Стэнтон оставил кладбище за спиной и медленно ехал по главной улице Клэршема.
Солнце поднялось уже высоко, и деревня кипела жизнью.
Женщины с полными ведрами остановились у колодца, чтобы посудачить, пока маленький мальчик гонял у них под ногами котенка. Пожилой крестьянин вел по обочине дороги такую же степенную, как он сам, корову. В воздухе витали запахи свежевыпеченного хлеба и свежесваренного эля. Две девушки, развешивающие мокрое белье на кусте розмарина, зарделись и принялись хихикать, стоило проезжающему Стэнтону им кивнуть.
А потом впереди показался дом Вэббов.
Маргарет сидела на крыльце, привалившись спиной к стене. Ее голова была по-прежнему скрыта под повязками, но пальцы споро сучили шерстяную нить. К удивлению Стэнтона, на крыльце она была не одна.
Сидящая рядом Агнес подавала из корзины шерсть, а Джон подметал двор, взбивая в воздух клубы пыли своими резкими неловкими взмахами. Тут же Кадбек, взобравшись на приставленную к дому длинную лестницу, укладывал камыш на прохудившуюся крышу.
При виде Стэнтона Маргарет подняла руку, а потом что-то тихо сказала Агнес, и та помогла ей подняться.
Кадбек обернулся и кивнул:
— Стэнтон.
Посыльный ответил тем же:
— Доброго дня.
Кадбек вернулся к своей работе, а обе женщины пошли к осадившему коня Стэнтону.
Агнес поддерживала Маргарет.
— Спасибо, что остановились, сэр, — сказала вдова, — я хотела еще раз поблагодарить вас от всей души. Вы спасли жизнь мне и моему сыну. Мальчику моему дорогому.
А Джон знай мел, с головой уйдя в непривычное дело и время от времени тонко хихикая над ним, таким смешным.
Стэнтон почувствовал, что краснеет:
— Я просто сделал, что мог, госпожа Вэбб, вот и все.
— Если бы меня не стало, — сказала Маргарет, — Питер забил бы Джона или загонял его до смерти. Вы разглядели то, чего не видел никто. И к моей постели вас привело сострадание и доброе сердце. Спасибо вам еще раз, сэр. От всей души.
Стэнтон заерзал в седле:
— Я бы сделал все то же самое и вновь, госпожа.
Вот только уже не сделает. Не сможет. Отныне дела законнические для него в прошлом.
— Вы и мне жизнь спасли, Хьюго, — сказала Агнес, — и добились справедливости для моего отца, — она с усилием сглотнула, — и для Томаса моего.
— Жаль, что я и его спасти не смог, — сказал Стэнтон. — Да и всех остальных тоже. Очень жаль. Непросто, конечно, все это вынести.
— Непросто, — Агнес вскинула подбородок, — но вы с королевским клерком открыли нам истину. Пусть горькую, но без правды мы ничто. Ничто.
— Ничто, — эхом отозвалась Маргарет.
Шорох метлы смолк.
Джон наконец-то заметил его. Он изо всех сил замахал Стэнтону, раззявив рот в широченной ухмылке, а потом снова принялся мести.
— Куда вы теперь, Хьюго Стэнтон? — спросила Агнес.
Все было уже решено. В сумке у него на поясе лежали два письма. Стэнтон в последний раз оглянулся на кладбище.
Барлинг по-прежнему стоял в своем черном плаще над могилой Николаса Линдли, склонив голову и сложив руки в беззвучной молитве.
И в этот миг Стэнтон передумал.
— Куда теперь? — повторил он. — Не знаю пока. Поеду вслед за королевским клерком, — посыльный чинно поклонился обеим женщинам, — буду добиваться справедливости там, где она нужна.
Он развернул коня и цокнул языком, трогая его с места.