Царство Зыбучих Песков

Глава двенадцатая Зелье прорыва, часть вторая

— А, сыы, вы, ау, и-и, а?

Я обернулся и нехотя отошел от огромного котла. Он был высотой мне по подбородок, пришлось даже приставить к его пузатому, закопченному боку — лестницу. Сейчас в нем настаивалась основа для зелья прорыва.

Посмотрев на очнувшегося, Ча-ча, безумно вращающего своими фасетчатыми глазами в попытках сфокусировать на мне взгляд, я не испытал к нему ничего, кроме отвращения. Этот неприятный запах…

— Ау, о, а, ы…

Видать, я слишком сильно ударил его по голове. Бессвязная речь. Кровь из носа. Перекошенное лицо.

Безразлично отвернувшись, я вернулся к котлу. Поднялся по приставленной к нему лесенке и начал помешивать основу из молока и воды из моих странных комаров, не забывая насыщать этот бульон своей магией.

Ну и старался сам не упасть в котел. Лестница подо мной пошатывалась.

— Кто, ы-ы-ы, ТЫ⁈ — Выдавил-таки Ча-ча из непослушного рта нормальный вопрос.

Нахмурившись, я резко ответил.

— Кай.

Он замолчал, переваривая сказанное мной.

Я обернулся через плечо. Слуга Повелителя Мух пристально смотрел на котел. Основа кипела и иногда переливалась через край, так что он видел цвет зелья.

— Белое? — Пробормотал он. — Пахнет молоком. Это же…

Удивление на его лице сменилось яростью.

— ТЫ⁈ — Сердито зашипел он, и в его голосе прорезалось жужжание мухи. — ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ КТО Я?

Я отвернулся и безразлично пожал плечами.

Ой! Ну вот. Опять. Все молоко виновато. Поднялась пена и мне срочно нужно ее снять.

— Чуть не упустил момент, — пробормотал я, укоряя себя за нерасторопность.

Промедлил бы и все выкипело. Труды насмарку. Зелье на молоке очень капризное.

Ча-ча тем временем продолжал мне угрожать, а когда это ему надоедало, вкрадчиво уговаривать.

— Тебя найдут. Повелитель Мух и его старшие слуги почуют мою силу в твоем теле. Еще не поздно отпустить меня. Я обо всем забуду. Обещаю. ДА ОБЕРНИСЬ ЖЕ ТЫ!

Меня немного повело в сторону, но я мотнул головой и продолжил помешивать основу. Спросил, так и не обернувшись.

— Заклинание поволоки? Хорошая попытка.

Он скрежетнул зубами.

— Отпусти меня. Пожалуйста.

Вот теперь я обернулся.

— ПОЖАЛУЙСТА? — Спросил я, выпуская свой гнев наружу. — Знаешь что это? — Постучал я пальцем по своему носу.

Мой голос дрожал.

— Это Хеморецепция, тварь. Скажи-ка мне, почему я чувствую исходящие от твоего духа детские страдания? Плачь? Сколько невинных душ ты загубил, отрыжка ведьмы⁈ Сколько детей погубил⁈ Стариков⁈ СКОЛЬКО⁈

Он молчал. В глазах злость с желанием убить меня вперемешку с беспомощностью.

— Я знаю, КАК достигают могущества, такие как ты, — процедил я каждое слово. — Не проси меня о милосердии, мерзость!

Он выкрикнул.

— ТЫ НЕ ЛУЧШЕ МЕНЯ!

Я не удостоил его ответом.

Чтобы он больше меня не отвлекал, я повязал ему на рот кляп и теперь он только мычал.

«Не лучше его?» — подумал я. Вот же мерзавец. Все же зародил во мне сомнения. Но ненадолго. Прогнав немного энергии через дорогу разума, я сбросил с себя очередную поволоку и продолжил работу над зельем.

Девять горстей земли с девяти кладбищ. Пыль из размолотых в мясорубке костей чудовищ моря Ненасытных. Плесень из подвала мэрии, выросшая на впитавших в себя кровь камнях защитников людской расы. Кусочек коры из сада на костях.

Все это требовалось не просто бросить в котел, а смешать с основой постоянно контролируя зарождающуюся в котле магию своим талантом зельевара. Это был мой первый опыт его использования. Очень сложно и непривычно. Словно я двигаю рукой, на которой всю ночь спал, и она потеряла чувствительность.

Я не мог позволить себе торопиться и совершить ошибку, даже несмотря на то что меня поддерживал Атолл Основания Повелителей Пыли. Заложенные в него знания потихоньку раскрывались. Я следовал им — шаг в шаг — и пламя под котлом из желтого постепенно становилось серым.

— Эм, ы, а!

Температура рядом с котлом резко возросла и одежда на мне начала тлеть, неприятно прижигая кожу. Пришлось полностью раздеться и работать над зельем голышом, как в сказках о ведьмах.

— ЧТО ТЫ ТАКОЕ⁈

Я раздраженно дернул плечом.

Ча-ча удалось пережевать повязку во рту. Он отплевался, и теперь его глаза мухи смотрят на меня с удивлением.

Если на лице и руках моя кожа была просто серой, то на всем остальном теле изменения еще не зашли так далеко, и я выглядел словно больной чем-то заразным, ушмарик. Все мое тело было покрыто серыми, болезненными пятнами.

— Ты, урод! Ха-ха-ха. С-ука! Тварь! Жаба! Ха-ха-ха, — впал в истерику, Ча-ча. — Отпусти меня! Прошу! Умоляю! Пожалуйста…

От угроз он переходил к мольбам и снова к угрозам. Иногда шептал, что он высший, а мы просто корм и снова смеялся.

Тем временем зелье было почти готово. Осталось добавить последний ингредиент.

— НЕТ! СТОЙ! — Попытался он отползти от меня, но я неумолимо приближался. В руках у меня была ложка полная пузырящейся массой зачерпнутой из котла.

Вкладывая в каждое свое слово оставшуюся во мне магию, я схватил его за волосы, запрокинув его голову назад, и влил в его горло зелье, при этом, приговаривая:

Кровь врага.

Сила врага.

Плоть от плоти Повелителя Мух.

Все твое — МОЕ!

— Моя прабабка… Мадам… Женевьева… — Успел сказать Ча-ча прежде чем превратиться в жидкость, что самостоятельно влетела во вскипевший с новой силой котел. Цвет зелья в нем стал напоминать жидкое золото.

И даже запах что от него шел — изменился. Стал приятным. Шоколад и теплый мед.

— Я знаю, — сказал я мрачно, взобравшись по качающейся влево вправо лесенке и погружаясь в котел вместе с головой.

Я почти сразу потерял сознание, и не мог видеть, что со мной происходит, а трансформация смертного тела тем временем началась. Пятна старой кожи исчезли, сползли с Кая неаппетитной массой и растворились. Цвет кожи поменялся и стал равномерно серым по всему телу. Глаза тоже сменили цвет. Как и волосы.

Влияние Атолла на плоть оказалось куда выше, чем Кай мог только подумать.

Но это было только начало… Зелье добралось до костей, сперва превратив их в муку, а потом, воссоздав заново и укрепив их. Трансформация «серого тела» продолжалась. Орган за органом. Легкие. Печень. Почки. И сердце… На миг, Кай, умер…

Весь организм менялся, но это был не конец. Пришло время измениться духу, и Кай очнулся внутри своего Атолла.

— Значит, ШТОРМ, — сказал я, как только открыл глаза. — Ожидаемо…

Как я и предполагал, сразу после применения зелья прорыва, не дав мне времени осознать изменения, придется сделать следующий шаг.

Я поморщился.

Подхватив с земли тяжелый камень, я прошел мимо сытого, обильно удобренного дерева, доброжелательно прошелестевшего мне вслед листвой, подошел к краю Атолла, к скалам, отделявшим мой сад-пруд от внешнего моря, чьи воды не имели определенного цвета на языке людей, и сбросил в него якорь. Раздался всплеск, и все вокруг замерло в тревожном ожидании.

Ну а я уже бежал назад, к дереву. Вцепившись в его ствол руками и ногами, я приготовился к неизбежному.

Обратный отсчет пошел. У меня есть час, чтобы пробить естественный барьер, мешающий мне развиваться дальше.

И… Атолл захлестнул ШТОРМ. Волны внешнего моря гребнем нависли над ним… Я задрал голову, восхищаясь этой силой. Миг тишины и по мне прошелся удар стихии.

Кажется, я кричал. Меня переполнял океан внешней энергии и я пропускал ее через дороги. Цикл за циклом. Через боль и невыносимое жжение (слишком высокая плотность энергии).

— Дорога разума. Дорога плоти. Дорога цвета воды, — шептал я словно мантру эти слова, полностью отрешившись от давления миллионов тонн внешней энергии принявшей вид воды, пытающейся раздавить меня и порвать мой Атолл на куски. Я сосредоточился на своих ощущениях и словно жук-древоточец подтачивал барьер, вставший между мной и рангом бакалавр, но мне мешали.

Это место… Внешнее море (оно же море бесконечности), словно желало меня убить. Хищные рыбы вырывали из меня куски плоти, вгрызаясь в мои конечности (вода вокруг меня окрасилась в розовый цвет). Через толщу воды, прямо по мне, били молнии. От их прикосновения я орал. Стесывал друг о друга зубы и даже плакал. Слезы сами текли из моих глаз.

Было очень больно.

Я давно оставил свои ногти внутри дерева, потеряв их, но я не перестал цепляться за него, и оно мне помогало, придерживая меня своими ветками и корнями. Пыталось укрыть. Но этого было мало…

И тут я понял. Переждать Шторм как в прошлый раз не выйдет. Нужно дать бой. Иначе смерть.

Внешнее море… оно проверяло силу воли посмевшего возжелать небесного могущества смертного.

— А-а-а-а-а, — закричал я от ярости охватившей меня.

Перехватив одной рукой тело верткой рыбы-палача, что пыталась откусить мне ноздрю, я открыл рот.

— Сдохни, тварь! Я сам тебя съем!

Сжав ее тем, что осталось у меня от сточенных друг об друга зубов, я оторвал ей голову, и стал ее хищно пережевывать, захлебываясь кровью и кишками.

В процессе меня чуть не вырвало. Ну и мерзость!

Гнать энергию по дорогам я не переставал, но теперь я был не жертвой, а охотником.

Я чувствовал, что делаю все правильно.

— Это мой Атолл! Это мой мир! Сдохните! — Кричал я словно безумец, набрасываясь на очередную стаю рыб и рвя их зубами и руками. Вырывая им жабры и жонглируя их головами. — Пошли прочь! А-а-а-а!

Новую молнию я поймал руками, неожиданно покрывшимися коркой земли. И сразу после этого, Шторм пошел на спад. Внешнее море успокаивалось. Барьер, мешающий моему развитию, пал. Мое тело самостоятельно исцелялось, и я, упав на задницу там, где стоял, рассмеялся.

— Ха-ха-ха.

Я был весь в рыбьих кишках и крови.

— Ха-ха-ха.

Потребовалось время, чтобы успокоиться.

И вот я смотрю на свой пруд. Цвет воды в нем менялся прямо на моих глазах.

— Верхний, — попробовал я это слово на вкус и снова рассмеялся. — Бакалавр, — улыбнулся я, посмотрев на небо и выглянувшее из-за туч солнце. — Ну, вот и все.

Несколько часов расчетов в реальном мире и…

Имя — Кай Левший

Возраст — 24 года

Ранг — бакалавр

Атолл Основания Повелителей Пыли (растительный тип)

Объем внутреннего моря (резерв) — 17 ед.

Плотность воды (энергии внутреннего моря) — 2,02, а затем 2,53 (усилена до уровня мага с хорошим талантом при помощи зелья на основе крови Гийома Гриба)

Цвет воды внутреннего моря — верхний

Точки напряженности — 8 из 17 (внутри атолла имеют вид комаров; девять точек напряженности уничтожены на ранге ученика)

Врожденные (приобретенные) таланты и умения + (талант зельевара)

Связь с одним из Царств — под вопросом

Склонность (предрасположенность) к стихиям + (стихия земли)

Скорость регенерации энергии — 17/24 часа или 0,70 ед. энергии в час

Якоря (внутри атолла имеют вид камней) — 2 (4). Один якорь использован на ранге неофит и один на ранге ученик

Мутации + (нос — заклинание хеморецепции)

Влияние Атолла на физическое тело высокое + (основные изменения происходят на ранге бакалавр, «серое тело»)

Заклинания:

Неофит. Хеморецепция (кувшинка) — усиление обоняния, способность чувствовать эмоции через запах (стала частью плоти); Ученик. Отвод глаз (нимфейник); Приказ — лечение (лилия); Бакалавр —

Руны (внутри атолла имеют вид кустов) — 371 куст

Плоть — 0% из 100% на ранге бакалавр

Дух — 0% из 100% на ранге бакалавр

Разум — 0% из 100% на ранге бакалавр

Стихия — 7,19% из 100% на ранге бакалавр

Прибравшись на одной из моих тайных лесных полян (спрятав все следы произошедшего здесь), я вернулся в центр леса, к грязному источнику магии и уже какой час сижу на пеньке и меланхолично рассматриваю то свой медальон, на котором пульсирует три звезды, то перстень с камнем, светившимся чистым солнечным светом. Я заплатил большую цену, чтобы стать бакалавром (перешагнул через себя) и растерялся.

— Эх-х-х-х, — выдохнул я устало, прежде чем встать и подойти к ручью, в котором я купаюсь и мою посуду.

Рассматривая себя в его отражении, я неизбежно хмурился.

Не сдержавшись, я проворчал, не зная кому пожаловаться, так что жаловался я сам себе.

— Серый человечек с большим носом. Но хоть ухо отросло, — потрогал я его, не до конца доверяя глазам.

Пришло время проверить еще кое-что.

Приподняв руку, я обратился к стихии земли и на моей ладошке закружился микроскопический вихрь из частиц почвы.

— Оу.

Меня качнуло. Я чуть не упал на колено из-за слабости. Пришлось опираться о дерево. Все. Перестал поддерживать стихию и мне полегчало.

Сказал вслух.

— Так вот о чем говорила, госпожа, Хиба? Такой сильный упадок сил…

Я покачал головой.

— Надеюсь, когда я просчитаю новые дороги, в том числе дорогу стихий, доведя ее хотя бы до пятидесяти процентов, я смогу закрутить вихрь из земли не только на ладошке.

Отряхнув руки, я вернулся на поляну, подумал, забрался в палатку, взял в руки карандаш, тетрадку и инструменты для черчения и ушел в работу на долгие-долгие дни.

Я и не заметил, как утекло время.

Первое число нового месяца. Рядом со мной стоит староста деревни Пчеловодов, Ежи Тополь, и косится на меня. Мимо проезжают армейские грузовики. А вот и он. Мой медведеподобный командир как всегда ведет себя шумно и выпрыгивает из своей машины прямо на ходу, поднимая своим прыжком пыль из-под сапог.

— Младший лейтенант, мы… — Он замирает и удивленно восклицает. — Оп-па!

Осматривает меня (особенно много времени уделяя цвету глаз, кожи и бровей) и выносит вердикт.

— Молодец! — Хлопает он меня по плечу, и я с легкостью выдерживаю его удар. Даже не покачнулся. Командир одобрительно хмыкает. — Садись, — приглашает он меня в машину (в прошлый раз я ехал на внешнем обвесе, но в этот раз он выгнал туда своего заместителя по роте).

Ему любопытно и он спрашивает.

— Цвет кожи — это влияние твоего Атолла?

Задумываюсь, и отвечаю не сразу, но для человеческого уха мой ответ звучит почти моментально.

— Да. «Серое тело».

— Не слышал о таком, но знаю пару магов с «телами гиганта» и «телом стихии». А в целом как?

Пожимаю плечами.

— Странно. Все вокруг кажется таким хрупким. Особенно люди.

Капитан кивнул.

— Мне это знакомо.

И вот мы тормозим у края леса. Выходим.

— РОТА! — Командует, капитан-бакалавр, перекричав несколько сотен галдящих людей. — ЗА РАБОТУ! ЗЕЛЕНЫЕ КАСКИ! — Подбадривает он их.

— ЗЕЛЕНЫЕ КАСКИ! — Ответили ему солдаты хором, подняв к небу сжатые кулаки.

Под нашим контролем они трудились до полудня следующего дня. Мы все ночевали в лесу. Сон уставших солдат охраняли опять же мы, маги и часовые. На этот раз люди не только рубили и окоряли железное дерево, но и собирали урожай фруктов. При этом, я замечал как часть урожая исчезает в их армейских ранцах, но как и остальные офицеры, я закрывал на это глаза. Я и сам выращиваю на паре полян: яблоки, черешню, грушу, персики и сливу. Не удержался и изъял несколько сотен саженцев на свои нужды. А так, пусть мужики порадуют родных. Не думаю, что они берут фрукты для себя. Скорее для своих семей (детей и жен), что живут в городе.

— Отличный результат, хранитель садов и лесов, — без издевки, что раньше иногда звучала в его голосе похвалил меня Ож Дубняк, что лично, не полагаясь на заместителей, обошел каждый грузовик, заглядывая в кузов, прежде чем разрешил колонне армейских машин начать движение.

Взяв в руку один из выращенных мной персиков, он надкусил его и по его подбородку побежал сок. Он даже закатил глаза, наслаждаясь вкусом.

Выплюнув косточку и стерев сок с подбородка рукавом, он снова предложил мне занять место в его штабной машине.

— Нам пора ехать, младший лейтенант. В этот раз, ты со мной.

Я знал, что мне придется посетить город, так что сел в машину на заднее сиденье рядом с ним. Господин, Дубняк, задремал, что принесло мне облегчение. Слишком много вопросов я услышал от него за эти сутки. Устал.

При подъезде к городу, толпа, скопившаяся на дороге, с жадностью следила за грузовиками, чьи пузатые тентованные бока не могли скрыть запах свежайших фруктов.

Капитан всхрапнул и очнулся. Проследив за моим взглядом, он сказал.

— Не обращай внимания на этих бездельников. Все не так плохо. Голода удалось избежать. Ты тоже внес в это немалую лепту, — кивнул он назад, на вереницу грузовиков, что двигалась за нами.

У мэрии меня высадили.

— Предполагаю что при следующей нашей встрече я буду обращаться к тебе, капитан, — хохотнул этот медведь, крепко пожав мне руку на прощание.

Он уехал, а я задрал голову, зачем-то пересчитав этажи в здании мэрии, но оттягивать этот момент и дальше не выйдет. Наступает новая веха в моей жизни. К добру или к худу.

Я прошел сквозь теплое дыхание спящего эхо и встретил на проходной знакомого сержанта полиции, что проглотил заготовленную фразу и запнулся, когда разглядел мой медальон и перстень.

— Господин, бакалавр? — Спросил он неуверенно.

— Я к незримому советнику, Аргусу Пух. Он не знает о моем приходе.

— Подождите, пожалуйста. Мы доложим.

— Конечно, сержант.

Получив пропуск и поднявшись на нужный этаж, я почувствовал запах зависти и опасливого уважения от незнакомых магов, мимо которых я проходил, кроме тех, кто, как и я, достиг ранга — бакалавр (но таких было мало). Этому фокусу (скрывать свои настоящие эмоции) я научился сам. Теперь и меня не так просто прочитать.

Секретарь которому я кивнул как старому знакомому, указал мне на дверь

— Он вас ждет, господин, Левший. Поздравляю.

Это было искренне.

— Спасибо, — поблагодарил я его.

На этот раз Аргус Пух встречал меня с бо́льшим уважением, хоть и оставался также «сух» и чопорен в разговоре. Общались мы на вы.

— Вижу, вы все же стали настоящей величиной в нашем мире, — попытался он улыбнуться, но с его глазами, в которых живут жучки, периодически показываясь из носа и перебегающие по щеке, чтобы заползти в ухо…

Я ничего не сказал. Просто кивнул.

— Что ж… Прошу за мной, — указал он рукой на тайную комнату, в центре которой светилась диагностическая печать, что была подготовлена в спешке.

Больше он не жаловался на перерасход ресурсов, хоть ему и пришлось плавить золото и добавлять его в канавки на полу по мере того как драгоценный ресурс испарялся.

После диагностики, секретарь к моему удивлению принес нам чай и пирожные. Я промолчал, но подумал про себя: «Как же много значит личная сила в нашем мире».

Незримый советник, приподняв чашку, отсалютовал мне, и я, хоть внутри меня это и коробило, повторил его жест.

Мы начали разговор.

— Полагаю, вы хотели бы вернуться на родину? — Проницательно спросил он, уже догадываясь, что я отвечу.

— Хотелось бы…

— Понимаю. Я все оформлю. Вашу судимость снимут, а ссылку отменят. В этом нет никаких сомнений. А вот что касается перевода, боюсь, до тех пор пока ситуация на острове не стабилизируется, вас никто не отпустит. Не сейчас, — покачал он в отрицании головой. — Но все же, прошение о вашем переводе я отправлю. Запущу процесс. У вас есть четкие пожелания?

Я задумался.

— Меня устраивало позапрошлое мое назначение. Железная дорога. Смотритель железнодорожной станции, Плешь Ведьмы.

Незримый советник приподнял в удивлении бровь.

— Вы уверены?

— Да.

— Хорошо. Этот вопрос мы уладили, но сейчас перед нами встают другие вопросы — более важные, — чуть-чуть надавил он на меня голосом. — Вам придется подождать. Мне нужно переговорить насчет вас со своим начальником.

Я был покладист. Какой смысл взбрыкивать?

— Я подожду.

Он ушел, оставив меня наедине со своими мыслями.