Вторая жена господина Нордена. Книга 2

Глава 17

Полина

Огромное здание торгового центра будто давило и прижимало к земле. Серое с оранжевым, в четыре этажа, с полукруглым фасадом, в панорамных окнах — яркий свет. Я задрала голову и посмотрела наверх, на огромную светящуюся в сумерках вывеску. Показалось, будто здание пошатнулось, и я отскочила ближе к краю тротуара. Мне нельзя уходить, надо кого-то дождаться. Но кого?

— Полинка, вот ты где! А я тебя везде ищу, ищу!

Я резко обернулась: прямо рядом стоит Антон. Вроде бы такой же, как всегда, только загорелый. Ах, да, кажется, он с Машей собирался в Турцию. Или они съездили в Сочи? Я-то туда так и не попала…

— Антон? — Я удивлённо вскинула брови. — Ты тут что делаешь?

— Как что? Поль, мы же встретиться договорились, забыла? Мне… сказать кое-что надо.

— Неужто на смену Маше пришла другая? — ехидно спросила я, невольно сжимая руки в кулаки.

— Не, с Машкой мы расстались, и я к тебе хочу вернуться. И вот ищу тебя, ищу, а ты пропала куда-то. На звонки не отвечаешь, дома нет, родители думают, что ты отдыхать поехала…

Я во все глаза уставилась на Антона. Он сейчас серьёзно? Вернуться хочет? Да ладно! В голове забилась какая-то тревожная мысль, но я никак не могла её поймать. Ах, да, точно, я же теперь живу в другом мире, и у меня есть муж…

— Вообще-то я замуж вышла, — сообщила я, гордо вскинув подбородок.

А Антон вдруг издевательски засмеялся, заложив большие пальцы в карманы джинсов.

— Поль, ну кого ты обманываешь? Замуж? Мы всего неделю назад расстались, когда бы ты успела?

— А вот успела, представь себе. — Я скрестила руки на груди. — Тебя точно не должно волновать, как именно это случилось.

Бывший вгляделся в меня, и вдруг его лицо перекосило от злости.

— Что, только мы расстались, как уже легла под другого?

— Может, я, по-твоему, должна была убиваться и рыдать в подушку? — Я тоже разозлилась, но в глазах всё-таки защипало от обиды. Не могу же я сказать Антону, что с мужем ещё не спала, да и не хочу, но придётся.

— Это уже тебе решать, но раздвигать ноги перед другим мужиком на следующий же день — это мерзко.

— А изменять мне с Машкой было не мерзко?

— Так я же всё осознал и хотел вернуться, но теперь, конечно, уже передумал. Мне не нужна испорченная шлюха.

Я уже не скрываясь всхлипывала, так стало обидно. И не то чтобы я собиралась простить Антона, но обвинять меня в том, на что я имела полное право — это уже слишком даже для него! Тут кто-то осторожно тронул меня за плечо. Я попыталась обернуться, но перед глазами всё расплывалось от слёз.

— Элианна, просыпайтесь. Иначе проспите ужин. Элианна…

Я распахнула глаза, охваченная паникой, и резко села. Голова закружилась, перед глазами поплыли пятна. Кто-то осторожно уложил меня обратно на подушку.

— Не нужно так резко вскакивать, иначе вам опять станет плохо.

Блин, это Адриэн. И я всё ещё в другом мире, а Антон мне просто приснился. И, судя по мокрому лицу, плакала я и наяву тоже. Странно, но меня вдруг затопила волна облегчения. Как хорошо, что это был всего лишь сон! И что Адриэн настоящий. Я мысленно встряхнулась. Что за ерунда? Я бы с радостью оказалась в своём родном мире, только, пожалуйста, без Антона.

Снова открыв глаза, я обнаружила, что Адриэн склонился надо мной и внимательно наблюдает. Сердце вдруг ухнуло вниз. Блин, блин, блин! Мы же так и не успели поговорить о брачной ночи, и он наверняка решил, что всё в силе…

— Сколько сейчас времени? — прохрипела я. — Вы пришли, чтобы… ну, чтобы…

— Чтобы позвать вас ужинать. — Адриэн посмотрел с усмешкой и отстранился. — Нэйлия приготовила для вас лёгкий суп, и есть его лучше горячим. Так вкуснее.

Я села, но на сей раз медленно и осторожно. И на всякий случай, поджав ноги, отодвинулась ближе к подушке.

— Не бойтесь, я не собираюсь на вас накидываться. — В тоне мужа проскользнула знакомая издёвка. Нет, всё-таки я ужасно рада его видеть после дурацкого сна. Кстати, первого после попадания в другой мир, где муж не участвовал.

— Просто я подумала, ну… насчёт нашей… договорённости… — промямлила я, тщательно прикрывая босые ноги платьем.

— Какой договорённости?

Или не рада… Нет, пожалуй, всё-таки рада, даже несмотря на издёвки.

— Насчёт брачной ночи, — уточнила я, с вызовом посмотрев мужу в глаза. — Не думаю, что вы об этом просто забыли.

— Не забыл, но почему-то был уверен, что учитывая ваше состояние, лучше её перенести. Или вы уже в порядке?

И, что странно, теперь его голос звучит совершенно серьёзно. И смотрит он тоже серьёзно, даже будто бы с сочувствием. Я прислушалась к ощущениям: несмотря на зелье, зуд пока не прошёл, да и слабость во всём теле жуткая.

— Ну, не то чтобы в порядке, но, может, вы уже настроились, — промямлила я и тут же отругала себя за неуверенность. Надо сразу твёрдо сказать «нет» и всё.

— У нас есть время, — напомнил Адриэн, поднялся с кровати и протянул мне обе руки. Я не стала отказываться и приняла помощь.

Когда мы вышли в коридор, Адриэн осторожно провёл меня мимо сундуков, и я, покосившись на них, сказала:

— Постараюсь после ужина разобрать оставшиеся вещи, чтобы вы могли освободить проход.

— Не спешите. — Муж пожал плечами. — Вам пока лучше побольше отдыхать. Но если хотите, могу сегодня сбить заклятие с ящика.

— Отличная идея, — улыбнулась я и притормозила. — Мне бы в ванную забежать…

— Конечно, идите, — ответил он и проследил за тем, как я протискиваюсь обратно по стене.

Зеркало отразило растрёпанную причёску и всё ещё красное лицо. На щеке отпечатались следы от пальцев, которые во сне подложила под голову… Ничего удивительного, что Адриэн не особенно настаивал на брачной ночи. Посмотрел на меня, ужаснулся, а я его напугала своей настойчивостью. Я нервно хихикнула и принялась расплетать косу.

Пока мы возвращались от целителя, Адриэн молчал, и я старалась не отсвечивать. После того, что ляпнула в кабинете Рониэля, и правда лучше всего было помалкивать. Перед мысленным взором всё ещё стояли ошарашенные глаза мужа и его друга после моих идиотских слов про алкоголь. И ладно бы я эти крепкие напитки, а точнее, водку, так часто пила, так нет! Было-то всего пару раз в студенческие годы, и то с подачи Ксюхи. Но следует признать, что способ вдыхать или выдыхать перед питьём вполне действенный. И рукавом занюхивать тоже неплохо. Во всяком случае, в этот раз я не начала задыхаться, просто немного сжалось горло. Но непонятно, с какой стати вдруг разоткровенничалась.

Ещё интересно, о чём говорил Рониэль с Адриэном, пока я лежала на кушетке. Иногда они посматривали на меня, то есть предмет разговора понятен. Но что именно они говорили обо мне? Хотя вряд ли что-то совсем плохое. Во всяком случае, Рониэль смотрел всё с той же симпатией, а потом и вовсе угостил конфеткой. Его жест сначала сбил с толку, а потом тронул. Нет, ну разве это не мило? Хоть кто-то в этом мире проявляет ко мне искреннее — по крайней мере на первый взгляд — сочувствие!

Как и в прошлый раз после приёма жуткого зелья, меня потянуло в сон. Правда, спать я завалилась не сразу. По возвращении мы пообедали, и я честно собиралась заняться багажом Элианны. Но глаза сами собой закрывались, так что в конце концов я устала бороться с сонливостью и прилегла на пять минут. Было это часа в три. А сейчас семь. И на сей раз Адриэн решил разбудить меня и накормить. Что ж, это тоже мило. Ладно, не стоит заставлять мужа ждать.

Я открыла верхний ящик стола и вздохнула. Да уж, работы ещё полно. Нужно выгрести всё из свободных от заклятия ящиков, чтобы у Адриэна было больше места для манёвра. Мы договорились, что, как только я освобожу стол, позову его, и он займётся снятием заклятия. Честно говоря, до ужаса любопытно, как именно снимается заклятие и что же такое хранила Элианна в ящике. Наверняка какой-нибудь компромат.

Стол прислали, как есть, разве что ящики примотали клейкой лентой, чтобы не раскрылись по дороге. Странно, что не магией запечатали. Я оторвала её и выдвинула верхний ящик. Насколько помню, всё в нём осталось прежним. Взяв книгу, в которой Элианна хранила шарж на себя и своего возлюбленного, я поставила её на стеллаж. Сложила аккуратной стопкой документы. Чернильницу отнесла на подоконник. Мало ли что, раскроется и всё зальёт… Кстати, у Адриэна в кабинете, кажется, я никаких чернил на столе не видела. Или не обращала внимания? Я отнесла документы в сундук с мелочами, стоящий теперь в моей спальне.

С удовольствием почесалась и позволила себе присесть на стул. Ужин, как и всегда, прошёл в молчании. Я окончательно убедилась, что между Адриэном и его служанкой произошла ссора. Он на неё даже не смотрел, общался сквозь зубы, зато в Нэйлии вдруг проснулось несвойственное ей смирение, если не сказать раболепие. Она кланялась чуть ли не в пояс, смотрела заискивающе, пытаясь поймать взгляд господина, а мне прислуживала с особым усердием.

Под конец ужина мне стало противно, и я мечтала поскорее скрыться в своей комнате. Кажется, у мужа были примерно те же желания, потому что, едва допив отвар, он бросил служанке:

— Уберёшь со стола, вымоешь посуду и свободна.

Из гостиной мы снова выходили вместе, и уже возле двери в кабинет Адриэна поговорили насчёт ящика.

— Приду к вам, как только освобожусь, — сказал муж. — Думаю, вам как раз хватит времени, чтобы опустошить ящики. Впрочем, если не боитесь за сохранность вещей, можете оставить всё как есть.

— Я всё вытащу, — пообещала я, и мы разошлись.

Некоторое время спустя довольно громко хлопнула входная дверь. Ну надо же, Нэйлия показывает характер?

Я почесала голову, пытаясь сопоставить все детали мозаики. Итак, утром Нэйлия два раза обошлась со мной плохо — не разбудила Адриэна и отправила на запрещённую территорию, — и после этого между ней и господином будто кошка пробежала. Неужели Адриэн ей что-то высказал? Но ведь когда я только приехала сюда, он ясно дал понять, что с Нэйлией нужно общаться уважительно. Что-то не сходится…

Ладно, хватит рассиживаться. Меня ждёт ещё один ящик. Я нехотя поднялась и вернулась к столу. В среднем ящике тоже ничего не изменилось, но с ним пришлось повозиться основательнее. Чистые листы бумаги я сложила в сундук: пригодятся. Может, стоит начать вести дневник и записывать всё, что со мной происходит в новом мире. Коробочки со скрепками, красками и карандашами тоже могут понадобиться. Рисую я, как ребёнок детсадовского возраста, но это тоже хоть какое-то занятие. Ага, а вот и книжечка с замочком, хранящая секреты Элианны. Не то чтобы я очень любопытная, но было бы интересно почитать, хотя бы ради конспирации. Со вздохом отложив блокнот, я продолжила освобождать ящик.

Хоть и чувствовала себя разбитой и больной, но занятие делом как-то вдохновляло. Это лучше, чем лежать и жалеть себя. Закончив с ящиками, я убрала с поверхности стола всё, что успела туда положить, в том числе красивую конфетку, которую мне пока даже попробовать нельзя. Я повертела её в руках и невесело засмеялась. Как же мне мало теперь нужно для счастья! Оглядев стол и убедившись, что он пуст, я одёрнула подол платья, пригладила волосы и отправилась в кабинет Адриэна. По пути поняла, что ужасно хочу пить. Сейчас бы того самого отвара, который я про себя решила отныне называть чаем.

Интересно, Нэйлия ушла совсем или потом вернулась? Я дошла до кухни, но служанки там ожидаемо не оказалось. С опаской посмотрев на плиту, где стоял блестящий местный чайник, я почесала руку и задумалась. Наверное, надо учиться самой делать себе питьё, ведь Нэйлия не всегда в доме, а Адриэну, скорее всего, уже порядком надоело со мной возиться.

Значит, стоит хотя бы попробовать, а у мужа спрошу только, где находятся травы для отвара. Я решительно подошла к плите, сняла чайник и вернулась к раковине, чтобы набрать воду.

Поставив чайник обратно на плиту, я, вспомнив, чему учил меня Адриэн, осторожно повернула конфорку. Однако она не загорелась, и я обескураженно выкрутила её влево. Постояла немного и опять попробовала повернуть вправо. И снова ничего. Неужели магический артефакт не слушается меня, потому что не местная, и подчиняется только в присутствии Адриэна?

Тяжело вздохнув, я развернулась и направилась к кабинету. Сейчас муж в очередной раз получит повод глянуть на меня свысока… Скорее всего, ещё и отчитает: ведь он сказал, что сам придёт, значит, беспокоить его нельзя. Остановившись перед дверью кабинета, я осторожно постучала и сразу же услышала:

— Входите, Элианна.

Я приоткрыла дверь и бочком протиснулась внутрь. Не знаю почему, но заходить в кабинет мужа всегда страшно, хотя он ни разу не сделал ничего ужасного по отношению ко мне.

— У вас что-то срочное? — спросил Адриэн. Он сидел за столом и до этого явно что-то писал: ручка — не такая, как у Элианны — зажата в руке и занесена над листом.

— Нет, это не срочно… Я вас отвлекла, простите, — пробормотала я, опустив глаза в пол.

— Присядьте, я закончу, и мы поговорим.

В тоне мужа не слышалось ни раздражения, ни злости, и я немного успокоилась. Прошла к дивану и осторожно присела на краешек, сложив руки на коленях. Мне было уютно сидеть вот так, в этой комнате с тёмными углами, где горела жёлтым светом настольная лампа, а Адриэн, судя по всему, принимал какие-то важные для других людей решения.

И только я об этом подумала, как ощущение уюта сразу же рассеялось. Когда-нибудь муж наверняка узнает, что я не Элианна. И очень возможно, что тогда он будет принимать важные решения уже на мой собственный счёт… Руки похолодели, а пальцы будто сами собой сжались и разжались. В ответ на страх тело снова зачесалось как-то всё разом, а во рту ещё сильнее пересохло.

— Что с вами? — раздался рядом тихий голос.

Я вздрогнула и подняла взгляд: Адриэн уже повернулся ко мне и теперь очень внимательно наблюдал за тем, как я судорожно комкаю подол платья.

— Опять что-то натворили? — невозмутимым тоном поинтересовался муж, и меня будто током прошибло. Страх мгновенно сменился возмущением.

— По-вашему, я всё время что-то творю? — Я нахмурилась, вскинула подбородок и посмотрела Адриэну в глаза.

— Согласитесь, что неприятности вас так и преследуют, и по большей части вы виноваты в них сами. — Муж чуть подался вперёд, продолжая смотреть на меня очень пристально.

— Ах, простите, пожалуйста, что доставляю столько проблем!

Я уже дёрнулась, собираясь встать и уйти, но Адриэн поднял руку и тихо, но весомо приказал:

— Сидите, Элианна. И, прошу вас, перестаньте каждое моё слово воспринимать в штыки. Научитесь отделять правду от желания уколоть.

— А по-моему, вы только и думаете, как бы меня уколоть побольнее и попрекнуть тем, что уже насобирала кучу проблем на свою голову! — Я всё сильнее закипала.

— Разве я хоть раз чем-то вас попрекнул? — Адриэн встал из кресла, подошёл к дивану и сел в противоположном от меня конце.

— Вы постоянно говорите колкости по поводу и без, — ответила я и почувствовала, что сдуваюсь.

Муж, как обычно, прав: я и правда уже доставила ему кучу проблем. Даже сейчас пришла не просто так! От очередного осознания собственной беспомощности к глазам подступили слёзы, и я отвернулась от Адриэна. Ну уж нет, плакать я больше не буду. Я крепко зажмурилась, пытаясь загнать слёзы обратно.

— Вы опять пытаетесь затопить мой дом? — раздался совсем близко тихий смешок. Надо же, Адриэн умеет смеяться, а не только усмехаться или ухмыляться? Неожиданно! Интересно, услышу ли я когда-нибудь его настоящий, искренний и весёлый смех?

— Ничего… подобного, — пробормотала я и обернулась, чтобы это доказать.

— Но вид всё равно такой, будто сейчас расплачетесь.

Ладно, кого я пытаюсь обмануть? Адриэн придвинулся ещё ближе и обнял меня. Очень осторожно, будто боялся какой-то неадекватной реакции с моей стороны. Я вздрогнула, а сердце болезненно забилось в груди от осознания, что этот мужчина рядом теперь мой единственный близкий человек. И, вероятно, так будет всегда. И лучше бы и правда перестать донимать его, если не хочу остаться совсем одна или вовсе попасть в тюрьму или на рудники…

— Элианна, расскажите, что опять случилось. Вы выпили ещё какое-нибудь зелье, подаренное сердобольными друзьями? — И снова этот будто сдерживаемый смех в голосе.

— Н-нет, мне нужно было… вскипятить воду, хотелось сделать отвар… И я… не смогла включить конфорку, хотя делала всё, как вы сказали. То есть я её повернула, но ничего не произошло.

Я судорожно вздохнула и уткнулась ему в плечо, вдыхая едва уловимый запах обладателя: одеколон и что-то ещё, может, шампунь или стиральный порошок. Честно говоря, я ожидала подначек и издёвок, но Адриэн с неожиданной серьёзностью уточнил:

— А вы пробовали ещё раз?

— Два раза, и всё равно не вышло, — ответила я, ещё раз вздохнув.

Переживания начали отступать. Я расслабилась в объятиях мужа и чуть откинулась назад, прижавшись к его боку. Почему-то самой стало смешно, стоило представить, как вся ситуация выглядит со стороны, и я от души рассмеялась.

— Так, ну это уже истерика, — совершенно серьёзно заявил Адриэн, пощекотав моё ухо дыханием. По телу побежали мурашки, и я поёжилась, ещё теснее прижавшись к нему.

— Нет, просто я… наверное… кажусь вам настоящей идиоткой, неспособной даже зажечь конфорку и сделать себе отвар.

Я, наконец, отодвинулась и посмотрела мужу в глаза.

— Вы тут явно ни при чём. — Адриэн выпустил меня из объятий, встал с дивана и протянул руку. — Я сам сделаю вам отвар. Потом пойдём разбираться с ящиком, если не передумали.

— Спасибо, — пробормотала я и тоже поднялась, не отказавшись от помощи.

Я зашла в ванную, а когда вернулась в кухню, плита уже грелась. Возле неё стоял Адриэн и смотрел на чайник явно невидящим взглядом. Я на всякий случай громко кашлянула и объявила:

— А вот и я.

— Слышу, — не глядя на меня, ответил муж. — Вы пока ещё не научились ходить тихо.

Зараза! Только что так мило утешал меня, и вот опять издевается!

— Не думаю, что мне стоит этому учиться, — холодно ответила я. — Вам же лучше, если всегда будете слышать, где я. Разве нет?

— Возможно, это помогло бы, умей я ещё и видеть через стены, — усмехнулся этот засранец. — Сядьте за стол, не маячьте за спиной.

— У вас мания преследования? — Я хихикнула и тут же пожалела о своей глупости.

Муж повернулся и смерил меня таким тяжёлым взглядом, что захотелось провалиться сквозь землю. Да хоть в ещё какой-нибудь мир, только подальше от этой кухни и этого человека.

— Просто сядьте за стол, будьте так любезны, — ледяным тоном повторил Адриэн, снова отвернувшись.

Я прошла и присела на краешек стула. Блин, всё-таки рядом с мужем надо очень тщательно следить за словами. Кто знает, может, у него и правда мания преследования? И ещё какие-нибудь психические расстройства на фоне пережитой трагедии. Да и работа наверняка влияет. А я стою и хихикаю, как дура. Может, не зря все намекали на то, что Адриэн не совсем нормален?

Хотя… кроме противной Элиноры вроде никто больше ничего такого не говорил. Даже добряк Дэнвин и тот считал, что за господином Норденом я буду как за каменной стеной… С другой стороны, ему-то откуда знать? И вообще…

— Элианна, да отомрите же наконец.

Я резко дёрнулась и воззрилась на мужа, неожиданно оказавшегося напротив меня.

— Простите за резкость, — сказал он, глядя мне в глаза. — Я правда не переношу, когда кто-то стоит за спиной, но это касается незнакомых или малознакомых людей. Вынужден признать, что на вас я сорвался без причины.

— Нет, это вы меня простите, — пролепетала я, поражённая тем, что этот мужик вообще умеет извиняться. — Я не должна была так легкомысленно говорить о подобных вещах…

Адриэн улыбнулся одними губами и кивнул.

— Сейчас засыплю траву в чайник, и ваш отвар будет готов через пять минут.

— Спасибо. — Я послала мужу ответную улыбку, совершенно искреннюю, между прочим, и прибавила: — А что всё-таки случилось с плитой?

— Да одна шутница вставила между артефактом и корпусом бумажку, — невозмутимо ответил он.

— Вы полагаете, это я? Да я даже не знаю…

— Элианна, — резко перебил меня Адриэн. — Почему вы всё переводите на себя? Я имел в виду Нэйлию.

Я запнулась и потупилась. А ведь и правда, я вечно за что-то извиняюсь, смущаюсь и думаю, что всех напрягаю. Хотя это не я потребовала от Адриэна жениться на себе… то есть на Элианне, так с чего бы мне переживать?

— А зачем Нэйлии это делать? — спросила я, похлопав ресницами.

Догадываюсь, конечно, зачем, но с чего служанка взяла, что я пойду ночью включить плиту?

— Видимо, хочет в очередной раз показать характер. — Муж пожал плечами и отошёл к подвесным шкафчикам. — Не берите в голову.

Я кивнула, и в кухне снова повисло молчание. Адриэн достал банку с заваркой, засыпал её в чайник и снова застыл, наблюдая за процессом. А я сидела, подперев щёку кулаком, и удивлялась, насколько привычными стали все эти жесты, хотя муж всего второй раз делает для меня отвар. Даже испытала некоторую благодарность Нэйлии за то, что «испортила» плиту. Ведь иначе муж не проявил бы в очередной раз заботу, и мне сейчас не было бы так хорошо.

Спустя примерно полчаса я сидела на кровати в своей спальне, крепко обнимая двумя руками кружку с отваром, — уже вторую! — и наблюдала за тем, как Адриэн изучает стол. Мне нравилось смотреть на мужчин за работой: в детстве часто наблюдала за папой, а в последнее время — за Антоном. Год назад я купила себе новый книжный шкаф, и он его собирал. Правда, без нервов крепких словечек с его стороны тогда не обошлось. А вот Адриэн наоборот пока не сказал ни слова. Потрогал стол, будто проверяя на прочность, отошёл, посмотрел прищурившись, снова подошёл. Потом вдруг обернулся к сундуку, куда я сложила содержимое ящиков, и сказал:

— Здесь тоже лежит вещь под заклятием конфиденциальности.

— Знаю, это книжечка с замочком. Наверное, дневник. Э-э… то есть, конечно, мой дневник. Сейчас покажу…

Надеюсь, это и правда дневник, а Адриэн не обратил внимания на запинку! Я залпом допила уже почти остывший отвар, поставила чашку на прикроватную тумбу и прошла к сундуку. Книжечку я нашла почти сразу и протянула мужу.

Тот с сосредоточенным видом повертел её в руках, потом попросил:

— У вас же наверняка есть шпильки. Найдите мне одну.

— Я пробовала открыть замочек, но меня будто что-то ударяло в руку, — поделилась я.

— Конечно, у вас же наверняка был зачарованный под заклятие ключ. — Адриэн глянул на меня снисходительно. — Но здесь магия слабая, просто потому что замок совсем крохотный. Откат мне вреда не причинит. Давайте шпильку.

Я до сих пор не пользовалась шпильками, но они лежат в шкатулке с заколками, точно помню. Быстро метнувшись к туалетному столику, я принялась судорожно искать шкатулку, а когда она нашлась под грудой ещё неразобранных вещей, вытащила её и попыталась открыть. Защёлка оказалась тугой. Я прижала шкатулку к себе и снова надавила на металлическую планку.

— Подождите, давайте помогу, — услышала я рядом голос мужа. Но как раз в тот момент, когда я ослабила хватку, защёлка поддалась, шкатулка неловко выскользнула из пальцев и упала прямо под ноги подошедшему Адриэну. Всё содержимое, разумеется, рассыпалось. Блин! Зелья, похоже, и на координацию влияют.

— П-простите, я сейчас всё соберу, — пролепетала я, быстро присела, чтобы муж не заметил моих горящих щёк, и начала складывать обратно в шкатулку заколки, зажимы и шпильки Элианны. Всё это богатство красиво переливалось в свете люстры разноцветными камнями, стразами и причудливыми гранями.

Наверняка муж сейчас съязвит, что я очередной раз создала проблему. Однако к моему удивлению он присел рядом и стал мне помогать. Молча, спокойно, так, как если бы и правда был любящим мужем, решившим помочь неловкой жене. В какой-то момент мы потянулись к одной и той же заколке с красным бантом из камней, и наши руки нечаянно соприкоснулись. Я хотела уже отдёрнуть свою, но Адриэн будто нарочно чуть задержал её под ладонью. Блин, главное, не покраснеть ещё сильнее.

Я наклонилась и всё-таки высвободила руку, хотя, признаться, делать этого совсем не хотелось. Ещё чуть-чуть, и я бы сама сжала его пальцы. Мысленно дав себе пощёчину, я схватила сразу несколько шпилек и кинула их в шкатулку.

— Кажется, всё, — сказал муж, поднимаясь. Он явно собрал основную часть содержимого шкатулки. Я же была слишком взвинчена и только бестолково шарила руками по полу.

— С-спасибо, — пробормотала я и наконец осмелилась поднять голову. Адриэн протянул мне руку. Я тяжело оперлась на неё и тоже встала.

— Мне не сложно. — Лицо мужа осталось бесстрастным, и я не могла понять, рассердило его моё поведение или нет. — Шпильку, скорее всего, придётся потом выбросить, поэтому я выбрал самую простую, — прибавил он, покрутив в пальцах длинную, чёрную железку без камней и прочих украшений.

Я кивнула, и муж отошёл обратно к сундуку, куда положил дневник Элианны. Взял его и без лишних колебаний вставил шпильку в замочек. Раздался лёгкий хлопок, будто кто-то проткнул воздушный шарик, только прозвучал он гораздо тише, а замочек отлетел на пол.

— Держите. — Адриэн протянул мне блокнотик. — Края немного пострадали, но, думаю, на ценность вещи это не повлияло. Я и так постарался забрать на себя большую часть силы, чтобы книжку не спалило к демонам.

Я сделала несколько робких шагов и взяла у мужа из рук дневник.

— Может, он поможет вам хоть что-то вспомнить, — сказал он, а я тут же сникла. И зачем он вообще мучился? Я ведь всё равно ничего не пойму. Дать бы ему самому почитать, но кто же в здравом уме станет предлагать почитать свой дневник?

Края у дневника и правда будто немного оплавились, но я всё равно с радостным видом листала страницы и чувствовала себя дурой. Правда, посмотреть было на что и без содержания. У блокнотика были красивые странички — чуть желтоватые и расписанные акварелью, каждая со своим узором. А ещё, как оказалось, у Элианны размашистый, довольно неаккуратный почерк. В некоторых местах странички покоробились и чернила подтекли, но явно не от сбитого заклятия.

— Ничего не вспомнили?

Ну вот как ему удаётся так неслышно подбираться? Я вздрогнула и обернулась на звук: Адриэн стоял у меня за плечом, но смотрел не в дневник, а на меня. Очень пристально. Даже слишком. И мне показалось, что в его взгляде снова промелькнуло что-то тёмное. Меня прошиб холодный пот, а голову сдавило тисками. Опять это жуткое ощущение!

— Не… нет, — промямлила я, отстраняясь и, наконец, сообразив захлопнуть блокнот.

— Жаль, жаль. — Муж отвёл глаза, и мой непонятный страх рассеялся. — В таком случае давайте приступим к главному. Боюсь, пока сбиваю заклятие с замка, может пострадать содержимое ящика. Возможно, даже сам стол, но это как раз не так существенно: можно будет починить.

— Мне всё равно, — ответила я, пожимая плечами, и прижала чужой дневник к груди. — Делайте, как считаете нужным.

Кажется, мужу понравилась моя покладистость. Во всяком случае, весь его вид выразил одобрение. Он прошёл к столу, ещё раз присел возле него, приложил руку к замку, будто что-то прикидывая. Потом отошёл на несколько шагов и снова обернулся ко мне.

— На всякий случай выйдите в коридор. От такого заклятия точно пойдёт сильный откат. Мне не страшно, а вот насчёт вас не уверен. Особенно учитывая, как вам постоянно везёт.

— Вы просто не можете не уколоть меня, да? Знаете, я даже не буду пытаться изображать, что обижена. Чтобы не доставить вам удовольствия издеваться дальше.

— И снова вы всё переворачиваете с ног на голову. — Адриэн покачал головой, повернувшись ко мне. — А ведь гораздо быстрее было бы просто выполнить мою просьбу.

Он прав. И ведь только что я ещё раз прочувствовала, как может быть страшно рядом с этим мужиком. Но жизнь меня всё-таки ничему не учит: опять пытаюсь его уесть. И снова без толку. Мне вдруг стало так грустно и одиноко, что любой ценой захотелось побыть рядом с кем-нибудь, пусть даже с человеком, которому моё присутствие в тягость.

— Я хочу посмотреть, — жалобно сказала я. — Можно я останусь здесь?

Адриэн тяжело вздохнул и посмотрел на меня так, как обычно смотрят родители на нашкодивших отпрысков.

— Никогда не видели, как сбивают заклятия? — Во взгляде мужа промелькнули сомнения.

— Не помню, поэтому и интересно посмотреть.

— Это может быть опасно. Хотите ещё как-нибудь пострадать? — спросил он.

— Н-нет, но…

Я запнулась и всё-таки начала осторожно отступать к двери. Что если муж прав, и со мной опять случится какая-нибудь фигня? Хватит уже создавать ему проблемы! Я постаралась не выдать истинных чувств. Повернулась к двери, но тут муж всё-таки отмер.

— Хорошо, можете остаться, раз уж вы такая любопытная. Подождите, схожу за защитным амулетом.

Он снова издал тяжёлый вздох, обошёл меня и взял за плечи, чуть отодвинув с дороги. Наверное, нужно было просто уйти, как он просил. Всем было бы проще. Я опустила голову, чувствуя себя навязчивой дурой. Наверное, именно такой и кажусь Адриэну. Так, а сейчас главное не расплакаться. Однако расплакаться я не успела: вернулся муж и протянул мне кристалл абстрактной формы на толстой цепочке.

— Наденьте на шею так, чтобы амулет касался кожи, — приказал он.

Я послушно взяла вещицу, полюбовавшись тем, как играют грани светло-серого кристаллика, и надела цепочку на шею. Сам амулет спрятала в декольте. Подняла глаза и с удивлением обнаружила, что Адриэн всё ещё стоит рядом и довольно откровенно пялится на мою грудь. От этого взгляда по телу прошла лёгкая дрожь, и кожа покрылась мурашками. Блин, а приятно, когда на тебя так смотрит мужчина. Антон, конечно, тоже так смотрел в начале отношений, но это было давно, и я забыла…

— Элианна, не спите! Вы готовы? — поинтересовался Адриэн.

Я вздрогнула от неожиданности. Муж теперь смотрел мне в лицо. Щёки всё-таки предательски запылали, и я поспешно кивнула. Адриэн отошёл почти к самому книжному стеллажу и, глянув на меня, поманил к себе.

— Встаньте у меня за спиной и старайтесь сильно не высовываться, не отодвигаться и молчать. Ничего особенно интересного вы не увидите, но удар может быть громким. В разы громче того, что вы слышали недавно.

Я прошла к стеллажу и встала прямо за Адриэном. Пространства было маловато, так что я оказалась тесно прижатой к стеллажу с одной стороны и мужу с другой. И, надо сказать, ощущения довольно острые. Если и дальше так пойдёт, Адриэну даже уговаривать меня не придётся: сама на него запрыгну. Снова зардевшись от неприличных мыслей, я осторожно выглянула из-за плеча мужа.

Адриэн, между тем, направил обе руки на нижний ящик, и, судя по застывшей позе, был очень сосредоточен. Я на всякий случай заткнула уши, и не зря: почти сразу же раздался оглушительный грохот. Так и не поняла, что именно сделал муж. Уши сразу же заложило, а амулет на груди вдруг стал таким горячим, что я едва не закричала от боли и невольно вцепилась в Адриэна. Сознание явно начало ускользать.