Выбор для Пепла

Финал

Подземное путешествие мне запомнилось плохо.

Не из-за собственного состояния - что уж там, я была просто счастлива! Жива, иду навстречу и в самом деле новой жизни. Рядом - вполне надежные люди… И Адриан. Жив. Близко. Настолько близко, что я могу прикасаться к нему каждый раз, когда этого захочу.

И когда прикасаюсь - чувствовать его тепло… не только физическое.

Как тут не быть счастливой?

Меня, конечно, беспокоил он сам. Мрачный, молчаливый. Невозмутимый. Вот только за этой невозмутимостью кипела настоящая лава. Боль. Непонимание… как жить дальше, если все, во что ты верил, чему тебя учили, почти все это...

Ложь?

Как восстановить доверие к миру? Да ладно к миру - к себе? Если у тебя та самая магия, за которую ты сжигал других? Виновен.

Если ты - предатель для тех, кто доверял тебе в прошлом жизни?

Виновен.

Если ты из того, кто стоял на пьедестале стал… никем. Ненавидимым и опасным нижним. И все это собственными руками и решениями!

Виновен!

Адриан порой зло, резко отвечал на осторожные расспросы тех, кто его спас. И настойчиво и даже грубо спрашивал о магии и неведомой ему жизни. И болезненно воспринимал ответы. Но… не мешал. Ни продвижению, ни чему либо еще. Помог с ранением Пальнелу, даже делал перевязки, как человек, наиболее разбирающийся в самом обычном лечении. Растаскивал наравне со всеми завалы и камни. Не ругался ни с кем, не пытался повернуть назад или испортить всем жизнь, дав понять нашим преследователям, где мы и что мы.

С особым тщанием рассматривал магические артефакты и учился у мужчин, которые не были ворожами, но много знали, как ему совладать с кипящей внутри сутью. Ему ведь не нужно было инициироваться, как мне… Магия досталась целиком и полностью. И даже если бы не досталась - эшафот стал бы достаточной причиной, чтобы превратить его в полноценного мага.

Мне было не то что жаль его. Скорее - больно за него. Больно как человеку, которого самого однажды вытащили из привычной среды и запихали совсем в другое место. Где не имели значение ни мое мировоззрение, ни мой предыдущий опыт и навыки. Ничего.

Но я знала, что его, как и моя боль пройдут. Чему меня научила жизнь - в том числе и «загробная» - так это тому, что на свете не так много вещей, которые невозможно исправить или преодолеть. И всякие психологические заморочки и переоценка действительности точно не из их числа.

К тому же я искренне верила, что Квинт справится. И с новой реальностью и с новым собой.

И не физические сложности полуголодного, бесконечного пути стали причиной моей потери памяти и осознанности.

А тот факт, что я не видела конца и края нашему путешествию. Не могла сосчитать дни, сколько мы идем. Все слилось в однообразную череду шагов - мы почти не выходили на поверхность. И час за часом шли или ползли, или пробирались сквозь земляные и каменные завалы, пещеры, туннели, норы, лесные чащи… Без света, почти без еды - редко когда удавалось раздобыть съедобных листьев и ягод, да всего пару раз - мелких животных.

Час за часом темнота сменялась мраком… или полумраком. Взятые с собой факелы давно закончились, и мы пробирались наощупь, иногда жгли специальные ветки, которые жутко чадили и воняли - или же пользовались «естественным» освещением мха. Сорш научил нас соскребать его ножами со стен и камней и равномерно втирать в заскорузлую уже от грязи одежду. И мы таким образом… светились. Каждый из нас.

Дважды нам попадались подземные города схожей конструкции, что я видела прежде. Особый интерес они вызывали разве что у Адриана - наши спутники из «правильных» бывали здесь не раз. А я чувствовала себя слишком усталой для интереса.

Периодически мы выныривали на поверхность - и то только ночью. Пробирались через леса, речки. Заодно хоть как-то мылись и стирали одежду - в теплом воздухе она высыхала очень быстро. И снова спускались вниз, ведомые нашими провожатыми и только им понятными знаками, обозначающими вход под землю.

А самое главное - ни разу не столкнулись с патрулями или преследователями. Не удивительно. Если уж даже в ведомстве Квинта никто не знал о том, что все земли Араклета обладали еще и подземными дорогами, с севера на юг, то вряд ли об этом мог прознать кто другой. Что ж, «истинные» оказались хитры тихи и осторожны… И может именно потому не обнаружены пока, что выступали последние столетия лишь в роли наблюдателей, никак иначе. Наше спасение… было из ряда вон.

Я совсем потерялась в пространстве - да и не знакома была с ним никогда толком, мельком виденные карты не давали точного представления - но обратила внимание, что Адриан запоминал все. И, похоже, сможет повторить этот путь. И если бы я не была уверена во всем произошедшем… в самом Адриане после того, что он сделал для меня, то могла бы вообразить совершенно дикую историю. Про то что он - лазутчик, специально посланный, чтобы узнать все тайны… перед полным уничтожением юга.

Но вот в чем уж я была уверена, так это в его потребности спасти меня.

Теперь уже нас обоих.

Самым любимым моим временем в переходе стали моменты привалов и сна. Они хоть как-то делили бесконечное пространство-время наших дней и ночей на отдельные детали.

Иногда мы жгли костер. Сидели кругом и разговаривали, что такое есть магия. И что есть… правда. Прошлого и настоящего.

И какое возможно при этом будущее…

Пальнел рассказывал, что прежде были только секты «правильных», но так же, как в Араклете происходило объединение ненавистников ворожбы, в южных землях объединялись те, кто точно знал - без магии выжить не возможно. И в секты в те входили далеко не только ворожи и ворожки - больше было не одаренных магически людей.

Рассказывал про то, что твари - а их было несколько видов - ничего никогда не разрушали. Они были подземной частью этой планеты, и именно они рыли ходы для подземных рек, их испражнения делали почвы плодородными, их «деятельность» не давала зеленым землям превратиться в пустоши и каменные горы. И они питались от магических источников. Охраняли их. Но после того, как было уничтожено столько источников, тем самым взрывом, остальные тоже стали гаснуть по цепной реакции.

А еще и потому, что люди принялись уничтожать тварей. Запечатывать проходы. Уходить дальше и прятаться. Уносить… ту силу, что была внутри них.

И сжигать… Сжигать ворожей и ворожек. Вместо того, чтобы с помощью магии снова запустить источники. Снова зажечь огонь, что питает мир.

Полуразумные магические существа начали выходить на поверхность в попытках найти хоть немного магии… Да, не ведая, что разрушают и убивают. На то и полуразумные. А жители поверхности воспринимали это как предательство и зло ворожек.

- Под Араклетом уже многие из тварей заснули, - говорил Пальнел, а Квинт отводил мрачнеющий взгляд, - Окаменели. Земля сохнет изнутри. Десять лет… и это станет заметно. Ни воды, ни урожая. Эпидемии - потому как воздух не будет больше насыщен магическими частицами. Голод. И еще большее разделение на тех, кто сможет платить огромные деньги за еду и воду, кто сможет забирать это силой и тех, кто будет погибать в нескольких шагах от сути.

Мы разговаривали не только об этом.

Но те, другие наши разговоры, не были предназначены для ушей прочих. Они велись шепотом, когда все спали, а мы лежали в обнимку с Адрианом и обсуждали… ну, немного нас. И наши взгляды на происходящее и жизнь. И то, что каждый из нас любит простого. Делать, есть, видеть.

Цвета, закаты, сладости…

Что нравится друг в друге и прочие глупости. Мелочи, из которых складывается взаимопонимание.

Привыкали к прикосновениям друг друга… Мне нравилось лежать на груди у мужчины, укаченной в его объятиях; вдыхать запах Адриана, проводить рукой по его отрастающей щетине, а потом получать поцелуй в ладошку. Сплетать свои пальцы с его. Слышать стук его сердца.

Чувствовать его рядом.

Это не было похоже на романтику в привычном смысле или на признания в любви. Да и не романтичной, а физической любви в таких скученных походных условиях не случалось, хотя я чувствовала, что мужчина иногда дышал много тяжелее и становился напряженней, когда я проводила нечаянно… а может специально ноготками по его шее или прижималась к нему особенно сильно. Он рычал, а я улыбалась, ощущая довольство и предвкушение, что будет, когда мы дойдем хоть куда-то.

Признания в любви? Как когда-то признавался мой бывший муж? Ничего такого я не ожидала… оказалось, что, когда человек выбирает смерть ради твоей жизни тебе уже не нужны слова.

Предложения выйти замуж? При нашем неясном будущем, когда каждый следующий день был не определен, было бы странно планировать свадьбу. И потребности нацепить особые головные уборы перед созданием семьи я не видела. Всему свое время.

Его покаяние и просьбы о прощении? И об этом мы не говорили. Я слишком хорошо осознавала, с чем он жил и почему поступил так или иначе… и не ожидала, что он станет каяться за то, какой он есть. Каким был.

Зато я сказала, кто я такая. Исключительно ему - так что у нас нашлось еще много тем для долгих сонных разговоров.

И мой рассказ вышел каким-то естественным, без всплесков эмоций и страха, что он не поверит - после всего, что мы узнали и сделали за последнее время, само мое попадание из другого мира уже не выглядело лживым.

Мужчина спокойно выслушал меня, а потом с каким-то облегчением прижался губами к моему виску и прошептал:

- Спасибо, что все еще доверяешь… не смотря на то, что я не единожды предал твое доверие. И спасибо, что хоть что-то в моих представлениях об окружающем встало на место. Странная девочка Ни-ка, оказывается, не просто так странная.

Я рассмеялась тихонько.

- А твои стихи… оттуда?

- Да.

- Прочитай мне что-нибудь.

Он часто просил об этом, и я никогда не отказывала.

Устроилась поудобней и почти пропела:

Да, это правда: где

я ни бывал,

Пред кем шута ни корчил площадного,

Как дешево богатство продавал

И оскорблял любовь любовью новой!

Да, это правда: правде не в упор

В глаза смотрел я, а куда-то мимо,

Но юность вновь нашел мои беглый взор,

Блуждая, он признал тебя любимой.

Все кончено, и я не буду вновь

Искать того, что обостряет страсти,

Любовью новой проверять любовь.

Ты — божество, и весь в твоей я власти.

Вблизи небес ты мне приют найди

На этой чистой, любящей груди.

В ту ночь… или что там было - не разберешь - мне показалось, что он прижимал меня как то особенно крепко.

***

Спустя продолжительное время мы окончательно «вынырнули» на поверхность. И двинулись в окраинных Араклетских землях, где - как все надеялись - уже не могло быть преследования. И никто не догадался бы, кто мы такие. Переоделись, конечно, и купили дряхлую зверюгу.

Теперь Квинт уже не напоминал знатного решателя, я - слугу, а трое «правильных» - потрепанных жизнью воинов. Все стали обычными торговцами, покрытыми красноватой пылью, и везущие на своем шестилапом какой-то товар. Наши головы были замотаны тряпками, скрывавшими волосы и, частично, лица. И это тоже не бросалось в глаза, поскольку так выглядело большинство на дороге.

Скучно и непонятно теперь уже не было.

День стал похож на день, ночь - на ночь. А еда на нормальную пищу.

Что касается пейзажей… я не уставала любоваться.

Наш путь лежал то через причудливые красные скалы и глинистые почвы, ничуть не сливающиеся в одно яркое пятно, потому что то тут, то там выступали, как ребра, необычные каменные наросты. Как объяснил Сантор, один из наших спутников, это были живые, медленно растущие организмы, которые питались летающими насекомыми, пыльцой и семенами растений, брали из земли воду… и веками надстраивали и надстраивали причудливые конструкции.

Видимо, наподобие наших кораллов.

Потом началась лесная зона.

Густая, красно-розовая, наполненная вкусными запахами и щебетом крохотных птиц. Стало ощутимо жарче. В этом мире и так никакого севера и не было - то, что здесь считали холодной зоной я бы никогда севером не назвала.

ЗДЕСЬ КАРТИНКИ

Попадались и поля, и деревни. Желто-красное разнотравье, плодовые деревья с огромными фиолетовыми плодами, темная мякоть которого оказалась удивительно вкусной, сытной, оставляющей приятную кислинку.

Встречались и города вдалеке - их мы обходили стороной. Иногда заглядывали лишь в небольшие поселения, где, как мне показалось, жители были намного спокойней и улыбчивей, чем в области крупных столиц - пусть дома и выглядели беднее, а детки ходили в рванье.

Но на ночь всегда уходили в лесные кущи.

Так прошла половина местного месяца… А потом мы приблизились к горной гряде, за которой, по сути, и заканчивались Араклетские земли. И пока я с ужасом смотрела на остроконечные непроходимые вершины, нас, посмеиваясь, уже увлекли к тщательно скрытой расщелине.

Что ж, пробираться по узким лазам мне не привыкать. Тем более, что этот путь занял всего несколько дней. А дальше мы пробрались по уже вполне доступному горному перешейку и оказались… пожалуй у самого восхитительного места из всех, которых я когда-либо видела.

- Крош-талим, - даже с некоторой гордостью произнес Пальнел.

Я ничего не ответила.

Только смотрела…

На обрывающиеся в пропасть водопады. На хрустальное озеро и город вдали. На лиловые облака и струящийся воздух, будто и правда сполна наполненный магическими частицами.

- Это… ваш город? «Правильных»? - спросила хрипло.

Покачал головой и улыбнулся:

- «Ничей» город. На перекрестке многих дорог юга. Они полностью независимы, не лезут в наши дела или дела соседних государств, но… чтят прошлое и его уроки.

Я прижалась к Адриану.

Не прося защиты, а просто желая разделить свой восторг от увиденного и ощущение, что все будет хорошо. Он понял… еще бы не понял с его проницательностью и открывшимися возможностями. Притянул меня спиной к своей груди, положил подбородок на макушку и мы долго стояли, любуясь нашим новым миром.

ЗДЕСЬ КАРТИНКА

Первым делом по приходу в город - а идти пришлось и по узким дорогам, и по подвесным мостам - мы отправились в общественные «мыйни», похожие на римские купальни, а потом купили наряды как у местных жителей, поскольку не было никакого желания выделяться.

К тому же, это было очень красиво. И мне хотелось… хотелось наконец-то снова почувствовать себя привлекательной женщиной, а не соратником в долгом воинственном походе.

Одеяния на юге напоминали такие же, что были на Земле. Шальвары и топы с мягко задрапированными капюшонами. Мягкие сапожки. Облегающие тонкие брюки-чулки, на которые надевалось что-то вроде коротких широких шорт, а сверху это все могло быть прикрыто яркой туникой с разрезами до бедра или же платьем… тоже с разрезами.

Мужчины наряжались чуть проще.

Тонкие длинные рубашки, подпоясанные яркими кушаками, или с накинутыми поверх удлиненными жилетами. И мягкие же, тонкие брюки.

ЗДЕСТЬ КАРТИНКА С МЕСТНОЙ МОДОЙ)))

Мне доставили одежду прямо в мыйню. И я разулыбалась, глядя на себя в зеркало. И уже уверенно и легко двинулась наружу, прошла светлыми коридорами с резными панелями вместо стен, а потом толкнула однотипную дверь наружу, в общее помещение… ну, мне казалось, что наружу.

Только ошиблась. То оказалась комната для отдыха, в которой уже расположился молодой человек, с глиняным кувшинчиком с узким горлышком, из которого здесь пили горячие напитки.

- Простите, - пробормотала и собралась было ретироваться, но… Что-то меня остановило.

Может моментальное узнавание. А может - чуть насмешливый и добрый взгляд.

- Ты-ы…. - прошипела, выставив вперед палец, будто надеялась, что оттуда вырвется луч и уничтожит этого… этого…

- Я, - он кивнул, не отпираясь.

Я замерла. Передо мной сидел молодой и симпатичный "врач", который когда-то, целую жизнь назад задал мне один единственный вопрос.

Ноги меня больше не держали. Я оперлась о стену и спросила хриплым голосом:

- Почему?

- Потому что этот мир… один из тех, где я живу. И он разрушается. Потому что мир, в котором жила ты, больше не хотел тебя держать. Потому что Николь была слабой девочкой, которая мечтала исчезнуть. Я должен был попытаться дать всем возможность. Раз уж оказался случайно рядом.

- Случайно? - я не узнавала свой каркающий голос.

- Случайно, - а его был уверен. - Я перенес деятельную и взрослую Веронику в это тело, в надежде на то, что у тебя хватит духу и сил как-то переломить ситуацию.

- И что? - меня затрясло, как в истерике. - Разве у меня хватило духу и сил? Разве все что произошло… произошло не случайно, а потому что я оказалась взрослой и деятельной?! Серьезно?

- А что такое случай? - он оставался спокоен. - Думала об этом? Это всегда лишь перекресток множества дорог… тот самый перекресток, на котором ты делаешь выбор. Только ты.

Я сглотнула.

И потерла занывшие виски.

- Зачем ты появился?

- Спросить…

Напряглась.

- О чем?

- Возможно, - начал он с осторожностью, - Все произошедшее слишком жестоко и неправильно, и я был не прав, отправив тебя сюда. Возможно, тогда твое тело не погибло бы. Долгое лечение, но ты бы восстановила его. И все то, что было тебе так дорого. Уважение, бизнес, дом. Новую семью.

- А… здесь?

- А здесь ты просто исчезнешь. И тело - и душа.

Я смотрела на него… долго. Очень долго.

А потом молча вышла и закрыла дверь.

Постояла немножко и пошла на выход.

- Ника! - меня поймали и сжали так сильно, что я чуть не задохнулась. А потом привычным жестом взяли за подбородок. В глазах Адриана было такой… страх и беспокойство, что я задохнулась. Но взяла себя в руки, уверенно улыбнулась ему и спросила:

- Что такое?

- Ничего… Показалось. - он отвел взгляд. Квинт и нежности… пожалуй, мне это не грозит.

Мужчина отстранил меня и осмотрел. Я еще и покрутилась перед ним, давая возможность разглядеть то, как подчеркивают тонкие льнущие ткани мою фигуру. И разрезы, и полупрозрачность.

Его взгляд потемнел. Мои же коленки начали невольно дрожать, а в голове возникли такие головокружительные образы. И немного испуга… тоже было.

Кажется, я сто лет этим не занималась...

Адриан усмехнулся, будто не просто почувствовал мое настроение, но точно понял, о чем я подумала, поцеловал мою ладонь и повел в сторону постоялого двора, где мы сняли комнаты. Несколько драгоценных камней, бывших неизменными спутниками его одежды, Адриан снял уже давно… и первое время мы, похоже, проживем на них. Что до дальнейшего, то я не сомневалась, что с этим мужчиной мне не придется голодать.

Он увлек меня в сторону лестницы.

- Мы же собирались поесть, - робко возразила.

- Поедим. Позже. А пока…

Он вдруг остановился и улыбнулся такой редкой и тонкой улыбкой. И прижался к моим губам, обещая своим поцелуем, что это только начало. Потянул снова за собой, да так, что стало понятно - останавливаться не стоит.

Мы зашли в комнату и, не успела я оценить обстановку, - что-то светлое и явно более «воздушное», чем в Араклетских землях - как оказалась в горизонтальном положении. Мой мужчина навис сверху, глядя мне в глаза… а потом наклонился и снова поцеловал так нежно, что я почувствовала, как подступают слезы.

Правда, он тут же выругался, потому как снимать все эти необычные одежды ему было непривычно. И застежки не там, и веревочки лишние. Впрочем, вдвоем мы справились. Как и с его одеянием. И, будто магниты, сплелись руками и ногами, какое -то время просто наслаждаясь чистотой, тем, как стучат наши сердца, как соприкасается горячая кожа, как совпадают выпуклости и впадины, будто изначально кто-то слепил нас из одного куска глины…

- Ай, - я вскрикнула от странного ощущения тока прошедшегося по моей коже.

- Прости, - Квинт отстранился на мгновение и снова приник, сначала к шее, потом ниже, действуя все более рвано, настойчиво.

- Кажется, кое у кого магия наружу вырвалась от возбуждения, - засмеялась я, выгибаясь.

- Я тебе покажу, что у меня от возбуждения вырвалось, девочка Ни-ка, - прорычал Адриан и…. все стало совсем хорошо.

Долго.

Громко.

Страстно.

Ярко.

Правильно…

Потом мы лежали, не разнимая объятий, не накрывшись, наслаждаясь потоками теплого воздуха из не застекленных окон - там были только решетки и тонкая ткань поверху - и дышали в унисон.

- Как ты думаешь… как там в Канилоре? - нарушила я молчание.

- Нашли нового решателя. - он говорил спокойно и отстраненно… но я не была уверена, что Адриан совсем не переживает. - Может даже Симеона. И вновь установили свои порядки. Потом вернут женщин и прочий двор, потому как твари больше не будут появляться. И заживут привычной жизнью.

- А Симеон? Как думаешь, он будет помнить?

Квинт понял, о чем я спрашивала.

Помедлил.

А потом сказал уверенно:

- Да.

***

Земель «правильных» мы достигли еще спустя половину месяца.

Половину месяца путешествий на лодках и шестилапых по удивительным «эльфийским» лесам.

Я и правда чувствовала… магию вокруг. Адриан же начал искрить. И много и усиленно занимался под руководством того же Пальнела. Сначала - сдерживать, ограничивать. Затем - защищаться.

И только потом - творить.

Я улыбалась и отдыхала душой, глядя на него. Удивительно, но я была рада, что все досталось моему мужчине. Мне и правда совершенно не хотелось обладать всеми этими волшебствами, зажигать по щелчку какие-то огоньки, ворожить. Смеясь, я только просила будто сбросившего десяток лет Квинта лечить меня и продлевать мне жизнь, а когда он совершенно серьезно, как всегда, обдумав все со всех сторон, уточнил, не хочу ли я помочь ему найти способ… снова вернуть все мне, только помотала головой. И уверенно заявила:

- Ты справишься с этим лучше.

Место, в которое нас вели так долго выглядело… как то, что когда-то описал популярный араклетский писатель. А может волшебным городком из моих детских снов?

Вписанный в природу, в розовый лес, яркий, совершенно неземной и светящийся городок, в который хотелось влиться, вжиться и любоваться. Я не знала, останемся ли мы тут надолго… или навсегда. Не знала, сможем ли мы оба ощутить себя здесь как дома.

Но я чувствовала, что на какое-то время мы нашли свою гавань.

Под названием Армир.

"Надежда".

ЗДЕСЬ КАРТИНКА

Нас встречали… точнее, наших спутников. Друзья, наверное, родственники. Счастливые от встречи - и настороженные по отношению к нам. Затем вышли мужчины, одетые в более... серьезные одежды, что ли. Темные, закрытые. И выглядели они взрослее, и относились к ним с уважением.

Мы уже знали, что в главном поселении «правильных» располагался Совет. Орган управления. И это были его представители. Пальнел и его товарищи неоднократно отправляли птичьих вестников с того момента, как мы оказались в Крош-талиме, потому нас ждали.

Дали отдохнуть с дороги, а потом на пороге того дома, где нам предложили временно поселиться, возник мужчина. Довольно молодой, худощавый и… высокомерный?

Не представившись, вольготно расположился за столом, что сразу напрягло Адриана - похоже, он тут же решил, что никакой подачки ему не нужно, сам купит и построит дом, даже может не здесь, и запрет его на все засовы - и сам разлил только что заваренный отвар по кувшинчикам.

Что напрягло уже меня. Потому что я была здесь хозяйкой… А если нет - то в чем смысл?

Мы переглянулись с Адрианом и сели на противоположный низкую кушетку. И смотрели уже с изрядным скепсисом на прибывшего. А тот начал разглагольствовать, как нам повезло, и как милостив был Совет, что спас нас. И как мы обязаны им и…

- Остановитесь, - голос Адриана сделался таким, что температура в помещении упала на несколько градусов, - Мы благодарны… тем, кто на самом деле успел принять решение и спасти нас. И всегда будем готовы отдать им долг жизни. Но все что с вашей стороны было сделано ради выгоды. И если вы и дальше намерены попрекать нас помощью…

- Никаких упреков, - тот делано улыбнулся и прищурился, - Но вы и сами понимаете - все не просто так. И ради Николь наши следящие могли бы не пойти на такие риски, у них четкие указания…

Мой кувшинчик в руках дернулся. Я поставила его на стол, не смея поднять глаза. Мы не обсуждали это с Адрианом, но оба понимали, что такое было возможно. Логично. Наверное даже правильно с точки зрения… правильных.

И, наверное, мне должно было быть достаточно, что мой мужчина готов был отдать жизнь за меня. Что мне до других? Но было неприятно… Это все.

А потом я услышала решателя. Именно так, потому что от Адриана там почти ничего не было:

- Вы оскорбляете место, которое сами же назначили моим домом, женщину, которая для меня важней всего и мой выбор, который был самым сложным… и в то же время простым в моей жизни. Уходите. И передайте Совету, что я бы никогда не пошел за спасителями, если бы Ника не взяла меня за руку.

- Но…

- Прочь.

Кажется, что-то вспыхнуло вокруг Адриана. Мимолетно.

А потом стало тихо и меня взяли за руку.

Серые, уже успокоенные волей и уверенностью глаза смотрели внимательно.

- Расстроилась?

- Нет, - вздохнула. - Я - реалист.

- И что думает… девочка- Ни-ка- реалист?

Прозвучало так смешно, что я прыснула. А потом сказала серьезно:

- Подождем чуть. Но если они и дальше намерены так себя вести, нам нет смысла оставаться именно здесь, - и мечтательно потянулась, - Мир за вершинами, что окружают Араклет, огромен. И там найдется место…

- Мужу и жене?

Я аж отпрянула. Неувернно глянула на него.

- Но ты ведь…

- Ужасно хочу завладеть тобой полностью, девочка Ни-ка, - Адриан усмехнулся и склонил набок голову. - Ты ж видишь - я стар и неказист, а вокруг тебя столько соблазнов. Мне обязательно нужен повод и права защищать тебя и не позволять тебе вольностей…

Я расхохоталась.

А потом приникла к нему

- И все-таки у тебя есть чувство юмора.

- Ты уже говорила. Хочешь, уйдем прямо сейчас?

- И все-таки в душе ты странник.

- Ты достаешь лучшее, Ни-ка, из моей души…

- Дадим им шанс исправиться, - улыбнулась. На самом деле мне очень понравился этот город и я хотела… остепениться. Вот только не там, где опять превращусь в запуганную служанку. Так что подмигнула, - А пока оскверним их «правильное» жилище своими грязными позывами.

Я прижалась к его смеющимся губам своими. Обняла, чувствуя всем телом, разумом, сердцем всеобъемлющее счастье.

Потому что он за меня. Потому что я не одна.

И мы найдем свой путь…

В дверь постучали.

Мы переглянулись, и Адриан спокойно предложил войти.

Сорш Пальнел посмотрел на нас с извинением, а потом сказал:

- Совет попросил вас присутствовать на срочном заседании.

- Один из Совета уже поговорил с нами, - мой мужчина смотрел на Пальнела не мигая. Но тому было не привыкать… Ко всему прочему, они ведь сдружились за время похода. И я тоже чувствовала к «стражнику» большую симпатию. И точно знала - тогда, когда Пальнел уходил от меня в темнице, он ничего еще не знал. И он пошел искать помощи ради меня…

Маленькой ворожки, попавшей в беду.

-Это… личная просьба, - мужчина посмотрел с вызовом. А потом добавил мягче, - Безусловно, вы пойдете вдвоем.

Мы и правда пошли. В большой дом, где вокруг синего пламени, что давали точно не дрова, сидело порядка двадцати мужчин… и две женщины там тоже были.

Что меня искренне порадовало.

Нас пригласили присесть. Внутри круга. А потом… слово взял один из самых взрослых из присутствующих. Пальнел рассказывал - один из трех Великих.

Тималь Дорелл.

- Мой сын не справился, - сказал он холодно и кивнул куда-то в сторону. Я глянула и напряглась. Тот самый мужчина, что приходил к нам. - Не смог должным образом передать приглашение на Совет на завтра, и нас пришлось собирать в срочном порядке. Я даю вам право наказания…

- Я с благодарностью принимаю это право… и оставляю до нужных времен, - ответил Адриан.

Ого. Тут, похоже, прозвучали какие-то нужные формулировки, о которых я и не подозревала.

Все-таки политика - не мое.

Дорелл кивнул.

И снова взял слово.

Он рассказал о делах правильных. О том, что их миссия буквально «дошла до гор», но дальше - сплошные сложности. О том что они не могут совладать с Араклетскими землями. Объяснить, дать правду, спасти. Не подчинить - не в этом смысл. Но если там все погибнет, напасть может когда-то добраться и до них…

И о том, что Адриану предлагают место в Совете. Безусловно - со всеми возможностями.

Место. Деньги. Власть.

А главное… возможность спасти мир.

Я прикусила губу и опустила голову. Ведь понимала… Адриан не из тех, кто с радостью берет на себя роль ведомого. Подчиняется, прозябает. Ему бы пошла новая роль. И те несуразности, что произошли перед Советом, они были ерундой - просто и здесь придется зарабатывать авторитет.

- Адриан Квинт… Мы просим принять предложение и помочь. Потому что не знаем, как действовать дальше.

Я почувствовала взгляд на себе и подняла голову.

Адриан смотрел на меня вопросительно, и я вдруг осознала… какую власть имею над этим мужчиной.

Нужна ли нам эта новая глава? Миссия почти невыполнимая. Тогда как мы можем прожить спокойную жизнь.

Но разве… можем? Пережив все, что пережили? Могу ли я, почти сожженная ворожка, позволить, чтобы других, рожденных с магией, сжигали? Может ли он оставить тех, кого считал собственным народом, в их неведении и угасании? Или мы все-таки воспользуемся шансом что-то изменить? И может не мы будем жить в новом мире, столь похожем на давно забытый старый… но тогда там будут жить наши лети или внуки.

Я чуть улыбнулась и легко кивнула Адриану.

Он ответил на мою улыбку. Наклонился и поцеловал в висок.

И спокойно повернулся к занервничавшим Великим.

- Вы не знаете, с чего начать… Зато я знаю.

КОНЕЦ

ПОСЛЕСЛОВИЕ ОТ АВТОРА

Спасибо каждому, кто дочитал. Кто не испугался мрачности и сложности. Принял героев и их решения. Поверил автору.

Для меня это было замечательное приключение. Муз повел совсем неведомой тропой - но я рада каждой. Потому что это одна из сторон нашей Вселенной... а значит тоже достойна существования.

Знете что было в первом варианте? Ника, которая доказывает Канилоссам, что они ошибаются. Но в какой-то момент я поняла, что та часть Тарпаслоу не готова. Нужно время... для перемен. И да, может только дети Адриана и Ники их увидят. Может внуки.

Но этот мир будет спасен.

А значит странник снова не зря сделал свою работу.