Царство Зыбучих Песков

Глава первая Свобода

Одиннадцать дней к ряду мы идем по пустыне красного песка. Больные. Изможденные. Голодные. И злые. Огромное, бордовое солнце, словно пытается выжечь нам глаза. Ветер поднимает песок и бросает его нам в лица. Он хрустит на языке и губах. Нас девять. Мы те, кто выжил после полугода рабства. И мы те, кто не сдались.

Дотрагиваясь до шеи, я улыбаюсь. Кровососущая пиявка — слизень, поводок, что держал нас в узде — сдохла. У погонщиков Империи Плеть больше нет над нами власти. Спасибо Ирге Ежевике, старшему секретарю Гийома Гриба, что всем нам помогла. Кто бы мог подумать, что эта хрупкая девушка, обычный казалось маг-ученик, так много знает и умеет? Без ее помощи, от слизней бы мы не избавились.

Спасибо еще раз, Ирга. Знаю, ты не выносишь слова благодарности, по-этому я и говорю их тебе, едва, шепча.

— Спасибо.

Вот интересно, что сейчас происходит в базовом лагере? Казнили ли волосатого Бурама за халатность? И что с другими рабами? Теми, что сдались? Потухли внутри, словно свечи на ветру и начали сотрудничать с Империей Плеть. Их накажут или простят? Ведь они не донесли о нас. Не уследили, предатели.

Младший магистр Вильям Острый открывает проход в Царство Зыбучих Песков раз в семь дней. Мы в пути уже одиннадцать дней. Значит, прошло четыре дня, как он узнал о нашем побеге. Но погони мы не боимся. Законы Царства таковы, что вступить в него могут лишь маги не выше ранга бакалавр. Так что младший магистр за нами не отправится. И даже будучи в бешенстве, своих людей или рабов он тоже за нами не отправит. Поздно уже. Мы слишком далеко, да и…

Я тяжело вздохнул. Царство Зыбучих Песков страшное место. К солнцу. К безграничным океанам песка. Голоду и обезвоживанию привыкаешь. Мелкие скорпионы нам тоже не страшны. Все же мы достаточно сильны, чтобы их не опасаться, и даже яд красных скорпионов для нас не смертелен. Бояться нужно лишь песчаных бурь и зыбучих песков.

Здесь, в этом месте, ты никогда не знаешь, когда умрешь. Смерть здесь повсюду. За эти полгода мы уже попрощались с несколькими десятками рабов. Кто-то просто не вернулся в базовый лагерь, и было бы наивно думать, что он в одиночку избавился от контролирующего нас поводка и сбежал. А кто-то умер у нас на глазах. Сделал шаг и провалился в песок, словно в воду. Надеюсь, в смерти они обрели покой.

Мы шли строем. Колонной. «Дыша» друг другу в затылки. Первый в строю, отсчитывал свои шаги и после тысячи, отступал в сторону, уступая место во главе строя тому, кто шел позади него. Счастливчик, что выжил, ждал, пока мы все пройдем мимо него, и занимал место в хвосте колонны.

Над всеми нами витал въевшийся в кожу потный, кисло — сладкий запах страха. Никто не хотел умирать.

Девять трясущихся от страха магов. Но то сейчас. Одиннадцать дней назад, нас было пятнадцать. Зыбучие пески забрали шестерых.

Я нахмурился, почувствовав неожиданную вспышку эмоций от одного из нас. Своей хеморецепцией я уловил запах пота, уксуса, и ненависти. Это был гнев.

— ИРГА! — Выкрикнул, Эхотий. — Мы в пути уже тьма сколько дней! Где с-ука лагерь⁈ Ты обещала привести нас к нему еще вчера!

Эхотий был злее нас всех, и тому была причина. Одна из жертв ненасытной пустыни — Ольха — была его женщиной. Она вчера погибла. Ушла в песок, не успев ни вскрикнуть напоследок, ни попрощаться.

Строй остановился. В воздухе повисло напряжение. Ирга нахмурилась.

Мы все — не друзья. Объединило нас только желание выжить. Неудивительно, что маги вокруг быстро забыли, кому обязаны спасением и сейчас смотрят на Иргу так, словно хотят ее смерти. Многих из нас обуяли плохие эмоции, навеянные многодневным маршем по этим мертвым землям.

— Вы чего? — Удивился, Титий Крапива. Тот, кого я могу назвать другом.

Я рад, что он рядом и все еще жив, полюби его ведьма.

— Она же нас спасла, — продолжал он всех увещевать. — Никто из нас не знал, как избавиться от проклятых пиявок — а она знала. И сейчас мы идем ни куда-то, гоняясь за миражами, а следуем за ней. Ежевика знает характеристики источника магии, что служит маяком цеху алхимиков острова Чайка. Ее Атолл позволяет настраиваться на источники и «слышать» их, не смотря на расстояния, что нас разделяют. Без ее помощи мы тут СГИНЕМ! — Вскричал он на последних словах, обведя всех нас взглядом. — Давайте продолжим идти. Хватит ругаться.

— Я сама могу за себя постоять, Титий, — вклинилась в разговор Ирга.

Смотрю на нее и думаю «Слишком она гордая!»

Ирга, как и все мы — выглядела больной. Исхудавшее лицо со впалыми щеками — это еще ничего. А вот трупные пятна на коже — проблема.

Поиск ценных, волшебных трав и растений — целая наука. А рабы, что собрались в базовом лагере — в большинстве своем не травники. Нет специфических заклинаний. Вот нам и выдали трактат «Сухой кожи», обязав заучить два ритуала по их поиску. Только вот забыли выдать инструменты для начертания, тигеля для выплавки золота и серебра, ну и сам драгоценный металл. Ритуалы проводились, что называется «на коленке». С использованием глазомера, личной магии и крови. В нормальной ситуации откат от заклинаний не являющихся частью Атолла принимает на себе благородный металл, но в нашем случае, вся обратная мощь ритуала ударяла по телу, духу, разуму и душе. На внешности это сказывалось по-разному. Трупные пятна. Кровоточащие язвы. Выпадение волос и зубов. Могло быть и так, что внешность не страдала, но это не значило, что с человеком все в порядке.

Все здесь от этого пострадали. Все, кроме меня. Но об этом я буду молчать. Те, кто меня раньше не знал — видят мой нос и успокаиваются. Ну а Титий и Ирга, считают, что я пострадал «внутри». Пусть и дальше обманываются.

Тем временем, спор и не думал стихать.

— Ты, Эхотий, хочешь меня в чем-то обвинить⁈ — Спросила его Ирга, озлобленно шипя и «выплевывая» слова изо рта.

Сейчас все видели перед собой не слабую девушку, а готовую к броску гадюку.

— Ты обещала, — процедил сквозь зубы, Эхотий, — обещала, что мы дойдем до лагеря еще вчера!

Я потемнел лицом, понимая, чем на этот выпад ответит девушка.

— Хочешь знать, почему мы еще не там??? Ха! Так знай — вы сами в этом виноваты! Наша скорость передвижения зависит от тех, кто идет впередиидущим и не ты ли один из тех, кто вечно нас тормозит⁈

Ирга истерично рассмеялась и нанесла еще один удар по Эхотию.

— Надо было быть мужиком! Взял бы тысячу шагов Ольхи на себя, и она была бы жива!

Слово трус не прозвучало, но было и не нужно.

Эхотий вспыхнул силой. Накрывшись щитом, он пошел прямо на Иргу. Та тоже задействовала магию, накапливая в руках ядовитый туман.

— Я убью эту ведьму! — Попытался оттолкнуть тех, кто встал на его дороге, Эхотий. — Уйдите! Убью, шлюху!

Я, Титий и остальные мужики, «вспомнившие» кому они всем обязаны, не дали ему совершить глупость.

— Успокойся! — Потребовал я, посмотрев прямо в его налитые кровью глаза.

— Я все равно ее убью, — пообещал он. — Не сейчас, так потом, — мстительно пихнул он меня плечом.

На этом все и закончилось. Мы снова шли туда, куда вела нас Ирга.

— Чуть правее! — Звонко выкрикнула она в адрес того, кто шел первым в колонне. И все. Неприятная тишина в ответ. Шумит только ветер, что перекатывал песчинки по барханам, поднимая на нашем пути облака пыли.

Шли молча. Выговорились уже. И это к лучшему. Запах злости, ненависти, и напряжения что сгущался над нами последние дни, превращаясь в кислотное облако, разветрило. Только Эхотий продолжал злиться. Остальные отпустили большую часть черных эмоций.

Как и все, я устал. От удушающей жары, запахов пота и болезней. Запаха грязных немытых тел и негативных эмоций. Спасала только память. С каждым днем, я все глубже и глубже погружался в себя, переживая свое прошлое. Времени у меня море. Почему бы и не вспомнить все хорошее и плохое, что произошло со мной за всю мою короткую жизнь, позабыв на миг об усталости? Энергия внутреннего моря потрачена. Я уже провел ее по дорогам плоти, разума и цвета воды. Навострился заниматься своим развитием прямо во время марша, не сбиваясь с шага. Нужно лишь поддерживать высокую концентрацию. Так что… в какие глубины памяти мне заглянуть сегодня? Может детство? Да. Начну, пожалуй, с него.

Ныряю в свои воспоминания и забываю на какое-то время о внешнем мире и бесконечном океане песка.

Память.

Лисья Горка. Я гуляю с родителями в парке. Мы кормим белок орехами. Отец расстилает на траве, прямо под большим деревом покрывало. Мы присаживаемся на него, и сияющая внутренним светом мама угощает нас вкусным, хрустящим хлебом из корзинки. Одна из белочек, подсматривающих за нами, прыгает мне на голову, выхватывает из моей руки хлеб и убегает. Я бегу за ней, а родители только смеются. Это было хорошее воспоминание. Теплое.

И тут мое подсознание взбрыкивает. Подкидывает мне неприятный сюрприз.

Я вижу смерть родителей и интернат. Плачь по ночам. Жгучая тоска по былому. Драки. Кулаки, покрытые кровью.

Воспоминание смазывается. Я словно перематываю свою жизнь вперед.

Проходит какое-то время и мой мир переворачивается с ног на голову. Школа магии. Новые друзья. Новые проблемы. Много физического труда. Жизнь впроголодь. И отдушина — встречи с разбитными студентками швейного училища около «фонтана развратниц».

Было же время… Улыбка сама озаряет мое лицо, но я беру себя «в руки» и прячу ее.

А дальше меня ждала железнодорожная станция Плешь Ведьмы. Лютый мороз, от которого чай в кружке превращался в лед. Валенки на ногах и старый тулуп на плечах. Поезд и стук его колес. Ту-ту, ту-тух.

Знакомство с Розой. Этот ее дядя, Нос, что все еще меня смешит, как и тот по-хорошему наглый кот, что неизменно крутился у нее подле ног или путешествовал в капюшоне ее шубки. Как же его зовут? Эм-м… Точно! Как я мог забыть? Зефир! Ха-ха-ха.

Эти воспоминания для меня словно теплое молоко с медом, согревающее изнутри. Продолжаю думать о них, купаясь в прошлом.

Моя козочка, постоянно требующая ласки. Курочки. Добрые и злые жители деревни. Желтоглазая ведьма, Нин и черноглазая, Вельма, съевшая мое ухо. Становление меня полноценным магом. Поиск силы. Прего Морж и Феня Бивень со своей охотой на меня и одноклассников. Тетя Мария с детьми (Иннокентием, Степой и Феечкой), повисшая на моей шее. Дед Панкрат, с которым я не раз беседовал на его крылечке о жизни и предназначении. Пил чай и любовался закатом. Сумасшедший Яша — самогонщик с его личной трагедией (смертью сестры). Тоннели под деревней. Заклятые дома. Як Кость с его интригами, чтоб он сдох! Тюремная печать эпохи старших. Ритуал. Смерть Прего. Прощание с деревней. Снова поезд. Клетка. Тюремная камера. Суд и ссылка.

Много воды утекло. И несмотря ни на что, Плешь Ведьмы стала для меня домом. Если бы я мог, я бы вернулся туда. Гулял по полям. Искал источники магии. Жил. И тихо, не мешая никому, становился сильней.

Шелест. Страница в книге моей жизни перевернута. Крейсер «Младший Магистр». Рогеда… Лейтенант Азат Ликий и взыгравшая в нем ревность. Серьезные проблемы. Йорой Рыжий, со своим третьим глазом по центру небритой щеки. Его мерзкая рябая рожа. Удар за ударом, что я на себя принимаю, обвариваясь кипятком. И сладкая месть в конце.

Нежная ночь с Рогедой. Ее улыбка. Сопение у меня на плече. И остров «Красные Воды» на горизонте.

Маяк. Ти-о-та, готовый на все чтобы выбраться из нищеты и помочь семье. Люция, что увидела во мне надежду. Сунак Ручей. Гийом Гриб. Титий Крапива. Аарон Ваза. Работа в департаменте полиции. Младший лейтенант. И торговля зельями. Но где друзья, там и враги. Мадам Женевьева, слуга Повелителя Мух. Аарон и его белые глаза, что стоит подле нее словно кукла, которую дергают за ниточки. Империя Плеть. Подвал мэрии. Кровь, стекающая с металлических столов. Мертвые маги. И рабство.

Мрак, что заслонил тогда мои мысли, чуть не ввергнув меня в кошмар, развеял тульпа. Он стал лучиком надежды, за который я ухватился.

Милый увалень-черепаха нашел меня в рабских бараках и поделился кусочком сахара. Потом была переписка через него с Ти и Люцией. Последние мои указания им и пожелание — пусть они останутся людьми, даже в Империи Плеть. И просьба — оставить пса Лохмача и глупыша-тульпу у себя. Позаботиться о них.

Месяц за месяцем. Издевательства. Побои. Все, чтобы выжить. План Ирги. Помощь ей. И наконец, побег. Свобода…

Мои воспоминания на этом обрываются, оставляя после себя приятное послевкусие, и я возвращаюсь в настоящее, переставая витать в облаках. Собираю в голове мечущиеся из угла в угол мысли и делаю выводы.

Несмотря ни на что, я продолжаю идти вперед. К силе. А пока моя цель — выжить.

Пришлось отвлечься. Эхотий, что шел прямо передо мной, сделал свою тысячу шагов и отступил в сторону. Моя очередь прокладывать нам путь и рисковать жизнью.

Шаг. Шаг. Шаг.

Нельзя бояться постоянно. Какая разница, рисковать здесь и сейчас или рисковать, рыская вокруг базового лагеря, выискивая волшебные травы для своих хозяев? Я давно перегорел и воспринимаю зыбучие пески как неотвратимый рок.

Час за часом. Сменяя друг друга, мы шли вперед. Иногда глотали песок, матерясь на ветер, задувавший его нам в рот. Костерили солнце, что пропекало нас насквозь. Проклинали небо за все невзгоды, что оно нам ниспослало. Ловили скорпионов, что попадались «под ногу» (хоть какая-то еда) и шли, движимые надеждой.

Ноги «гудят». Силы заканчиваются. Жду не дождусь наступления ночи. Нужно поспать. Отдохнуть. Глаза начинают слипаться. Я бодрюсь и продолжаю идти.

Снова я впереди. Протаптываю нам безопасную тропу.

Шаг. Шаг. Шаг.

Сложный подъем на вершину бархана красного песка. Взгляд вниз. И ступор, после которого пришло облегчение. Мы добрались.

Под нами, рядом с источником магии, который я почувствовал только сейчас, раскинулся целый палаточный лагерь.

— Да, с-ука! — Упал на колени, Эхотий, потрясая над головой кулаками в радостном исступлении. — Да-а-а-а!

Нас заметили и уже бежали встречать. Ирга вышла вперед, обогнув дурака Эхотия и взяв на себя роль переговорщика.

— Здравствуйте.

Выслушав нас, хмурые маги (сплошь одни неофиты и ученики), провели нашу группу внутрь лагеря, исподтишка бросая на нас удивленно-брезгливые взгляды. А пока они хмурили лица и кривили носы, мы улыбались. Перед нами соотечественники. Союз Республик! Океания! Вот что сейчас было важно.

Лагерь стоял на «чистом месте», так что наш строй распался. Мы снова были каждый сам за себя.

— Кай, — шепнул мне Титий, что шел рядом со мной. — Что думаешь? Мне не нравится, как нас встречают, и какие взгляды они на нас бросают.

Его тревожность была заметна. Он с опаской крутил головой, осматривая чьи-то палатки и брошенные вещи, мимо которых мы проходили. Вжимал голову в плечи при резких звуках и пах опасливым ожиданием. Да и выглядел он не лучшим образом. Лишай на голове. Отеки на лице. Следы крови в ушах. И отдышка с хрипами.

Я осторожно похлопал его по плечу.

— Расслабься, друг. Рано еще о чем-то судить.

Нас привели в центр лагеря, и мы остановились рядом с огромной белоснежной палаткой из парусины.

— Ждите, — велел нам один из провожатых, скрывшись внутри.

Долго ожидание не продлилось. Он почти тотчас вернулся и позвал за собой Иргу. А там так и пошло. Нас по-очереди заводили в палатку и опрашивали.

Пришло и мое время.

Усталого вида бакалавры (три пульсирующих звезды на медальонах), указали мне куда сесть и начали опрос. Назвать мне свои имена они посчитали лишним, так что я запомнил их как Прыща (бакалавр, что сидел слева от меня постоянно потирал вызревающий прыщ над бровью) и Модника (из-за завитых в спираль усов, чьи кончики были подкрашены хной).

— Имя? Ранг? Как попал в руки Империи Плеть? Что знаешь о тех, с кем вы сбежали из рабства? Как давно вы с ними знакомы?

И так далее… Вопросов было много, но все по делу. Я отвечал честно. И даже назвал свой настоящий ранг — ученик. Пора бы уже перестать скрываться.

— Хорошо, — переглянулись бакалавры, не почувствовав в моих словах ни капли лжи. — Позови следующего.

Я встал, и уважительно к ним обратился.

— Я шел последним. Остальных вы уже опросили.

— Ах, да. Вас же девять человек, — пробормотал, Модник, посмотрев в блокнот, куда он заносил мои слова. — Что ж, пойдем тогда на выход. Пора нам объяснить вам, что вас ждет дальше.

Прозвучало это на редкость зловеще.

Мы вышли, и я отделился от бакалавров, присоединившись к Титию и Ирге. Они стояли рядом.

Бакалавры убедились, что все смотрят на них и заговорили.

— Уважаемая ученица Ирга Ежевика должна была рассказать вам, куда она вас ведет, но я повторю ее слова, чтобы между нами не было недопонимания. Вы сейчас в лагере цеха зельеваров острова Чайка. И как видите, — обвел рукой вокруг Модник (к моему удивлению, на пальце у него сверкнул перстень мага с желтым камнем), — дела у цеха зельеваров идут хорошо.

— Даже больше чем хорошо, — хохотнул, Прыщ. — Мы уже не первый год посылаем в Царство Зыбучих Песков экспедиции. Исследуем это место и собираем волшебные травы.

— Да, да, — раздраженный тем, что его перебил коллега, снова взял слово Модник, «подкрутив» свой ус. Но его снова перебили.

— Где вы находите идиотов, готовых рисковать жизнью? Ради чего они это делают? Из-за денег? — Задал вопрос один из нас.

Прежде чем ответить, бакалавр устало потер лоб, разглаживая появившиеся на нем морщины.

— Найти желающих работать в Царстве Зыбучих Песков по своей воле и, правда, непросто, — смущенно пожал он плечами. — Приходится изворачиваться. Кроме нас, — указал он на себя и на своего коллегу, — и еще нескольких магов — все остальные здесь, эм-м-м, насильно. Тише. Тише, — поднял он руку в успокаивающем жесте, заметив, как мы напряглись. — Это преступники, — указал он пальцем на тех, кто встретил нас при подходе к лагерю и конвоировал сюда, — а не рабы.

Мы перевели свой взгляд на них.

Пара неофитов усмехнулась. Один маг кивнул, подтверждая слова бакалавра. Щербатая женщина-ученик лишь поморщилась. А остальные просто проигнорировали слова Модника.

— Наш цех дал им шанс искупить свою вину и выкупить свободу. Очистить имя. И вот они здесь.

— Что значит выкупить свободу? — Спросил Титий, закашлявшись.

Он прикрыл рот рукой, а когда отвел ее в сторону, я заметил на сжатом кулаке капли крови.

— Что значит? — Вопросительно приподнял бровь, Модник. — Что ж. Извольте выслушать. Как нам с коллегой стало известно из вашего рассказа, в Царство Зыбучих Песков вас забросил младший магистр, Вильям Острый, имеющий мистическую связь с этим Царством. Для него открыть проход сюда — рутина и посильная задача. Для него, не для нас! — Акцентировал бакалавр наше внимание на этих словах голосом. — У цеха нет магов, связанных с зыбучими песками. Нам пришлось договариваться с Гийомом Грибом и другими специалистами, способными нам помочь. Это они создали для нас два якоря, связав наш цех на острове Чайка и грязный источник магии, который вы сейчас чувствуете. Но чтобы перемещаться межу мирами, этого недостаточно. Для открытия портала нужно море энергии, ресурсов и усилий. Золота! Хорошая новость — проход на остров Чайка откроется через несколько дней, и мы передадим информацию о вас на ту сторону, после чего вас, скорее всего, вычеркнут из списков без вести пропавших. А плохая новость — уйти отсюда вы не сможете, если конечно вы не готовы заплатить нам…

Цена, озвученная бакалавром, была несусветной.

— Нет? — Усмехнулся он. — Ну, тогда, вот вам еще один вариант.

— Подождите! Мы же на службе! Разве Союз Республик не потребует от вас помочь нам?

Бесплатно — не прозвучало, но подразумевалось.

Прыщ раздраженно погладил свой гнойник над бровью и сам ответил на этот вопрос.

— Помочь? Скорее всего. Но какую помощь они от нас потребуют? Не дать вам сдохнуть от жажды и голода? Несомненно! А вот вытащить вас отсюда, — осмотрел нас Прыщ, сделав многозначительную паузу в разговоре. — Нет и нет! Мэр. Министерство по делам магов. Морской Приказ. Вы что, думаете, они будут требовать от цеха алхимиков работать себе в убыток? Испортят с нами отношения ради вас? На такое они не пойдут, — покачал он головой. — Вам уже назвали цену, в которую обходится проход одного человека через портал. Думаете, вы настолько ценны? Ха! Ну а если случится чудо, и вы все же понадобитесь кому-либо из Министерств, они, конечно, поспособствуют вашему вызволению отсюда, НО! — Он мерзко улыбнулся. — Что-то я не вижу среди вас гениев или членов важных семейств, — снисходительно заметил бакалавр. — Вами даже побрезговали мясники из Империи Плеть. Вы все в чем-то ущербны, иначе давно бы уже плескались в виде жидкости запечатанной в хрустальные фиалы. Так что не рассчитывайте на помощь чиновников. Еще глупые вопросы будут? Нет?

Мы молчали, осмысливая то, что только что услышали.

— Коллега, — поклонился Прыщ, Моднику, предлагая ему продолжить беседу.

— Кхым-кхым, — прокашлялся тот. — Прежде чем мне не дали договорить, я упомянул еще один вариант выбраться отсюда, если уж вы не способны за себя заплатить. Этот вариант — волшебные травы.

Он улыбнулся.

— Ваш билет на остров Чайка — три килограмма трав и растений, собранных там, — указал он рукой нам за спины, — в пустыне. И не расстраивайтесь. Преступники, из тех, кто не сгинул в зыбучих песках, собирают такое количество ингредиентов за полгода — год и спокойно выходят на свободу. Уверен, и вы так сможете. А пока отдыхайте. Пейте. Ешьте. А завтра, мы с коллегой ждем вас у себя. Мы же не Империя Плеть.

Бакалавр хохотнул.

— Вы получите серебро, тигеля, для его плавки и немного знаний. Цехом зельеваров подобран оптимальный ритуал для поиска ценных растений и трав, так что мы не оставим вас без помощи.

Мы молчали. Кто-то скрежетал зубами. Эхотий снова злился на весь мир. И тут второй бакалавр, наконец, «заметил» то, что ускользнуло от внимания первого.

— Подожди ты! Посмотри на них.

Он невежливо указал пальцем на наши лица, акцентируя внимание на наших внешних уродствах, кровавых подтеках и пятнах на коже.

— Они не смогут работать с такими увечьями. Сдохнут в пустыне.

Модник задумался.

— Хорошо. Мы подлечим вас. В долг. Расплатиться сможете волшебными травами.

Собрание на этом закончилось. Бакалавры ушли, оставив нас на попечение назначенных помощников.

Суета продлилась еще час. Нам показали место, где можно помыться. Выдали нормальную одежду вместо наших лохмотьев. Кое-что для личной гигиены. И отпустили, предварительно сообщив, какие палатки пустуют (их бывшие хозяева так и не вернулись из пустыни).

А потом был долгий, сладкий сон.