Шторм в сердце империи

Глава 17

Воевать на территории чужого клана, да ещё с официальным запросом — это удивительный опыт. Где ещё такое встретишь, как не в РИ?

На подлёте к Никопольской губернии с нами связалось министерство обороны Волков и потребовало обозначить себя. Мы, разумеется, представились и назвали код зарегистрированного в Дворянском Собрании уведомления о войне. После сверки нам ещё приятного пути пожелали.

— Вот это сервис, — оценил Демон.

Гамовы укрепились на острове посреди Обского водохранилища, которое в этой реальности называлось Волчьим морем. Реально здоровенный водоём, глубина которого местами достигает двадцати пяти метров. Зимой можно пройти или проехать по льду, а вот осенью…

Когда мы разрабатывали план штурма, сразу отказались от трёх идей: форсирования по отмелям, высадки на сам остров с воздуха без подготовки и заброски прыгунов в усадьбу. Первый и второй вариант защитники наверняка предусмотрели. Бредущих по пояс в воде мехов можно морозить, бить электричеством, а огненные техники всё вокруг превратят в кипяток. При этом скорость машин будет замедлена и они ничем не смогут ответить, а пехота так и вовсе по воде не пройдёт… Уверен, что и нашим дирижаблям при снижении достанется. Что касается прыгунов-диверсантов… я ещё зимой был в курсе фортификационных работ, проделанных Гамовыми. Эти упыри оснастили остров отклоняющими линиями, что делает телепортацию невозможной.

Дольше всего мы обсуждали стихийный удар с воздуха.

Идея казалась правильной, хотя нас и могла замучить ответка. Но если тот же Чёрт устроит на островке локальный Армагеддон, то что нам достанется в качестве трофеев? Ладно, на мехи никто в здравом уме не рассчитывает. Но сама княжеская усадьба стоит немалых денег. А земля посреди водохранилища так и вовсе бесценна.

В общем, мы разбили операцию на этапы.

План предусматривал активное участие всей гвардии, включая пехоту, мехов, сильных стихийников и диверсантов. Просто в бой они кинутся не одновременно.

Уже на подлёте к Никополю Демон знал полный состав наших союзников. План был скорректирован с учётом новых данных.

Остров, естественно, нуждался в электричестве.

А электричество было необходимо Альбранду в ночное время, чтобы питать прожекторы на наблюдательных вышках. Прожекторы обшаривали как небо, так и землю. Мусаев сгонял на разведку и доложил, что враги действуют в точности по нашим прогнозам. Шарят по небу радаром и прожекторами, выставили вдоль всего побережья мехов, за ними — мотоциклистов и пехоту, а мощные одарённые, судя по всему, расположились в самой усадьбе и её окрестностях. А ещё там добрых полтора десятка дирижаблей курсировали над самим водохранилищем, чтобы атаковать нас с воздуха, если потребуется. Мышь не проскочит…

Так, во всяком случае, думают Гамовы.

Мы начали издалека.

У наших вражин имелся подводный кабель, проложенный по дну водохранилища. Наверняка были и генераторы, но их не хватит для потребностей всего острова.

Мы подплыли к распределительной подстанции на берегу водохранилища — именно отсюда кабель тянулся в сторону усадьбы Гамовых. Алеся применила свой Дар и спалила эту подстанцию к хренам собачьим. Вспышка была знатная, у меня ещё полминуты круги бегали перед глазами.

Проследить за результатом наших трудом было невозможно — остров раскинулся в ночи за горизонтом. Но вот снующие по небу лучи прожекторов погасли. Спустя четверть часа на берег телепортировался прыгун — его без лишнего шума завалил Мусаев.

Я ничуть не сомневался, что расположение всех наших бортов отображается на экране радара. Поэтому действовать надо было оперативно. Основная флотилия, состоявшая из семи дирижаблей, распределилась по разным точкам побережья. На каждом транспортнике летели сильные одарённые — кинетики, пироманты, криосы. Если бы к нам отправили вражеский цеппелин, мы бы его засекли своими радарами, но ведь какого-нибудь огневика могут забросить и с помощью левитатора. Именно по этой причине мы отправили на патрулирование неба своих летунов — все они были облачены в комбинезоны Матвеича.

— Ваш выход, господа, — Демон развернулся вместе с креслом. — Дайте жару.

Мы с Мусаевым переглянулись.

— По плану, — бросил я.

И, усевшись на пол, выложил перед собой Расширитель.

Мы, естественно, уже разведали где, что и как. И примерно понимали, где сконцентрированы самые мощные ребята, способные уничтожить наши дирижабли на подлёте. Вот их-то и предстояло вырезать. Поголовно.

— Рубильник не трожь, — погрозил я Демону пальцем.

И провалился в иные измерения.

— Вперёд, — сказал я, материализовавшись в рубке «Пилигрима». — Полным ходом.

В дом мы с Мусаевым не заходили, а вот всех, кто нёс вахту на крышах и рядом с берегом, зачистили. Конечно, моё появление сопровождалось серым туманом, в котором слышались вопли, мат и летали стихийные техники, но вот никто на своих двоих оттуда выйти не сумел. Там же полегли наследники Пашковых и Кудрявцевых, возглавляющие эти знатные фамилии после смерти своих отцов. Как говорится, скатертью хлеб-соль. Мусаев действовал более незаметно, ведь ему никакой туман не требовался. Ударив, мы тотчас отступили.

Убрав руку от артефакта, я тяжело вздохнул.

Непрерывная циркуляция восстанавливала баланс ки в организме.

Начиналось самое интересное.

В рубку по очереди начали заходить мои гвардейцы. Алеся Новацкая, самый мощный электрик из всех, кого я знал. Вахтанг Двали по прозвищу Ваха, пирокинетик второго ранга. Шамиль Аскеров, опытный боевой криос с довольно своеобразными техниками. И эти техники нам были позарез нужны в условиях, где место решающей битвы окружено водой. Руслан Темников, простой кинетик. Уверенный второй ранг с претензией на третий… годика через три-четыре. Но мне и текущих способностей Руслана вполне хватит.

Бойцы обступили меня полукругом.

— Я вас забрасываю и выключаю артефакт, — напомнил я то, что мы уже обсудили в кубрике. — Уничтожайте в первую очередь мехов. Постарайтесь продержаться до нашего прибытия.

— Чёрта бы к нам, — вздохнул Темников.

— Отставить панику, — жёстко произнёс я. — Справитесь без него. Я в вас верю.

Прикол в том, что Расширитель можно использовать в качестве аналога телепорта. Создал туман, переместил туда людей и тут же отключился. Многомерность отступает, воины остаются на позициях. Как по мне — очень удобно.

Я двинулся вперёд, указывая дорогу.

Прикольно было ходить по воде, проскальзывая во фрактальные воронки и одним махом преодолевая многие километры. Чтобы достичь острова, мы потратили секунд десять. Максимум пятнадцать. Думаю, это была самая необычная высадка десанта в истории. Убедившись, что мои кинетики в безопасности, я вернул себя в рубку «Пилигрима» и перестал накачивать Расширитель энергией. Далеко в ночи туман растаял.

— Что там по скорости? — уточнил я.

— Разгоняемся, ваше благородие.

Это был командир экипажа.

Волчье море… оно здоровенное. Водохранилище занимает больше тысячи квадратных километров и частично заходит в Алтайскую губернию. Если бы мы пилили вдоль берега, то потратили бы около часа, чтобы добраться до врага. Но кабель, сами понимаете, был проложен в узком проливе со стороны Никополя. Так что вместо часа — десять минут на полных оборотах.

Дирижабли выстроились клином.

Мы шли во главе ударной группировки.

Левитаторы неотступно следовали за нами.

Демон посматривал на экран с хаотично движущимися точками и заметно нервничал. Я же был абсолютно спокоен — пока события разворачивались в границах допустимого.

— Ты чего? — спросил я начальника гвардии. — Не поверю, что нервничаешь перед битвой.

— Да так… — Лютый помедлил, подбирая слова. — Парни сейчас в мехах, готовятся к высадке… А я в этой кабине… Как штабная крыса, чесслово.

Я хмыкнул:

— Хочешь вражин покромсать?

— Ну… люблю я это дело, — признал командир гвардии.

— Сегодня ты мне нужен здесь, — покачал я головой. — Больше некому всё это координировать.

Демон вздохнул:

— Понятно. Я ж не спорю.

Ага, приказы не обсуждаются.

Но Лютый, полностью оправдывая свою фамилию, не привык отсиживаться за спинами товарищей. Ему просто не доводилось ещё командовать крупными воинскими соединениями.

Как я и предполагал, на перехват нашей эскадрилье двинулись вражеские дирижабли. Разведку внутри гондол мы не проводили, но я ни секунды не сомневался, что там нет серьёзных группировок. Альбранд использовал эти машины не для десантирования, а для патрулирования. По логике вещей, внутри должны быть вражеские гвардейцы, способные атаковать на расстоянии. И это нифига не прыгуны.

— Бинокль, — приказал я и, не глядя, протянул руку ладонью вверх.

Демон передал мне мощный полевой бинокль с десятикратным увеличением. Приложив окуляры к глазам, я переключился в ночной режим и почти сразу увидел группу из шести дирижаблей, плывущих в нашу сторону. Аппараты рассыпались полукольцом, выдерживая приличную дистанцию друг с другом. Что лишь подтверждало мои подозрения — нас будут жечь или морозить. Тем хуже для них. Потому что прыгуны сумели бы спастись.

— Зачистить? — уточнил практичный Мусаев.

— Не спеши, — я начал планомерно осматривать вражеские гондолы, делая их прозрачными. — У нас ещё несколько минут.

Четыре цеппелина.

Остальные продолжают кружить над островом и водохранилищем.

Правда, голубые и оранжевые вспышки, а также зигзагообразные молнии давали понять, что в тылу противника творится неладное. Наши стихийники устроили там адский замес.

— Левитаторы — на сближение, — отдал я короткий приказ.

— Есть на сближение, — отозвался Демон.

Наши летуны-невидимки, подчиняясь мысленному распоряжению, помчались к чужим цеппелинам. А я, врубив непрерывную циркуляцию, начал по очереди делать гондолы бесплотными. Не целиком, только дно и палубные перекрытия. Удовлетворённо кивая, наблюдал за тем, как крохотные человеческие фигурки, размахивая руками, летят в чёрные воды Волчьего моря. Я попросту вытряхивал наших врагов из дирижаблей. Как муравьёв или какой-нибудь мусор.

— Добить, — приказал я.

— Кого? — не понял Демон.

Гадство. Я и забыл, что он не видит на большом расстоянии.

Пришлось пояснить:

— Всех, кто выпал из дирижаблей и барахтается в воде.

— Принято, — Демон тут же передал телепатическое распоряжение с помощью Ольги.

Ни в бинокль, ни каким-либо иным образом, я не мог рассмотреть левитаторов, отправившихся на зачистку. У меня их было не так много, человек пять-шесть, зато все — в чудо-комбинезонах Михалыча. Идеальная маскировка. Смерть, несущаяся на крыльях ночи.

Дирижабли продолжали плыть в нашу сторону по инерции, но внутри уже никого не было. Ради интереса я опустил бинокль ниже, чтобы рассмотреть происходящее на воде. И мы, и они двигались на высоте около пятидесяти метров, продолжая снижаться. А всё потому, что моя гвардия готовилась к высадке. Прямо сейчас пилоты сидели в мехах, запуская движки на холостой ход, проверяли бортовые системы и надёжность фиксации обвесов. Я знал, что опасной для человека при падении в воду считается высота свыше двенадцати метров. Пятьдесят — это уже без шансов на выживание. Но мы имеем дело с одарёнными, и рисковать я не хотел. Вот, пожалуйста. Двое или трое выпавших ухитрились сгруппироваться и нырнуть под правильным углом. Вот только я не заметил, чтобы кто-нибудь из этих ушлёпков ухитрился выплыть.

— Никто не выжил, — последовал логичный доклад Демона.

Я положил бинокль в нишу под приборную панель.

— Пусть покружат там ещё несколько минут и возвращаются к нашим бортам.

— Так точно, — кивнул Лютый.

— Никого не режем? — расстроился Мусаев.

— Всё будет, — заверил я.

Энергетические вспышки на острове уже были заметны невооружённым глазом. Очередной электрический разряд ударил в наблюдательную вышку, которая накренилась и начала медленно заваливаться на бок. Кто-то выпал и грохнулся о землю, по опорам побежали молнии…

Ещё одна вышка вспыхнула ярким пламенем и сгорела дотла буквально за несколько секунд. Рядом образовался выжженный чёрный круг.

Я вновь поднёс бинокль к глазам.

Берег острова стремительно приближался. А вместе с тем приближалось начало эпичной зарубы. К нам на всех парах стягивались дирижабли со всего водохранилища — я насчитал семь бортов. Раньше они патрулировали окрестности, а сейчас экипажи получили новый приказ. Любой ценой помешать десантированию врага.

На земле тоже шла подготовка.

Ближайшая к нам часть побережья представляла собой ощетинившуюся сталью и моторами орду, готовящуюся к схватке не на жизнь, а насмерть. Альбранд выдвинул вперёд дюжину мехов, в которых я безошибочно узнал выпускаемых Ганзой «Тигров» четвёртого поколения.

А вот это не есть хорошо.

Потому что «Тигры» данной модификации — амфибиии, способные функционировать даже под водой. И они перекрывают подступы к месту высадки. Я ведь планировал осуществить сброс прямо на мелководье…

За «Тиграми» нерушимой стеной встали «Хтоны».

Это ещё хуже, потому что они оснащены гарпунными пушками — единственным торсионным оружием, не запрещённым Кодексом инквизиторов.

Ладно.

Сами напросились…