Будь моим на Рождество

ГЛАВА 19

ЭШЛИ

Мое сердце бешено бьется, пока Картер движется надо мной. Все в этом союзе чувствуется таким правильным. Таким предопределенным.

Может это глупые фантазии, но я не могу с собой ничего поделать. Я никогда еще не чувствовала так сильно, что нахожусь именно там, где должна быть.

— Ты чувствуешься так хорошо, — эта вырывается правда из меня. Я чувствую себя одновременно и внутри своего тела, и вне его.

— Бля, Эш, я никогда не хочу останавливаться.

Мое тело сжимается вокруг него, когда он называет меня Эш.

— Тебе нравится, да? Эш? — это происходит снова, и он издает тихий смешок. — Я хочу тебя видеть.

Без предупреждения Картер обнимает меня и садится, так что он оказывается на коленях, а я сижу на нем верхом. Мои волосы спадают на одно плечо, и Картер мягко отводит их, чтобы они легли вдоль спины, обнажая мою грудь перед ним.

Я двигаюсь над ним. Стон поднимается из горла от трения клитора о него. В этой позиции я долго не продержусь.

Быстрее, чем мне хотелось бы, нарастает ощущение приближающегося оргазма. Пальцы Картера вплетаются в мои волосы, пока он смотрит на меня снизу вверх с тем, что можно назвать только благоговением. Его взгляд отражает то, что чувствую я. Хотя я и бывала в такой близости с мужчиной раньше, но никогда так. Словно осознавая, что этот момент изменит траекторию наших жизней.

Его рука перемещается на мою задницу, и он прижимает меня к себе. Крик удовольствия вырывается наружу, и внезапно мой оргазм накрывает меня с головой. Я сжимаюсь вокруг него, и удовольствие пронзает все мое тело.

Картер яростно поднимается и стонет от собственной разрядки. Он набухает внутри меня и пульсирует, пока мы оба не покрываемся потом и не задыхаемся.

— Я не знал, что такое возможно, — говорит он, его дыхание тяжелое у кожи моей груди.

— Я тоже.

Переведя дух, он мягко кладет меня на спину и медленно выходит из меня. Это чувствуется, как глубокая потеря. Судя по его хмурому виду, он чувствует то же самое.

— Сейчас вернусь. — он слезает с кровати и исчезает в ванной.

Он возвращается через мгновение, ложится на бок, опираясь на локоть, и водит пальцами по моему животу.

Я смотрю на его красивое лицо, едва различимое в темноте.

— Твой подбородок хорошо заживает. — сегодня первый день без пластыря.

— Ага. К свадьбе заживет. Достаточно, чтобы не бросалось в глаза.

Упоминание свадьбы наводит на мысль. Кажется рано заводить этот разговор, но дни до свадьбы тают.

— Кстати о свадьбе… как ты хочешь поступить? Я имею в виду… хочешь ли скрывать то, что происходит между нами, от моей сестры и семьи, или… — слава богу, мы в темноте, потому что мое тело нагревается, и не от оргазма.

Картер заправляет прядь волос за мое ухо и целует уголок моего рта.

— Я хочу того, с чем тебе будет комфортно. Учитывая мою дружбу с твоей сестрой, я бы не пошел на все это, если бы не думал, что у нас действительно может быть будущее. Но я не хочу, чтобы ты чувствовала давление.

И подумать, что я когда-то считала этого человека бесчувственным. Он проводит пальцем по краю моей линии роста волос, и я подношу его ладонь к губам и целую.

— Я не хочу скрывать это ни от кого. Я хочу, чтобы мы чувствовали себя свободными позволить этому быть тем, чем оно будет быть.

Медленная улыбка расползается по его лицу. Даже в темноте комнаты она каким-то образом освещает пространство.

— Значит, мы на одной волне.

Картер сдвигается с бока, снова оказываясь надо мной. Потом мы целуемся, потом руки двигаются, потом мы делаем все то же самое, что только что закончили.

Во второй раз все даже лучше.

К обеду следующего дня дорогие, наконец, расчистили достаточно, чтобы мы могли вернуться в Омела Фолс. Это хорошо, но я солгу, если скажу, что не буду скучать по уединению в этом месте с Картером наедине. Без внешнего мира и его требований.

Мы освобождаем номер и выезжаем на шоссе. Снежные сугробы у обочины на много футов выше, чем были вчера по дороге, но дороги чистые.

— Какие планы на остаток дня? — спрашивает меня Картер, когда до города остается минут десять.

Я пожимаю плечами.

— Нужно привязать все банты к спинкам стульев и расставить их в комнате, где будет церемония. Еще пара дел по мотелю, чтобы подготовиться, ведь первые гости приедут через несколько дней.

— Думаешь, найдется время для развлечений? — он быстро смотрит на меня, сверкая ровными белыми зубами.

— Какие развлечения ты имеешь в виду? — я поднимаю и опускаю брови.

Смех Картера согревает мою грудь.

— Ну, этот вид развлечений у меня в голове постоянно. Но я думал, может, покатаемся на санках. Я заметил местечко, когда выезжали из города вчера.

Живот покалывает от возбуждения.

— Я никогда не каталась на санках.

Он резко поворачивает голову ко мне, затем снова к дороге.

— Что? Серьезно?

— Ты забыл, я выросла во Флориде, а сюда переехала уже взрослой. Не то чтобы такое пробуешь впервые в одиночку. Не в этом возрасте, во всяком случае.

Он тянется через кабину и сжимает мою руку.

— Значит, еще одна первая из первых?

— Полагаю, да. — я чувствую себя влюбленной девочкой-подростком, но мне все равно.

— Тогда мы обязаны это сделать. Как насчет того, чтобы поехать домой, разгрузить стулья и отправиться на холм до темноты? Я помогу тебе с остальными делами вечером.

— Звучит здорово. — я в предвкушении от первой поездки на санках, но еще больше радуюсь, что делаю это с Картером.

Через час мы закончили разгрузку всех стульев, и я валюсь на один из них.

— Не знаю, хватит ли мне сил теперь забираться на холм для катания.

Картер усмехается.

— Серьезно. Не помню, чтобы было так тяжело, когда мы грузили их в грузовик.

— У нас тогда адреналин зашкаливал, ведь мы пытались обогнать бурю.

— Возможно. Все еще хочешь поехать?

— Абсолютно. Просто дай мне переодеться во что-то потеплее.

— Встретимся внизу через десять? — он приподнимает бровь.

— Буду готова.

Поднимаюсь в свою комнату и переодеваюсь. Затем быстро заплетаю волосы в две косички-хвостика, чтобы они не били по лицу и не путались. Через десять минут я уже жду у входной двери в снежных штанах, в шапке и варежках.

Я обычно не авантюрный человек, но мне нравится пробовать новое с Картером. Если это будет похоже на катание на коньках, он будет терпеливым и поддерживающим. Не то чтобы я думала, что в сидении на санях и скатывании с горы нужно много навыка.

Шаги Картера раздаются на лестнице, прежде чем он появляется в поле зрения. Когда он появляется, мои внутренности снова покалывают. На нем тоже теплые штаны и лыжная куртка. На голове темно-синяя вязаная шапка, на руках перчатки. Он совсем не похож на городского парня, каким является в повседневной жизни на Манхэттене. Думаю, я вижу проблеск того, каким он был в детстве в Орегоне.

— Ты готова к… — звонок его телефона в кармане прерывает его. Он достает его, смотрит на экран, хмурясь. — Картер слушает… Привет, Ральф… Да, все должно было быть готово… — плечи Картера опускаются, он смотрит на меня, хмурясь еще сильнее. — Да, конечно. Я сразу же созвонюсь с командой и разберусь… Без проблем… Конечно… Сообщу, как решим. — он вешает трубку и держит телефон в ладони у бедра.

— Проблемы на работе? — я стараюсь, чтобы в моих словах не просочилось слишком много разочарования.

— Извини. Я не смогу поехать. Проблема с крупным клиентом на работе, и моя команда не справляется сама.

— Ничего страшного. — мой голос звучит бодрее, чем я чувствую. — Я просто займусь всеми делами, которые нужно сделать. Наверное, так даже лучше.

Картер убирает телефон в карман и делает шаг вперед, кладя руки мне на бедра.

— Ты уверена? Мне ужасно неловко.

Я кладу руку ему на грудь, сожалея, что не могу почувствовать его мышцы через зимнюю куртку.

— Конечно. Иди и делай, что нужно.

Он целует кончик моего носа.

— Я наверстаю, обещаю.

— Тебе не нужно наверстывать.

— Как только я закончу с этим, ты будешь моей¹. — он ухмыляется и приподнимает бровь. — Уловила?

Я хихикаю.

— Очень каламбурно.

Он смеется и оставляет на моих губах целомудренный поцелуй.

— Я найду тебя, когда закончу.

— Буду ждать.

Он сжимает мои бедра и поднимается обратно по лестнице.

Но он не приходит ко мне до самого ужина, потому что проблема оказалась сложнее, чем он ожидал. Я разочарована, но говорю себе, что это не конец света.