, господин полковник! Поручик фон Минхен прибыл к вам согласно предписанию генерала графа Иванова-Васильева, — отрапортовал Иван, став во фрунт.

Полковник Гессен, оторвавшись от бумаг, медленно поднял на него взгляд и поморщился.— Здравствуйте, поручик. А почему вы в партикулярном платье?

— В интересах исполнения предыдущего задания, господин полковник, — четко ответил Иван.

— Так-так… — Гессен отложил перо. — Граф просил определить вас в мою экспедицию, но с условием: чтобы ни за что не отвечали и ничего не делали. То есть числиться формально. Я правильно понимаю, что это временно?

— Точно не могу знать, господин полковник.

— Впрочем, неважно, — махнул рукой Гессен. — С завтрашнего дня извольте являться на службу. Раз уж рабочее время для вас тоже не определено… — Он замолчал, вновь пристально оглядев Ивана. — Выполнение время от времени некоторых… необременительных поручений вас не затруднит, поручик?

— Никак нет, господин полковник.

— Вот и славно. Более не задерживаю. Ах, да, — Гессен сделал паузу, и в его голосе прозвучала легкая, но недвусмысленная недовольная нотка. — Потрудитесь впредь являться на службу в подобающем вашему чину виде.

— Слушаюсь, — отчеканил Иван и, забывшись, вновь втянулся в безупречную, уставную стойку «смирно». В партикулярном сюртуке это смотрелось нелепо и комично.

Полковник вновь поморщился, будто уловил кислый запах.— Идите уже, поручик.

Иван попросил Кузьму привести в надлежащий вид свой мундир жандармского эскадрона.

— Что, Иван Карлович, никак из ССО попросили?

— Временно определили на службу в Третье отделение.

— О как. Ну третье, так третье. Служба она везде служба. Лишь бы жалование платили. — Философски заметил Кузьма.

— Послушай Кузьма. Хочу просить его превосходительство перевести тебя на постоянную службу ко мне. Ты не против?

— Только без обид, Иван Карлович. Ежели командир прикажет, то выполню приказ. А так… Я уж со своими, пластунами. Мы ведь, вроде, вместях служим. В денщики не можно. Скучно, не по мне служба такая.

— Понятно, — вздохнул Иван

Вечером следующего дня Иван явился на прием к Кляйну.

— Йоган, как я рад вас видеть! Надеюсь, всё прошло успешно? — воскликнул Кляйн с деланной сердечностью.

— Добрый вечер, герр фон Кляйн. Благодарю за оказанное содействие, — сухо ответил Иван, оставаясь стоять. — Всё разрешилось. В какой форме желаете получить свои комиссионные?

Кляйн, уловив холодный тон, насторожился.— Йоган, что-то произошло? Вы выглядите озабоченным.

— Ровным счётом ничего. Меня лишь гложет неприятное ощущение, что вы принимаете меня за полного идиота. Во-первых, — Иван положил на стол договор купли-продажи, — ознакомьтесь.

Кляйн неспешно надел пенсне и пробежался глазами по тексту.— Всё составлено верно. Что вас смущает?

Иван усмехнулся.— Договор составлен так, что содержимое первого листа можно менять как угодно. Скажем, вписать, что я продал душу дьяволу. А второй лист с моей подписью освятит любую подобную ересь. Хитро, но примитивно.

Взгляд Кляйна из рассеянно-отеческого сменился на острый, заинтересованный.— Что ещё вас встревожило, Йоган?

— Вы сами называли примерную стоимость поместья — около тридцати тысяч талеров. В Кёнигсберге я навёл справки: подобное имение легко уходит за тридцать пять. Мне же выдали двадцать три, при этом свято уверяя, будто это верх возможного. Поэтому, — Иван сделал паузу, глядя прямо на Кляйна, — давайте закончим это. Получите свои комиссионные, и расстанемся. Желательно, навсегда.

Кляйн неожиданно мягко похлопал в ладоши.— Вы оказались не так просты, Йоган. Я в вас не ошибся. Раз уж разговор стал столь откровенным, давайте говорить открыто. Да, я намереваюсь привлечь вас к сотрудничеству. Ничего чрезвычайного — лишь сведения, которые будут проходить через ваши руки. Естественно, мне нужна была страховка — вот для чего служил этот договор. Но раз вы его раскусили, необходимость в нём отпала. Впрочем, вы ведь понимаете, — его голос стал тише и опаснее, — что в случае вашего отказа мне придётся сообщить о вашей поездке куда следует?

— Вы слишком высокого мнения о собственной изобретательности, герр фон Кляйн, — жёстко, без тени смущения, парировал Иван. — В таком случае я доложу своему начальству, что всё это было спецоперацией по вскрытию канала вашей агентуры. Сообщу о «окне» на границе, о ваших связях в Крамгере и Кёнигсберге, о махинациях с наследством. Заплачу положенный налог, а за ценные сведения, вероятно, ещё и получу поощрение. Как вам такой расклад?

Оберст-лейтенант Михаэль фон Кляйн откинулся на спинку кресла, и в его глазах мелькнуло нечто вроде уважительного изумления.— Йоган, вы меня поразили, — тихо произнёс он.

— Я с первого раза понял причину вашего внезапного интереса. Но ваши последующие шаги меня разочаровали. Вы решили извлечь двойную выгоду: и агента завербовать, и на моём наследстве нажиться. Поверьте, я действительно разочарован.

— И в чём именно? — лицо Кляйна на мгновение стало жёстким и злым, но он мгновенно взял себя в руки, и лишь лёгкая судорога тронула уголок рта.

— Вам нельзя верить. Обманете, даже не моргнув. Воришка вы не хуже наших казнокрадов. Без доверия нет сотрудничества. И последнее: мою службу определили в Первую экспедицию Третьего отделения. Так как насчёт комиссионных, герр фон Кляйн? — Иван едва заметно усмехнулся.

— Не будем торопить события, Йоган, — мягко, но настойчиво произнес Кляйн, жестом приглашая к креслу. — Прошу, присядьте. Давайте успокоимся и обсудим всё обстоятельно. Скажите, кто именно вёл ваше дело в Кёнигсберге?

— Чиновник по имени Отто фон Ландорф.

— Даю вам честное слово, Йоган, я разберусь в этом деле лично. Если факт мошенничества подтвердится, вы получите каждую недоплаченную копейку. А мой гонорар, — он отвёл руку в сторону, как бы отстраняя самую мысль о нём, — можете не беспокоиться. В данных обстоятельствах это неуместно.

— Нет уж, герр фон Кляйн, — холодно ответил Иван, оставаясь на ногах. — Я не желаю быть вам обязанным. Вы получите ровно то, о чём мы условились.

— Йоган, вы вновь позволяете эмоциям брать верх, — с лёгкой, почти отеческой укоризной покачал головой Кляйн. — Давайте поступим так. Вы отправитесь домой, всё обдумаете, а через некоторое время мы встретимся вновь — чтобы поговорить уже на трезвую голову. Прошу вас запомнить лишь одну вещь. — Его голос приобрёл весомый, наставительный оттенок. — Разведка — это всего лишь продолжение дипломатии другими средствами. Зачем доводить каждое недопонимание до официального скандала, если многие вопросы можно решить тихо, по неофициальным каналам? Поверьте, подобный контакт порой бывает крайне необходим для обеих сторон.

— Хорошо, я подумаю, — после паузы согласился Иван. — Но следующую встречу, если она состоится, назначу уже я.

— Договорились, — кивнул Кляйн, и в его глазах мелькнула тень досады, мгновенно растворённая в привычной вежливости. — А ваш вопрос с наследством, будьте уверены, я проясню.