Вода

43

Прошло несколько недель, прежде чем Эмма смогла выйти из той комнаты, в которой находилась. С Агной она не очень много разговаривала, так как непонимание между ними, казалось, все больше и больше становится. Обе пытались, но из этого ничего не выходило.

Вынужденный простой очень тяготил Эмму. Слабость своего тела она воспринимала чуть ли не как что-то постыдное. Это уже я не понимала. Разве она виновата в том, что попала в такие условия? Но это было и в её характере. Она никогда себя не оправдывала.

Когда старая женщина предложила ей выйти, она обрадовалась и сразу же согласилась. Её форма лежала всегда в изголовье кровати, и она быстро оделась. Хотя только я видела, что даже это ей нелегко дается. Но её зрение несколько раз мутилось, и голова кружилась, судя по ощущениям. Но она упрямо терпела, не желая отказываться от представившейся возможности из-за таких незначительных, по её мнению, мелочей.

Агна выходила, пока она переодевалась и, кажется, была чем-то удивлена, когда увидела её. Эмма надела маску и опустила очки:

— Я готова.

— Странная у тебя одежда, — покачала головой Агна. — Никогда не видела такой. И будто не пачкается. Люди испугаются.

Еще одна фраза, поставившая нас в тупик. Одежда, которая не пачкается, удивляет её. Но почему? Чем не устраивал дизайн формы, я, возможно, понимала. Я не видела, как форма смотрится на Эмме, но на других, похожих на неё девушках, однажды довелось. Красиво, по-моему, и я обязательно закончу рисунок, на котором они стояли ровными рядами, ожидая чего-то. Хотя, должна признать, даже для купола их форма выглядела бы броско. В первую очередь, потому что предназначалась для выходов наружу.

Хотя я и Эмма помнили, как её принесли сюда, входа в защищенное пространство мы не видели, вот что волновало больше всего. Наверное, это произошло в тот момент, когда она была без сознания. Я чувствовала её любопытство и сама была в нетерпении.

Выйдя из комнаты, они оказались в тесном и узком коридорчике, в котором ничего не было. Две двери чуть дальше слева, и еще одна справа. Свет падал из узких щелей под потолком. Агна повернула направо. Эмма вышла вслед за ней.

В первый момент мне показалось, что это следующее помещение. Над головой был потолок, а под ногами пол. Но стена была только за нашей спиной. Что-то вроде навеса.

А потом от яркого света её зрение утратило четкость.

Я так подумала.

А Эмма в это время попятилась назад, пока не уперлась спиной в дверь. Потому что, когда её глаза привыкли к свету, она увидела пред собой что-то невообразимое.

Я решила, что у нее галлюцинация. Больше в голову ничего не пришло.

Трудно рассказать... Там были дома. Очень странные — маленькие, словно на одну всего комнату. Заостренные крыши, крошечные окна, кривые ограждения... все какое-то кособокое и черное. Резкий запах в воздухе чего-то неприятного и незнакомого. Люди ходили между этим строениями. Гораздо больше, чем я думала. И главное, что кругом лежал снег.

— Почему не идешь?

Агна по ступенькам уже спустилась и ждала Эмму, стоя на снегу. И тут к ней подбежал зверь.

Я видела их довольно много, благодаря Эмме, но такого никогда. Небольшой, Агне по колено примерно. Мохнатый, лед вмерз на клоках шерсти внизу. И очень подвижный. Он скакал вокруг женщины, напрыгивая на нее. Но эти толчки не сильные были, без цели повалить.

Эмма выставила руку с малым арбалетом, но не испугалась. Атаковать зверь не хотел, это она четко знала. И Агна реагировала на него очень спокойно, даже заговорила и провела рукой по голове. И снова подняла голову, чтобы взглянуть на замершую Эмму. Хотя оружия она видеть не могла, мне кажется, она сразу поняла, что этот жест несет угрозу. Она издала звук, слегка повернув голову, и животное перестало прыгать вокруг нее, словно понимало и подчинилось, застыв, прижавшись к земле. Не полностью обездвижив и не напружинившись, как для атаки. Оно словно приготовилось ждать, и так ему было удобнее.

— Что это?

— Койра, — ответила Агна. — Ты никогда не видела таких? Ты его боишься?

— Он не угрожает мне.