Я ненавижу драконов

Глава 23

Пока Даррэн собирал урожай из похищенного, обходя мохнатый улов своей магической паутины, я переваривала услышанное. С одной стороны, почти угадала, заподозрив, что парня в детстве избил князь. Промахнулась только с именем этого князя: спину юного дракона изуродовал не отец его, а дед. Тот, что по материнской линии.

Предводитель снежного клана, как выяснилось, не только Максу и его матери жизнь своими требованиями испоганил, но и родного внука не пожалел. Эталонный урод! Почти такой же, как мой покойный папаша. Или, как мой тоже покойный дед.

Ха! Выходит, у нас с ледяным принцем есть что-то общее — с дедушками нам обоим крупно не повезло. Хотя я, в отличие от него, ещё легко отделалась: Ардэн Лэрр-Андэрли погиб раньше, чем успел использовать меня в своих грязных целях. А ещё он меня не бил.

Били другие: чужие, злые люди, которых было легко ненавидеть. Я потом отомстила тем, кого смогла найти, а на остальных просто забила. Потому что они для меня НИКТО.

Тётка, которая живёт в деревне, тоже пару раз хворостиной по мягкому месту отхлестала, но, во-первых, за дело, а во-вторых, не больно совсем — я ведь какая-никакая, но всё равно ей родня.

А этот снежный хрыч… слов нет! Как можно было так искалечить мальчишку? Оставить ему на всю жизнь уродливые следы ран, которые заживали гораздо дольше обычного.

Это же садизм какой-то, а не воспитание!

И, главное, за что⁈ За то, что они с Тамирис без спросу сбежали к морю? Тоже мне — преступление! Они же были просто детьми! Как можно ТАК сильно их наказывать?

Вернее, не их, а Даррэна.

Тами на тот момент только исполнилось шесть, а ему было одиннадцать. Он, как и положено старшему брату, защищал сестру и потакал всем её капризам. Уверена, что именно она уговорила его на эту дурацкую вылазку, но княжич вряд ли признается, дабы не подставлять свою обожаемую сестрёнку.

И нет, я вовсе не ищу ему оправдания. Просто слишком уж быстро дракон перевёл разговор на другую тему, когда я задала этот уточняющий вопрос.

Но даже если бы он действительно был во всём виноват, разве это даёт право взрослому калечить ребёнка?

Куда только смотрел его отец? А мать куда? Неужели они были согласны с таким наказанием⁈ Или старый тиран творил дичь, никого особо не спрашивая?

Ненавижу драконов! Жестокие, аморальные… фу!

Лучше бы я наполовину волчицей родилась. Или и вовсе кошкой.

— О чём задумалась? — спросил Даррэн, вырвав воздушной петлёй свой скарр из лапок застывшего волособрюха.

Хорошо, что и сами лапки не оторвал! А то бы эта «копна» на ножках преследовала нас до окончания тура.

Лесная нечисть очень мстительна — потому княжич так аккуратно с ней и обошёлся. Никакого намеренного причинения вреда, лишь безобидный стазис. Ну а то, что некоторых подпалило, — так это исключительно их вина. Не надо было лезть в чужие карманы, игнорируя магическую защиту.

На наше счастье, лесная нечисть ещё и справедлива, так что мстить за собственные ошибки нам не будет.

— Задумалась? — словно очнувшись от транса, переспросила я. — О деда́х! — усмехнулась невесело. — Мой тоже дел натворил. Наверное, побольше твоего, но твой почему-то злит сильнее. Ты простил его?

— За что? Я серьёзно провинился тогда и получил по заслугам.

— Побег к морю — это что-то ужасное? — искренне изумилась я.

Может, я всё неверно истолковала, и не Тамирис его туда повела, а он её… например, чтобы утопить. Вот дедуля и взъелся на слетевшего с катушек внучка́.

— Тами тогда только начала оборачиваться драконицей. Совсем ещё крошка была: глупенькая и бесстрашная, — с печальным вздохом произнёс Даррэн. — Редких жемчужных рыбок хотела наловить для своего аквариума.

Княжич смотрел будто сквозь меня, да и мысленно был явно не здесь. А я замерла, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть очередное его откровение. Жадно вглядывалась в бледное лицо блондина, освещённое серебристыми «светлячками», и, затаив дыхание, ждала продолжения.

Пауза затягивалась, и я всё-таки не выдержала:

— Не томи уже, Дар! Что тогда случилось?

— Ну… — Взгляд парня сфокусировался на мне, а по губам его скользнула хитрая улыбка — плохой знак. — Рыбок мы так и не поймали, зато нашли кое-что другое. Вернее, я нашёл.

— Р-р-р! — высказалась я, сверля его недовольным взглядом.

Подвесил очередную интригу — и доволен!

Гадский гад!

— Ты такая милая, когда злишься, — рассмеялся паршивец.

— Поэтому ты меня постоянно злишь?

— Не поэтому, — неожиданно серьёзно произнёс он. — И не злю, а, скорее, поддразниваю. Это разное, Ника.

— Один хрен — бесишь! — фыркнула я. — Расскажешь, что произошло с тобой, Тамирис и рыбками или нет? — вздёрнув подбородок, уточнила с вызовом.

Я была уверена, что больше не вытяну из этого мстительного мальчишки ни слова о том случае, но он внезапно заявил:

— Это ещё одна моя тайна. Её знают лишь самые близкие для меня люди. — Даррэн медленно возвращался, не сводя с меня взгляда, и при этом легко обходил висящих в воздухе волособрюхов. — Я не могу доверить её посторонней.

— Ладно! Убедил! — воскликнула я, нарочито громко вздохнув. — Я согласна стать твоей…

Оставшееся расстояние княжич преодолел так быстро, что я опять не успела опомниться. Поднял меня за талию так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и с каким-то странным огнём во взгляде спросил:

— Невестой?

— Сестрой твоей я стану! — фыркнула насмешливо. — Названной. С братом твоим у нас именно такие отношения, а Тамирис — одна из моих близких подруг. Буду и тебя считать братиком, — мурлыкнула я, наслаждаясь маленькой местью.

А то ишь чего удумал! Дразнит меня, как котёнка, используя информацию, которую я так хочу заполучить, точно «бантик» на верёвочке.

— Заноза. — Улыбка Даррэна была даже страннее его взгляда.

И страшнее, угу!

Я ведь только что не перегнула палку? А то в выведении этой «ледяной глыбы» из себя мне равных нет. Сейчас как психанёт — и буду я остаток дня зависать в компании лесной нечисти, как и предупреждал княжич.

А он найдёт спрятанный в подземельях трофей и отберёт у нас победу.

Нет уж!

— Спокойствие, мой герой, — продолжила мурлыкать я, положив руки на плечи чешуйчатого психа. — Я просто пошутила, — сказала со всей искренностью, ибо сестрой ему становиться точно не собиралась: ни названной, ни какой-либо ещё. — А если серьёзно… Я умею хранить чужие тайны. И точно не буду использовать эту информацию против тебя. Ты можешь мне довериться, Дар! Чтобы окончательно тебя успокоить, я дам магическую клятву о неразглашении, как только мои силы восстановятся. Согласен?

Он молчал, щуря серые глаза, похожие сейчас на предгрозовое осеннее небо. Сжимал ладонями мою талию, притягивая меня всё ближе. Медленно, но неотвратимо. Ещё чуть-чуть — и я снова окажусь в его объятиях, только теперь перед моим лицом будет не мужская грудь, а…

Уставившись на губы княжича, я нервно сглотнула.

— Возможность брака тоже обсудим! — выпалила торопливо. — После турнира.

Он ведь этого хочет, да? Пусть думает, что добился желаемого. Ну а я в процессе обсуждения всегда смогу снова отказаться от свадьбы. Только доводы поубедительней придумаю.

Пять минут спустя…

Всё повторялось. Я опять была в объятиях Даррэна, а он снова мне что-то нашёптывал, прижимая к себе и чуть поглаживая одной рукой по спине.

Правда, на этот раз княжич использовал левитацию, и теперь мне самой приходилось крепко обнимать его за шею, чтобы не сверзиться с высоты, потому что мои магические способности ещё не до конца восстановились.

Если нас, парящих среди застывшей в раскорячку нечисти, увидят зрители турнира, даже не знаю, что они подумают. Вернее, знаю! И это беспокоит.

В прошлый раз хоть оправдание было — Даррэн защитил меня от атаки волосянок, а потом просто успокаивал, как любой нормальный парень поступил бы с напуганной девушкой.

Но сейчас-то что⁈ Я всего лишь попросила рассказать мне историю из его детства, а он устроил из этого аттракцион с полётами!

И мне бы порадоваться, потому что мы торчим в этой пещере уже кучу времени, никуда не продвигаясь, а значит, мой план по отвлечению княжича от поиска магического трофея весьма успешен. Но проблема в том, что я не железная! Когда он ТАК меня к себе прижимает, окутывая своей силой, завораживая бархатным шёпотом, опьяняя свойственным лишь ему ароматом, я… Я тоже, блин, отвлекаюсь!

Причём конкретно так. Аж в глазах темнеет, а в голове появляется густой розовый туман, в котором намертво увязают все умные мысли. Совсем как волособрюхи в стазисе. И нить разговора тоже где-то там теряется!

Что дракон только что сказал? Вместо жемчужных рыбок они с Тамирис встретили призрачного монстра, чем-то похожего на каракатицу, с которой мы столкнулись в Гиблых землях, когда летели в драконье княжество?

Очешуеть!

Они же мелкими тогда были оба! И к некромантии никакого отношения не имели. Надеюсь, хвосты успели унести? Хотя, конечно, успели! Иначе бы мы сейчас с княжичем не разговаривали.

— Рада, что ты остался цел, — вырвалось у меня.

И в тот же миг я почувствовала улыбку Даррэна. Не увидела, а именно почувствовала, а потом ощутила и прикосновение его упругих губ к краю моего раскрасневшегося ушка.

Наглое такое прикосновение, настойчивое… провокационное!

— Йорр-ГАД! — взвыла я, инстинктивно отталкивая парня.

Но он снова впился пальцами в мою талию, ещё и воздушной петлёй для надёжности меня к себе привязал.

— Как ты меня назвала⁈ — то ли возмутился, то ли восхитился княжич.

Прищуренные глаза его загадочно мерцали из-под падающих на лицо платиновых прядей. Губы кривились в хищной улыбке.

— Как есть, так и назвала! — огрызнулась я, пряча под недовольством растерянность.

Да как он посмел тронуть моё ухо! И так все нервы своим проникновенным шёпотом вымотал. Ещё и поцеловал!

Меня! Он!!!

Зачем?

Чтобы позлить? Или это была месть за мой ловкий уход от темы замужества?

Да точно она!

— Ай! — снова вскрикнула я, потому что тирсов дракон меня… нет, не поцеловал — на сей раз он резко наклонился и слегка прикусил мою мочку. А меня будто током ударило. Тысячи невидимых искорок разлетелись по коже, принеся с собой не боль, а удовольствие. В глазах не просто потемнело, там ещё и звёздочки заплясали. Стой я на земле, колени бы стопудово подкосились. — Какого лешего ты творишь?

— Наказываю тебя за «гада».

— На правду не обижаются! — парировала я, опять залипая на его губы, растянувшиеся в улыбке: всё ещё хищной, но и немного шкодной тоже.

А ещё эта улыбка ему безумно шла, превращая отмороженного истукана в красивого живого парня.

— Я и не обижался.

Не отдавая себе отчёта, я потянулась к его лицу рукой, чтобы убрать со лба непослушные пряди, но вовремя спохватилась и, решив, что ситуацию надо срочно исправлять… обняла Даррэна ногами.

Вовсе не за тем, чтобы сделать и без того двусмысленную позу ещё пикантней. Я просто побоялась, что когда начну душить паршивца, он меня «случайно» уронит в качестве очередного наказания.

— Значит, тебя из-за этого монстра избили? — уточнила я, меняя тему. — Дед небось счёл тебя безответственным, раз ты не смог защитить сестру.

Попыталась для лучшей картинки (на случай, если нас снимают) взять его за горло, но не очень-то получилось.

То ли ладошки у меня слишком маленькие, то ли у княжича шея бычья. Но для зрителей, если они нас сейчас видят, и так сойдёт. Сразу же понятно, что мы, как обычно, ссоримся, а вовсе не флиртуем.

— На самом деле, я сестру защитил. — Проклятую улыбку Даррэна даже моя попытка удушения не стёрла. И воспоминания о том роковом дне на него тоже больше не действовали. Княжич продолжал смотреть на меня и улыбаться, причём каждый раз по-разному. Сейчас, к примеру, мне казалось, что ещё немного — и он облизнётся, как сытый кот, урвавший горшочек свежей сметаны. — Я велел Тамирис плыть домой, а сам принял удар на себя и потерял сознание. Там бы и сдох, не окажись моя маленькая сестрёнка смелой и… верной. — Даррэн запнулся, но лишь на мгновение. Потом его губы снова растянулись, а глаза полыхнули серебром. — А ты верная, Ника? — перевёл стрелки он.

— Очень! — ответила я, вновь зачем-то начиная сжимать его шею. Впрочем, дракона это не сильно беспокоило. — Получается, твой секрет в том, что тебя спасла шестилетка? Считаешь это постыдным?

— Нет. Просто рассказываю тебе о Тамирис. Вы же не так давно дружите, и ты ещё плохо её знаешь. Она кажется изнеженной и слабой, но на деле — настоящий боец. Береги её. — Я кивнула, опять впадая в пресловутую растерянность. Душить его перестала, вместо этого чуть погладила дрогнувший под моей рукой кадык, будто извиняясь. Почему княжич так странно себя ведёт? То провоцирует и издевается, то говорит что-то такое… неожиданное. Вот как сейчас. — А секрет заключается в особом даре, — внезапно сообщил дракон, окончательно меня запутав. — «Ашка» — тот неупокоенный дух монстра был призраком класса «А» — не только вырубила меня, но и вселилась. Позднее эту дрянь из меня, конечно, изгнали, но последствия остались. Негативные: из-за них раны, полученные в тот год, долгое время не заживали, так как я был буквально отравлен инородной магией. А следы от хлыста, которым дед избил меня в тот самый день, остались навсегда. И положительные: с тех пор дед в нашем доме гость нежеланный, ну а я во время драки могу поглощать чужую силу. Правда, только если она не связана с магией смерти, которой владеют некоторые некроманты, отдельные виды нечисти, призраки и, разумеется, тирсы.

Так вот как он Колина на капитанской дуэли победил!

Хотя нет, Даррэн бы выиграл у стихийника и без этой его способности, потому что сильнее.

Но почему вдруг решил мне обо всём рассказать? Ведь такой секрет, в отличие от остальных, действительно делает его уязвимым. Не критично, конечно, но всё же.

Наверное, вопрос читался в моих округлившихся глазах, потому что княжич, насмешливо хмыкнув, вновь склонился к моему уху и прошептал:

— Вот и всё, Ника. Теперь ты знаешь мою главную слабость, а значит, обязана стать моей женой, — Очередное прикосновение его губ к краю ушка заставило меня замереть кроликом в объятиях обнаглевшего удава, а следующая его фраза и вовсе ошеломила. — В противном случае, золотце, мне придётся тебя убить.

Убить? Меня? Да за что⁈

О какой слабости, вообще, идёт речь? То, что он магию смерти не может забирать у противника? Так остальные и другие виды чар поглощать неспособны.

Ну и шуточки у его светлости!

Или это была вовсе не шутка?

Я снова уставилась на ледяного принца — он продолжал гипнотизировать взглядом меня. И в самый разгар нашей зрительной дуэли в пещеру влетела запыхавшаяся ворона, которая радостно завопила:

— Живы, дееспособны! Нашла.