Вернуть жену. Я тебя не отпускал

Глава 37

Сидя перед туалетным столиком, задумчиво расчёсываю волосы, перебирая в голове вчерашний день.

Я сама устроила Дамиру встречу с Климом. Мне показалось, что это правильно по отношению к ребёнку, которому очень не хватает поддержки из внешнего мира.

И хотя Дианино предложение попить вместе кофе после их возвращения резануло по ушам, я стараюсь гасить в себе ревность.

Злости нет, осознаю с удивлением.

Её выжгло временем или вытравило другими, более сильными эмоциями. Но и желания начать с ней всё сначала, стать подружками и пить вместе кофе по воскресеньям во мне тоже нет.

Я просто хочу оставить это в прошлом. Оно только тянет из меня ресурс, который мне очень нужен сейчас для решения вопросов более насущных.

Телефон звонит.

Воспитатель из садика.

Сердце тревожно подпрыгивает, потому что не звонят обычно воспитатели без серьёзной причины.

— Ася Владимировна, здравствуйте! Мы же сегодня «Репку» ставим с группой, вы забыли?

Выдыхаю!

— Платье! Вот же блин!.. Во сколько начало?

— Через полтора часа. Успеете подвезти? А то Кирюша очень расстроилась, что репетировать приходится без костюма. Все детки уже в костюмах.

— Передайте Кире, что я скоро буду.

Кладу трубку.

У меня со всеми этими событиями напрочь вылетел из головы их спектакль!

Кира должна играть мышку. В саду детям выдадут ушастые маски, но платье мне нужно было принести ещё утром.

Переворачиваю шкаф в комнате Кирюши. У нас в доме Дамира совсем мало одежды, а из того, что имеется, совершенно ничего не подходит под образ мышки. Стратегический запас одежды складывается из розового и с единорогами…

Спускаюсь вниз.

Дамир отрывает взгляд от экрана ноутбука и отставляет в сторону стакан с кофе.

— Дамир, можно я твою машину возьму?

— Зачем?

— Мне нужно заехать в квартиру за платьем и завезти его в сад.

Встаёт, подхватывая со спинки стула пиджак.

— Поехали.

— Я сама справлюсь.

— Да знаю, — не слушая, идёт к выходу.

Ладно, ты ж прёшь, как танк. Всё равно не остановлю.

Дамир держит дверь машины открытой, подает руку, помогая сесть.

Включает магнитолу и тут же приглушает звук.

— Не холодно?

— Нет.

Как загипнотизированная, смотрю на крепкие пальцы, сжимающие руль. Сухожилия и голубые вены перекатываются под кожей при каждом движении.

Очень красивые руки. Всегда нравилось на них залипать.

— Ась, насчёт вчерашнего… Мы ведь это так и не обсудили.

— Здесь нечего обсуждать, — пожимаю плечами. — Когда мне плохо, ты поддерживаешь. Когда плохо тебе — поддерживаю я. Это самая жизнеспособная модель.

Дамир пытается скрыть улыбку.

— Семьи?

— Отношений, — отворачиваюсь к окну.

Отношения ведь бывают разными, не обязательно романтическими, да? У нас всё вот так запутанно. Но человеческое в себе отключать не хочу.

Жизнь — это не про черное и белое. Она полна полутонов. И я балансирую между ними.

— Ась, спасибо тебе. Это было очень важно для Клима.

— А для тебя?

Хмурится, сводя вместе брови.

— На этот вопрос нет правильного ответа, да?

— Просто ответь искренне, меня это устроит.

— Для меня все эти дети важны. Будь на месте Клима условная Алиса или Максим… Я бы хотел пожелать им удачи перед самым важным днём в их жизни. Проблема моих отношений с Климом в том, что они отягощены не самым радужным анамнезом.

— Наличием Дианы.

— Ага. Но я даю тебе слово, что это… Это всё…

— Было один раз и никогда не повторится? — поджимаю губы.

— Я могу лишь дать тебе своё слово. Вопрос в том, поверишь ли ты.

А я верю?

Мне хочется постучаться головой о приборную панель, чтобы вытряхнуть из себя эту нелогичную наивность.

Я тысячу раз слышала о том, что человек, предавший однажды, предаст снова.

Я тысячу раз слышала и о том, что каждый достоин второго шанса.

Какой из двух мудростей верить? Какую мне приложить к нам?

И сердце моё — плохой сейчас советчик. Оно запуталось.

Эти две полярности пытаются ужиться во мне, конфликтуя и раздувая тревожность. Да о чём речь, у моей тревожности уже тревожность!!

Дамир выворачивает в центр.

В середине широкого перекрёстка стоит регулировщик, размахивает палкой.

— Чёрт, со светофорами что-то. Сейчас потеряем здесь уйму времени.

— Может, в торговый центр тогда? — показываю на торчащий купол в паре кварталов от нас. — Куплю Кире новое платье.

— Окей.

Молча ждём, пока наступит наша очередь двигаться.

Поворотники мерно щелкают.

Выглядывая из окна, смотрю на не работающие светофоры вдоль дороги.

— Авария, может, какая? — ловит мой вопросительный взгляд Дамир.

Сворачиваем к торговому центру. Наружная парковка забита полностью.

— В подземную не поедем, это долго. Давай встанем здесь? — показываю на пятачок на самом выезде. — Я быстро.

Хватаюсь за ручку двери.

— Ась! — Дамир кладёт свою руку поверх моих пальцев, захлопывает дверь. — Подожди.

Глаза странно затуманенные. Потерянный какой-то.

— Я тебя люблю, — выпаливает, кусая губы.

— К чему это сейчас?

— А когда? Жизнь так быстротечна. Сегодня мы есть друг у друга, а завтра нет. Тебе ли не знать?

— Мы есть друг у друга ещё как минимум месяц, пока из моей квартиры не прогонят плесень, — снова порываюсь уйти.

— Ась.

— Что ещё? Давай не будем подводить Кирюшу, а вопросы сердечные решим после.

— После чего?

— После того, как я пойму, что готова к переговорам. Пусть наше перемирие не вводит тебя в заблуждение.

Выхожу из машины. Закрываю на секунду глаза, умирая от опустошающего вакуума внутри. Последние силы уходят, а тело становится ватным и непослушным. В висках долбит, голова трещит.

Ну что ты пристал со своими вопросами сложными? Не знаю я ничего! И ничего не хочу решать.

Хочу избегать необходимости делать серьёзные шаги столько, сколько это возможно. Потому что внутри у меня ещё не созрело.

Забегаю в первый попавшийся детский магазин и подыскиваю подходящее платье. На кассе жду своей очереди.

— Одна тысяча восемьсот рублей. Бонусная наша карта есть?

— Что? — Ни черта вообще не соображаю.

— Бонусная карта, — повторяет кассир с улыбкой.

— А, нет.

— Оплата наличными или по терминалу?

— Терминал.

Опускаю взгляд. Сумочку не взяла!

Да что ж я за растяпа такая рассеянная в последнее время…

— Извините, я кошелёк забыла. Отложите, пожалуйста, я до машины сбегаю. Две минуты.

Выхожу из торгового центра, нахожу глазами машину Дамира. Лавируя между плотно припаркованными автомобилями, двигаюсь к цели.

С дороги раздаются нервные гудки и переругивания — светофоры так и не работают, машины по полосам двигаются медленно.

Резкий визг тормозов заставляет меня вздрогнуть и вкопаться в землю пятками.

Красный автомобиль резво влетает на парковку и на огромной скорости въезжает в машину Дамира, прямо в водительскую дверь.

Мир на секунду застывает, а затем взрывается страшным шумом! Скрежет металла бьёт по ушам.

Серые клубы поднимаются в воздух.

— Дамир… — шепчу я, но тут же отбрасываю эту мысль, ведь это не может быть правдой.

Не может же?

Смотрю на раскуроченную машину Дамира. Из неё, странно вывернувшись, торчит искорёженный кусок оконной рамы. Вокруг обломки фар и стёкла. Красный бампер.

Люди подтягиваются, сбиваясь в кучу и загораживая мне обзор.

Суета. Крики. Просьбы вызвать скорую.

— Отойдите, — грубо распихиваю народ локтями. — Отойдите! Дайте мне… Дайте пройти!

— О, там фарш! — раздаётся со всех сторон.

— Жесть, не повезло…

— Без вариантов ваще…

В груди немеет. Болит. Ноет.

А ноги непослушно тащат меня вперёд.

— Девушка, не надо! — перехватывают меня за плечи. — Не подходите, вдруг взорвётся!

Взорвётся?!

Господи!

— Да отпустите меня! — выкручиваюсь, словно уж.

Жёсткие ладони обхватывают моё лицо и заставляют смотреть прямо.

Не могу сфокусировать взгляд — всё вокруг плывёт, и лица превращаются в размытые пятна.

— Это ваша машина? Там кто-то есть?

— Там мой… муж. Мой муж! — сиплю я.

— Сейчас приедет скорая. Вы слышите? Сейчас приедет скорая, спасатели. Ему помогут. Обязательно помогут. Вам лучше не смотреть.

Внутри пустота. И страх от мысли, что его может не стать. Я хочу кричать и плакать, но вместо этого, открыв рот, замираю. Голосовые связки напрягаются, но выдают лишь горький хрип. Слёзы жгут глаза, но не проливаются.

Секунды долбят сумасшедшим пульсом в уши.

Слепну, теряя ориентацию. Ускользаю из этой реальности.

Не могу поверить, что это происходит на самом деле. Всё словно в тумане.

Я не могу осознать, что всё может измениться так резко. Не могу принять эту мысль.

Не могу потерять Дамира.

Надо было на всё соглашаться.

Потому что только сейчас я остро чувствую, чего лишилась. Чего лишились мы с Кирюшей.

И я не хочу это бессмысленное завтра, в котором у меня нет Дамира. Такого живого, напористого, вспыльчивого, упёртого, но нежного, опекающего, заботливого.

Оседаю на землю.

Вздохнуть не получается. Всхлипываю, рвано втягивая в себя воздух.

Кто-то возит по моим щекам салфеткой.

Мне в губы тычется что-то влажное и твёрдое.

— Попейте.

Я заторможенно пытаюсь понять, чего от меня хотят.

Глотаю на автомате, проливая воду на блузку.

Сирены воют.

Вою тоже.

Я не хочу тебя терять.

Пожалуйста, будь живым…