Витязь

Глава 19

Прошла ещё неделя. Неделя относительного затишья, которое казалось обманчивым и тревожным, словно затишье перед бурей. Я готовился к отъезду в столицу — покупал припасы, чинил снаряжение, собирал информацию о дороге и о том, что меня там может ждать.

Отец Марк полностью восстановился. Мы провели несколько долгих вечеров, беседуя о разном. Он рассказал мне больше о «Наследии» — о том, что Церковь уже много лет подозревала о существовании этой организации, но не могла найти прямых доказательств. Теперь, благодаря нашему рейду в лабораторию Кравцова, у них появилась зацепка.

Он также дал мне те самые рекомендательные письма, которые обещал. Одно — главе столичного отделения Ордена Наказующих, брату Матвею. Второе — некоему Валерию Громову, старшему библиотекарю Великой княжеской библиотеки, человеку, который знал о Тёмной эре больше, чем кто-либо другой в княжестве.

— Когда доберёшься до Новомосковска, — сказал Марк, вручая мне письма, — обязательно встреться с ними. Особенно с Валерой… он поможет тебе найти ответы на многие вопросы. О том, кто ты. О том, как ты здесь оказался. О других Витязях, доживших до наших дней.

— Других? — переспросил я. — Ты говорил, что знаешь одного лично. Кто он?

Марк помедлил с ответом.

— Её зовут Ксения. Ксения Чугунова, Витязь серии М1, первого поколения. Она… она очень старая, Макс. Ей больше трёхсот лет. Она своими глазами видела Падение, пережила его, выжила в те страшные годы. И теперь служит Церкви, охотясь на самую опасную нечисть и тёмных магов. Мы с ней пару раз работали вместе. Она… сложный человек. Но справедливый. И если ты с ней познакомишься, она сможет тебе многое рассказать.

Я кивнул, складывая письма в сумку.

— А какой у неё ранг? — поинтересовался я.

— Архимагистр, — улыбнулся он. — Враги называют её Стальной Сукой, а союзники — Царица Мечей. Хоть она и не Архимаг, но поверь — далеко не каждый боевой маг восьмого ранга сумеет ей противостоять. Она, как и ты, сочетает возможности своего тела и магию — и это дает потрясающий эффект. Она могла бы стать главой нашего Ордена, но отказалась — предпочитает быть на передовой, а не возиться с управлением такой организации, выходя в поле лишь в крайних случаях.

— А как так вышло, что ты долго был в её команде, святой отец? — поинтересовался я. — Ты так давно на четвертом ранге? Ведь вряд ли кто-то ниже четвертого ранга может быть в одной команде с Архимагистром.

— Она не только охотится, — пояснил отец Марк. — Она ещё и частенько берет под крыло тех, в ком видит потенциал, и становится наставницей. Учит, помогает, сама не вмешиваясь без крайней нужды. Собственно, её влияние в Церкви огромно не только из-за её силы и достижений, но и потому, что многие её бывшие ученики сейчас занимают высокие посты во всех Орденах и самой Церкви — она ведь берет учеников не только из Никазующих. Мы-то возникли недавно… И ученики благодарны ей за учебу — ведь она давала такие знания и навыки, которые остальным, обучающимся по стандартной программе, и не снились.

— Спасибо, святой отец. За всё.

— Не благодари, Макс. Это я должен тебя благодарить. За жизнь. За то, что ты не бросил меня там, в бункере. За то, что ты оказался тем, кем оказался, — хорошим человеком, несмотря ни на что.

Мы пожали друг другу руки. Крепко, по-мужски.

— Удачи тебе в столице, — сказал Марк. — И помни: если понадобится помощь, я всегда на расстоянии одного послания. У Церкви есть свои способы связи.

— Буду иметь в виду.

Я вышел из храма и направился в «Берлогу». Перед отъездом мне нужно было сделать ещё несколько дел: попрощаться с Харлампием и Марфой, заплатить за номер вперёд (на случай, если я когда-нибудь вернусь), забрать последние вещи.

Вечером того же дня я сидел в своей комнате и перебирал вещи. Деньги, оружие, амулеты, одежда. Всё упаковано, всё готово. Завтра утром я отправляюсь в путь.

И тут в дверь постучали.

— Войдите, — отозвался я.

Дверь открылась. На пороге стояла Маша, десятник городской стражи. Та самая, с которой у меня была памятная встреча перед охотой на ведьму.

— Макс? Можно? — неуверенно спросила она.

— Конечно. Проходи.

Она вошла и прикрыла дверь. Стояла, мялась и не знала, с чего начать.

— Я слышала, ты уезжаешь, — сказала она наконец. — В столицу.

— Да. Завтра утром.

— Понятно, — она опустила глаза. — Я… я хотела попрощаться. И поблагодарить. За то, что ты сделал для города. За ведьму, за то, что ты спас тех магов от Кравцова. Ты… ты настоящий герой, Макс.

Я усмехнулся.

— Я не герой, Маша. Я просто делал свою работу.

— Может, и так. Но всё равно… спасибо.

Она подошла ближе и встала передо мной. В её глазах читалось нечто большее, чем просто благодарность.

— И ещё… — она запнулась. — Я хотела сказать, что… что ты мне нравишься. Нравился с первой встречи. И я… я буду скучать по тебе.

Повисла неловкая пауза. Я не знал, что ответить. Часть меня хотела сказать что-то ободряющее, обнадеживающее. Но другая часть знала, что это было бы нечестно.

— Маша, — осторожно начал я. — Ты прекрасная девушка. Умная, красивая, смелая. Любой мужчина был бы счастлив быть с тобой. Но я… я не из тех, кто может осесть на одном месте. Моя жизнь — это дорога, охота, опасность. Я не могу дать тебе то, чего ты заслуживаешь. Спокойствие, стабильность, семью.

Она кивнула, стараясь не показать разочарования.

— Я понимаю. Просто… просто хотела сказать. Чтобы ты знал.

— Спасибо, Маша. Это много для меня значит.

Она слабо улыбнулась, развернулась и направилась к двери. Остановилась на пороге.

— Береги себя, Макс. И если когда-нибудь вернёшься в Терехово… знай, что я буду рада тебя видеть.

— Обязательно загляну, — пообещал я.

Она ушла, оставив меня наедине с мыслями о непройденных дорогах и нерешённых вопросах.

Ночь прошла в беспокойном сне. Снились обрывочные тревожные сны — бункер, ведьма, Кравцов, гримуар… Проснулся я в весьма мрачном расположении духа, если говорить культурно. А если по простому… Впрочем, материться не будем.

Гримуар лежал на столе. Молчаливый, неподвижный, с пустыми страницами. С тех пор как он помог мне отфильтровать энергию Скверны, артефакт не подавал признаков жизни. Я проверял его каждый день — и каждый день видел одно и то же: глубоко внутри теплится сила, но она спит. Восстанавливается.

Я взял книгу в руки, погладил потрёпанную кожаную обложку. Странное чувство — привязанность к предмету. Но этот предмет уже не раз спасал мне жизнь. Учил, направлял, защищал. Он был мне ближе, чем большинство живых людей в этом мире.

— Ну что, дружище, — тихо сказал я. — Завтра в путь. Надеюсь, ты очнёшься к тому времени, как мы доберёмся до столицы. Мне понадобится твоя помощь.

Я положил гримуар обратно на стол и потянулся, чтобы задуть свечу.

И в этот момент книга вспыхнула.

Не огнём — светом. Мягким серебристым сиянием, которое я видел лишь однажды, когда гримуар впервые открыл мне свои тайны. Свет пульсировал, становясь всё ярче, и я почувствовал, как от книги исходит волна тепла — не физического, а какого-то иного, проникающего прямо в сознание.

Страницы раскрылись сами собой.

Я склонился над книгой, не веря своим глазам. На пустых ещё мгновение назад страницах проступали строки. Не руны, не магические формулы — обычный текст. На русском языке. На том русском, на котором говорили в моё время, до Падения.

'Максим.

Меня зовут Игорь Васильевич Корнеев. Полковник Корнеев. Командир Третьего отдельного батальона специальных операций «Витязь». Твой командир, Макс. Если ты тот, о ком я думаю.

Я записал это послание за три дня до Падения. Когда стало ясно, что войну не остановить. Что ядерный удар неизбежен. Что мир, каким мы его знали, закончится.

Но я верил, что кто-то выживет. Кто-то из наших. Мы были созданы, чтобы выживать. Это наша суть.

Гримуар — это не просто книга. Это хранилище. Банк данных. Здесь есть всё, что я знал о программе «Витязь», о модификациях, о технологиях. Всё, что может понадобиться тому, кто проснётся в новом мире.

Но это не всё.

Я оставил тебе координаты. Место, где я спрятал кое-что важное. Кое-что, что поможет тебе не просто выжить, но и вернуть то, что мы потеряли. Или хотя бы часть этого.

Координаты привязаны к ориентирам, которые должны были пережить катастрофу. Я выбирал их тщательно. Здания, которые простоят века. Если они ещё стоят — ты найдёшь.

Новомосковск. Старый город. Собор Святого Михаила — если он ещё существует под этим именем. Северо-западная башня. Третий камень снизу от основания, с внутренней стороны. Нажми и поверни против часовой стрелки.

Там — всё, что тебе нужно знать.

И ещё одно, Макс.

Ты не один.

Нас было шестьдесят в том бункере, когда всё началось. Шесть десятков Витязей серии М, погружённых в стазис на случай, если понадобится «спящий резерв». Я не знаю, сколько из вас выжило. Не знаю, сколько проснулось. Но если проснулся ты — могли проснуться и другие. Ведь были группы и помимо нашей. Найди их. Объединитесь. Вместе вы сможете то, что не под силу одиночке.

И помни: мы были созданы защищать. Не разрушать — защищать. Что бы ни случилось, кем бы ты ни стал за эти годы — не забывай об этом.

Полковник Корнеев.

p. s. Код активации для полного доступа к базе данных гримуара: «Рассвет над Волгой». Произнеси вслух, когда будешь готов. Но предупреждаю — там много всего. Очень много. Не торопись.'

Я думал было, что на этом все и хотел отойти, Я сидел неподвижно, глядя на строки, которые медленно тускнели, впитываясь обратно в страницы. Руки дрожали. В горле стоял ком.

Полковник Корнеев.

Игорь Васильевич.

Мой командир. Человек, который лично отбирал меня в программу. Который стоял рядом, когда меня погружали в камеру модификации. Который жал мне руку после первой боевой операции и говорил: «Хорошая работа, сержант. Так держать».

Я думал, он погиб. Все думали. Его бункер накрыло одним из первых ударов — так, по крайней мере, говорили. Прямое попадание, никаких шансов.

Но он успел. Успел оставить это послание. Успел спрятать что-то в Новомосковске — городе, который тогда назывался иначе, но который, судя по всему, пережил Падение.

И он написал, что нас было шестьдесят.

Шестьдесят Витязей в стазисе.

Я — один из них.

Кто ещё проснулся?

Елена Северова — она тоже из «спящего резерва»? Или она из других, тех, кто пережил катастрофу иначе?

Голова шла кругом. Слишком много информации. Слишком много вопросов.

Но одно было ясно: мне нужно в столицу. Срочно. Не через три дня с караваном — завтра. Сегодня ночью, если получится.

Собор Святого Михаила. Северо-западная башня. Третий камень снизу.

Там — ответы.

Но тут гримуар, видимо, решил меня совсем добить и ударил тонким лучом концентрированной энергии, угодив мне прямо в лоб. Я отшатнулся, почувствовав сильную головную боль, поморщился и приготовился использовать чары, но тут…

— Здравствуй, брат.

Я оказался в лесу. Летнем лесу, смешанном — ели и кедры росли вперемешку осинами, березами и прочими лиственными. И учитывая, что за окном только начинала подходить к февралю зима, я был либо очень далеко, либо в другом времени… Ну или, что самое вероятное, в видении.

— Здравствуй… извини, братом называть не буду — я тебя не знаю, — ответил я.

Стоящий в пяти шагах от меня человек был высок и широкоплеч. И это все, что я могу о нем сказать. Накинутый на голову капюшон явно при помощи магии создавал сплошную тень, полностью скрывая лицо. На самом незнакомце широкие и свободные одежды зеленого и коричневого цветов, на ногах крепкие кожаные сапоги, в руках — длинный около двух метров посох. Весьма приметная вещица — по гладкой, заботливо ошкуреной поверхности тянулись ряды незнакомых мне символов, а в навершии сверкал зелёными гранями камень размером с мужской кулак.

— Если ты видишь меня, значит, гримуар уже счел тебя достойным получить знания и помощь в дальнейшем развитии. Значит, достоин услышать и это сообщение…

Похоже, это была запись, а не приглашение на разговор. Жаль, жаль…

— У тебя, наверное, возникли вопросы — почему этот гримуар, если он создан до Падения, помогает тебе именно в магии, а не как Витязю? Ну и кто я такой, конечно… Скажу сразу — я не полковник Корнеев. Я — тот самый Ю. В. Г., который внес в гримуар магические знания.

Сейчас 157 год от Падения Небес, как принято говорить в нынешнем времени. Люди последние сто лет активно строили цивилизацию на осколках былого величия — ведь с появлением магии в больших городах, разрушенных Падением не до конца, или малых, почти не пострадавших от прямых ударов, там начали появляться разного рода аномалии. Чем больше ударов было направлено по городу, тем больше всякого разного там появилось. Москва, безусловно, тут чемпион. Мы ведь первые две волны атак на столицу отразили на территориях Подмосковья, третью сбили прямо над городом, а в четвертой было уже всего несколько ракет. Больше и не требовалось — сбитые над городом ракеты выкосили основную часть населения ударной волной и радиацией. Потому город почти цел. Та же история с Питером и большей частью миллионников. Экономили ракеты, не тратили на бессмысленное разрушение зданий — Русь-матушка необъятна, и покрыть ударами её всю так, чтобы не осталось уцелевших регионов, которые потом восстановят цивилизацию… На это требовалось очень много ракет.

Всё это я и сам знал — ведь очнулся я в Москве и вышел из неё. Кстати странно, по его словам там должно быть много аномалий магического толка — но я ни на одну не напоролся. Да и проблем почти не было — все, кто мне встретились, пока я выбирался, были откровенно слабые твари. Тогда мне так не показалось, но позже, немного освоившись и послушав рассказы местных о рейдах на Москву, я понял, насколько мне повезло.

— Не могу пока раскрыть свою личность, брат мой, во тьме рожденный, — продолжил незнакомец. — К моменту, когда я нашел это хранилище биореакторов с вами, я понял важную вещь — у города есть что-то вроде своего самосознания. Он сам привел меня сюда, как я теперь понимаю. А ещё он крепко держит всех вас — при всем желании я не смогу вытащить вас на свет. Реакторы окутаны его силой, и Скверна питает их энергией — но какая-то странная, сильно ослабленная и очищенная. Видимо, вам теперь будет не страшна радиация как явление, а ещё вы сможете её использовать при желании — это я про Скверну… Но что удивило меня больше всего — город явно хочет, чтобы я настроил систему питания так, чтобы она отфильтровывала Скверну, оставляя для вас лишь чистую ману. Он обратился ко мне сам, напрямую — и это тоже было странно и удивительно. Он не говорит привычными нам способами — напрямую посылает образы и эмоции в разум. Не без труда, но я сумел разобраться.

Это было интересно, надо признать.

— Он не хочет подвергать вас мутациям и превращать в своих чудовищ — и это ещё раз меня поразило. Здесь тридцать один Витязь, и все М3 — из вас он мог бы создать таких тварей, что мороз по коже… Каждая — минимум Архимагистр, как минимум треть — Архимаги… И при этом куда сильнее среднего. Но он не собирался этого делать…

— В благодарность за мой труд разум города предложил мне выбрать награду самому. И я выбрал, удивив его — я попросил доступ к оставленным вам гримуарам, — продолжил незнакомец. — Он поначалу отказался, но когда я пояснил, зачем мне это, согласился. И даже заявил, что это не награда, а ещё одна услуга и я все ещё могу рассчитывать на награду. Причем большую, чем изначально. Что ж, самосознание Москвы обдурить оказалось просто — в социальных навыках оно не сильно.

Незнакомец гулко хохотнул и продолжил:

— Двадцать «пароварок» стояли пустыми — Витязи из них уже ушли. Ушли с этими гримуарами — такими, какими они были изначально, с кучей бесполезной нынче информации… Я же хотел бы дать вам шанс на выживание. Это изначально и было моей целью, когда я узнал о вашем существовании. Полковник нынче явно собирается примерить княжескую корону где-то неподалеку от бывшего Курска. И объяснив всё (кроме того, что это и было моей целью) разуму города, под его контролем я сделал это — взломал чарами гримуары, стер бесполезную для вас информацию о технологиях создания Витязей, и загрузил на её место комплексную программу изучения и развития магии. Лучшие на данный момент чары, которые я разрабатывал лично, специально для использования на низших рангах так, чтобы они масштабировались с каждым новым рангом. Облегчил по максимуму. Поэтому на каждом ранге у вас будет возможность спокойно осваивать новые чары — ведь у вас уже имеется набор боевой магии нужного ранга, с которым вы уже отлично управляетесь.

Незнакомец опустил голову, замолчав и словно бы задумавшись.

— Двадцать девять Витязей уже покинули эти капсулы. Открыть их и выпустить вас никто не мог — здесь город концентрирует такие силы, что оторопь берет. Сильнее охрана только Кремля (он уцелел) и Москва-Сити. Я бы своими силами сюда ни за что не пробился… В общем, я стер бесполезную ерунду, оставив только самое важное — послание полковника и адрес тайника в Новомосковске. Это действительно важно. А на место всего этого я влил все свои знания о магии в учебник… А затем подключился и сам город, тоже добавив от себя чар. Пятого и выше рангов. А ещё вместо обезличенной программы мы подсадили туда специального духа, так что у тебя что-то наподобии ИИ. Если ты хорошо относился к гримуару, то дух может в благодарность тебе как-то и чем-то помочь напрямую.

Он вновь взял паузу, ковырнул посох камень у себя под ногами и недовольно цыкнул.

— Я хотел бы вас разбудить прямо сейчас и взять с собой, но город однозначно дал мне понять, что так не будет. Как я понял, он сам выпускает вас, когда чувствует, что кто-то из спящих проснулся. И выпускает со своей территории, убирая с вашей дороги всех тварей, что могут угрожать проснувшемуся. У Москвы на это некий договор, с кем-то, назвать кого Москва отказалась. Со мной тоже договорилась… Я прочел все ваши досье — они были здесь же, сохранились. Оказывается, стояли в шкафчиках, встроенных рядом с каждым биореактором. А прочитав, попросил ещё кое о чем.

Взмах посоха — и окружающая нас реальность дрогнула, смялась и сменилась совсем иными декорациями. Высокий, метров десять вверх потолок, и весьма протяженный — метров, наверное, двести, а то и больше.

Мы стояли в самом его начале. Вдоль широкого, метров восемь, коридора стояли ровные ряды пароварок… Нет, Биореакторы, именно так, с большой буквы. Здоровенные дуры шесть метров в высоту и в ширину, с уходящими далеко вглубь, к стене, задней частью.

Мой спутник двинулся вперед, и я вынужден был пойти за ним — некая сила начала меня толкать вперед, недвусмысленно намекая, чтобы я шел за своим собеседником.

Подчинившись, я быстро догнал широко шагающего мужчину. Мы шли в сплошной тишине, освещаемые слабым светом, льющимся из ламп аварийного освещения. Я вовсю вертел головой, надеясь узнать чье-нибудь лицо, но быстро плюнул на это занятие — лица у всех были размыты, словно мы смотрим какое-то видел с заблюренными лицами.

И почти половина была пуста.

— Я прочел все личные дела. В шкафчиках оказались личные дела, причем весьма подробные, но я этим не удовлетворился и потребовал вообще все данные, что были на вас. Получив и изучив их, я окончательно определился. Договор с городом был прост — выбранные мной Витязи, количеством шесть человек, когда-бы не проснулись, отправятся туда, куда я укажу, и город дает гарантирует это. Два пойдут в то, что сейчас называется Ростовским Княжеством, трое — станут церковниками, а ещё один, последний — в Новомоское Княжество. И именно ты — тот самый последний, которому досталось это новое образование… Интересно, сколько лет уже минуло?

Много, призрачный приятель, очень много.

— Не сомневаюсь, что когда ты выберешься и начнешь набирать силу, быстро проскакивая ранги, к тебе начнут присматриваться, это быстро узнают специальные службы при Церкви или местном феодале. Потому учитывай это — не сомневаюсь, Адептом ты уже стал, ну или максимально приблизился к этой планке, но постарайся не особо афишировать этот факт, если у тебя нет хороших отношений с Церковью. Впрочем, думаю, ты уже сам во всем разобрался.

— Зачем я нужен тебе в Новомосковске? — спросил я, на миг позабыв, что передо мне лишь видение.

— Зачем ты мне в Новомосковске? — чародей чуть повернул он капюшон.

Я напрягся. Что за?..

— Думаю, ты сейчас настолько удивлен, что подумываешь свалить, верно? Плохие новости — из этого видения возможно выйти, только выполнив условия. Условие одно — дослушай до конца послание.

Ну тут он промахнулся. Ради важной информации любой Витязей мгновенно забудет о гордости и чести. А здесь ни то, ни другое не пострадало. Да и понятно, как он угадал — тут любой бы этим вопросом задался.

— Так вот, княжество небольшое и возникло недавно, лет пятнадцать назад. Правит на данный момент Владимир Наумов, Архимаг, у которого сильный Род за спиной и много союзников в ролях младших партнеров, у которых после победы над прежними владыками города и окрестностей, появились немалые земельные наделы здесь, в Новомосковску… В общем, уверен, если ты выйдешь из сна лет через тридцать — оно уже будет считаться одним из десяти крупнейших в регионе между Москвой и Питером.

Я вышел не через тридцать, а сто семьдесят два года спустя, почтенный Ю. В. Г. И теперь между Москвой и Питером одно сплошное Новомосковское княжество. Вытянутое образование, расширяющегося к краям, касающимся двух столиц.

— Я прочел всю информацию о вас, которую мне передало сознание города, и личные дела, что были тут. И только шестеро человек показались мне достаточно надежными, чтобы просить конкретно за них. В качестве бонуса — ваши гримуары содержат больше знаний и более широкий их спектр, к тому же я значительно увеличил возможности конкретно духов ваших гримуаров. Взамен же… Однажды к вам придёт человек и предъявит вот это.

В его руке блестел, занимая всю ладонь, золотой медальон, на котором, с одной стороны, был изображен двуглавый орел, с другой — какое-то дерево неизвестной мне породы. По низу шла надпись — Меня мир к лучшему, на русском языке, без англицизмов и прочего.

А ещё от амулета исходил целый спектр специфической энергии. Что это такое я не знал, но запомнил ощущение навсегда. Это важно.

— Этот человек, возможно, будет иметь какую-то просьбу. Может нуждаться в защите, крове или ещё что — неважно, вариантов миллион. Главное — если ты считаешь себя должным мне за все то, что я сделал, ты выполнишь просьбу. И так трижды — три раза помоги тем, кто придет с моей печатью, и мы квиты. Хотя… Думаю, мы встретимся раньше, чем тебя успеют три раза что-то там попросить. Мы в любом случае встретимся, тогда и поговорим как следует.