Вода

76

Мне казалось, что ничего нового я не увижу. Я так давно пережила все эти восторги, и новых впечатлений, я имею в виду, каких-то особенно новых, не ждала. И все оказалось совсем не таким, как я ожидала.

В первый момент меня просто ослепило. Солнце еще не взошло, но, тем не менее, света было так много, и он был таким ярким, что на глазах слезы выступили.

Боты аккуратно поставили ауто на площадку, и Кайс открыл дверь, сразу выбравшись наружу. Он действовал спокойно и обыденно даже. Наверное, поэтому я тоже не отнеслась к нашему месту прибытия как к чему-то особенному. Даже улыбнулась Киту, который внешне не казался взволнованным, но все же не спешил выйти. Я же вышла наружу без особенного трепета.

В действительности смотреть на внешний мир даже из-за тонкой оболочки ауто было совсем не тем, что увидеть все собственными глазами. Если подумать, я все же, хотя и видела, будто собственными глазами, когда была с Эммой, то, что видела она, направление взгляда никогда не контролировала, это делала она. И эти мои "сеансы" были слишком коротки. И оказалось, что я совсем не готова была увидеть все сама! Совершенно не готова! Всё было другим! Другим и всё! Абсолютно!

Небо по-настоящему бездонное. Я только сейчас поняла, что это значит. Не большое, не гигантское, никакие метрические данные не подходили, эти смешные и казавшиеся мне такими правильными линейки просто ломались, сметенные величиной, которую трудно было осознать. Её только увидеть можно было и прочувствовать, примерив на себя. Бесполезно рассказывать, какое море огромное, тому, кто видел только маленький пруд.

Горы тоже велики и дальше, чем я думала, располагались. Но все же по сравнению с небом их можно еще было осмыслить и принять. Как и белые просторы, уходящие так далеко и коробящие своей пустотой.

— Странно, я как будто был здесь и забыл об этом, — сказал Кит, и я очнулась.

Не думала, что меня настолько раздавит увиденное. Я была к этому совершенно не готова, как выяснилось. Настолько, что, для того, чтобы прийти в себя, мне нужно было время. Я только сейчас почувствовала, какой здесь был холод! Очень, очень холодно! Но даже физический дискомфорт отодвинулся на второй или даже третий план.

— Я понял, — Кайс подошел к нам, закончив разговор с кем-то. — Теперь нужно определиться с направлением. Миия, куда нам лететь?

Я глупо раскрыла рот, уставившись на него. Почему я не подумала об этом до сих пор?!

— Я... я не знаю!

— Общее направление я представляю, — он говорил спокойно, словно настраивая меня на рабочий лад как инструмент. — Но это очень далеко, и нам нужна более конкретная точка конечного маршрута. Ты же можешь спросить у Эммы?

— Хорошо.

— Тебе нужно что-то особенное?

— Я сяду в ауто.

Не то чтобы мне это было особенно нужно. Но хотелось спрятаться. Слишком вокруг все было... не родное. И завораживающее одновременно. Мне все же нужно было сосредоточиться.

Они пошли вместе со мной. Я немного смущена была таким пристальным ко мне вниманием. Это все равно, как если бы меня попросили лечь спать при большом скоплении народа. Кит понял, в чем заминка, первым.

— Нам лучше подождать снаружи?

— Да.

Страх кольнул едва ли не впервые — а вдруг не смогу, не получится?

Свет под веками был красноватый, я старалась думать только о нем. Точнее, не думать совсем, просто смотреть. Снаружи доносились звуки непривычные. Каждый шаг — скрип. Я его уже слышала, это снег под ногами так звучит. Как же холодно!

По рукам и ногам, словно в ответ на эту мысль, побежало тепло. Горячая струя, будто инъекция потекла, неспешно поднимаясь. Окутывая руки и ноги, к сердцу стремясь. Такое уютное тепло! Каждая клеточка, кажется, в нем согрелась.

— Эмма?

Но она не отзывалась. На красном стали проступать темные пятна, точками, а потом я рассмотрела, что это пузырьки. Похоже на кровь под микроскопом, подумалось мне. Они и двигались, словно в потоке, справа налево.

Где же она? Почему молчит? И как умиротворяющее тепло. Двигаться не то, что не хотелось, тело словно потяжелело разом в несколько раз. Такое чувствуешь, когда только-только выныриваешь из сна.

Сна?! Я почувствовала смутную тревогу, но её тут же смыло потоком. Я еще пыталась оглянуться, чтобы видеть, не забыть, но меня волокло вперед, как безвольную щепку. Оказывается, это вовсе не черный, а темно синий поток, почти растворивший в себе все оттенки красного. Он еще и искрился сиреневыми иголочками. Пока я смотрела на игру цветов, поднялась высоко-высоко, зависнув среди звездной россыпи, а искры стали рисовать для меня красивые узоры. Точнее, одно красивое лицо, что улыбалось мне. Ожив и соткавшись до фигуры в полный рост, которая, потянувшись сквозь пропасть между нами, протягивала мне руку.

И я с радостью потянулась навстречу, сквозь тоску стараясь коснуться его руки...

— МИИЯ!

В нос ударил тошнотворный запах. Я едва не задохнулась, слезы из глаз вышибло! И тут же в центр груди словно нож воткнулся, я скукожилась от боли, не в состоянии ни вдохнуть, ни выдохнуть.

— Она задыхается, переверни её!

Алые брызги на белом распускались, как игольчатые цветы. Я уже видела это... видела... видела...

Я не потеряла сознание только благодаря боли. Из центра груди она прогрызлась и вцепилась мертвой хваткой мне в голову. Казалось, кости черепа сейчас рассыпятся на отдельные фрагменты. Мне едва хватило сил дотянуться и нажать на бугорок у основания шеи. "Климп" — услышала только я отзыв на сработавшую систему, и в голове стало проясняться.

— Нужно спуститься и отвезти её в больницу, — кричал Кит.

— Нет, — выдохнула я, ухватив его за руку.

Они оба уставились на меня, словно заговорила не я, а бот. Я лежала на площадке под открытым небом, Кайс и Кит сидели с обеих от меня сторон.

— Ты очнулась?!

Я попыталась сесть, но только с их помощью это получилось. В голове еще гудело, а лицу было очень холодно.

— Что случилось?

— Ты словно уснула, а потом забилась и...

Кайс повел рукой, и я увидела, что снег вокруг нас забрызган розовыми пятнами. Куртка спереди вся измазана кровью. Запоздало сообразив, я коснулась своего лица, неприятно стянутой кожи. На пальцах остались следы крови.

— Мы спускаемся, — сказал Кит.

Я снова ухватила его за руку, останавливая.

— Нет. Надо сначала добраться до Эммы. Со мной все в порядке. Все уже прошло.

— Ты совсем не в порядке! Тебя нужно в больницу доставить, и как можно скорее.

— Я уже сделала все, что можно, — я старалась говорить спокойно и как можно более уверенно, даже не постеснявшись приврать немного: — Такое уже было, и ни один врач большего не сделает.

— Что ты сделала?

— Это, — я растопырила свои окровавленные пальцы, — следствие скачка давления. Теперь оно стабилизировано.

— Как это? — не поверил Кайс, да и Кит смотрел с недоверием.

Пришлось подставить холоду обнаженную шею.

— Это медицинский чип, который следит за моим состоянием. Если бы он не смог мне помочь, здесь были бы уже медики. Вы видите хоть одного?

— А они могут сюда добраться? — после паузы спросил Кит у Кайса.

— Могут, — уверенно кивнул он. — Мы не настолько недосягаемы. В таких случаях они могут добраться куда угодно в куполе, даже в закрытые зоны.

— Но все-таки...

— Все, что мне сейчас требуется — умыться! Вода есть?

— На таком холоде? — нахмурился Кайс. — Не советую.

— Я поищу что-нибудь, — Кит поднялся и отошел.

Кайс смотрел, как он сел в ауто, а потом нерешительно взглянул на меня.

— Ты её видела? Это из-за неё?

Я кивнула.

— Не слишком много. И я не смогла узнать, где она.

— Почему?

— Она спит.

— Спит?!

— В прошлый раз, когда я увидела её сон, я обзавелась этим, — я указала себе на шею. — Мозг во сне, словно на другой волне, испускает другие частоты. Мой в состоянии бодрствования очень плохо такое слияние переносит. Прости, но больше ничем помочь не могу. Я не знаю, как её разбудить. Придется просто ждать.

— Мы можем пока двигаться в её направлении, — сказал вернувшийся Кит.

Опустившись на колени рядом со мной, он ухватил мое лицо за подбородок и стал оттирать, хмурясь сердито и избегая смотреть мне в глаза.

— Это очень приблизительно, — Кайс в раздумии закусил губу. — Но больше ничего не остается. Ты точно сможешь выдержать эту поездку? Я могу оставить вас здесь.

Кит, кажется, не слушал, сосредоточенно продолжая свое дело, но его движения немного замедлились.

— Нет. Нам же не спуститься вниз. Решил нас здесь заморозить? И, возможно, я смогу её почувствовать, когда мы окажемся поближе.

— Ладно. Летим за Эммой.

— Какая предельная скорость у ауто? — спросил Кит, когда мы уже были внутри салона.

— Не имею понятия, — отозвался Кайс, поднимая ауто в воздух. — Она есть вообще?

— Тем лучше. Чем быстрее найдем, тем быстрее вернемся, — он смотрел подчеркнуто наружу. Куда угодно, только не на меня.

Я испытала небольшой приступ паники, когда ауто двинулось вперед. На кокой-то момент показалось, что внизу совершенно ничего нет. Не представляю, с какой скоростью мы двигались, над однообразной снежной гладью это было не сильно ощутимо.

— Откуда ты знаешь направление? — заговорил Кит.

— Эмма нашла старые архивы. Мало что сохранилось, но из того, что осталось, удалось выяснить, что раньше искусственное происхождение зимы ни от кого не скрывали. Переселение в купола было добровольным. Расчет был на то, что это временная мера.

— И что же пошло не так?

— Выясним. Сейчас понятно, что или оледенение оказалось слишком сильным, или это произошло из-за установки. И то, что постепенно информацию стерли. Теперь никто не помнит, как все начиналось.

— И все же я не понимаю, зачем? Разве плохо то, что мы давно могли бы выйти из куполов и жить на планете? — задала и я вопрос.

— Так проще контролировать, — ответил мне Кит, хотя все еще не смотрел на меня.

— Он прав, — не стал отрицать и оправдываться Кайс.