Убежище. Книга восьмая

Глава 9. Экстремальный переговорный процесс

Поговорить с экстремальными детками отправился Владимир.

– Дорогая… есть правило, по которому нормальные мужики в клетку с тиграми заходят первыми… – сформулировал он.

– Ты уверен? Нет, честно-честно? – Нина подняла брови. – Всё-таки ПП – мои племянники, и ты не обязан…

– А Мишка – мой сын, и ты с ним как с родным! – парировал Владимир. – Кроме того, жуть как хочется их расколоть, ну, или хотя бы заставить проговориться.

Пашка, Полина и Мишка только вернулись после прогулки с собаками и тут обратили внимание на Владимира, идущего к ним с самым невинным видом и с Улей за пазухой. Её приходилось выгуливать отдельно, потому что остальные собаки в её присутствии вынуждены были летать –везде, где бы они ни опускали лапу, оказывалась какая-то часть тела мелочи, а то и она вся.

– Как погуляли? – самым невинным тоном уточнил Владимир, оценив стремительный обмен взглядами.

– Отлично! Такой воздух, такая природа… – доброжелательно разулыбался Пашка.

– Паш, когда я вижу такую «американскую» улыбку у своих подчинённых, я понимаю, что дело сильно пахнет керосином! – хмыкнул Владимир.

– Дядь Володя, а что не так? – абсолютно безмятежный вид Пашки, расслабленные кисти рук, никакого напряжения в осанке и плечах, вызвали у Владимира настоящее уважение.

– Да понимаете, какое дело… есть у меня сильное подозрение в том, что вы мало того, что были на том самом чердаке, куда Нина вам ходить запрещала, но и о ситуации знаете гораздо больше, чем может показаться.

– Дядь Володя, я вам поклясться могу, что мы на чердаке не были! – с непоколебимой уверенностью заявила Полина.

– Честно? – он перевёл взгляд на Мишку.

– Пап! Честное слово!

– И хвост вы Нине не устраивали?

– Нет! – троица, правдиво глядя на собеседника, покачала головами.

Владимиру стало весело.

– Народ, я всё больше и больше проникаюсь уважением к вашим талантам, поэтому не буду досконально выспрашивать, как близко к чердачной двери вы подходили и что именно вам помешало… Ну, а про Нину… скорее всего, вы двигались не за ней, а дворами, параллельным курсом с ускорением в финале, поэтому формулировка «хвост» признана вами некорректной и отвергнута с ходу.

Он оценил новую «перестрелку взглядами» ПП и Мишкину ухмылку.

– Принимаем рабочую версию, что вы там были, кое-что видели и это вас насторожило… Дальше вы собираетесь работать над разоблачением одного подозрительного типа, и, насколько я вас знаю, уже, небось, и планов имеется громадьё.

Все трое преданно смотрели на Владимира, небрежно пожимая плечами, и молчали.

– Ладно. Что хотел вам сказать – я этого типа отлично знал в детстве. Он чуть младше, и его матушка иногда просила меня за ним присмотреть во дворе.

– А зачем? – поинтересовалась Поля.

– Правильный вопрос, – одобрил Владимир. – То есть вас это всё-таки интересует?

– Ну, конечно! Нина сказала, что после ремонта вы нас к себе можете взять. Должны же мы знать, с кем будем соседствовать! – парировала Поля.

Владимир хмыкнул, подумав, что, как только ПП вырастут, их надо будет переманивать к себе и приспосабливать к работе.

«Природные аналитические способности плюс потрясающая наблюдательность, умение делать выводы и вести себя хладнокровнее иных взрослых дядь!» – мысленно похвалил близняшек Владимир, подмигнув сыну.

– Миш, тебе бабушка про соседей не рассказывала?

– Миша и не спрашивал. Я уточняла, – Полина умело отвлекала Владимира от менее закалённого в битвах Михи.

– И что она сказала?

– Что его уволили с треском и обидками. Как я поняла, характер у него неприятный, так что вряд ли он это простил и забыл.

– Умница! – похвалил Владимир. – Выловила самое важное! У него отвратительный характер! Всегда таким был. Пошли пройдёмся и поболтаем, хочу вам кое-что про Виталия рассказать.

– Дядь Володя, а почему вы нам решили что-то рассказать? – Пашка вынырнул справа и пошёл чуть впереди, глядя на Владимира честными-пречестными серыми глазами.

– Да потому, что я могу вам всё на фиг запретить, более того, вам могут запретить и Нина, и родители, и бабушки-дедушки-прабабушки, не говоря уж о двоюродных тётушках, и эффекта от этого будет примерно, как если бы я что-то запрещал воооон тому облаку! – Владимир кивнул на пролетающую мимо целеустремлённую тучку.

Он оценил улыбки на лице ПП и несмелый смешок сына.

– Вот и я о чём. Толку никакого – одно сотрясение воздуха. Поэтому я решил идти иным путём – переговорным.

Вопросительно состроенные брови он понял правильно и продолжил:

– Вы – люди разумные и, прямо скажем, хитроумные, поэтому я вам хочу пояснить, что такое этот самый Виталий.

Владимир чуть поморщился и продолжал:

– Знаете, есть такие страсть какие недовольные всем люди! Вот прямо жить им чужие успехи не дают. А самое обидное, что все их неудачи приписываются тому, что кто-то в этом виноват!

Собаки, обрадованные незапланированным продолжением прогулок, скакали по бурым сосновым иглам и моховым кочкам, с плеском форсировали лужи. Уля, покатавшись за ними, подмёрзла полуоблезлыми бочками и запросилась обратно на руки к Владимиру, а он рассказывал:

– Ты, Поль, спросила, зачем надо было присматривать за мальчиком Витальчиком… Спрашивали – объясняем! Он регулярно влипал в конфликты, соображал, что ему попадёт, жаловался матери, и та просила меня присмотреть. Поэтому я очень старался ей на глаза не попадаться или отболтаться тем, что страшно занят, но, когда это не удавалось, приходилось Виталика выгуливать. Нечасто, да, но понял я про него много чего. Он всегда прав, всегда лезет поучать других, даже если не имеет на это никакого, просто никакущего права, и всегда у него кто-то виноват в неудачах. Вот в школе, к примеру… ну, бывает… пропадает кто-то на контрольной, просит соседа о помощи, а то и просто списывает. Так и у Виталика было – списал у него одноклассник, получил четыре, а сам Виталик – три. Ну, нет бы уточнить, что ты не так сделал! Неее, он встал и, пылая праведным гневом, сдал соседа по парте и потребовал, чтобы ему оценку исправили.

ПП и Мишка переглянулись понимающе-брезгливо.

– Правильно смотрите. Вот и его одноклассники так же решили, тем более что выяснилось следующее: трояк-то Виталий получил за то задание, которое сосед у него и близко не списывал, а сам сделал, а Виталик в нём ошибся. И это только один случай из множества.

– С ним хоть кто-то общался в классе? – уточнила Поля.

– Старались этого избегать, как только могли. Во дворе было примерно то же самое – его страсть как не любили, а он был уверен, что достоин лучшего, рвался доказать, что он круче всех сверстников. Меня он конкурентом не считал, поэтому откровенничал вовсю. И что я вам хочу сказать – гадский у него характер! Более того, судя по всему, это и сейчас не изменилось. Я пока не знаю, почему он рвётся к моему чердаку, но собираюсь перекрыть туда доступ. Из всего этого у меня к вам просьба: не трогайте вы этого типа! Он может быть реально опасен!

Владимир оценил переглядывание ПП и Мишки, выпустил Улю, шагнул за ней, давая им посоветоваться.

– Дядь Володя, мы сами к нему не полезем! – твёрдо сказал Пашка, выделив слово «сами».

– И то радость, – кивнул Владимир. – И да, учтите, пожалуйста, что ваши жизни и здоровье для нас крайне важны и бесценны, ладно?

– Учтём! – улыбнулась Поля, хорошо так улыбнулась, как человеку, который завоевал симпатию.

– И да… кстати, вы сами-то не в курсе, чего на моём чердаке нужно этому типу? – как можно небрежнее уточнил Владимир.

– Точных данных нет, а остальное может трактоваться как наши догадки и клевета… – пожал плечами Пашка.

– Убиться об стену! – бормотал Владимир, возвращаясь домой с пригревшейся за пазухой Улей. – Прямо Мишке завидую! Мне б таких друзей в детстве…

Мишка и сам себе завидовал. Об одном жалел, что ПП раньше не узнал.

– Круто вы… – оценил он разговор.

– Да мы-то что! Вот твой отец – да, реально крут! Это, вообще-то, редкость, когда так разговаривают, да ещё просчитывают недосказанное, – одобрительно кивнул Пашка, и Миша забавно, по-детски, обрадовался этой похвале.

– Ну это логично… он же бизнесмен, да ещё не купи-продай, а производственник – это мне Нина рассказывала. Он должен и быстро соображать, и выводы делать, а раз тебя признал разумным человеком, то и к нам нормально присмотрелся. Опять же Нина… она нас лучше всех из наших родственников понимает! – Поля высмотрела среди деревьев заинтересованный взгляд клочка темноты и похлопала себя по плечу, приглашая Атаку на её законное место.

– Так и знала, что она за нами пошла проследить, чего это мы почти вернулись, а потом обратно ушли, – сказала Поля, когда кошка длинным красивым прыжком прилетела к ней на руки и устроилась там.

– Так чего… мы больше ничего не делаем? – уточнил Мишка.

– Ну, мы обещали САМИ к нему не лезть. Обрати внимание… про то, чтобы мы не лезли на чердак, и речи не было! – рассмеялись ПП.

А дома Нина вопросительно воззрилась на мужа.

– Ну, как?

– Были они там, разумеется. Ещё бы им не быть! Насколько я понял, и Виталика видели, и, возможно, что-то даже поняли.

– Запретил?

– Я что, дурак? – рассмеялся Владимир. – Как им запретить? Попросил не трогать Виталия. Они мне выдали дипломатически взвешенный ответ, что САМИ к нему не полезут, из чего можно и нужно сделать вывод, что на чердак всё равно сто процентов будут рваться!

– Володь, я за них боюсь! Реально того мужика испугалась.

– Нин, так мы будем работать на опережение! Я уже заказал замерщика. В понедельник он будет на месте, а во вторник будет дверь.

– Отлично! Теперь главное, чтобы они до вторника там не оказались!

– Надо придумать им занятие… пожал плечами Владимир. – На худой конец, на даче подержать: пусть лучше прогуляют.

Правда, с этим планом ничего не вышло – у ПП в понедельник была контрольная по алгебре, поэтому в Москву все вернулись в полном составе.

Нина собралась встретить ПП из школы, словно случайно оказавшись мимопроезжающей, а потом забрать Мишку и глаз с них троих не спускать!

Забрать-то она забрала, но вот мастер, вызванный Владимиром, никак не мог попасть в подъезд, разнервничался, и пришлось ей бросать все дела и спешно собираться туда.

– Нин… нам опять по дворам сигать или можно легально с тобой? – нейтральным тоном уточнила Поля.

– А какие-то шансы вас туда не пустить у меня есть? – живо заинтересовалась Нина.

– Дай подумать… – Пашка сделал вид, что раздумывает на эту тему. – Нет, если ты только не готова нас силой запереть в квартире.

– Нин, ну, что мы, глупые, что ли? Мы ж не полезем на рожон! Вообще к этому… приближаться не собираемся, но любопытно же до визга! – умоляюще заныла Поля.

– Нина, ну мы правда очень просим! – Мишка редко просил, так что его голос стал решающим.

– Ааааа, ладно! Быстро собирайтесь и побежали!

– Да можно и не бежать особо. Тут короткая дорога есть, дворами.

– Там же ворота и калитки позакрыты!

– Нуууу, это кому как! – рассмеялся Пашка. – Нам вот открыты!

И они отправились…