Абсолютная власть 5

Глава 18 Ответ

Коридоры Зимнего дворца после событий переворота и битвы с тварями напоминали скорее проходы в большой казарме. Золочёная лепнина соседствовала с прибитыми к стенам схемами эвакуации и расписаниями дежурств. Я шёл в сторону бывшего бального зала, который теперь был превращён в оперативный штаб. Мои шаги гулко отдавались в коридоре, пустом в это раннее утро.

Навстречу мне, вынырнув из бокового прохода, чётким, военным шагом двигалась прямая, как штык, фигура в чёрном мундире. Капитан Роттер. Его лицо, изуродованное шрамом и вечно небритое, казалось высеченным из гранита.

Никаких эмоций. Никогда. Удивительный человек.

Он остановился передо мной, щёлкнул каблуками и отдал честь.

— Ваше Величество.

— Докладывайте, капитан.

— Чёрный полк готов к отправке. Полная боевая готовность. Бойцы рвутся в бой. Говорят, сидеть в столице, когда там, — он кивнул куда-то в сторону, — творятся такие дела, не по-человечески.

Я кивнул. Чёрный полк — одно из лучших моих подразделений, прошедшее через ад. Их чёрные мундиры без знаков различия стали легендой и символом безжалостной эффективности.

— Хорошо. Но одного вашего полка мало, Константин. Другие силы собираются?

— Так точно. Сводный ударный батальон из Преображенского полка — отобраны только добровольцы. Два эскадрона всадников майора Лескова. Отряд боевых магов. И… — он слегка сморщился, — добровольческий корпус из столичного ополчения. Гражданские. Говорят, раз их государь сам ведёт войско на Расколотые земли, им дома сидеть негоже.

Неплохо. Даже гражданские, если их неплохо подготовить, смогут нам помочь. Станут, например, отрядами прикрытия.

— Передайте всем командирам: пусть готовятся. Граф Яровой прислал из Приамурья сводные данные по всем новым типам монстров, которые были замечены в последних атаках. Их повадки, уязвимости, тактика действий. Эта информация должна быть изучена каждым солдатом и офицером. Найдите за городом подходящую местность и проведите учения.

— Так точно. Будет сделано. Учения начнутся завтра на рассвете.

— Отлично. Держите меня в курсе.

Роттер снова отдал честь и зашагал прочь. Его чёрный мундир быстро растворился в полумраке коридора.

Я двинулся дальше, и скоро оказался в бывшей императорской библиотеке.

Зал был огромен. В центре, под светом мощных кристальных ламп, стояло около двух десятков человек. Мужчины и женщины разного возраста. Маги. Исследователи аномалий, заклинатели с опытом работы на разломах, теоретики пространственных искажений из академии, даже пара опальных тёмных магов, которых амнистировали специально для этой задачи.

Когда я вошёл, все разговоры смолкли. Они выстроились и поклонились.

Я не стал тратить время на церемонии.

— Благодарю, что пришли, — начал я, подходя к большому столу, на котором была разложена сложная диаграмма, изображающая слои реальности и возможные векторы пространственного напряжения. — Вы все знаете, зачем мы здесь. По крайней мере, в общих чертах. Мне нужен портал. Большой. Стабильный. Достаточный для переброски ударной группировки. И вести он будет сюда.

Я ткнул пальцем в условное обозначение на схеме, соответствующее Расколотым землям. По залу пронёсся гул.

— Это невозможно, — вырвалось у пожилого мага в очках с толстыми линзами. Профессор Аркадьев, ведущий теоретик по телепортации. — Ваше Величество, с должным уважением… энергетические затраты будут просто астрономическими! Удержать такой портал, тем более учитывая магические искажения на Расколотых землях…

— Я не прошу удержать его навечно, — перебил я. — Мне нужно пробить коридор на короткое время. Достаточное, чтобы пройти войскам.

— Чтобы пробить пространство на такое расстояние, нужна не просто энергия. Нужна идеальная форма заклинания, которая не развалится под давлением хаоса. Такой методики нет.

— Тогда мы её создадим, — спокойно сказал я. — Сейчас. Все вместе.

Маги переглянулись. Скепсис в их глазах сменился настороженным интересом. Я подошёл к чистой грифельной доске, которую принесли сюда специально.

— Все вы, — я обвёл взглядом собравшихся, — знаете кусочки пазла. Теорию, практику, неудачи, редкие успехи. Я предлагаю сложить их.

Я начал рисовать на доске. Схемы потоков энергии, волновые уравнения, точки синхронизации. Я не был великим магом-теоретиком. Но у меня было то, чего не было у них: многолетний опыт и такие знания магических техник, каких не было на земле.

— Смотрите, — говорил я, а моя рука выводила линии. — Вы пытаетесь построить жёсткий, неподвижный мост из энергии. А что, если мы создадим не мост, а… русло? Временное, направленное течение. Мы не будем противостоять хаосу. Мы используем его энергию, направим её, как воду направляют в турбину. Мы создадим здесь, — я поставил точку на схеме, обозначающую Петербург, — резонансную волну, которая, усиливаясь по цепочке магических «отражателей», которые выстроите вы, достигнет цели и создаст нужный проход.

В зале воцарилась тишина. Они смотрели на схему, и я видел, как в их глазах загораются искры понимания. Профессор Аркадьев снял очки и протёр их, бормоча что-то себе под нос о «нелинейной динамике».

— Это… это чудовищно рискованно, — сказала он, наконец. — Один сбой в синхронизации цепочки — и энергия развернётся вспять, сожжёт всех нас.

— Знаю, — согласился я. — Поэтому синхронизация должна быть идеальной.

Я отложил мел. Теперь нужно было не объяснять, а показывать.

— Встаньте в круг. Возьмитесь за руки для устойчивой связи.

Нерешительно, но они послушались и образовали неровное кольцо. Я встал в центр.

— Закройте глаза. Слушайте. Чувствуйте.

Я сам закрыл глаза. Вокруг меня было не двадцать человек, а двадцать разных источников магической силы. Я сосредоточился на своём собственном источнике — на холодной, глубокой, неумолимой силе, что текла в моих жилах.

Я начал с простого выдоха, в который вложил эту идею пути, пробивающего тьму. И выпустил тонкую струйку своей энергии.

Она коснулась первого мага в кругу. Он вздрогнул. Его собственная магия откликнулась, усилила импульс, придала ему чёткость и передала дальше.

Цепочка ожила. Я чувствовал, как моя изначальная идея, обрастая силой и сложностью двадцати разных сознаний, двигается по кругу. Каждый маг добавлял что-то своё, но не ломал общий ритм, а встраивался в него, как инструмент в оркестр.

И тогда, в центре круга начало происходить нечто.

Сначала это было лишь мерцание, как от жаркого воздуха над раскалённой плитой. Потом мерцание сгустилось, закрутилось, образовав вихрь. Вихрь вытянулся, превратившись в вертикальную, дрожащую полосу света.

Портал. Небольшой, нестабильный, пульсирующий. Из его зыбкого центра было видно не противоположную стену библиотеки, а что-то другое — мелькающие, искажённые тени, вспышки непонятного света, обломки неведомых пейзажей.

Кто-то из магов ахнул. Кто-то застонал от напряжения. Цепочка дрогнула, и портал тут же исчез с тихим хлопком, выбросив сноп искр. Несколько человек отшатнулись, ослеплённые.

В зале воцарилась тишина, полная потрясения. Все смотрели на то место, где только что висел портал. Потом все взгляды медленно перешли на меня.

Профессор Аркадьев первым нарушил молчание. Его голос дрожал от невероятного, лихорадочного возбуждения.

— Это… это было… Это сработало! Ваш принцип верен! Энергозатраты на поддержание были колоссальны, но не запредельны! Нам нужны расчёты… точные расчёты, артефактные усилители на каждой узловой точке…

— И тренировки, — добавила женщина-маг, вытирая пот со лба. — Много тренировок. Чтобы синхронизация была не просто идеальной, а абсолютной. Один сбой — и нас всех разорвёт.

Я смотрел на их оживлённые лица. Скепсис исчез. Его сменила азартная, почти безумная решимость.

Это было всё, что мне нужно. Они поверили. Они увидели путь. Теперь оставалось лишь пройти по нему.

Несколько дней спустя

Я вошёл в приёмную залу, где меня уже ждали послы европейских государств. Угроза Мортакса, разбросанная по всему миру сыпь атак, заставила их наконец-то сбросить маску политкорректного безразличия.

Граф фон Райхенбах, посол Германской империи, человек с жёстким лицом и безупречно подстриженными усами, говорил отрывисто, без лишних слов:

— Его Величество Вильгельм Второй признаёт необходимость совместных действий перед лицом… необычной угрозы. Две дивизии, усиленные магическими корпусами, готовы к отправке в Прибалтику для защиты наших общих границ и, при необходимости, для операций поддержки.

Маркиз де Монтескью, француз, был более витиеват, но суть осталась та же:

— Республика, следуя духу союзнического долга и осознавая общность цивилизованного мира, готова предоставить экспедиционный корпус. Наши войска имеют опыт колониальных кампаний против… экзотической фауны. Они могут быть полезны.

Они не предлагали дружбу. Это был холодный расчёт: лучше бить чудовищ на дальних подступах. Но я был готов принять помощь на любых условиях.

— Благодарю ваши правительства за решимость, — сказал я. — Учтите, что время работает против нас. Каждый день даёт врагу возможность усилиться. Поэтому я прошу не просто войск. Я прошу прислать ко мне, в Петербург, ваших лучших магов. Специалистов по пространственным манипуляциям и работе с аномалиями.

Оба посла насторожились.

— С какой целью, Ваше Величество? — спросил фон Райхенбах.

— Цель — создать инструмент, который положит конец этой войне раз и навсегда, — ответил я. — Мы разрабатываем метод открытия стратегического портала прямо в логово врага — в так называемые Расколотые земли. Чтобы нанести удар в самое сердце угрозы, а не отбиваться на периферии. Ваши маги, объединившись с нашими, смогут не только помочь в этом, но и перенять технологию. Чтобы ваши войска тоже приняли участие в уничтожении врага.

Монтескью обменялся быстрым взглядом с фон Райхенбахом. В их глазах мелькало сомнение. Идея удара в самое логово была дерзкой, почти безумной. Но она же была единственно логичной.

И возможность получить доступ к подобным технологиям… для их правительств это было кушем, ради которого стоило рискнуть парой десятков магов.

— Мы передадим ваше предложение, — осторожно сказал маркиз. — Уверен, ответ будет положительным. Магия не должна знать границ, особенно перед лицом такого… вызова.

— Особенно если эта магия нацелена на уничтожение общего врага, — сухо добавил фон Райхенбах. — Я запрошу разрешение на отправку нашей группы из Берлинского магического института.

Я кивнул. Переговоры были окончены. Мы обменялись ещё несколькими формальными фразами, и послы удалились.

Шаг вперёд был сделан. Если европейцы пришлют своих специалистов, шансы на успех операции возрастали. Но это было «если» и «когда».

Я вернулся в свой кабинет. На столе уже лежала свежая пачка донесений. Я машинально начал их просматривать: отчёты о учениях Роттера, сводка от Туманова о ходе подготовки магов, запрос от комитета снабжения…

И тут за дверью раздались быстрые шаги, а следом — стук в дверь.

Плохие новости, как пить дать.

— Войдите, — приказал я.

— Ваше Величество! — гонец ввалился внутрь. — Только что донесли. Владивосток атакован крупной ордой. Говорят, разломы открылись прямо в городе, хотя это же технологический город…

— Мортакс на такое способен, — отрезал я. — Подробности?

— Докладывают о монстрах, не виданных ранее. Город окружён, бои идут на подступах и на улицах. Владивосток просит помощи, — ответил гонец.

Мортакс решил атаковать. Почему? Впрочем, предположения у меня есть. Он мог каким-то образом узнать о готовящейся атаке в его логово и пытался выбить опору из-под наших ног.

Я резко повернулся к стене, где висела большая карта. Мой взгляд устремился к точке на самом краю империи. Всё, что было западнее, все наши планы, союзы, порталы — всё это теряло смысл, если падёт Владивосток. Приамурье стало бы незащищённой раной, через которую хлынет бы зараза.

Но я не мог помочь им немедленно. Резервы здесь, в Петербурге, готовились для удара в самое сердце Мортакса. Да и пока они достигнут Приамурья…

— Передать капитану Роттеру и полковнику Туманову — подготовку ускорить. У нас нет больше недель. У нас, возможно, нет и дней, — велел я.

— Хорошо, Ваше Величество… А как же Владивосток?

— Они справятся сами. Я в этом уверен.

Расколотые земли

Мир горел. Не в одном месте, а в сотнях, тысячах точек одновременно. Его посланцы, его орудия безумия выползли из Расколотых земель и принялись за работу. Мортакс чувствовал каждый акт насилия, каждую вспышку страха, каждую каплю пролитой крови как чистую энергию, питающую великий Разлом.

Картина, разворачивающаяся перед его внутренним взором, была прекрасна в своей жестокости. Где-то в глубине Сибири стая когтистых тварей вырезала целый поселок лесорубов, и их ужас долетел до него. На другом конце света, в джунглях, неведомые ему люди гибли от ядовитых спор, выпущенных его порождениями.

Страх повсюду. Всепроникающий, разъедающий страх, который делал смертных слабыми, глупыми, предсказуемыми.

Да, они пытались сопротивляться. Их солдаты строили укрепления, их маги закрывали разломы. Но это было как пытаться вычерпать океан чайной ложкой. Каждый залатанный разлом стоил им сил, каждый отбитый набег — жизней.

Они уставали. Они начинали сомневаться. Их единство, эта хрупкая иллюзия, которую они называли «империей», трещала по швам.

Особую радость доставил Мортаксу эпизод на востоке. Он заранее почувствовал приближение армады кораблей под красно-жёлтыми флагами. Они шли через бурное море, нагруженные пушками и солдатами, решившие атаковать его владения.

Он не стал посылать им навстречу орду. Он просто… ослабил реальность вдоль их курса. Там, где шторм был естественным явлением, он превратился в кошмар. Волны поднимались выше мачт, а из воды вырывались чудовища, чьи щупальца разрывали корпусы кораблей, как бумагу. С неба, из внезапно налетевшего тумана, пикировали летучие твари.

Бой оказался коротким. Люди дрались отчаянно, их пушки гремели без конца. Они потопили немало слуг Мортакса. Но море и небо были его союзниками. Корабли, один за другим, исчезали в бурной воде или разламывались пополам в объятиях гигантских щупалец.

Флот перестал существовать. Ещё одна попытка смертных проявить инициативу потерпела крах. Цена была высокой — много морских и летучих монстров полегло, их энергия рассеялась в хаосе.

Но это лишь расходные материалы. Их можно вырастить снова. А уверенность людей, их вера в свою силу — вот что было подорвано невосполнимо.

И всё это время в самом центре архипелага пульсировал великий Разлом. Он стал чем-то вроде чёрного солнца, висящего в полуметре от земли. Из его глубины непрерывно сочилась Пустота — тихий, всепоглощающий вакуум небытия. Земля в радиусе нескольких миль стала гладкой, холодной и мёртвой. Камни рассыпались в чёрный песок. Воздух стоял неподвижным и безвкусным.

Это место становилось идеальным плацдармом для финального акта. Здесь, в этой зоне не-существования, истинная форма Мортакса могла проявиться во всей мощи.

Он стоял на границе этой чёрной зоны, глядя на своё творение. Ещё немного — и Разлом откроется окончательно, выпустив сам принцип уничтожения, который поглотит этот мир.

Именно в этот момент абсолютной уверенности Мортакса словно пронзило ледяной иглой.

Ощущение пришло откуда-то с севера. Всего на несколько мгновений, пространство там дрогнуло, и в ткани реальности открылось… что-то. Аккуратное, сфокусированное, созданное.

Портал.

Он был крошечным, нестабильным, и сразу же захлопнулся. Но его эхо долетело до Мортакса. И в этом эхе он узнал знакомый, ненавистный почерк. Холодную энергию, подчинённую железной воле.

Этернис.

Имя, которое он ненавидел. Осколок прошлого, досадная помеха, которая уже однажды помешала ему. И теперь этот осколок воплотился в смертном по имени Владимир Градов.

Он пытался создать инструмент, чтобы добраться сюда.

Гнев потряс сущность Мортакса. Какая дерзость! Этернис считает, что может прийти сюда?

Нужно показать ему, что это невозможно. Нужно сломить его. И для этого…

О да.

Родина. Гнездо. Место, где оставались те, кого он, по глупости смертных, считал «родными» и «близкими». Поместье Градовых в Приамурье. Тот самый Очаг, который теперь, наверное, стал символом надежды для всех этих людей.

Уничтожить его. Стереть с лица земли. Вырезать всех, кто там есть. Пусть Этернис страдает. Пусть ярость и горе ослепят его, заставят бросить все свои хитрые планы и ринуться на выручку. И тогда… тогда он попадёт в ловушку.

Но даже этот мощнейший удар станет лишь частью плана. Отвлекающим манёвром. Основной удар будет нанесён в другом месте…

Мортакс отвернулся от чёрного солнца Разлома. Его глаза, лишённые зрачков, устремились на запад. Он протянул руку, и его воля пронзила пространство.

Это будет не просто нашествие. Это будет буря. Сокрушительная, предназначенная лишь для одной цели — стереть род Градовых с лица земли.