Запретная любовь княжича

Глава 4

Сын князя Ярополк мерил шагами светлицу, время от времени останавливаясь и с беспокойством выглядывая в узкое оконце. Он ждал отца, но тот всё никак не возвращался.

Князь Светогор вздумал объехать свои владения и посмотреть всё ли в порядке на дальних границах княжества, а сына оставил в стольном граде, передав дела, до своего возвращения.

Ярополку не в новинку замещать отца, но этот раз дался ему тяжелее обычного. Всё потому, что приближался день осеннего равноденствия и тайные силы молодого человека требовали выхода на свободу. В это время он желал лишь одного — и бежать что есть сил по полям и лесам навстречу луне.

Парень злился, заливал звериную тоску брагой, но облегчения это не приносило. Душа Ярополка рвалась к вольным просторам вдали от людского жилья, и унять томление никак не получалось.

Слуги сторонились молодого княжича, боясь крутого нрава и чувствуя его недобрый настрой. Они не смели даже судачить о нём, опасаясь лютой расправы, лишь только глядя в сияющие диким блеском глаза мощного и огромного, как медведь, парня.

А между тем Ярополк продолжал хранить свою страшную тайну, о которой знал лишь его отец. Старый князь любил сына, но и сам временами побаивался, стараясь как можно меньше времени проводить рядом, коли привычная осенняя тоска накрывала его своенравного отпрыска.

Светогор не винил парня, ведь понимал, что тот не в силах справиться со своею природой. Знал, что оставаться в людском поселении, когда приходит осеннее равноденствие, для того равносильно мучительной пытке.

Вот только поделать князь ничего не мог. Эх, коли ведал бы он по молодости, к чему приведёт его своенравие и любвеобильность, никогда бы не стал Светогор кичиться своей силушкой да красотой и склонять к сожительству всех приглянувшихся ему девок.

Сколько молодок сгубила его страсть, князь и сам уже не помнил. Но пришла и ему пора расплатиться. Мать своего будущего сына — Забаву, увидал Светогор в одной из деревень. Та была красива, стройна и величава, как лебёдушка. Синие глаза смотрели ласково, а гладкие, словно дорогой заморский шёлк волосы струились до самых колен, вдоль ладного молодого тела.

Тут же, ни минуты не раздумывая, схватил её князь, посадил на коня и увёз в свой терем. Зажил с красавицей, как с законной женой, и через девять месяцев родила она ему сына-богатыря. Вот только не пережила Забава роды, умерла на следующий день.

И лишь через год, когда мальчик стал подрастать и вести себя иначе, чем остальные дети его возраста, князь заволновался. Кинулся искать родню Забавы и отыскал в той самой деревушке. Там всё ещё жила мать умершей любовницы Светогора, она-то и рассказала ему правду. Оказалось, что род их был давно проклят, предки не чурались колдовства, умели оборачиваться, и теперь нечистый дар этот перешёл к единственному сыну и наследнику князя.

Мать Забавы Светогор взял с собой в терем. Та смогла на время усмирить младенца-княжича и даже сумела воспитать и обучить того так, что никто и не догадывался о его страшных способностях. Каждый год по осени она забирала мальчика в лес, где тот носился в полном одиночестве, учился оборачиваться и выливать скопившуюся в нём ярость во время долгой охоты.

Кроме того, бабка обучала юного княжича всем тайным знаниям своего рода. Ученье её было тёмным, с нечистыми духами и злым колдовством связано. Постигая его, мальчик пробовал управлять древними чарами, подвластными лишь сильным колдунам.

Зато к удовольствию князя, Ярополк вырос бесстрашным и непобедимым воином. Во время оборонительных войн или набегов тот рвался в бой впереди всех, не боясь ни ран, ни смерти. Ярополк крушил всё и всех на своём пути, чем вселял в сердца врагов сверхъестественный ужас. И чем старше становился княжич, тем реже случались стычки с соседями, никто уже не решался приближаться к их владениям, зная, что это — верная смерть.

И вот теперь молодой человек маялся в ожидании отца, потому как до равноденствия осталось всего три дня. Ему нужно было уйти в лес, а Светогор, как назло, задерживался.

Ночь спускалась на владения князя, серые сумерки окутали город, лишь кое-где разрываемые светлыми пятнами сигнальных костров и жертвенными огнями редких капищ.

Ярополк сорвал с себя пояс, сбросил сапоги. Он рад был бы избавиться и от одежды, да нельзя, иначе сила выйдет из-под контроля.

— Гордей! — закричал он, приоткрыв дверь и выглянув из своей опочивальни.

Слуга вмиг появился на пороге, испугано мигая круглыми глазами. На минуту парню стало жаль его. Он знал, что слуги боялись и не любили сына хозяина именно за несдержанный и грубый нрав в периоды, когда просыпался его внутренний зверь.

— Послал бы кого поглядеть, не едет ли батюшка, — спокойнее сказал Ярополк.

Слуга закивал и поспешил выполнять указание. Все в тереме привыкли, что каждую осень княжич уезжает на осеннюю охоту в полном одиночестве, а через пару недель возвращается успокоенный и весёлый. Вот только в этот раз он не мог покинуть дом отца, пока того не было на месте.

Для княжича уже подготовили коня, запасы продовольствия, тугой лук и лёгкие стрелы. Оставалось лишь дождаться Светогора. К счастью, тот приехал ближе к полуночи. Он и сам был не рад задержке, да случилось так, что мост через реку обвалился, пришлось искать другую переправу, потому и замешкались.

В ту же ночь Ярополк умчался прочь из дома. Далеко в глухом лесу, специально для него была построена бревенчатая избушка, в которой он жил каждую осень, занимаясь тёмными и лишь одному ему известными делами. Никто не бывал там, кроме ныне покойной бабки, даже сам князь не приближался к проклятой лачуге. Но только там молодой княжич чувствовал себя по-настоящему свободным и счастливым.