В болезни и здравии, Дракон

Глава 7.3

Я подошла к таинственному портрету, из которого на меня взирали ланьи глаза той незнакомки, которую я видела всего несколько минут назад в замке.

Хороший повод спросить о ней…

Ключик нашёлся за рамой, как и сказал лорд. Маленькая дверца открылась легко, а в ней оказалась шкатулка.

— Возьми, — голос Люциара звучал всё слабее, с хрипотцой, долгие разговоры и ссора с Ранэлем явно его вымотали.

Пальцы мои обдало холодом от резного камня, я не без усилий открыла тяжёлую крышку шкатулки и обнаружила на алом бархате какой-то документ, два обручальных кольца и массивный ключ.

— Если пройдёшь по коридору мимо лестницы, повернёшь направо и спустишься на один пролёт, увидишь железную дверь. Она одна такая в замке, не перепутаешь.

Но я уже знала, как выглядит та дверь… И сердце моё тревожно забилось.

Пусть и думала до сих пор, что стоит вести себя осторожнее, но совсем уж обо всём молчать я больше не могла. — Эта девушка на портрете…

— Моя погибшая жена, — отозвался Люциар. — С тех пор, как её не стало, никто не срывал занавес с картины. И ты завесь её снова, будь добра.

— Я не снимала, лорд, — однако выполнила его просьбу, вернув на место плотную ткань. — Портрет уже висел открытым.

— Быть может, я задел крылом… — проговорил он задумчиво.

Или кто-то уже пытался отыскать тайник, но не рискнул открывать его, боясь, что Люциар услышит. Ведь, что-то мне подсказывало, лорд вряд ли покидал свои покои.

От этой мысли мне тоже делалось дурно. Я не верю, что дракон заслужил все эти мучения, и точно никогда не поверю, что он действительно предатель короля и злодей. Да и в проклятие, которое уничтожает замок и цветы в нём, не верю тоже.

Ранэлю будто в удовольствие было запугивать всех этими сказками. И сам он ничуть не боялся находиться здесь, разве что с брезгливостью взирал на обстановку и измученную всем этим прислугу.

— Что я должна сделать дальше?

— Просто зайди в хранилище и проверь, будь добра, на месте ли осколки заклятого клинка, которым меня пытались убить.

— Хорошо, — выдохнула я и, будучи не живой, не мёртвой поспешила выполнить его просьбу.

Замок был окутан тишиной, Ранэль с незнакомкой, похоже, действительно ушли. У меня тряслись от волнения руки, я не сразу смогла попасть ключом в замочную скважину, распространяя по коридорам эхо от скрежета метала. Но, наконец, дверь отворилась и на стенах сами собой вспыхнули факелы, освещая тяжёлые каменные сундуки, полки и пожелтевшие свёртки пергамента на них. Я прошла к самой дальней стене, где на возвышении, будто в чёрном саркофаге, наверняка должен был храниться страшный, тяжёлый, сломанный лордом клинок.

Но его там не обнаружила.

Не зная, куда себя деть, как быть, я заперла дверь и вернулась к Люциару, застыв молча у его кровати. Однако, как и я, ответу удивлён он не был:

— Клинок похищен?

— Да, — ответила я и собралась, наконец, рассказать о женщине, которую видела с нашим зеленоглазым змеем. — Лорд, вы не думаете, что ваша же…

Меня прервал тихий скрип двери. И вместе с рассветными, робкими лучами солнца в комнату заглянула маленькая Лора, заспанная, растрёпанная и испуганная. Верно ожидающая, что сейчас я, как сделали бы все остальные, поспешу выставить её прочь, а то и больно зажму рот ладонью, не позволив ей воскликнуть: «папа»…

Она и молчала поэтому, притаившись на пороге, до бела и в без того бледных пальчиках вцепившись в дверной косяк.

— Что там? — забеспокоился Люциар, собрав последние силы, чтобы приподняться. — Аделин, что происходит?

Я сглотнула застрявший в горле ком и, подойдя к девочке, протянула ей руку, чем невероятно, до слёз на белых длинных ресничках, удивила её.

— Идём, — шепнула ей, и уже громче добавила, обращаясь к лорду: — С вами давно хотел кое-кто увидеться, Люциар. Только, пожалуйста, будьте спокойны и не пугайте её…