Запретная любовь княжича

Глава 20

В это время в дверь постучали. Дождавшись разрешения княжича войти, в палаты неслышно вошли расторопные слуги. Одни несли тёплую воду для умывания и белоснежные, вышитые полотенца, другие принялись накрывать на стол, расставляя разнообразные кушанья на резных блюдах.

— Князь велел отдыхать с дороги, а поутру уж явиться с отчётом, — доложил Ярополку один из слуг, чем порадовал молодого человека.

Сейчас все мысли княжича были заняты лишь Ивой, и оставлять её одну, пусть ненадолго, он не желал.

— Как повечерите, извольте в баньку, к тому времени всё будет готово, — продолжал слуга. — Для девицы подыскать, что из одежды?

Ярополк бросил взгляд на девушку и кивнул.

— Да, достаньте что нужно: рубашки, обувь, платья. Она надолго здесь, всё самое необходимое приготовьте. Когда мыться пойдём, вы в соседней опочивальне, в той маленькой, где моя нянька жила, застелите постель. И ещё — замок на дверь снаружи повесьте. Побольше, потяжелее из калёного железа, а ключ мне принесите.

— А какие наряды приготовить для девицы? Шёлковые, вышитые или что попроще? — слуга бросил быстрый взгляд на худенькую замарашку, но ни единый мускул на лице его не дрогнул, не выдал удивление или отвращение.

— Попроще. Лен и шерсть. Но смотрите, чтобы добротные.

Слуги обещали выполнить всё в лучшем виде и быстро покинули комнату, оставив княжича и ведунью наедине.

Ива забилась в уголок, молча слушая распоряжение Ярополка. Сердце её едва билось, руки и ноги отказывались подчиняться, ослабев от безумного волнения и страха.

«Запрёт и подчиняться заставит. А буду ерепениться — выпорет, как обещал. Что же, так значит так. Душа моя давно ему принадлежит, пусть и тело забирает», — думает, не спуская глаз с красивого лица молодого человека.

— Помоги мне умыться, подай полотенце. А потом сама лицо в порядок приведи и руки вымой. Негоже в таком виде за стол садиться, — надменно отчеканил Ярополк.

Ива безропотно выполнила всё, что он приказал. Подождав, пока парень умоется, она подала ему полотенце. А после занялась своим лицом. Закусив губу, чтобы не стонать от боли, девушка осторожно принялась обмывать рану, но та, потревоженная, вновь закровила. Вода в тазу окрасилась в алый цвет.

Ярополку, который незаметно наблюдал за своей пленницей, это совсем не понравилось. Он подошёл к девушке и, приподняв худенькое личико за подбородок, внимательно осмотрел рану.

— Нехорошо. Шрам останется.

Он отошёл, быстро спрятав глаза, в которых загорелась ненависть к селянам, посмевшим поднять руку на его красавицу, и острая жалость к бедняжке. Парень открыл один из шкафов и вытащил оттуда баночку с целебным зельем. Опытный воин и колдун, он знал, как врачевать раны, как усмирять боль.

— Поди сюда, к свету, — скомандовал, стараясь, чтобы голос звучал как можно хладнокровнее.

Но сердце его при этом сжималось болезненно.

«Эх, отчего же я не раньше в дорогу отправился? Отчего не успел встретить её вперёд злобного люда?» — сокрушается мысленно.

Ива подчинилась. Испуганно хлопая глазами, девушка приблизилась к молодому человеку и остановилась, опустив голову.

Княжич вновь приподнял за подбородок её голову и, промокнув ранку полотенцем, принялся наносить лекарственную мазь.

Рассечённая кожа отреагировала на это острой болью, заставив Иву всхлипнуть и зажмуриться.

— Всё, уже всё, сейчас пройдёт! — парень склонился к ней и осторожно подул на рану, что и правда принесло облегчение.

«Не похоже, что моя боль его радует, — думает между тем девица. — В глазах-то — сочувствие светится. Или мне мерещится? Может, я всё придумала, потому что так хочется в это поверить?»

— Теперь быстро заживёт. Ещё где болит? — Ярополк осмотрел свою работу и заглянул в глаза девушки.

Та отрицательно покачала головой. Не хотелось ей беспокоить княжича своими страданиями.

— Ну, добро, коли так. Идём вечерить. Уж больно ты худа стала. Недоедала, поди? Мне это не по нраву. Пищу будешь со мной разделять, каждый раз. И, помимо того, прикажу отдельно кормить тебя сметаной и полбой с мёдом.

Уселись за стол. Парень, как и положено хозяину, первым взял ложку и благосклонно кивнул, разрешая девушке тоже приступить к трапезе.

Та несмело взглянула на принесённые блюда, не зная, как к ним подступиться, уж больно непривычно выглядели они. Ярополк заметил это. Парень сам пододвинул к ней кушанья и принялся следить, чтобы девушка ела как следует.

Но с непривычки Ива не смогла много съесть. К тому же вкус блюд разительно отличался от вкуса той пищи, к которой она привыкла. Соль, специи и сахар, которыми в изобилии были приправлены княжеские кушанья, в её лесной избушке не водились.

После ужина парень повёл девушку в баню. Здесь уже расторопная челядь приготовила горячую и ледяную воду, большие полотенца, мыльные отвары и веники. В предбаннике висела чистая одежда, как мужская, как и женская.

— Раздевайся и тут бросай свои тряпки, в них больше ходить не будешь, утром их сожгут, — распорядился парень, скидывая с могучего тела одежду.

Ива залилась румянцем, но и здесь перечить не стала. Послушно разоблачилась и, склонив от смущения голову, замерла под пронизывающим взглядом парня.

А тот увидел свежие синяки на груди и руках девушки, заметил, как тонка и прозрачна стала кожа, как хрупка сделалась фигурка, и острая жалость вонзилась в измученное сердце горячей кочергой, ворочаясь там и разрывая её на части.

На глаза пелена мутная упала, и княжич прикрыл их, борясь с острым стыдом. Негоже хладнокровному воину чувствам поддаваться, не дело это. И тут же злые мысли атаковали:

«Не сбежала бы, покорилась сразу, жила бы как княгиня. Сама виновата, и жалеть её нечего».