Шторм в сердце империи

Глава 8

Положив трубку, правитель империи несколько секунд ничего не говорил.

Только что я стал свидетелем… даже не знаю, как это назвать. Того, что люди, рождённые править, делают это быстро, чётко и естественно? Даже в условиях полного безумия?

Долгоруков не был готов к моему приходу.

Но он понимал, что рано или поздно я могу выкинуть нечто подобное.

Отношения у нас не заладились с тех самых пор, как я отказался выгонять Маро. Князь попытался взять меня на понт, запугать экстрадицией. Я разрулил ситуацию в своём стиле. Ну, почти в своём. Не поубивал всех к хренам собачьим, а перенаправил информационные потоки в нужное русло. И этими потоками снесло одного чрезмерно борзого англичанина. Уверен, Долгоруков проследил за моими операциями. И сделал определённые выводы. С тех пор мы не общались, но я практически уверен в том, что осадочек остался.

Я решил не прибегать к угрозам.

Князь Долгоруков — человек неглупый. Он прекрасно понимает, что мой приход — это, по сути, демонстрация силы. А в связке с моими действиями по снятию с поста важного британского чиновника… Выглядит всё так, что с моим Родом надо считаться.

На стол легли уже разыгранные карты.

Негласный союз аристократов из конкурирующих Домов.

И, должен признать, и.о. императора не подкачал. Для начала созвонился со своим коллегой в Никополе, обсудил положение вещей и попросил копию слепков. Заверил в том, что паритет соблюдается, и недоразумение будет улажено. Обозначил позицию: никаких взаимных претензий. Сразу после этого набрал Максима Раевского. Никаких телепатов, курьеров со срочными депешами и прочей ерунды. Один звонок. Несколько жёстких, тщательно выверенных фраз. Этого хватило, чтобы мальчишка струхнул.

Третий звонок — министру обороны.

Чтобы отследил дирижабли.

И вот мы стоим друг напротив друга. Придумать более странную компанию собеседников, наверное, невозможно. Двумерная фигура на стене, в которой лишь отдалённо угадываются черты подростка, и самый могущественный человек Российской империи.

— Вы меня не перестаёте удивлять, барон, — наконец, заговорил князь. — Что мешало связаться со мной по телефону и обсудить всё как следует?

— Хм. Наверное, то, что никто бы не стал меня слушать?

— Вы недооцениваете мой секретариат.

— У меня всего несколько часов, ваше высочество.

— Зная ваши способности, Иванов… Вы что, испугались этих дирижаблей? Раевские потеряли своего патриарха, семьёй правит идиот. Не думаю, что Строеву понравилась идея, но приказ он выполнил. Я это к тому, что вы же их разгромите. В чём проблема вообще?

— Князь, вы всё прекрасно понимаете. Раевские, да и Гамовы, не собирались воевать своими руками. Я бы напал, угробил кучу народа — вот вам и казус белли. Дальше запускаются маховики клановых военных машин.

— А то, что вы убили Самуила Раевского и угнали его цеппелин, вас не смущает? — на лице правителя появилась усмешка.

Я открыл рот, чтобы возразить, но меня перебили:

— Да, у меня хорошая служба безопасности. И аналитический отдел на высоте. Известно, что «Пилигрим» движется на юг, в сторону вашей усадьбы. Известно, что Самуил Владимирович игнорирует все попытки выйти с ним на связь. Незадолго до этого вы ему звонили, хотя содержание разговора остаётся тайной. Герцогские слуги высажены в богами забытой деревушке, названивают оттуда с почты и несут чушь про то, что Константин Альбранд захватил летательный аппарат. Лично захватил, даже не удосужившись поручить это своим гвардейцам. Ну, не смешите. Если это связать с горящими виноградниками, всё становится очевидным.

А то, что я сам же и запустил дирижабли Раевских в свою сторону, сообщив им о смерти Самуила Владимировича — этого не знает даже князь. Просто я не учёл в уравнении Гамовых. Думал разобраться со своими противниками по очереди. Выглядит, как выстрел в ногу? На самом деле, нет. Я хочу официально поставить этих упырей на место и разрушить их альянс в зародыше. Для этого мне нужны сильные рычаги власти, которыми обладают лидеры кланов. Такая вот логическая цепочка.

Зазвонил телефон.

Князь поднял трубку, выслушал доклад.

Положил трубку и будничным тоном сообщил:

— Рейд отменён. Цеппелины разворачиваются.

— Благодарю, ваше высочество.

Это я сказал почти искренне.

— А теперь поговорим начистоту, — Долгоруков изменился в лице. Благодушный властитель, разруливающий проблемы, уступил место кому-то другому. И этот «кто-то» заставил меня насторожиться. — Вы спровоцировали нападение?

— Допустим, — осторожно ответил я.

— Зачем?

— Чтобы не увязнуть в этой войне на годы вперёд. У меня большие планы, ваше высочество. Конфликт с Гамовыми и Раевскими реально мешает.

— Очень предусмотрительно, — похвалил правитель. — Надо полагать, вы и с моим коллегой из Никополя побеседовали.

— Я бы предпочёл уклониться от этого вопроса.

— Само собой. И у меня вас не было, да, барон?

Чёртов гений.

— Заводик решили построить, — князь с удивительной скоростью переключился на новое направление. — И развязываете себе руки.

— Можно и так сказать.

— А если бы я не согласился приструнить Раевских, то что? Начали бы мне угрожать?

— Как я мог.

— Ну-ну, — хмыкнул Долгоруков. И вновь переключился на новую тему: — Вот что, господин Иванов, я хочу извиниться за одно старое недоразумение… Я понимаю, что госпожа Кобалия — ваш друг. И моё предложение… хм… выглядело весьма неприглядно. Прошу меня извинить.

Вот это поворот.

— Извинения приняты, ваше высочество.

— И я понимаю, — продолжил князь, — что вы пользуетесь каким-то нелицензированным артефактом. Что придётся не по вкусу господам из Московской консистории.

Ага.

Начинаются угрозы.

Впрочем, князь снова удивил:

— Я не стану звать дознатчиков и предоставлять инквизиторам слепки.

— Стоп, — насторожился я. — Не хочу оставаться у вас в долгу.

— Никаких долгов, — возразил князь. — Это подарок.

— Есть объяснение?

— Конечно. Я, господин Иванов, давно за вами наблюдаю. И успел сделать определённые выводы. При всей вашей тяге к обогащению и обходу устоявшихся порядков, вы помогаете стране в решающие моменты. Это происходило во время конфликта в Персии, это же повторилось в Оулу. Да, у нас есть определённые разногласия. Между Великими Домами, я имею в виду. Но перед лицом общей угрозы все объединяются. На том и стоим. Я хочу верить, что в случае внешней агрессии вы будете… в наших рядах. А не в казематах Супремы.

Вот от такого откровения я завис.

— До свидания, господин Иванов.

Хмыкнув, я ответил:

— До свидания, ваше высочество.

И скользнул прочь по лабиринту измерений.

Хотелось бы верить, что я всё успешно разрулил.

Дирижабли развернулись, лидеры кланов разбираются со своими вассалами, вражеские Рода потерпели фиаско. Я захватил «Пилигрим», и он благополучно прибыл в Красную Поляну. Михалыч и Пупкин тут же ломанулись в гондолу и приступили к изучению новых технологий.

Но банкет продолжился вечером.

После полудня я завалился спать, отдав распоряжение не тревожить мою усталую тушку. Даже ради обеда. И ради настольного тенниса. И ради спаррингов.

Распоряжение честно выполнялось.

Но в семь вечера, когда я проснулся от трели будильника, Бродяга сообщил:

— У мастера Багуса экстренные новости.

Я тут же позвонил начальнику СБ по свежесобранному телефону.

— Господин, вы просили докладывать обо всех важных событиях, касающихся врагов Рода.

— Да, просил.

— Раевские разорвали договор вассалитета с Долгоруковым.

Смысл сказанного дошёл до меня не сразу.

— Мастер… вы хотите сказать, что Раевские вышли из Дома Медведя?

— По факту — да. Остались последние формальности, их уладят в течение недели. Речь идёт не только о расторжении договора и личной подписи лидера клана. Там ещё финансовые обязательства, бойцы Рода в армии Медведей, единая система оповещения, налоговые режимы…

— Я понял. Значит, гвардия Раевских усилится?

Известно, что регулярная армия клана формируется, в том числе, из воинов отдельных Родов. Существуют квоты. Часть своих войск аристократы отправляют под командование генералов из министерства обороны. Эти солдаты подчиняются штабу Великого Дома, а не своим бывшим хозяевам. Однако, при выходе из вассальной зависимости, бойцов можно отозвать.

— Усилится, — подтвердил мои опасения индонезиец. — И намного.

Мог бы и сам догадаться.

Из глубин памяти всплыли цифры. Знатные фамилии третьей и ниже ступеней иерархии обязаны сократить личную гвардию на треть. Вторая ступень и члены правящего ядра — на половину. Проценты могут колебаться в зависимости от правил конкретного Дома. Например, Эфа позволила своей верхушке сохранить личную гвардию на шестьдесят процентов. Это очень демократичные условия, и они аукнулись попыткой внутреннего переворота.

Думаю, вы уже поняли, что цель такого распределения сил — не только в укреплении боевой мощи клана. Лидеры страхуются, ослабляют ближайших конкурентов и их личное влияние. В Никополе, к примеру, аристократ второй ступени может оставить себе только половину бойцов гвардии. В Москве этот параметр достигает сорока процентов. Правило всегда прописывается в Кодексе и затрагивает технику, снаряжение, оружие. А вишенка на торте — это совместное распределение оборонных расходов! То есть, вы отдаёте часть своей армии, но продолжаете её содержать.

Несправедливо?

С одной стороны — да.

А с другой, вы же получаете всю мощь Великого Дома, готового вписаться за вас в экстренной ситуации. Любая агрессия со стороны соседей и внеклановых конкурентов наказывается вашим лидером.

За вассалитет в клане аристо готовы пойти на любые жертвы.

Потому что клан — это сила.

Думаю, выход целого герцога из Дома Медведя — уникальное явление. В новостях о таком не пишут… ибо такое не происходит.

И, кстати, правящее ядро — не всегда вассалы князя. Там есть и другие князья, вполне самодостаточные. Лидер Великого Дома — лишь первый среди равных.

— У меня есть подробный отчёт нашей службы безопасности о зарезервированных соединениях Раевского, — сообщил Багус. — Сведения неполные, дают лишь общую картину. Мне потребуется ещё пара дней, чтобы собрать исчерпывающую информацию.

— Хорошо, — кивнул я. — А что с заданием Мусаева?

Голос на том конце провода стал виноватым:

— Простите, господин. Байт Мусаев всё ещё остаётся в Европе. Особа, которую надлежит устранить, скрылась в неизвестном направлении. Я подключил Чёрное Око, но мы ещё не поняли, куда она исчезла.

А вот это нехорошо.

Грессер-Гамова — умный и опасный враг. Не вступая со мной в драку, она нанесла больше ущерба, чем все её родственники вместе взятые.

— Это все новости? — осторожно поинтересовался я.

Сегодня, насколько мне известно, понедельник.

Очень символично.

— К сожалению, нет, — продолжил радовать осенними сюрпризами индонезиец. — Аналогичный шаг, то есть выход из своего клана, предпринял Константин Альбранд.

— Что⁈ — охренел я.

— Простите, господин. У Гамовых княжеский Род, и они не являются вассалами Волконских. Поэтому официального расторжения вассалитета не будет. Просто разорвут соглашение. По нашим прогнозам, они справятся с задачей раньше Раевских.

— А их вассалы?

— Вассал моего вассала — не мой вассал, — последовал резонный ответ.

Значит, мои враги синхронно вышли из-под опеки Великих Домов. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — потому что у меня развязаны руки. Могу объявлять войны, отжимать ресурсы и всячески обогащаться. Плохо — потому что я не вездесущ, а моя гвардия гораздо слабее, чем у противников. А ещё потому, что вражины готовы идти до конца — настолько они меня ненавидят. И в отличие от этих ушлёпков я не хочу сжигать чужие заводы дотла, могут пострадать обычные люди. Да и непонятно, как решать вопрос с заморозкой наших активов в «Транскапитале». Я говорю «наших», потому что пострадали, в том числе, финансы Джан.

И тут меня посетила внезапная мысль.

— Вот что, — сказал я в трубку, определившись с целями и задачами. — Мне нужны данные о численности и дислокации вражеских войск, любых перемещениях. Не только дирижабли. Поезда, автопоезда, водный транспорт. Я хочу заранее знать, если они выдвинутся.

— Что по Грессер-Гамовой? — уточнил рациональный Багус.

— Продолжать поиски. Ликвидировать при первом удобном случае. Держать меня в курсе любых фортелей, которые она может выкинуть.

— Вас понял, господин.

— Перебросьте отборных агентов Чёрного Ока в Москву и Никополь, — продолжил я. — Мне нужны там лучшие. Кинетики, геоманты. Сформируйте ударное подразделение морфистов. Усильте режим безопасности на объектах, которые нам принадлежат за пределами Фазиса. Москва, Екатеринбург, Самарканд, Таврида.

— Представительства «Стрижа»? — догадался старик.

— Именно. А также строящийся на Урале завод. Пока я не разберусь с Гамовыми, это приоритетные направления.

— А что по их имуществу?

— Полный список мне на стол.

— Включая приобретения на подставных лиц?

— Да. Включая.

Повесив трубку, я сделал несколько глубоких вдохов.

И набрал Мещерского.