Вторая жена господина Нордена. Книга 2

Глава 27

Полина

Я обессилено опустилась на кровать и тяжело вздохнула. Нужно снять платье и забраться под одеяло, но тело будто налилось свинцом. Сна ни в одном глазу, настроение совершенно упадническое. А я-то наивно полагала, что после брачной ночи полегчает!

В ушах будто на повторе звучала обидная фраза, брошенная Адриэном:

«Поверьте, близость с вами ничем не отличалась от любой другой».

Пока пила отвар, усердно убеждала себя, что он просто так вымещает собственное недовольство, но всё-таки эти слова задели как-то особенно сильно, пусть даже они вроде как были сказаны не мне.

Нет, может, он, конечно, и правда так реагирует на любую женщину, но верить в это не хочется. Во всяком случае его взгляды и прикосновения говорили о том, что я всё-таки не «любая другая». А что если я, как и в случае с Антоном, придумала то, чего нет? Ясно же, что до прекрасной первой жены не дотянет никто. Куда уж нам, обычным земным девушкам…

В конце концов я пересилила себя, медленно стянула платье и откинула одеяло. К щекам невольно прилила краска, стоило вспоминать о том, что совсем недавно происходило в этой постели. Надо попытаться раз и навсегда изгнать эти мысли из головы, ведь второй раз случится ещё очень нескоро. А может, и вовсе никогда.

Забравшись под одеяло, я невольно поёжилась. Постель показалась опустевшей и холодной. Чувство ненужности и одиночества затопило с головой, как в первую мою ночь в этом доме. И когда я успела так привязаться к человеку, который даже настоящего имени моего не знает?

Повертевшись с боку на бок, взбила подушку и устроилась поудобнее. Закрыла глаза и полежала ещё немного. Перевернулась на спину. Попробовать, что ли, считать овец? Я сбилась на семьдесят первой овце и плюнула. В голову полезли разные мысли, давно не дававшие покоя и теперь, наконец, вырвавшиеся на свободу.

Интересно, что вообще подвигло Адриэна жениться на Элианне? Этот вопрос я себе уже задавала, но как-то не находила сил хорошенько его обдумать. Судя по всему, я ещё долго не усну, так что можно поиграть в детектива.

Самый на первый взгляд логичный вариант — внезапно вспыхнувшая любовь к молодой, симпатичной девушке со строптивым характером. Вполне жизнеспособная версия… была бы, если я сама не понимала, что Адриэн до сих пор любит первую жену. По-моему, это ясно любому, кто хоть немного его знает.

Есть ещё, конечно, секс. В конце концов, любовь к первой жене — одно, а желание иметь под боком женщину для удовлетворения потребностей — совсем другое. Однако тут сразу два «но»: во-первых, муж уже сообщил, что секс у нас будет только по праздникам… в смысле, ради соблюдения каких-то там местных порядков. И во-вторых, он оговорился, что вполне успешно эти самые потребности удовлетворяет. Очевидно, в борделе.

Конечно, всё это может быть и хитрой уловкой: делать вид, что Элианна его не интересует, и разжечь в ней интерес. «Чем меньше женщину мы любим…» Что ж, совсем списывать со счетов эту версию нельзя, пусть даже она не слишком правдоподобная.

Ещё одно предположение — Адриэн хочет отомстить какой-нибудь отвергшей его девушке. Однако и тут неувязка. Всё та же любовь к первой жене, в которую лично я верю. Пусть он не говорит прямо, но боль в глазах мелькает. Тогда, на чердаке, и вчера, перед нашей близостью… Так что вряд ли тут замешана ещё какая-то женщина и уж тем более мелочное желание отомстить за отказ.

А может, дело в приданом? Интересно, оно тут вообще есть? Вещи Элианны, понятное дело, приданым не считаются, но, может, супруг получает и что-то ещё от родителей жены? Не думаю, что главный дознаватель империи, вхожий в ближний круг местного правителя, нуждается в деньгах, но кто знает, вдруг Адриэн — поклонник азартных игр? Или ещё каким-то образом наделал долгов? Но, пожалуй, эта версия самая глупая. Не похож он на безрассудного игрока, способного потерять голову из-за азарта.

Кажется, у меня сейчас мозг закипит от предположений! И ведь ни одно из них на правду не похоже. Но тогда зачем Адриэну брак с Элианной? Из того, что рассказывала Иси, ясно, что мою предшественницу не ждало бы хорошей партии, но и представить, что Адриэн просто облагодетельствовал незнакомую, заносчивую девицу, плевавшую ему в лицо и явно не желавшую замуж, сложно. Нет, даже невозможно. Зачем ему это? Тут что-то кроется, но что именно?

Я устало прикрыла тяжёлые веки. Мысли ещё продолжали обрывками крутиться вокруг странностей мужа, но больше никаких внятных версий на ум не пришло. Надо будет ещё раз это обдумать на свежую голову…

Я скрутила косу в пучок на затылке и принялась одну за одной втыкать в неё шпильки. Настроение с утра такое же упадническое, как и ночью, и сборы на очередную неведомую экзекуцию в бюро архивов радости не добавляют.

В сон я с трудом провалилась только к утру. Встала совершенно разбитой около одиннадцати, и когда появилась в кухне, она встретила меня пустотой, тишиной и накрытой кастрюлькой с кашей на плите. Каша на сей раз больше походила на перловую. В чайнике обнаружился отвар, правда, тоже уже успевший остыть. Я разогрела кашу и без особого аппетита принялась за еду.

Муж не показывался и я, признаться честно, была даже рада, что ходячая язва сидит в кабинете и не приходит вылить на меня очередной поток желчи. От лёгкости, которую испытала вчера после нашей близости, и следа не осталось. Ещё эта предстоящая поездка в таинственное бюро архивов, где у меня снова будут брать кровь. И пугает не столько кровь, сколько всё остальное. Вдруг они могут как-то определить, что я самозванка? С другой стороны, если уж менталист до сих пор не определил… Ладно, чему быть, того не миновать.

Доев без особого аппетита кашу, я встала и, подойдя к плите, повернула конфорку под чайником. И снова Адриэн ведёт себя странно: вчера наговорил всякого, но счёл нужным оставить завтрак. Может, и не стоит пытаться его понять? Я всё равно полностью от него завишу, и как бы он себя ни вёл, выбора у меня нет: придётся привыкать к заскокам.

Отвар закипел, я налила себе полную чашку и вернулась к столу. С другой стороны, а чего я ждала? Что после брачной ночи Адриэн вдруг станет милым, добрым и начнёт осыпать меня комплиментами и признаваться в любви? Нет, конечно, глупость какая. Он и так был достаточно терпелив и даже нежен. И беременность вроде как отменяется. Требовать чего-то большего — уже наглость с моей стороны.

Я пила отвар осторожными глотками, стараясь не обжечься, и понемногу убеждала себя, что всё не так уж плохо. Ну нравится Адриэну осыпать меня колкостями, пусть. Это не такая уж огромная плата за безопасность в чужом, враждебном мире. А пока мне ничего большего и не нужно. Дальше будет видно, но здесь женщинам лучше быть замужем, и с мужем мне всё-таки повезло. В ушах ещё стояли слова девушки из парка: «Разве такое забудешь?» А я точно не хочу забывать то, что было ночью.

Тело пронзила дрожь. Признаться честно, я не отказалась бы снова почувствовать на своём тебе руки и губы Адриэна. Доказать ему, что я не «любая другая». По спине пробежал приятный озноб. Однако я заставила себя перестать предаваться сладострастным мечтам и отправилась собираться.

Нарочно медленно красилась и раза три переплетала косу, но сколько ни оттягивай неизбежное, всё равно оно наступит. Вонзив в причёску последнюю шпильку, протяжно вздохнула. Всё, впереди самое неприятное — влезть в платье и постучаться к Адриэну с просьбой застегнуть пресловутые крючки. Встречи с мужем я боюсь не меньше, чем загадочного подтверждения брака в бюро архивов. Я скинула с себя домашнее платье, натянула выходное и смело отправилась под очередной шквал колкостей.

Даже не стараясь ступать бесшумно, прошла к двери кабинета и громко постучала. Всё равно ведь муж найдёт, к чему придраться, так зачем осторожничать?

— Войдите, — глухо прозвучало из комнаты, и я решительно толкнула дверь.

Адриэн стоял у окна, заложив руки за спину, и не обернулся, когда я переступила порог. Как всегда, одет с иголочки, волосы собраны в аккуратный хвост, весь вид даже со спины выражает превосходство.

— Доброе утро, Адриэн. — Я смиренно остановилась на пороге.

— Вы несколько опоздали: утро уже успело перейти в день. — Адриэн по-прежнему не смотрел на меня.

— Вижу, вы всё ещё не в настроении. И я не пришла бы, но вы сами сказали про поездку в бюро архивов, а для этого мне нужно застегнуть платье. Не думаю, что вы одобрите, если я там появлюсь в неподобающем виде.

Я изо всех сил старалась придать голосу невозмутимости, однако больше всего хотелось дать этому невыносимому мужику коленом под зад… или ещё куда-нибудь.

— Не сомневаюсь, что у вас хватило бы дерзости появиться где-либо в неподобающем виде, — процедил Адриэн, повернувшись ко мне. — Но, кажется, я ещё в день свадьбы предупредил вас, чтобы не смели позорить имя моей семьи. Поверьте, я это не спущу просто так.

Договорив, он направился ко мне. В этой неторопливой походке было что-то хищное, и я невольно поёжилась и отступила на шаг назад.

— И чего вы шарахаетесь? — Муж подошёл почти вплотную. — Поворачивайтесь.

От властных ноток в его тихом голосе тело пронзила лёгкая дрожь, и я поспешно выполнила приказ, чтобы Адриэн не прочитал в моём лице лишнего. Муж между тем слегка дёрнул края платья на себя, невольно притягивая меня ближе. Его явно раздражала моя близость, потому что крючки застегнул очень быстро и тут же отошёл.

Я медленно повернулась и вопросительно глянула на мужа.

— Что-то ещё? — На его лице вновь появилось надменное выражение.

— Спасибо за завтрак, — ответила я. — И, в общем-то, я готова ехать.

— Дайте мне пять минут: нужно связаться с начальником бюро и предупредить о нашем приезде. Можете подождать на улице.

— И ещё я… хотела уточнить… насчёт правил этикета. Я ведь мало что помню.

— Что именно вас интересует? — Адриэн подошёл к столу и сел.

Я старалась смотреть куда угодно, только не на него. На столе лежит та самая рамка с полки, фотография снова смотрит вниз.

— Как я должна вести себя в бюро архивов?

— Как и в любом незнакомом обществе. Здороваетесь после меня, первая не заговариваете, отвечаете только на вопросы по делу, не капризничаете, не плачете, не теряете сознание. В общем, ведёте себя как уравновешенная и покорная жена. Больше от вас ничего не потребуется.

— Вы не можете меня не уколоть, да?

— Лишь выполняю вашу просьбу и просвещаю относительно того, как должна вести себя добропорядочная женщина в обществе. — Адриэн взял со стола какую-то бумагу. — Начальник бюро мой знакомый, не хотелось бы при нём опозориться.

— Выходит, мне лучше всего вообще не открывать рот?

— Я уже сказал: отвечаете только по делу. Что-то непонятно?

— Нет, всё предельно ясно, — пробормотала я.

— Если вопросов больше нет, можете идти и ждать меня в саду.

Я кивнула и поспешила убраться из кабинета. Прихватив из прихожей накидку, вышла на крыльцо. Сегодня с утра пасмурно, но дождя вроде бы не предвидится, и всё равно жарко и влажно. Я стояла возле лестницы и наслаждалась пением птиц, но мысли то и дело возвращались к мужу. Нет, он всё-таки невозможный человек. Мог бы быть и помягче после того, что было ночью, а он, кажется, только сильнее разозлился. И главное, за что? Ведь это Элианну выдали замуж без спроса, он-то женился добровольно, а виновата, выходит, она. То есть я. Тьфу, блин, как же всё запутанно-то!

Время я не засекала, но, судя по тому, что долго предаваться размышлениям не удалось, Адриэн в самом деле собрался за пять минут. Вышел из дома, окинул меня холодным взглядом и бросил, запирая дверь:

— Подождите ещё немного, я выведу машину.

Я кивнула, наблюдая, как он быстрым шагом направляется к гаражу. Как всегда, безупречный и всё такой же неприступный. Ладно, посещение бюро архивов всё равно страшнее, чем недовольство Адриэна. И лучшей тактикой будет молчание с моей стороны: не стоит бесить его ещё сильнее.

Я с интересом разглядывала улицы за окнами машины. На сей раз мы приехали в центр города, где возвышались административные здания. Во всяком случае, я сделала такое предположение, потому что напрямую расспрашивать мужа не решилась. Разговорами меня по-прежнему не удостаивали, и я твёрдо держалась избранной тактики. Иногда украдкой бросала взгляды в его сторону, но муж всё время внимательно следил за дорогой.

А меня посетила одна не очень приятная мысль. Эта дурацкая процедура с подтверждением брака — какая-то дикая пошлость. Мало того, что нас будут проверять, так ещё и все вокруг поймут, что накануне у нас был секс. Нет, ну допустим, в браке это естественно, но всё-таки не хочется показывать всему миру, что происходит в твоей личной жизни. На то она и личная… Смогу ли я когда-нибудь принять все местные странности как должное? Сомневаюсь.

Машина наконец остановилась возле высокого, внушительного здания из серого камня. Справа и слева от него возвышались очень похожие дома с вычурными фасадами.

— Приехали, — холодно сообщил Адриэн и, выйдя из машины, с силой хлопнул дверцей.

Я через окно разглядывала здания, терпеливо ожидая, пока Адриэн обойдёт машину и поможет спуститься. Муж уже не стал напоминать, чтобы я сидела смирно и ждала его. Прогресс или наоборот?

Дверь открылась, и Адриэн привычно протянул мне руки. Я взялась за них, так же привычно съехав в его объятия. Сейчас он наверняка поспешит меня отпустить. Однако я ошиблась: муж действительно отпустил меня, но очень бережно, ещё и накидку мне поправил. Я подняла взгляд и опешила: вместо холодной отчуждённости на его лице теперь отражалась едва ли не нежность.

— Можем идти, нам вон туда, — мягко сказал Адриэн, беря меня за руку и увлекая за собой в сторону того самого здания, напротив которого мы остановились.

Я шла, приноравливаясь к его шагу, и недоумевала. Может, у Адриэна, кроме паранойя, ещё и биполярное расстройство? Иначе чем объяснить столь резкие перемены в его настроении? Только что вообще не разговаривал, и вот уже любящий муж. Да уж, дорого бы я дала, чтобы понять, зачем ему понадобилось жениться за Элианне и изображать влюблённость! Только ведь он не признается, даже если спросить в лоб.

«Вас мои мотивы не касаются, — ответит он. — Единственное, что вам должно быть важно: вы не опозорены, живёте в прекрасных условиях и не обязаны делить со мной постель».

Вот примерно так он бы и сказал…

Мы вошли в просторный, освещённый множеством ярких ламп громадный холл с колоннами. Посреди расположился работающий фонтан со скульптурами вокруг. Из холла в разные стороны расходились широкие коридоры и лестницы.

Адриэн положил мою ладонь на сгиб локтя и подошёл к полукруглому столу, за которым сидел мужчина в тёмно-коричневой ливрее. Увидев нас, тот встал и с поклоном произнёс:

— Добрый день, господин Норден, госпожа Норден. Рад приветствовать вас в нашем бюро.

— Добрый день, Орис. Отдел подтверждения браков, у меня назначена встреча с господином Карниссом на четверть второго.

Дежурный кивнул, взял со стола кристалл, и тот загорелся мягким лиловым светом. Поднеся его к губам, Орис тихо произнёс:

— Господин Норден с супругой.

— Минуту, — ответили из кристалла каким-то скрипучим голосом.

— Можете пока присесть, — сказал дежурный, гася кристалл движением руки. — Сейчас к вам подойдут.

Адриэн молча кивнул и повёл меня вглубь холла, где по стенам располагались удобные банкетки. Муж помог мне сесть, сам же остался на ногах, отрешённо наблюдая, как в здание входит высокий мужчина в таком же костюме, как у него самого, и тоже подходят к стойке.

Я старалась принять беззаботный вид, но внутренности скручивались в тугой узел, мешая дышать. Чем вообще занимается это загадочное бюро архивов? Ведь не только же браки подтверждает. И, судя по выражению лица дежурного, Адриэна здесь знают. А я понятия не имею, насколько вообще влиятелен мой муж. Он вращается в высших кругах, но как далеко распространяются его полномочия? Попала я, конечно, так попала! Хорошо хоть не сразу к местному императору в постель угодила, а всего лишь к главному дознавателю. Так, мелочь… Я с трудом подавила истерический смешок, фыркнув в кулак. И испуганно посмотрела на мужа: сейчас меня опять отчитают за неуместное веселье. Но нет, Адриэн посмотрел всё с тем же мягким выражением.

— Не нервничайте так, ничего страшного с вами тут не сделают.

— Я не… не нервничаю, — пробормотала я. — Просто… пытаюсь вспомнить, чем ещё занимается это бюро.

— Вы не знаете, что означает слово «архив»?

И снова это противное выражение превосходства! Нет, не получается у Адриэна играть роль влюблённого мужика. Как бы ему помягче об этом сказать?

— А как связаны архивы с подтверждением браков? — Я попыталась скопировать выражение лица мужа.

— Напрямую. Наши с вами данные занесут в архивы, где они будут храниться ещё сто лет после нашей смерти. Здесь можно найти сведения о рождениях, смертях, заключениях брака, разводах, совершённых преступлениях. Любые данные о человеке, проще говоря. И предвосхищая ваш следующий вопрос: я часто бываю здесь по делам следствия.

По спине прошёл холодок, и я опустила голову, чтобы муж не прочитал на моём лице панику. Кажется, моя личность скоро окончательно будет стёрта. Может, я и сама начну считать себя Элианной Азерис, данные о которой ещё сто лет после моей смерти будут храниться в этом бюро. Грустно-то как! Можно ли считать, что Полина Краснова окончательно умерла? Или у меня есть шанс?

Я почувствовала, как Адриэн присел рядом и вдруг обнял меня за плечи. Осторожно повернувшись, я исподтишка посмотрела на него: на лице застыло знакомое «мёртвое» выражение. Видимо, не на меня одну бюро архивов навело тоску. Хотя чему удивляться? Здесь ведь хранятся данные и о его погибшей семье. И он так же приходил сюда много лет назад с первой женой и был счастлив… Я потянулась и осторожно дотронулась до его руки, уверенная, что он оттолкнёт мой порыв. Однако мои пальцы сжали в ответ. А я решила всё-таки задать мучающий меня вопрос.

— Получается, что брак нужно подтверждать в течение определённого времени после… после… ну, вы понимаете…

Я не решилась поднять глаза на мужа и покраснела, неопределённо покрутив рукой из стороны в сторону.

— Нет. Как я уже однажды говорил, на подтверждение брака даётся две недели, и этот срок нужно соблюсти. В остальном же супруги сами решают, когда ехать в бюро. Многие на время брачной недели уезжают куда-нибудь за город или вообще заграницу.

— И подтверждать брак нужно всем?

— Простолюдинов это не касается, их просто вносят в реестры. А вот и наше сопровождение.

И Адриэн поднялся навстречу спешащему к нам коренастому, седому мужчине с официальной улыбкой.

— Приветствую, господин Норден. — Мужчина поклонился и посмотрел на меня. — Госпожа Норден, рад видеть вас в нашем заведении. Господин Карнисс ждёт вас у себя.

— Доброго дня, — ответил Адриэн, не кланяясь в ответ. Значит, этот человек ниже по положению.

Муж подал мне руку, и я поспешно встала. Сердце стучало где-то в горле. Сама не знаю, чего так испугалась. Может, дело во внушительности здания или в самой его сути? Адриэн положил мою руку себе на локоть, и мы направились следом за служащим по холлу.

Нас провели в один из боковых коридоров, по обеим сторонам которого располагались одинаковые, добротные двери с табличками. Мы дошли до конца, уперевшись в очередную дверь, выгодно отличающееся как более светлой древесиной, так и вычурной табличкой, окаймлённой золотой рамкой. Адриэн посмотрел на неё с каким-то саркастичным выражением. Наш сопровождающий открыл дверь и отступил, пропуская Адриэна, который первым вошёл внутрь. Я последовала за ним.

— Адриэн, рад видеть вас и вашу супругу, — раздался из кабинета рокочущий голос. Я осторожно выглянула из-за спины мужа.

— Ульрис, приветствую. — Адриэн прошёл вперёд, взяв меня за руку и потянув за собой. Из-за большого стола поднялся высокий, крупный мужчина с блестящей лысиной на макушке и поклонился. Адриэн ответил тем же, я повторила за ним. Мужик засиял, глядя на меня, и в глазах заплясали недвусмысленные искорки. Ну надо же, кажется, мою неземную красоту оценили! Мужчина отвесил мне отдельный поклон и широким жестом обвёл стоящие возле стола стулья.

— Присаживайтесь. Польщён знакомством с вашей очаровательной супругой, Адриэн. Примите мои самые искренние поздравления и пожелания счастья в семейной жизни. Долголетия и плодовитости.

Меня мысленно передёрнуло: ох и любят они тут плодовитости желать!

— Благодарю, — ответил Адриэн, выдвигая для меня стул. — Как здоровье госпожи Карнисс и ваших славных отпрысков?

— О, Магдия в добром здравии, так же как и наши сорванцы. — Хозяин кабинета снова уселся за стол. — Старший уже студент Академии естественных наук, с осени начнёт учиться, пока же бездельничает, как и остальные пятеро, в загородном доме. Каникулы — радость для детей и головная боль для нас.

Я осторожно присела на стул, стараясь сохранить самообладание. У мужика шестеро детей! Понятное дело, что он, наверное, женился молодым, но… Бедная его жена! Хотя, скорее всего, для местных женщин это наоборот признак удавшейся жизни.

— Могу себе представить, — усмехнулся Адриэн, придвигая свой стул ближе к моему. — А как поживают ваши достопочтенные родители?

— К счастью, оба в добром здравии, насколько позволяет возраст, — ответил Ульрис. — Папенька живо интересуется делами своей бывшей вотчины, читает обо всех судебных процессах и ворчит, если преступник получает недостаточно суровое наказание.

Адриэн хмыкнул.

— Передавайте всем поклон от меня.

— Непременно. Весть о вашей женитьбе их очень порадовала, они счастливы узнать, что вы возвращаетесь к жизни. Ваша супруга — само очарование.

Ульрис исподтишка снова окинул меня заинтересованным взглядом, и я заметила, как на лице Адриэна промелькнуло жёсткое выражение. Он прямо посмотрел в глаза собеседнику, и Ульриса явственно передёрнуло.

— Прошу прощения, что задерживаю болтовнёй, — пробормотал тот, поспешно отворачиваясь от Адриэна. — У вас с собой метрические кристаллы?

Я невольно позлорадствовала: не только мне достаются неласковые взгляды. И вообще, муж прав: нечего пялиться на чужих женщин.

— Конечно, — ответил Адриэн и сунул руку в нагрудный карман сюртука. В его руке появились два небольших кристалла, которые он протянул Ульрису.

Тот осторожно принял их и положил на стол перед собой.

— Сами понимаете, это чистая формальность.

— Никаких вопросов, Ульрис. Проверяйте всё, что положено.

Хозяин кабинета взял один из кристаллов, приблизил к глазам и покивал, явно считывая информацию. Потом взял другой и тоже вгляделся. Повернулся ко мне и снова посмотрел в кристалл. Сердце ухнуло в пятки. Метрический кристалл, очевидно, аналог нашего паспорта. И, наверное, мужик что-то сверяет.

— Что-то не так? — Тон Адриэна стал холоднее ещё на несколько градусов.

— Сверяю снимок, — пояснил Ульрис.

— Вам кажется, что на нём не моя супруга?

Руки похолодели, по спине противной струйкой потёк пот, к щекам прилила краска. Ну всё, Полина, кажется, не зря боялась: сейчас разоблачат и… что тогда?

— Нет-нет, что вы, Адриэн. Разве могу я сомневаться? Просто… снимки будто не очень соответствуют…

Адриэн требовательно протянул руку, и кристалл перешёл к нему. Он тоже поднёс его к глазам и всмотрелся. Перевёл взгляд на меня и неожиданно слегка улыбнулся, хотя я была уверена, что сейчас последует нечто очень для меня плохое.

— Всё дело в том, что моя супруга незадолго до свадьбы лишилась памяти из-за несчастного случая, что повлияло на её характер. Сейчас она несколько… потеряна. На снимке Элианна в добром здравии и привычном расположении духа.

— Ах, вот как! В таком случае приношу извинения и желаю скорейшего выздоровления. — Ульрис перевёл на меня взгляд, в котором больше не было особого интереса. А я почувствовала к Адриэну что-то вроде благодарности. Интересно, что за снимок в кристалле? Может, Элианна на нём и правда не очень похожа на меня? Но пока, кажется, можно считать, что мне повезло.

— Что ж, теперь, думаю, самое время пригласить чтеца ауры и нашего целителя, а потом я оформлю брачный кристалл и заверю.

Он коснулся местного «телефона» и тихо произнёс:

— Диверс, зайдите. — Убрал руку, снова приложив её к кристаллу и снова отрывисто бросил: — Мэтрисс, жду у себя.

Почти сразу же раздался стук в дверь, и в комнате появился ещё один человек: совершенно седой, хотя явно не старый. Судя по манерам, не простолюдин, но, похоже, и не аристократ, потому что Адриэн лишь кивнул на его лёгкий поклон. Как бы научиться различать, кто тут есть кто…

— Доброго дня, господин и госпожа Норден, — поздоровался Диверс.

Мы с Адриэном почти синхронно ответили на приветствие, и чтец поставил на стол какую-то непонятную штуку, напоминающую колбу, на дне которой плескалась ярко-синяя жидкость. Сделал над ней замысловатые пассы и обернулся к нам.

— Прошу вас протянуть руки, — сказал он.

Адриэн взял мою левую ладонь и потянул вперёд, переплетя наши пальцы. Руки, так же, как во время свадебной церемонии, зависли над таинственным артефактом, от которого начало подниматься тепло. Приглашённый маг одну руку протянул над нашими, а вторую приложил к колбе. Брачный браслет ощутимо нагрелся, пальцы начало слегка покалывать. Я вздрогнула, едва не вырвав руку, однако Адриэн держал крепко.

— Всё хорошо, — тихо сказал он. — Это нормальные ощущения. Руку вам не оторвёт.

Неприятное покалывание, между тем, пошло выше, и в конце концов будто оплело всё тело. А потом внезапно прекратилось, браслет ярко полыхнул жёлтым, вызвав резь в глазах, и тут же потух. С браслетом Адриэна вроде произошло то же самое. Я во все глаза наблюдала, как над колбой поднимается странное свечение в виде замысловатого узора и заворожённо проследила, как узор медленно перетекает в колбу, повинуясь лёгким движениям руки Диверса.

— Мэтрисс, ваша очередь, — сказал маг, когда свечение погасло. И только тут я заметила, что возле двери стоит ещё один человек: худой, бледный мужчина с синяками под глазами, одетый в целительскую мантию. В руках у него чемоданчик. Целитель быстро подошёл к нам и слегка поклонился.

— Приветствую, господин и госпожа Норден. — Он поставил чемоданчик на свободный стул. раскрыл и достал какую-то склянку и два шприца с длинными иглами, один вид которых невольно вызвал у меня приступ тошноты.

Адриэн между тем снял сюртук и быстрым движением закатал рукав рубашки. Целитель кивнул, смазал жидкостью с резким запахом руку моего невозмутимого супруга и ловко воткнул иглу. Вообще-то смотреть я не собиралась, но оторваться от жутковатого зрелища не смогла. Ёмкость шприца наполнилась кровью, и вот тут моё самообладание дало трещину.

Тошнота поднялась выше, я поспешно отвернулась и попыталась взять себя в руки. Главное, не потерять сознание в присутствии кучи мужиков. Хватит уже с меня слабостей. Элианна бы ещё и позлорадствовала, а я будто сама ощущаю боль. И тут Адриэн осторожно обнял меня за плечи.

— Всё уже закончилось, — мягко сказал муж. — Я цел и невредим, можете поворачиваться. Надеюсь, сознание терять не собираетесь, а то на вас лица нет.

— Я в порядке, — пробормотала я. — И рада, что вы тоже.

Осторожно повернув голову, я покосилась на приложенный к месту укола тампон. Потом перевела взгляд на других присутствующих. Целитель с сосредоточенным лицом готовит второй шприц, Ульрис делает вид, что занят с бумагами, Диверс что-то разглядывает в колбе.

— Зачем вы вообще смотрели? — спросил Адриэн, чуть сильнее прижимая меня к себе. Я опустила взгляд, снова уставившись на его руку.

— Переживала за вас, — пробормотала я смущённо. Муж тихо усмехнулся.

— Не стоило, меня такие вещи не пугают и никогда не пугали. Я предостаточно видел за свою жизнь, начиная со времён учёбы в академии, поэтому видом крови меня точно не смутить.

— Но у меня-то нет вашего опыта, — ответила я.

— И слава богам, что нет. — Адриэн посерьёзнел. — Как вы? Может, принести вам воды?

Однако я решительно помотала головой.

— Давайте закончим с этим быстрее.

— Уверены?

Я кивнула, и Адриэн, отпустив меня, обратился к целителю:

— Моя супруга готова, можете приступать.

Целитель кивнул, взял второй шприц и обеззараживающее средство и подошёл ко мне. Я, не став дожидаться указаний, задрала рукав платья и смело протянула руку.

— Повернитесь ко мне, — приказал муж, и я послушалась. А Адриэн зачем-то положил ладонь мне на руку. Целитель вылил на неё немного жидкости, и почти сразу в кожу чуть ниже локтя воткнулась игла, а одновременно с этим по руке начало разливаться тепло. Боли почти не было, во всяком случае, не больше, чем от комариного укуса.

— Всё, госпожа Норден, — сообщил целитель и отошёл от меня.

— Это вы что-то сделали? — шёпотом спросила я, поднимая взгляд на Адриэна. — Мне почти не было больно.

— Взял вашу боль на себя: не очень-то хотелось, чтобы вы в очередной раз потеряли сознание, если вам плохо даже от вида шприца, — ответил муж, и я уловила в его голосе привычные саркастичные нотки. Не знаю, поняли ли это присутствующие.

Я перевела взгляд на колбу, куда целитель как раз осторожно переливал мою кровь, и снова невольно вздрогнула. И что со всем этим будут делать?

— Господин Ульрис, я принесу заготовку через десять минут, — сообщил Диверс, осторожно забирая колбу.

— Отлично, — ответил тот, отрываясь, наконец, от бумаг, и обратился ко мне: — Надеюсь, вы в порядке, госпожа Норден?

— Да, благодарю вас. — Я не знала, можно ли улыбаться чужим мужчинам, а потому просто сдержанно кивнула.

— Итак, дело почти сделано, осталось запечатать подготовленные Диверсом заготовки в артефакт и заверить его магической печатью. Пока же могу предложить вам отвар.

— Благодарю, Ульрис, — ответил Адриэн. — Я, пожалуй, откажусь, а вот супруге не помешает.

Я медленно спустила рукав, придерживая тампон. Ладно, я всё-таки могу собой гордиться: в обморок не грохнулась, испытание, пусть и не без помощи Адриэна, выдержала с честью. А главное, меня не разоблачили, так что пока можно выдохнуть.

Спустя примерно полчаса мы, наконец, вышли из бюро архивов на улицу. Лицо обдал тёплый ветерок, и я глубоко вдохнула свежий воздух. За облаками просвечивал диск солнца, ну или какая звезда тут всё освещает.

Маг, считывавший наши ауры, принёс Ульрису заготовку — кристалл вроде тех, которые тут называют метрическими, — и тот произвёл над ней какие-то хитрые манипуляции, после чего протянул Адриэну.

— Чек для оплаты пошлины придёт по почте, — сказал он, и Адриэн кивнул, забирая кристалл.

— Я помню процедуру получения брачного свидетельства.

И при этом снова смерил хозяина кабинета тяжёлым взглядом, однако тот уже не дёргался, только улыбнулся. Потом мы все снова обменялись поклонами и распрощались. Огромное здание уже начало давить на плечи, и теперь я наслаждалась относительной свободой, держа мужа под руку.

— Сегодня мы с вами пообедаем в таверне на площади Эрлион, — сообщил тот. — Если хотите, можем пройтись пешком, посмотрите немного центр Леренса.

— Хочу, — радостно закивала я.

— В таком случае нам направо.

И я поспешила за ним, приноравливаясь к шагу. По дороге мимо нас проехал дилижанс, затормозивший ниже по улице. Я с интересом рассматривала, как из него выходят пассажиры: в основном, мужчины в строгих костюмах, но было и несколько дам в накидках, за которыми следовали служанки. От созерцания местных жителей меня отвлёк голос мужа.

— Как вы поняли, это деловой центр города. Здесь находятся бюро архивов, зимняя резиденция Его императорского величества, Дом правосудия, Главный Храм. Мы видели всё это с колеса обозрения.

Я кивнула, а Адриэн продолжил:

— Если мы сейчас перейдём на параллельную улицу, увидим дом Правосудия, но к площади ведёт и ещё несколько улиц, в том числе Торговая. По названию вы, думаю, поняли, что там находятся разные лавчонки. Если вам это интересно, можем сначала зайти туда.

— Мне интересно всё, — улыбнулась я, радуясь, что муж, по крайней мере, не замкнулся в себе и выглядит вполне добродушным.

— В таком случае, думаю, нам следует сначала зайти на Торговую улицу. Женщины ведь не могут пройти мимо магазинов, правда?

— Если вы пытаетесь меня задеть, то зря: я совсем не против посмотреть на разные товары, но не более.

Адриэн смерил меня скептическим взглядом, как бы говоря: «Так я вам и поверил». Мы перешли улицу и направились дальше. Местные магазинчики находятся на нижних этажах жилых домов: наверное, их владельцы живут тут же. Первая попавшаяся нам витрина демонстрировала шляпки, шарфики и прочие аксессуары. Потом шёл явно мужской бутик с похожим ассортиментом.

— Здесь есть и лавки нескольких именитых портних и портных, где можно как купить готовую одежду, так и заказать что-то на свой вкус, — просветил меня Адриэн.

— Одежда мне точно не нужна, — улыбнулась я, во все глаза разглядывая витрины. — Вы же видели, что вся моя одежда не влезает в шкаф.

— Можем заказать вам шкаф повместительнее, — хмыкнул Адриэн.

— Пожалуй, не стоит… это лишние соблазны.

Пусть думает, что хочет. Я спокойно шла дальше. Когда в детстве мама водила меня в больницу, потом обязательно покупала в утешение какую-нибудь приятную мелочь или что-то вкусненькое. Воспоминание отозвались болью в сердце, и я поспешила переключить внимание на окружающую действительность.

И тут же невольно притормозила перед лавкой, в витрине которой сидел, прислонившись спиной к стене, забавный манекен с книгой в руках. Рядом с ним лежала раскрытая тетрадь и стояла чернильница. Вся эта композиция выполнена так искусно, что выглядит настоящей. Только размеры больше.

— Это ведь книжная лавка? — спросила я, от радости забыв даже притвориться, что умею читать.

— Вы очень сообразительны, — ответил Адриэн, останавливаясь вслед за мной.

Я закатила глаза и фыркнула в кулак. Вот и язвительность вернулась! Недолго я от неё отдыхала…

— А можно зайти?

Не знаю, что мне делать в книжной лавке, раз я не умею читать, но любопытно же посмотреть!

— Разумеется. — Адриэн обошёл меня и открыл дверь. Громко звякнул колокольчик, и прямо над дверью приветливо мигнул зелёным кристалл. Я вошла вслед за мужем, поправив капюшон.

В лавке было сумрачно и пахло бумагой и, кажется, красками. За прилавком сидел пожилой мужчина, читавший книгу. При виде нас он довольно шустро для своих лет вскочил на ноги и поклонился.

— Господин, госпожа, рад приветствовать вас в лавке Кордиена! Если вам что-то потребуется, я в вашем полном распоряжении.

Адриэн кивнул, я последовала его примеру и огляделась. Прямо при входе — искусственное дерево, на ветках которого висят почтовые открытки. Надо же! Яркие, красочные, с видами Леренса. Всегда обожала привозить такие штуки из поездок! Вот было бы здорово вернуться в наш мир и прихватить на память парочку открыток. Я обернулась к Адриэну, рассматривающему тот же стенд, и шёпотом спросила:

— А трогать здесь что-то можно?

— Разумеется, это же не музей. — Адриэн смерил меня слегка насмешливым взглядом.

Так, ещё один факт о новом мире: здесь тоже есть музеи. Надо будет как-нибудь намекнуть мужу, что мне интересно посещать подобные места. Я осторожно вынула одну открытку. Плотный, чуть шершавый картон, лёгкий запах краски. На самой открытке — площадь с фонтаном.

— Площадь Эрлион, которую мы с вами как раз намерены посетить, — просветил меня муж, и я кивнула, вернув открытку на место. О, а вот там, чуть выше, целые наборы, перевязанные разноцветными лентами. Ладно, надо идти дальше, здесь же не только открытки.

Я последовала дальше мимо двух стеллажей с книгами, над которыми красовалась непонятная надпись. Наверное, книги тут поделены по жанрам. Или, может, это местные бестселлеры… Взяла наугад толстую книгу с золотым тиснением и открыла. Всегда обожала запах свежей типографской краски, а здесь он какой-то особенно привлекательный.

— Очередной том приключений дерзкой госпожи Верлерс? — раздался над ухом насмешливый шёпот. — Не сомневался, что вас интересует подобное… чтиво. Какой это по счёту? Тридцатый? Сороковой? И вы наверняка читали их все.

— Не помню, представляете? — Я захлопнула книгу и быстро вернула на место. Главное — не выдать паники.

— Удобная отговорка. — Муж хмыкнул, а я поспешила вглубь магазинчика.

Напрасно я решила сюда зайти, ведь знала же, что попаду впросак. И всё-таки глазеть по сторонам жутко интересно. Зря я, что ли, в новый мир попала? Надо потихоньку начинать здесь осваиваться.

Адриэн, между тем, притормозил возле какого-то стеллажа с внушительного вида фолиантами, а моё внимание привлекло несколько очень знакомых обложек. Это же книги с картинками вроде той, которую я рассматривала перед… брачной ночью! Пользуясь тем, что муж отвлёкся, я открыла первую попавшуюся книгу и тут же закрыла обратно: на первой же картинке красовалась парочка в весьма откровенной позе, хоть оба и одеты. Да уж, Элианна выражала протест как могла.

— Похоже, вы вознамерились перелистать всю имеющуюся здесь вульгарную чушь. В этом состоит ваш коварный план?

Я резко обернулась: опять он подкрадывается! Однако взяла себя в руки и, смерив Адриэна высокомерным, как самой показалось, взглядом, ответила:

— Поверьте, я просто смотрю, а вам везде видится подвох. Ведь вы о себе настолько высокого мнения, что только и думаете, будто все вокруг мечтают вас опозорить и скомпрометировать.

Адриэн вскинул брови и холодно улыбнулся.

— Если вы кого-то опозорите или скомпрометируете, то лишь себя. Учтите это. Может, вы забыли о правах мужа на жену, могу вам напомнить, как только вернёмся домой.

Я съёжилась под его колким взглядом и, опустив голову, пошла дальше. Даже и обидеться толком не могу: Адриэн прав. Зачем я листаю книги, раз не умею читать? Вот и попадаю в неловкие ситуации.

И тут на своё счастье я наткнулась глазами на стол с канцелярскими принадлежностями. Да не один! Тетради, ручки, чернила, краски, кисти… Ой, а вон там, кажется, книжки-раскраски. А было бы здорово иметь такие: нашлось бы, чем себя занять. Рисовать я толком не умею, зато раскрашивать — сколько угодно. А ещё можно завести дневник. Я их никогда не вела, но в родном мире рассказывать, как казалось, особо не о чем, а вот тут можно разгуляться. Тетради нужны в любом случае: надо будет пытаться учить местный язык и неплохо бы записывать тонкости этикета, чтобы перестать наконец попадать в неловкие ситуации.

Стараясь держаться степенно и с достоинством, я с замиранием сердца подошла к столу с тетрадями. Все они в строгих, простых обложках. А чуть дальше лежат записные книжки с замочком, похожие на ту, что вела Элианна. Я потянулась к блокнотику и взяла его. И только тут подумала, что ведь у меня не только нет своих денег, но я даже не знаю, сколько и что стоит, и сколько я вообще имею право на себя тратить. Блин, неловко-то как! Я давно зарабатывала сама и как-то отвыкла, что может быть иначе.

Для вида я ещё немного пощупала блокнот, потом раскрыла пару тетрадей: бумага желтоватая, тоже слегка шершавая, без привычных нам клеточек и линеек, просто чистые листы. Наверное, нужно заткнуть гордость и прямо попросить мужа купить мне хотя бы парочку самых простеньких тетрадей и ручку, но почему-то слова застряли в горле. Адриэн стоит неподалёку, разглядывая стеллаж с книгами, и вроде как на меня не смотрит, но, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову.

Мимо него прошли две женщины — госпожа и служанка — и слегка поклонились. Муж ответил тем же, а меня они, кажется, не заметили. Я с деланным равнодушием прошла мимо раскрасок и открыла одну. Ну точно, похожи на наши раскраски для взрослых. Есть даже картинки с номерами цветов — заодно можно и попытаться сообразить, как они на местном языке называются. Что ж, запомню на будущее. Может, когда муж станет чуть снисходительнее, и решусь его о чём-то просить, но… сегодня он явно на меня сердится. Обойдусь, пожалуй.

— Элианна, вам что-нибудь нужно?

Я резко обернулась: Адриэн уже рядом и смотрит не то чтобы дружелюбно, но хотя бы без льдинок в глазах.

— Н-нет, я просто смотрю, — нарочито равнодушным тоном ответила я и прошла дальше. Здесь всякие холсты, мольберты и прочие штуки для художников. Их я рассматривать не стала. Может, когда-нибудь и решусь попробовать что-то нарисовать, но сейчас явно не до этого.

Что ж, магазинчик отличный — уютный, много всего интересного. Научиться бы читать, и тогда точно можно спокойно жить в новом мире и дальше. Я вздохнула. Дальше снова шли книги, на сей раз явно детские, с картинками на обложках.

Обернувшись, я заметила, что Адриэн идёт за мной. Всё такой же хмурый и сосредоточенный. Ладно, наверное, пора уходить. Мало кому из мужчин нравится шоппинг, а уж такому, как Адриэн, точно должно быть невыносимо таскаться за мной по магазину, пусть даже и книжному.

— Думаю, мы можем идти, — сказала я, останавливаясь и поворачиваясь.

— Вы уверены, что хотите уйти с пустыми руками? — Муж смотрел серьёзно и без издёвки.

— Уверена, — кивнула я. — Мне просто интересно было посмотреть.

— Если вы просто хотите на что-нибудь посмотреть, могу сводить вас в музей, — усмехнулся он. — В лавку обычно приходят, чтобы что-то купить.

Я хотела было съязвить, но не придумала, что сказать, и просто пожала плечами.

— В музей сходить я тоже совсем не против.

— Буду иметь в виду ваши пожелания. Что ж, если вы в самом деле ничего не хотите, можем идти.

Он развернулся и быстро зашагал к выходу. Я последовала за ним, соображая, не могло ли моё нежелание что-то покупать обидеть мужа. Продавец при виде нас снова встал, и я краем глаза подметила, как Адриэн кивнул ему и протянул какую-то бумажку.

— Благодарю, господин. — Пожилой мужчина поклонился.

Интересно, что сделал Адриэн и за что его благодарит продавец? Я с любопытством глянула на подходящего ко мне мужа, но спрашивать не решилась, да он наверняка и не ответит.

Кристалл над дверью мигнул зелёным, будто прощаясь, и мы вышли на улицу.