В болезни и здравии, Дракон

Глава 1

— Иномирянку не жалко. А конюх нам ещё понадобится.

Воцарилась плотная, как и тьма вокруг, тишина. А затем человек за дверью добавил:

— Да и наши жизни-то ценны…

— Ага-ага, — запричитал плаксиво женский голос в ответ, — а лорд слишком уж зло к себе позвал!

Я заворочалась. Рёбра ныли, будто меня избивали. Шея затекла, без подушки раньше никогда не спала.

Широкая лавка с жёстким матрасом под мутным окошком в предбаннике и клочьями свисающей с потолка паутиной — совсем не родной диванчик в уютной однушке.

Тишина же на улице вместо приглушённо-гудящего города, дыхание которого давно стало фоновым, делала все прочие звуки оглушающими.

— Считаешь, всё-таки она не здешняя?

— Пальтишко-то её видела? Конечно. А таких даже закон не защищает, если никому не принадлежат.

— Так может, — вместо сомнения закрался в женский голос некий азарт, — продадим лучше?

— И будешь сама, — деревянная тяжёлая дверь со скрипом распахнулась, — с лордом возиться? Прежняя сиделка пропала поди. Тоже желаешь?

— Н-нет, — покачала головой полноватая, уютная на вид женщина, сжимая в своей ручке лампу, оранжевый свет которой быстро настиг меня и юркнул прямо на постель.

Я сделала вид, будто всё ещё сплю, измучавшись после тяжёлой дороги.

Но напрасно, так как морщинистая сухенькая рука старика бесцеремонно потрясла меня за плечо.

— Эй! Как она сказала, её зовут? — это он бросил в сторону.

— Аделин, — подсказала женщина шёпотом. — Может, всё-таки…

— Тш! — шикнул он на неё, прерывая сомнения. — Мы сразу предупредили, что замок и его владелец ей добра не принесёт. Эй, Аделин! — вновь попытался он меня растормошить.

Признаться, если бы не это, я и дальше притворялась бы спящей. Пусть заснуть крепко и не удавалось, усталость брала своё, и мне было тяжело даже разомкнуть веки и шевелить языком.

— Да? — проронила слабо.

Пронзительные, не по-старчески ясные глаза дворецкого сузились.

— Ты говорила, что заплатишь за ночлег.

Да, имела неосторожность… Не понимала на тот момент, что нахожусь слишком далеко от дома, чтобы обещать хоть что-нибудь.

— Так… — протянула вопросительно и неуверенно.

— Наш господин вызывал к себе. Но у меня и милой Таи и без того уйма дел. Сходи-ка ты, а? Просто узнай, чего прОклятый лорд желает, и постарайся ему угодить. Как ни как, мы тебя впустили, но замок его, ты ему должна! И нас подставлять негоже, согласна? Если лорд недоволен останется, что впустили тебя и скрыли от него, накажет.

— Ох, накажет, — запричитала круглолицая женщина, мелко кивая головой. — Накажет.

Кого же она мне напоминает?

Ах, точно, вылитая нянечка из «Сто один далматинец»! Только волосы каштановые и круглые очки имеются на тонком маленьком носике.

Я с трудом поднялась, сбрасывая с себя дурно пахнущее тяжёлое одеяло. Думать даже не хочу, почему у него такой запах…

Синий свитер и джинсы на мне почти обсохли. Я как-то не решилась их снимать, печь, у которой повесила своё серое укороченное пальто, здесь грела едва-едва. И в каждую минуту могло что-то произойти. Как теперь вот, например. А я и без того чувствовала себя слишком уязвимой.

— А что мне ему сказать? — натягивая на ноги кожаные полусапожки, совсем растерялась я.

— Ну, начни, пожалуй… хм, — женщина запнулась.

— На месте сориентируешься, — замахал руками дворецкий. — Только с просьб не начинай! Всё-таки это он чего-то желает и звал.

— Разве ему не важно, кого? — я не совсем понимала, что происходит.

Они же переглянулись и ничего не ответили, кроме: сама увидишь.

И повели меня по лабиринту узких пыльных коридоров и лестничных пролётов.

Время от времени по сторонам сверкали высокие узкие окна, отражая свет лампы. Скрипел пол, когда из каменного переходил в деревянный. Прогибались ступени под ногами, а после перил на ладонях ощущалась пыль.

Замок в запустении…

Я обтёрла руки о джинсы, и мы остановились у резных дверей с позолоченным рисунком.

Женщина со вздохом окинула меня взглядом.

— Такие ему нравились… Может и не рассердится.

— Где твой ум? — коротко гаркнул на неё дворецкий.

И я поняла, почему, только когда он распахнул передо мной дверь, толкая в спину.

Запнувшись о порог, едва не упала, поэтому подняла взгляд на того, кто неподвижно сидел в кожаном кресле у входа на балкон, несколько запоздало.

— Добрый…

Тут я замолчала, пытаясь понять, какое вообще сейчас время суток.

— Добрым здесь ничто не бывает, — голос лорда, как грохочущая вдали гроза, что вот-вот начнёт метать молнии.

Он обернулся, и я едва не отшатнулась, увидев незрячие, словно наполненные туманом глаза.

Да уж, тут и вправду не важно, как я выглядела и понравлюсь ли…

— Чего застыла? — склонил он голову набок.

Едва заметный жест, но в котором сквозило нечто такое хищное и колкое, что мне сделалось не по себе.

— Подойди ближе, — протянул лорд руку.

Ему не надо было подниматься, чтобы я заметила, как он высок и хорошо сложен. Даже в неверном, тусклом пламени свечи я видела чётко-очерченную челюсть, утончённые черты лица, звериный разрез глаз и серебряные волосы, собранные на затылке. Лишь одна выбившаяся прядка спускалась с его лба, отбрасывая тень напоминающую шрам, рассекающий бровь и пол лица.

Или… Да, то действительно был шрам.

Я не двинулась с места.

— Мм, мы не знакомы. Меня зовут Аделин. Я заблудилась и хотела бы здесь перено…

Он прервал меня, звучно и коротко хмыкнув.

— Мне плевать, — руку не опустил.

И я всё же шагнула к нему, не зная, что ещё делать, решив рискнуть.

Он безошибочным, чётким движением схватил меня за запястье и притянул к себе так, что мне пришлось упереться о подлокотник, оказавшись лишь в пару сантиметров от его лица… Застыла в таком положении, пока ладонь лорда не скользнула мне по руке выше, пальцами пройдя путь до локтя, затем плеча, после невесомо… когтями, коснулась шеи и влажных спутанных волос.

Он наверняка ощущал моё сбивчивое дыхание на своём лице, но не выражал ничего, кроме сосредоточенности.

Пальцы его, удивительно гладкие и тёплые, дошли до моих глаз, и тут-то я нашла в себе силы отпрянуть.

— Вы чего?

— Я уронил воду. Подними стакан, — сухо отдал он распоряжения, будто только что и не изучал меня, до смерти напугав. — Подкати меня к постели. И не буди днём, когда будешь уходить.

Подкатить?

Только в этот момент поняла, что кресло у него не простое и вместо ножек имеет колёса…

Подрагивающими руками взялась за ручки сзади, которых сразу не увидела и подкатила лорда к кровати. Под ней же отыскала стакан, наполнила его из кувшина на тумбе и поставила на место (там было круглое пятнышко, чистое от пыли).

Это всё? Из-за этого меня подняли? Почему к нему боялись зайти? Отчего так плохо заботятся о нём?

Вопросы роились у меня в голове и больно жалили. Но сил, чтобы озвучить их, не было …

Лорд тем временем сам вернулся в постель.

Кровать у него большая, с багровыми покрывалами, занимала едва ли не половину комнаты. Зачем вообще такая, если ему тяжело вставать? Неудобно ведь…

С минуту поколебавшись, я всё-таки отошла к двери и собиралась уже покинуть спальню, как меня насквозь пронзил его безразличный голос:

— Лучше скрывай, что пришла из другого мира. Если сил, ума и удачи хватит как-то начать здесь с нуля… Ты ничего, мужа отыскать проблемой не будет, верно? Или же я могу помочь.

— Мужа найти? — не выдержала я, нервно усмехнувшись.

Его же лицо так и оставалось холодным.

— Нет. Дам список имён достойных, кто мог бы тебя приобрести себе и содержать. Я даже плату с них не возьму, пусть тебе достанется. Обычно это и практикуют, когда находят подобных тебе.

Я вспыхнула от негодования и ужаса.

— Нет, благодарю, — голос дрогнул, мне пришлось прочистить горло, чтобы добавить твёрже: — И если попытаетесь… Впрочем, вы не сможете. Ваше кресло ездит очень медленно. А прислуживают вам старики!

Вышла я под его раскатистый смех и нарочито громко хлопнула дверью.

Продать меня решил, надо же!

Тем временем за окнами занимался рассвет, тусклый свет которого упрямо разгонял тяжёлый, зефирный туман.

Дня ждать, когда дороги станут вновь видимы глазу, я не намерена. Сейчас же заберу своё промокшее, отяжелевшее пальто и будь, что будет!

Бежать надо отсюда, куда глаза глядят…

Я несколько раз с силой ударила себя по щекам, всё ещё надеясь, что вижу дурной сон. И остановилась у лестницы, прижимая ладони к будто обожжённым крапивой щекам, едва не столкнувшись с крохотной, истощённой девочкой.

— Привет, — первой поздоровалась она. — Ты видела моего папу? А можешь ему передать, что я всё ещё здесь? Что ты делаешь? — повторяя за мной, приложила она ладошки и к своему милому, бледному личику. — Мне дверь никак не открыть и близко не подойти, меня в подвале запирают на ночь. Но сейчас я выбралась. Папа не знает, наверное, что я здесь, поэтому меня и обижают, правда? Иначе он бы защитил.

— Так… — я присела перед ней на корточки и успокаивающе погладила по растрёпанным, белым волосам. — Твой папа…

— Лорд Люциар.

— Да… И тебе надо с ним поговорить?

— Не надо, — опередил малышку с ответом некто, кто тёмной тенью навис над нами. — Вы просто не в курсе нюансов, — заверил меня темноволосый мужчина с яркими, зелёными глазами и улыбкой, от которой одновременно хотелось передёрнуться и не отрывать взгляд.

Малышка же, при видя его, вцепилась в рукав моего свитера и крепко прижалась ко мне, пытаясь спрятаться от колдовского взгляда незнакомца.