Вторая жена господина Нордена. Книга 2

Глава 26

Адриэн

Я вышел из спальни девчонки и, не удержавшись, хмыкнул, представляя себе её возмущённое лицо. Наверняка мечтает мне хорошенько отомстить. Но надо же было испортить ей удовольствие и немного самому прийти в чувство.

Тело ещё ощущало каждое её движение, каждое прикосновение и каждый стон. И, демоны похотливые, я бы повторил всё прямо сейчас, чтобы снова почувствовать эти бесстыжие пальчики на своём теле. Так, хватит. Самое правильное — забыть о ней на следующие полгода. Так лучше для меня, да и для неё тоже.

Мерзкое чувство затапливало всё сильнее. Я сегодня окончательно предал память Лины. Будь Элианна девкой из борделя, всё было бы иначе. Но законная жена — совсем другое дело.

— Прости меня, — прошептал я в пустоту. — Этого больше не повторится без крайней на то необходимости.

Из темноты будто послышался тихий, грустный вздох. Знаю, это лишь игра воспалённого воображения, но легче не становится.

Я прошёл к себе в спальню и оделся. Можно возвращаться к работе, это точно поможет отвлечься. Несмотря на усталость, уснуть не получится. Да и сама эта усталость неимоверно раздражает, как и владеющие мной чувства.

Кабинет встретил темнотой и тишиной. Я прикрыл дверь и постоял немного, собираясь с мыслями. Потом протянул руку, посылая импульс в кристалл настольной лампы, и комнату озарил привычный, мягкий свет. Взгляд невольно упёрся в отвёрнутую рамку с семейным снимком. По рукам поползли потоки силы, и я усилием воли приглушил их. Не время сейчас выплёскивать силу, да и какой смысл? Дело уже сделано.

— Всё это ради вас, — пробормотал я.

Обращаться к отвёрнутой рамке с фотографией давно умерших людей — жуткая глупость, но меня это всегда успокаивает. Знаю, что никто из них не одобрил бы мой план, но… какая теперь разница? Главное, получить нужный результат.

Я сел в кресло, откинулся назад и прикрыл глаза. Руки продолжало покалывать. Рамка со снимком будто нависала надо мной немым укором. Самообладание рассыпалось, как замок из песка. Воспоминания было уже не остановить.

Наша брачная ночь с Линой тоже состоялась не сразу после свадьбы. В день церемонии мы оба слишком устали. Когда я, приняв ванну, пришёл в спальню, Лина уже спала, трогательно подложив руку под щёку. А на следующий день рано утром уехали на всю брачную неделю в домик у моря, где, наконец, стали супругами по-настоящему. Руки как наяву ощутили прикосновение нежной ладони. Кажется, я в тот момент волновался больше Лины. Боялся причинить ей боль…

— Всё будет хорошо, любимый, — прошептала она, сжимая мои плечи. — Я же знаю, что иначе нельзя, но ты не сделаешь мне больно нарочно.

— Неважно, тебе от этого не легче, — ответил я, проведя рукой по её щеке.

Лина засмеялась и посмотрела с невыразимой нежностью. Она всегда так на меня смотрела, до самой нашей последней минуты перед моим отъездом в тот роковой день…

Я тяжело выдохнул, стараясь изгнать из мыслей её образ и образ той, другой, оставшейся во второй спальне. Если бы Элианна не потеряла память, всё было бы иначе. Я не собирался с ней сентиментальничать и просто применил бы заклятие подчинения, чтобы подтвердить брак. Азерис своим поведением этого вполне заслуживала. Но новая Элианна будила во мне что-то давно забытое, выбивая из привычной колеи. Нельзя позволять себе поддаваться этим чувствам. Я женился на ней вовсе не ради близости, пусть даже мне и понравилось с ней быть.

Утешает одно: Элианна и в самом деле спала с Дарриеном. Честно говоря, я опасался, что она лжёт, в очередной раз пытаясь показать характер: вроде как приличия её не касаются. А мне меньше всего хотелось становиться её первым мужчиной. К счастью, на сей раз Элианна не подвела. Боялась, но, наверное, это естественно: при всей её дерзости и взбалмошности, Дарриена, в отличие от меня, она любила и была с ним по доброй воле. А он её предал.

Будто в ответ на свои мысли я услышал, как открылась дверь спальни, и девчонка прошла в ванную. Спустя несколько минут тихие шаги послышались уже в коридоре: очевидно, Элианна направилась в кухню. И почти сразу же оттуда раздался грохот. Судя по всему, девчонка уронила железную банку со смесью для отвара. Однако на всякий случай стоит пойти посмотреть. Или я просто ищу предлог не оставаться в кабинете наедине со своими мыслями?

Оказавшись на пороге кухни, остановился и наблюдал за тем, как девчонка, уже одетая в платье, сосредоточенно следит за греющейся водой, что-то совсем тихо напевая себе под нос. В руках действительно банка, за спину перекинута аккуратно заплетённая коса. На щеках лёгкий румянец и вообще вид какой-то непривычный. Такое ощущение, что Элианна счастлива.

— А я слышала, как вы подошли, — не оборачиваясь, сказала она. — Поэтому напугать меня в очередной раз не выйдет.

— Рад, что вы наконец-то пользуетесь возможностью слышать, — холодно сказал я, прислонившись к дверному откосу. — Если бы вы ещё не шумели на весь дом, было бы совсем хорошо.

И замолчал, злясь на самого себя: больше всего сейчас хотелось подойти к ней, обнять и зарыться лицом в волосы. Каких демонов она со мной делает?

— Вы такой сердитый. — Девчонка искоса посмотрела на меня и тут же отвернулась, пряча улыбку. — Неужели совсем не понравилось?

Я послал ей тяжёлый, непроницаемый взгляд. Не признаваться же, что готов хоть сейчас повторить всё сначала. Зазнается ещё.

— Довожу до вашего сведения, что говорить о подобных вещах не принято, и впредь попрошу не задавать глупых вопросов.

Плечи Элианны тут же поникли, лукавая улыбка погасла, и она пробормотала:

— Простите. Я не знала, что это запретная тема между супругами. У меня ведь раньше не было мужа.

Сила снова болезненно отдалась в пальцах. Главное — не забывать о плане. Девчонка никогда не займёт место в сердце, но и превращать её жизнь в кошмар тоже не выход. Особенно если жить ей осталось не так и много.

— Считайте, что я уже забыл о вашем… промахе.

— А вы даже после близости так и будете продолжать называть меня на «вы»? — Элианна не обернулась, но голос явственно дрогнул.

— На «ты» я обращаюсь только к самым близким людям, — ответил я, досадуя на неё за дурацкие вопросы.

В глазах начало темнеть, замелькали искры, дыхание участилось. Сила требует выхода, но не здесь же её сбрасывать, рискуя задеть девчонку. Уйти не успею, придётся терпеть откат. Я с трудом дошёл до стола и присел на стул, сжав руками виски. Кажется, в очередной раз переоценил своё самообладание…

— Адриэн, что с вами? — Голос Элианны прозвучал будто сквозь полог тишины.

Я попытался сосредоточить на ней взгляд, но картинка перед глазами плыла. И тут девчонка, как вчера в парке, накрыла мои руки своими. Сила начала медленно перетекать в неё, смешиваясь с её собственным слабым потоком. Она дёрнулась, но руки не отняла, только крепче сжала мои ладони.

Потоки силы начали успокаиваться, и я сам отцепил её пальцы. Элианне ни к чему переизбыток, тем более что близость и так подразумевает обмен энергией. Я соединил руки, направляя оставшуюся силу в себя. Ощущение не из приятных. Тело передёрнуло, как от удара боевым заклятием, взгляд и сознание прояснились.

— Вы в порядке? — тихо спросила девчонка. — Что это было?

— Переизбыток силы. Такое случается, ничего особенного. Но впредь я бы посоветовал вам не предпринимать никаких действий, если видите странности. Быть приёмником для чьей-то магии может быть опасно, даже если вы принимаете её от супруга или родных. Возможно, об этом вы тоже забыли, но ради вашей безопасности напомню.

— Я… буду иметь в виду. — Элианна кивнула с серьёзным видом, но я заметил промелькнувший в её глазах испуг.

— Вы сами себя хорошо чувствуете?

Девчонка кивнула и, переведя взгляд на плиту, тихо спросила:

— Сколько ложек нужно класть, чтобы получился такой же вкусный отвар, как у вас?

— Учитесь язвить? — слабо усмехнулся я, прикрывая глаза. — Если хотите покрепче, кладите ложек пять с горкой, если не слишком крепкий — три неполные. А вообще можете сами экспериментировать. Готовность тоже определяют на глаз.

Элианна снова кивнула и отошла к плите.

— Я не язвила, у вас правда получается вкусно, — сказала она, взяла банку и открыла ящик, чтобы достать ложку.

— Поверьте, у вас получится так же.

Состояние постепенно приходило в норму. По кухне поплыл аромат трав: девчонка угадала и взяла банку с успокаивающей смесью. Стоя у плиты, она наблюдала за тем, как кипит отвар.

Я молчал, приходя в себя. То, что Элианна приняла на себя часть моей силы, избавило от лишних неприятных ощущений, и за это её, наверное, надо поблагодарить. Стало стыдно за то, что наговорил недавно. С другой стороны, девчонка и так видела слишком много, хватит с неё. Главное, брак подтверждён, и теперь можно со спокойной душой держать дистанцию.

Элианна, тем временем, достала чашки и поставила на стол. Я наблюдал, как она возвращается к плите и перебрасывает косу назад.

— Как думаете, достаточно? — спросила она, не оборачиваясь.

Я заставил себя встать и подошёл, заглянув ей через плечо. Близость её тела, совсем недавно принадлежавшего мне, всколыхнула очередной поток силы, который я направил обратно. Надо сосредоточиться на отваре, а не на её маленьком, аккуратном ушке и выбившейся пряди волос.

— Думаю, вполне. А теперь сядьте за стол, я сам вас обслужу.

— Дайте угадаю: боитесь, что обожгусь? — Элианна вскинула на меня свои большие глаза, в которых отражались смешинки. Да, девчонке явно полегчало после брачной ночи. В отличие от меня.

— Пожалуй, да. Или снова что-то уроните.

— Интересно, вам когда-нибудь надоест подначивать меня? — Девчонка продолжала смотреть на меня с усмешкой. И вот как воспринимать эти изменения?

— Никогда, — ответил я и, оттеснив девчонку, взялся за чайник. — Мне нравится видеть, как меняется ваше лицо от возмущения.

— Это не смешно, — сказала Элианна, послушно отходя к столу.

— Вам, может, и не смешно, а я очень даже неплохо развлекаюсь.

— Что ж, развлекайтесь, мне не жалко.

Я подошёл и начал разливать по чашкам отвар. Элианна, сложив руки на коленях, внимательно наблюдала за янтарной струйкой. И хотя я изо всех сил пытался дать ей понять, что наша близость не имела для меня никакого значения, всё-таки не мог не признать её маленькую победу над собой: вот сейчас мне очень уютно находиться рядом и разливать приготовленный ей отвар. Если не вспоминать о собственных целях и не ощущать мерзость предательства, можно даже представить, что счастье ещё возможно.

Однако я не собираюсь оставаться здесь и испытывать себя на прочность. Поставив чайник обратно на плиту, взял чашку и, уже на выходе из кухни обернулся к девчонке. Она склонилась над чашкой и осторожно дула на отвар.

— Так вот, отвечая на ваш бестактный вопрос: близость с вами ничем не отличалась от любой другой. Поверьте, подобные вещи вообще в целом похожи, поэтому не тешьте понапрасну своё самолюбие.

И, не дожидаясь ответа, быстро покинул кухню.