Балерина для отца-одиночки

Глава 20

Олеся.

Я застываю на пороге, не в силах сделать ни шага. Мой взгляд скользит по груде щебня и пыли, что еще недавно было стеной, по разобранным до основания стеллажам, по ящикам, беспорядочно сгруженным прямо в коридоре. Гул в ушах заглушает даже звук собственного сердца, которое, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Что они творят?

Холодная липкая паника расползается внутри, стоит лишь подумать о занятиях. Сегодня же вторая смена, младшая группа, потом индивидуальные уроки… И все это придется отменять. Переносить на выходные и другие свободные дни. Обзванивать родителей, извиняться, придумывать что-то. А сколько это займет времени? День? Два? Неделю? Мы же не можем заниматься в зале, который граничит со строительной площадкой!

Мой взгляд сам собой находит Клима среди рабочих. Он виновато смотрит в ответ, словно школьник, пойманный с футбольным мячом у разбитого окна.

И я бы даже посмеялась над этим, если бы не зарождающийся гнев.

Да как он только посмел устроить этот апокалипсис в самый разгар рабочего дня?! Без предупреждения! Без спроса!

Из-за его маниакальной тяги к контролю теперь все пойдет кувырком!

Сжимаю кулаки, чувствуя, как дрожь бежит по рукам. Я безумно злюсь. Но на Клима ли?

А что, собственно, он сделал не так? Спас меня вчера от падающей коробки, увидел проблему и попытался ее решить. Так в чем он виноват?

Ни в чем.

Головой я это прекрасно понимаю. И только это чудом сдерживает меня, чтобы не высказать свои претензии вслух.

— Кхм… Доброе утро, Олеся, — Клим первым нарушает молчание, успевая взять себя в руки. Его голос звучит по привычному уверенно, а от былого раскаяния во взгляде нет уже и следа. — Как насчет крепкого-крепкого кофе и сладкого-сладкого торта в ближайшей кофейне за углом? Я угощаю, — невозмутимо предлагает он. — Заодно, хочу кое-что обсудить.

С тоской вспоминаю свой брошенный завтрак. Мысли о срочных звонках и отменах занятий все еще вихрем крутятся в голове, но я понимаю, что стоять здесь и паниковать бессмысленно. Так что я теряю?

— Идем? — повернувшись, спрашиваю притихшую Таню.

— Почему бы и нет, — пожимает она плечами.

— Отлично, — Клим расплывается в очаровательной улыбке. — Виктор, мы ненадолго, — предупреждает он огромного мужчину, единственного здесь кроме Клима без спец формы. — Не будем вам мешать.

В кофейне пахнет кофе и свежей выпечкой. Мы усаживаемся за столик у окна, и Клим заказывает всем троим капучино. От торта мы отказались еще на подходе.

— Понимаю, вы сейчас немного в шоке, — начинает Клим, когда официант ставит чашки на стол. — Поэтому предлагаю немного отвлечься и провести время с пользой. Вот посмотрите, — он достает из сумки свой планшет и протягивает нам. — Я набросал тут кое-что. Хочу, чтобы вы оценили функциональность. И внесли свои правки, если я что-то вдруг не учел…

Он открывает файл и поворачивает к нам экран. Я машинально бросаю взгляд и… застываю.

И это называется «набросал кое-что»? Да это даже не эскиз, а полноценный детализированный проект системы хранения для нашей подсобки! Стройные, до потолка, стеллажи с выдвижными ящиками и полками разного размера. Угловая конструкция и отдельная зона со штангой для костюмов. Все эргономично, практично и… невероятно красиво. Вот что значит рука профессионала.

Мой гнев и раздражение растворяются без следа, сменяясь абсолютным восхищением.

— И когда ты только успел? — охаю я.

— Мне вчера не спаслось, — обтекаемо отвечает Клим. — Так что? Как вам идея? Что-нибудь еще нужно добавить или убрать?

Мы переглядываемся с Таней.

— Даже не знаю. По-моему, тут предусмотрено вообще все, — у Тани вырывается нервный смешок.

И я ее прекрасно понимаю.

— Согласна, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от экрана. — Единственное, вот здесь, может быть ящики стоит сделать повыше?

Клим кивает и тут же открывает программу, на наших глазах исправляя огрехи.

Пока он сосредоточенно колдует над своим планшетом, я украдкой рассматриваю его, подмечая детали. Красивые длинные пальцы, волнистые слегка отросшие русые волосы, а в глазах тот же блеск и азарт, что и у его сына во время занятий танцами.

В этот момент они похожи особенно сильно. Оба невероятно талантливые и увлеченные своим делом.

— Готово, — объявляет Клим спустя несколько долгих минут, снова протягиваю нам свою работу на проверку, а после одобрения удовлетворенно кивает: — Перешлю это Виктору. Думаю, он справится за пару дней.

После кофейни Клим уезжает на работу, а мы с Таней возвращаемся в зал. Рабочие уже убрали весь мусор и нам остается только разобрать свои вещи в коробках, избавляясь от всего лишнего. Раз уж представился такой шанс.

Я как раз набираю сообщение об отмене занятий в родительский чат, когда экран перекрывает входящий вызов с неизвестного номера.

— Здравствуйте. Слушаю вас.

— Олеся Викторовна, здравствуйте! Это Анна Богдановна, завуч сто девятнадцатой школы. Вам удобно сейчас говорить?

— Да, вполне.

— В любом случае, я не займу много времени. Просто хочу уточнить, сможете ли вы нам помочь с подготовкой танцевального номера для осеннего бала?

— Да, конечно, смогу. Как и всегда.

Большинство моих ребят ходят именно в эту школу, поэтому я частенько невольно становлюсь задействована в организации танцевальных номеров для школьных мероприятий.

— Чудесно! — радостно восклицает Анна Богдановна. — Милана сказала, что у вас сегодня занятие. Если вам не сложно, могли бы вы уже сегодня наметить пары, которые смогут выступить на балу?

— К сожалению, нет. Сегодняшнее занятие нам придется отменить. Как и завтрашнее тоже. Внезапный ремонт, заниматься просто негде, — признаюсь я.

— О, если дело только в этом… Вы можете временно занять наш актовый зал. Охрану я предупрежу.

— Это… Спасибо огромное! Вы нас очень выручите.

— Да бросьте, это такая ерунда по сравнению с тем, что делаете вы!

Положив трубку, я радую Таню внезапным решением нашей проблемы, стираю сообщение об отмене занятий и пишу новое — о переносе. А спустя час уже встречаю детей у ворот школы.

По завершению урока объявляю пары, которые будут отстаивать честь нашей студии на балу. Одна постоянная и одна смиксованная, так как партеры из других школ.

— А как же я? — доносится до меня расстроенный голос Кати.

— Прости, милая, но подходящих мальчишек из вашей школы больше нет, — с искренним сожалением объясняю я.

Как же все же не вовремя перевелся Дима…

— Как это нет? — возмущается Катя. — А Ярик? — кивает она на смутившегося друга. — Он тоже учится нашей школе, и я буду танцевать с ним! Правда же, Ярик? Ты ведь со мной?